Я ведь не бог

Мороз бодро пощёлкивал по ушам, пока я шёл по знакомой улице в сторону школы. Дорожка будто специально натянулась до горизонта, давая время подумать. А я и не спешил. Признаться, в последнее время я почти никогда не спешу - и дело тут не в лени. Просто, когда не торопишься, мысли выстраиваются чище. Или, по крайней мере, так мне хочется думать.

Сегодня мне хотелось подумать.

Выборы приближались. Вроде бы ещё был запас по времени, но по ощущениям, как будто мы стояли уже в самом эпицентре. Выборы - это не школьная дискуссия на дебатах. Это территория, где слабые отсеиваются первыми. Даже если ты не хочешь быть жестким, обстоятельства сделают тебя таким. Или проиграешь.

Я иду как обычный ученик. Но по сути уже давно не простой. Я - кандидат на пост вице-президента. А Аля, мой партнер, баллотируется на главную позицию. Всё бы ничего, но в этой школе даже такие "детские выборы" превращаются в шахматную партию на выбывание. И всё из-за совета Райкокая...

В отличие от Али, я никогда не горел этим всем. Я бы и сейчас с радостью остался в своей зоне комфорта... но нет. Я сам решил дать обещание Але, а значит должен его выполнить.

Она сильная, целеустремлённая, идёт напролом, но слишком гордая, чтобы просить помощи, слишком правильная, чтобы использовать грязные методы и слишком честная, чтобы понимать, насколько система может быть... ну, скажем, подлой.

И если она будет белой ладьёй, то мне, видимо, остаётся быть её тенью. Тем, кто решает то, что она не должна видеть. Тем, кто скажет неприятное, сделает непопулярное, пойдёт против, если нужно. Только бы она оставалась чистой. Только бы не пришлось ей самой пачкать руки.

Но всё это слишком красиво звучит. Потому что есть Юки.

Юки моя сестра, но сейчас она мой противник, причём, в полной мере. Она не будет играть мягко, не сделает поблажку. Она из семьи Суо. А это фамилия, где цели важнее эмоций... Но и я тоже отчасти Суо.

Я знаю, на что она способна. Она уже однажды сделала ход, который больно ударил по Але. Тогда я сдержался. Тогда я подумал, что это случайность и она просто воспользовалась этим. Но если это повторится... я не промолчу. Неважно, кто передо мной - соперник, сестра, наследник семьи Суо. Если она тронет Алю ещё раз, я вычеркну слово "брат" до конца выборов.

Я не хочу, чтобы всё превратилось в грязную войну. Но я и не наивный. Если ситуация требует, то я стану тем, кого она боится. Тем, кого Аля, возможно, не одобрит. Но который защитит её в любом случае.

Завернув за угол, я увидел школьную ограду. Снежная кромка по верху забора, аккуратно утоптанная тропинка, знакомые силуэты учеников, идущих группами, с шарфами. Кто-то уже смеётся, кто-то спешит, кто-то всё ещё спит на ходу.

И вот тут, возможно, я её щит.

Пускай тихий, ленивый, с привычкой затягивать с домашкой до перемены, но если надо защищать - сделаю это, как нужно.

А я всё ещё решаю: насколько далеко я готов зайти?

В какой момент щит становится мечом?

Мне нельзя забывать про Алю. Она мой ориентир. Если я начну действовать слишком хладнокровно, потеряю себя. Она не простит не словами, а взглядом. А я, кажется, уже не могу смотреть в её глаза и не думать, как важно сохранить в них уважение.

Но, если на горизонте появится угроза, я отступать не стану. Просто сделаю шаг в тень. И там уже всё равно, насколько честна игра. Главное, чтобы выиграл тот, кто не разрушит всех по дороге.

Значит, играть буду до конца. Но по своим правилам. Никто не сказал, что будет легко. Но, по крайней мере, я знаю, за что и за кого играю.

Я уже почти дошёл до школьного крыльца, но ощутил странное: что-то не так. Всё вроде было как обычно, только вот... Как будто что-то забыл.

Я замедлил шаг и машинально тронул ворот рубашки. Пальцы нащупали тонкую ткань, но... галстука не было.

Я остановился.

— Проклятье... Галстук.

Форма без галстука - нарушение дресс-кода. Мелочь, но не для этой школы. Особенно не в период предвыборной кампании, когда твоя репутация - инструмент, на котором тебе предстоит играть.

