Фронтир (3)

Никто не смел проронить ни слова.

В повисшей тишине Сюй Бинлай обернулся, сощурив глаза. Его лицо оставалось спокойным, но каждый присутствующий кожей чувствовал подавляющее давление его ярости:

— Ты ставишь под сомнение мою честность?

В этот критический момент Лу Ю — главная героиня, оказавшаяся в центре водоворота, — почувствовала, как кружится голова. Совсем недавно она лишь дрожала, как испуганный олененок, но теперь Сюй Цяньюй устроила сцену на глазах у толпы. Под пристальными взглядами сотен людей её охватил шок и ужас. От волнения на щеках проступил лихорадочный румянец, тело покачнулось, и она начала оседать на землю.

Сюй Цяньюй лишь успела заметить, как стоявший рядом старший брат сорвался с места.

Её сердце забилось чаще. Это было похоже на то, как стрелка весов, которую невозможно удержать, неумолимо склоняется в тяжелую сторону. Многого она тогда не понимала, но больше всего её ранило одно: среди этой толпы было полно людей, включая младших учеников. Почему именно он должен был броситься на помощь? Она молча молила, заклинала старшего брата не касаться её.

Десятилетиями Сюй Цяньюй, он держался с ней на расстоянии, оставаясь холодным и со всеми остальными. Он ко всем относился одинаково ровно, и она привыкла думать, что он просто такой человек. Неужели он не мог оставить ей хотя бы иллюзию этой холодности, не разрушать её фантазии, как это сделал Жуань Чжуцин?

— Старший брат… — тихо позвала она, но всё было тщетно. Она беспомощно наблюдала, как Шэнь Сувэй подлетел к Лу Ю и подхватил её прежде, чем та коснулась земли. Полы его одеяния взметнулись, когда он склонился над девушкой в своих руках. Сцена была почти сказочной.

Вокруг уже слышались встревоженные возгласы.

Шэнь Сувэй бросил короткий взгляд на лицо Лу Ю, затем на хмурое небо и внезапно стал предельно серьезным:

— Всем отойти!

— У неё пробуждается духовный корень.

И почти мгновенно с небес ударил столб молнии, превратив пелену дождя перед Залом Дисциплины в ослепительно белое полотно и осветив ошеломленные лица отступающих в панике людей.

---

На этом хаос закончился.

Многие дни после этого Сюй Цяньюй по ночам зарывалась лицом в одеяло, чувствуя себя опустошенной и раздавленной. Ей больше не хотелось ни над кем смеяться. Она сама оказалась самой большой шуткой.

Стоило ей только поиздеваться над отсутствием таланта у Лу Ю, как небеса даровали той духовный корень. Благодаря своевременной защите Шэнь Сувэя молния никого не задела, а корень Лу Ю сформировался прочно и безупречно. Это был чистый «Грейд А» стихии молнии — точь-в-точь как у неё самой.

Обычно возвращение с весенних вылазок было временем триумфа Цяньюй. Она хвасталась добычей, сияя в лучах славы. Но в этот раз всё было иначе: каждый встречный с упоением обсуждал невероятный прогресс младшей сестры, называя её истинным гением и смакуя то, как она «утерла нос» всем завистникам. Цяньюй чувствовала себя жалкой рыбьей чешуйкой рядом с драгоценной жемчужиной.

День, когда она принимала наказание, был пасмурным. Лишь коренастая женщина-палач посмотрела на неё с жалостью. Исполнив приговор, она проводила взглядом хромающую девушку, догнала её и набросила на плечи плащ:

— Младшая сестра, на улице дождь, береги себя.

Сюй Цяньюй не хотела возвращаться к себе. Она бесцельно бродила по острову под мелким дождем. Земля была усыпана нежно-розовыми лепестками персика. Внезапно рядом открылось окно.

— Почему ты без зонта? — из окна высунулось симпатичное молодое лицо. Юноша с белозубой улыбкой оперся на подоконник, с любопытством наблюдая за ней.

— Не твоё дело, — огрызнулась Цяньюй и отвернулась.

Парень осекся, и окно с грохотом захлопнулось. Но через мгновение створки снова распахнулись, и он с ухмылкой крикнул:

— Заходи, я оставлю дверь открытой!

Внутри было темно — окна были заклеены желтой бумагой, — но сухо и чисто, а в воздухе витал тонкий аромат. Юноша сидел на кровати, скрестив ноги.

— У меня повреждены глаза, мне больно смотреть на свет, поэтому я всё запечатал, — объяснил он. — Тебе холодно?

Он поманил пальцем, и жаровня с углями сама поехала к нему. Цяньюй дернула её на себя. Силы противоборствовали, и жаровня неуверенно замерла посередине.

— Ты чего? — рассмеялся он. — Решила пойти против меня?

— Мне не холодно. И нечего её двигать, здесь в самый раз, — холодно ответила она. — Смотри, как бы кровать не загорелась, а то сбежать не успеешь. Запечешься, как блин.

Юноша опешил, а затем зашелся в хохоте, хлопая себя по коленям:

— Ты что, заметила, что я прикован к постели?

Цяньюй мрачно буркнула «хм». Вглядевшись в деревья за окном, она поняла, где находится. Здесь жил мастер Учжэнь. Говорили, что много лет назад он серьезно пострадал в битве с демонами, повредил основу культивации и с тех пор почти не выходил в свет.