Я закусил губу, оглянулся. Никто вроде не смотрит. Быстро протиснулся мимо шумной группы первогодок, юркнул внутрь здания. Лицо постарался сделать как можно более "ничего-не-заметного", будто я абсолютно точно в форме и вообще образец дисциплины.

Класс находился на втором этаже. Поднимаясь по лестнице, я краем глаза проверял каждый поворот, стараясь не попасться на глаза кому-то из дисциплинарного комитета. Если сейчас попадётся Чисаки, то даже мой статус кандидата в вице-президенты меня не спасёт. Максимум - стану мемом. Минимум - мне влепят выговор в лист контроля.

Тихо-тихо... как ниндзя. Никаких резких движений. Главное - не встретить Чисаку, или того хуже - Саяку. Эти носом чуют нарушения. Ну а самое главное - меня стопроцентно накажет Аля... Неприятно, я ведь не мазохист, в отличии от некоторых.

К счастью, в коридоре было пусто. Я тихо открыл дверь в класс, чуть приподняв ворот рубашки, будто бы прикрывая несуществующий галстук.

Внутри уже было человек десять. Несколько голов повернулись - ничего особенного, но среди них была и Аля.

Она сидела, как всегда, у окна, но едва я вошёл, её глаза метнулись ко мне с точностью снайпера. С таким выражением лица, которое я бы охарактеризовал как "до того, как ты открыл рот, я уже недовольна".

Я кивнул ей, как ни в чём не бывало, и прошёл к своему месту. Сел, вытянул ноги, закинул сумку на спинку стула, вытащил ручку, будто абсолютно точно в порядке.

Секунда. Другая. Третья.

Я почувствовал, как её взгляд прожигает мне затылок.

— Масачика-кун, — спокойно, без эмоций, но с тем самым ледяным тоном.

— А?

— Где твой галстук?

Я сделал вид, что удивлён.

— Что? А, эм... дома.

— То есть ты вышел, дошёл до школы и не заметил, что ты нарушаешь устав?

— Слушай, это обычная ошибка. Возможно, зеркало решило, что я слишком красивый, и не стало акцентировать на этом внимания.

— Это не смешно. Ты же понимаешь, что, если тебя кто-то заметит, это будет выглядеть, как будто мы пренебрегаем правилами? И кто будет отвечать за это?

— Кандидат в президенты?

— Все участники.

Я криво улыбнулся, облокотившись на парту.

— Признаю, стратегическая ошибка. Обещаю, после уроков устрою церемонию возвращения галстука. Со всеми почестями. Музыка, ленты, может, даже ритуальный танец.

Аля не ответила. Просто развернулась обратно к окну, но в последний момент я заметил, как уголок её губ едва заметно дёрнулся вверх.

А потом я услышал её слишком тихий шёпот, чтобы кто-то ещё мог уловить, кроме меня, конечно:

— Дурачок...

Это было по-своему... мило. Она теперь такое и на японском говорит? Далеко продвинулась.

Урок ещё не начался, отлично. Учитель где-то в коридоре, класс, как обычно, гудел, кто-то проверял дз на скорую руку. Обычное школьное утро. Я сидел, развалившись в кресле, и пытался притвориться, что не ощущаю пульсирующий взгляд Али в районе шеи. Она, конечно, отвела взгляд, но я точно знал, что она всё еще злится.

А потом случилось характерное скрипение стула, как перед началом великой беды.

— Масачика, — Хикару, не оборачиваясь, откинулся назад и легонько стукнул меня по колену. — Что без галстука?

— Это эстетическое заявление. Новый стиль - "деловой раздолбай".

— Так и запишем. Кандидат в вице-президенты: галстук минус, понты плюс.

Такеши тоже обернулся, широко зевнул и, не дождавшись приглашения, со скрипом отодвинул стул в сторону, подсаживаясь к нам на диагональ. Получился почти полукруг.

— Ну, у кого как день начался? — начал он, устраиваясь поудобнее. — Я, например, чуть не погиб в снежной ловушке, потому что соседка решила посыпать ступени не солью, а кошачьим наполнителем. Ты прикинь?

— По-моему, она просто хотела, чтобы ты подумал, что ты кот.

— Тогда почему я не приземлился на лапы?! — возмутился он.

— Потому что ты Такеши, — сказал Хикару.

Такеши хмыкнул, поглядел по сторонам и вдруг понизил голос:

— Слушайте, а вы видели, что на третьем этаже сегодня Ноноа с кем-то из старших классов разговаривала? Странно как-то выглядело.

— Учитывая, что Ноноа даже в одиночестве выглядит странно, это ещё не повод поднимать тревогу. Может, у неё были дипломатические переговоры.

Хикару хмыкнул и посмотрел в окно.

— А ещё ходят слухи, что Сумире поймала парня из первого года за складом, потому что он назвал её "няшей". Теперь он не разговаривает... Вообще.

Сумире такое не нравится? А я и не знал, теперь буду в курсе. Она тесно связана с Чисаки, но не думал, что и её привычки возьмёт. Да и казалась аккуратной на первый взгляд... хотя на фестивале она выглядела очень круто.

— Я бы сказал, у него просто сменились приоритеты. Жить - или говорить глупости.

— Мудро, — кивнул Такеши. — Масачика в режиме философа. Наверное, это потому, что он проснулся под взглядом богини.

Он многозначительно кивнул в сторону Али. Я прищурился.

— Такеши... если ты хочешь сегодня дожить до обеда, советую тебе притвориться стенкой.

— Ладно, ладно, просто шучу! — замахал руками он. — Но признай, она на тебя смотрела, будто ты подделал её подпись на официальном документе.

— Кстати, ты не думал, что она тебя так пилит, потому что ей не всё равно? — произнёс Хикару, что мне не очень то и понравилось.

Я бросил на него короткий взгляд. Он не смотрел в мою сторону - просто глядел в окно. Его голос был слишком будничным, чтобы это была просто шутка.

— Мне кажется, она пилит меня, потому что... я её партнер на выборах, и она не хочет проиграть! — ответил я.

Такеши, не вдаваясь в мои слова, уже тянулся за телефоном, как вдруг его голова слегка дёрнулась. Аля молча подтолкнула его по плечу концом линейки.

— Вернись на место, — сказала она угрожающим тоном.

Он вскочил как по команде, пробормотав что-то вроде "да-да, извините", и сел обратно.

Я украдкой взглянул на Алю. Она сидела с идеальной осанкой, смотрела в окно, словно ничего не происходило.

Начался урок, преподаватель зашёл в класс ровно в тот момент, когда прозвенел звонок. Все ученики уже расселись, кто-то уткнулся в тетради, кто-то делал вид, что пишет, а кто-то не делал даже этого. Я, например, занимался важным делом - рисовал на полях танк, который стреляет шутками.

Учитель раздавать распечатки, видимо, самостоятельную. Гражданская политика... Иронично.

Пока я читал вопросы про школьное самоуправление, справа меня послышался голос. Эта ученица раньше спасла меня от Али, поделив со мной учебник по... химии, вроде как, уже не помню.

— Кудзе-кун, можно спросить?

Обычная девочка из нашего класса, из тех, кто редко привлекает внимание. Сегодня, правда, она как-то странно сияла - губы подкрасила, волосы чуть подкрутила. Возможно, зима обострила не только простуду.

— Да? — ответил я, стараясь не выглядеть слишком приветливо, но и не грубо.

— Ты ведь кандидат в вице-президенты, да? Я просто думала... может, потом объяснишь мне, как работает структура голосования. А то я, честно говоря, вообще не понимаю, кто за что отвечает...

Все узнали обо мне, как только рассказал об родственной связи с Юки... Привлекать внимание - вовсе не плохо, но и не шибко хорошо. Думаю, лучше было бы действовать из-за кулис, когда мало кто знал об "тени председателя".

И тут я почувствовал взгляд сбоку. Он не был прямым, но я его ощутил всем телом.

Аля не повернулась, только одним пальцем начала очень методично и немного угрожающе перелистывать страницы учебника, как будто это была моя шея. Ну, мне так показалось.

Я слегка наклонился к однокласснице и шепнул:

— Конечно, расскажу. Но давай обсудим в укромном месте... Боюсь, иначе я не выживу.

Она захихикала. А у меня внутри сработал внутренний таймер самосохранения.

Пора было заткнуться.

Урок тянулся медленно, но не без происшествий. Такеши на полном серьёзе поднял руку и спросил, можно ли ввести "налог на зависть" в рамках школьной экономики. Учитель, не моргнув, ответил, что его инициативу можно будет рассмотреть на комитете по фантастике.

Когда урок закончился, я уже собирался вытянуться на парте и делать вид, что сплю, как вдруг на моё плечо кто-то положил руку.