— Ешь, что хочешь, — он бросил ей апельсин с золотого блюда. Цяньюй ловко поймала. Следом полетели персик, слива и абрикос. В конце концов она разозлилась и свалила всё на стол:

— Я не голодна.

— Раз не хочешь есть, тогда почисти для меня, — нагло заявил он. — Начни с апельсина.

Цяньюй нехотя подчинилась — всё-таки он был старшим по секте. Как только она надломила кожуру, комнату наполнил освежающий цитрусовый аромат. Тишина, треск углей… этот звук напомнил ей о доме. Слезы непроизвольно покатились из глаз.

— Ох, беда, — сквозь пелену слез она увидела, как юноша, подперев подбородок ладонями, поддразнивает её. — Ну и зрелище, плачешь, как маленький щенок.

Затем чьи-то пальцы осторожно смахнули слезы с её щек, а апельсин исчез из рук. Мгновение спустя прохладные пальцы прижали дольку фрукта к её губам, и мягкий голос произнес:

— Открой рот.

---

Эта запутанная нить судьбы начала виться во время одной осенней вылазки. В отличие от весенних прогулок, осенние были опасны — это была охота на демонов в мире смертных.

Обычно хватало пары учеников, но в этот раз отправилось больше десяти человек. Цель была серьезной: Король Демонов, рожденный из обиды под утесом Уфу. Он пожирал сущности других тварей и души людей, обладал интеллектом и мастерски маскировался.

Годы назад мастер Учжэнь, будучи молодым и самоуверенным, пытался убить его в одиночку, но едва выжил и на десятилетия оказался прикован к постели. Теперь, восстановившись, он жаждал реванша.

Для приманки решили разыграть свадьбу. Построили хижину в лесу: кто-то готовил, кто-то играл на инструментах. Мастер Учжэнь принял облик жениха, но не хватало невесты. Быть приманкой было смертельно опасно, да и играть любовь с мастером молодым ученицам было неловко.

Пока все мялись, вперед вышла Сюй Цяньюй. Это удивило всех, включая Шэнь Сувэя.

— Цяньюй? — он окликнул её, явно недоумевая, когда это она успела сблизиться с дядей-мастером.

Но она уже стояла на другой стороне. Ей было даже приятно видеть его замешательство — роли поменялись.

— Моя младшая сестра неопытна, — Шэнь Сувэй попытался вмешаться, обращаясь к мастеру. — Я могу пойти вместо неё.

Когда Шэнь Сувэй, третий в списке лучших, предложил переодеться женщиной, ученики ахнули. Но мастер Учжэнь уже взял Цяньюй за руку и накинул ей на голову красную фату.

— Не стоит, — рассмеялся он. — Эта невеста мне очень по душе.

Когда они переступили порог хижины, юноша взглянул на самодельный алтарь и небрежно заметил:

— У тебя такие холодные руки. Нервничаешь?

— Глупости, — огрызнулась она. — Кто не нервничает на своей первой свадьбе?

Только тогда она поняла, что её голос дрожит. С того момента, как он взял её за руку, она будто лишилась чувств — та часть её тела больше ей не подчинялась.

Он тихо рассмеялся и умолк. Он усадил её на кровать. Цяньюй чувствовала его присутствие даже через ткань фаты.

— Не хочешь поднять вуаль и посмотреть? Вдруг я — замаскированный Король Демонов? — спросил он, наклонившись так близко, что она ощущала его дыхание.

— Не хочу, — упрямо ответила она, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Я устала.

— Тогда посиди в тишине, — мягко сказал он и отошел.

В этой тишине Сюй Цяньюй внезапно осознала: она, семнадцатилетняя девчонка, которая знала только драки и тренировки, вдруг поняла, что значит «кто-то нравится».

Внезапно окно с грохотом распахнулось. В комнату ввалилось нечто огромное, покрытое шерстью, издавая глухое рычание. Цяньюй вскочила, но не успела обнажить меч, как раздался влажный звук удара. Что-то тяжелое рухнуло, послышался предсмертный хрип.

Она сорвала фату:

— Мастер?

Комната была забрызгана черной кровью. На полу лежала туша, покрытая опухолями и жесткой шерстью.

— Это и был Король Демонов? — удивилась она. Всё закончилось слишком быстро.

— Как ты меня назвала? — юноша спокойно подрезал фитиль свечи.

— Мастер Учжэнь.

Он обернулся:

— Моё имя — Се Юйчжэнь.

— Ну, почтенный мастер Учжэнь, разве это не одно и то же?

— Нет, — отрезал он. — Титул — это титул, а имя — это имя. Я хочу, чтобы ты звала меня по имени.

— ...Се Юйчжэнь.

Он улыбнулся в свете свечи:

— Как мне отблагодарить тебя за сегодня?

Его слова прервал Шэнь Сувэй, который ворвался в комнату, чтобы забрать сестру.

Позже Сюй Цяньюй часто думала о том, как ей не повезло. Годы назад мастер Учжэнь недооценил врага. Он вернулся израненным, и даже старейшины не могли с уверенностью сказать, он ли это или Король Демонов, принявший его облик. А она, обычная ученица стадии Заложения Основ, никогда не видела истинного мастера. Как она могла распознать подвох?