Я поднял голову и увидел, как Аля стояла надо мной, по-прежнему с абсолютно или не совсем, но спокойным выражением лица, её пальцы будто намекали, что второй шанс мне никто не даст.

— Пойдём.

— Эм... куда именно?

— В студсовет.

Я услышал странную, почти обидчивую тишину между её словами. Я прищурился, поднимаясь с места, почесал затылок и зевнул - всё, как полагается раскаявшемуся разгильдяю. Хотя... раскаявшемуся?

— Это... снова из-за галстука?

Но ответа не последовало. Она точно обижена.

Просто развернулась и пошла вперёд, с тем самым особенным выражением лица, в котором читалось одновременно и “мне всё равно”, и “если не пойдёшь - будет ещё хуже”.

Ох уж этот царственный отвод взгляда.

Если бы я не знал её, то решил бы, что она просто выполняет свои обязанности. Мне показалось, что она приревновала, но Аля не из тех, кто скажет: "Ты был слишком мил с другой девочкой". Я пожал плечами и двинулся за ней. Слегка усмехнувшись, потому что, честно говоря... в такие моменты она была просто невыносимо очаровательна.

Кабинет студсовета встретил нас неожиданной тишиной. Никого не было?.. Но что-то было... я никак не мог уловить. Вроде бы ничего необычного, но почему-то казалось, что мы здесь не совсем вдвоём. Я даже бросил взгляд на дальний угол, но ничего, кроме коробок и кресел, там не было. Конечно, мои способности сильно ограничены, но всё равно всё очень странно.

Аля же, видимо, ничего не заметила. Она направилась к одному из шкафов и начала открывать полки. Я молча стоял у двери, всё ещё чуть морщась от ощущения, будто на меня кто-то смотрит, но решил не поднимать шум. Вдруг просто перебрал с мистическими аниме на каникулах.

— Слушай... — начал я, но она перебила.

— Галстук.

— Что?

— Запасной. Раз уж ты пришёл без своего, мы не можем позволить тебе так ходить.

Она извлекла из ящика аккуратно сложенную форму, достала оттуда галстук и направилась ко мне.

— Ты серьёзно хочешь это сделать сама? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— А ты сам справишься?

Я промолчал. Потому что, во-первых, справился бы. Во-вторых, уже знал, что она всё равно сделает по-своему.

Аля встала прямо передо мной, не оставив между нами почти никакого расстояния. Она на мгновение приподняла ворот моей рубашки, ловко перекинула полоски галстука через мою шею, затем начала завязывать узел, сосредоточившись на этом. Я не мог не замечать, насколько близко она стояла. Тёплое дыхание касалось моей щеки, и серебряные волосы мягко скользнули по мне. Наверное, случайно, но достаточно, чтобы я почувствовал, как по спине пробежала волна чего-то неловко-волнительного.

Руки Али двигались уверенно, и от этого становилось только хуже. Она не дрожала, не торопилась, будто я был для неё каким-то манекеном. Только вот для меня это была сцена повышенного внутреннего давления. Я пытался не смотреть ей в лицо, но глаза всё равно скользнули и тут же отпрянули, потому что она заметила.

Когда она потянула за узел, чтобы затянуть галстук, её грудь почти коснулась моей. Она и не думала это как-то обыгрывать, всё выглядело естественно. Только вот я, кажется, уже покраснел до уровня внутреннего перегрева. Проглотил воздух, надеясь, что это хоть немного вернёт мне нормальный пульс.

— Готово, — сказала она спокойно, отступив на шаг, и поправила воротник так, будто закрепляла финальный штрих. — Теперь ты снова выглядишь приемлемо.

— Приемлемо... — хрипло выдал я, пытаясь сфокусироваться на чём угодно, кроме её образа вблизи. — Я ожидал, ты скажешь: "тебе ещё жить и учиться с этим лицом".

Она отвернулась, направляясь к столу, точно показывая, что всё уже закончено.

Я остался стоять посреди кабинета, всё ещё ощущая её прикосновения, тепло, и слишком явно осознавая, как легко она снова выбила меня из равновесия. Никаких дразнящих слов не было, были лишь действия. И этим она сбивала меня сильнее, чем любая фраза... кроме русской.

Ученик или же ученица, без разницы, если ты правда где-то там, надеюсь, ты хотя бы не ведёшь протокол.

Когда Аля отошла от меня к столу, я наконец смог сделать нормальный вдох. Легче, конечно, не стало. Пульс будто отбивал джаз, а щёки всё ещё горели, будто я только что отыграл сцену из романтического сёнэна.

Я украдкой потер шею, стараясь отвлечься хоть на что-то... но тут заметил: Аля стояла, повернувшись ко мне, и с каким-то странным выражением смотрела прямо на меня. Словно разглядывала. Или... пыталась понять.

— Ты... в порядке? — спросила она после короткой паузы.

Я замер, напрягшись.

— Ну... да.

Она начала приближаться ко мне, снова. В её взгляде мелькнуло то самое выражение, которое я видел множество раз не только у неё, но и у Маши и... никого.

— Ты сильно покраснел. У тебя... не температура?

— Что? — я чуть отшатнулся. — Нет-нет, всё нормально, просто... это от освещения. Здесь ведь лампы такие, тёплые. Желтоватые. Почти уверен, обман зрения.

— Угу, — ровно ответила она, но бровь чуть приподнялась.

Видимо, отговорка не сработала.

А потом резко и без предупреждения она шагнула ближе, медленно наклонилась и... прижалась ко мне лбом.

Я снова застыл.

Сердце стукнуло, как будто внутри кто-то случайно нажал на кнопку "экстренный режим". Я не мог пошевелиться. Она была так близко, что я чувствовал запах её шампуня. Тёплое дыхание скользнуло по моей щеке. Глаза почти что впритык. Я даже моргнуть боялся.

Она держалась всего секунду - максимум две. Потом отстранилась, глядя чуть в сторону.

— Нет. Не горячий. Просто... покраснел.

Я выдохнул, с трудом сохраняя лицо.

— Эм, ты знаешь, можно было и по-старинке... рукой, например. Не обязательно в лоб в лоб.

Она посмотрела на меня своими сапфировыми глазами. Я невольно сглотнул, ожидая худшего.

【Руками делают люди, которые не хотят запомнить этот момент】

Она развернулась, словно ничего не сказала, и пошла к столу. А я стоял, глядя ей вслед.

Она уверена, что я не понял ни слова. А я понял. И это делало момент ещё... сложнее. Потому что, если она говорит такие вещи на русском, зная все риски - что же она чувствует, когда молчит? Знаю, что любовь... но это довольно размытое понятие для кого-то вроде меня.

Я собирался уже присесть к столу, когда рядом в том самом углу услышал почти неуловимый, но всё же явный звук. Не то чтобы скрип, не хлопок... скорее, лёгкий шорох, как будто кто-то, спрятавшись за мебелью, нечаянно сдвинул ткань или провёл рукой по коробке.

Аля не отреагировала. Похоже, не услышала. Ну, или не обратила внимания, слишком увлечённая перетасовкой документов связанных с бюджетом у своего стола. Но я услышал. Это могла быть только Аяно. Но всё равно не факт.

Если бы это был кто-то из учеников, то кто-нибудь уже вылез, споткнувшись, или просто закашлялся. Этот ученик точно издал звук, я слышал, значит, вероятно, это не Аяно, но доступа к студсовету есть только у малого количества людей. Другие участники давно бы выдали себя.

Я не поворачивался и не сделал абсолютно ничего, потому что это было бы глупо. Если пришла по поручению Юки - она уже всё видела. Всё, что хотела. Может быть, даже больше, чем надо.

Аяно… ты, конечно, хороший человек. Но, если бы мы с тобой играли в шпионский детектив, я бы всё равно тебя нашёл, чего бы мне это не стоило. Просто не стал бы говорить.

Разумеется, раскрывать, что я заметил, смысла не было. Пусть считают, что всё прошло незаметно. Это даже выгодно: если человек уверен, что его наблюдение не вскрылось, он расслабляется. А я - запоминаю это.

Вместо этого я перевёл внимание на другое место. Папки, документы, аккуратные листы с распечатанными таблицами. Стандартный бюрократический рай. И вот то, что нужно было мне - синяя папка в одном из шкафов. Она была довольно большая, ведь это краткая характеристика учеников академии Сейрей. Мне всё было интересно - почему она лежит в таком месте, а не в кабинете директора или хотя бы укромном месте?

Любопытство - штука упрямая у каждого человека.

Я подошёл к шкафу, открыл папку и пролистал первый десяток листов. Форма стандартная:

Фотография ученика, фамилия, имя, дата рождения, год поступления.

Без оценок и комментариев учителей. Теперь понятно, почему она тут. Это полностью бесполезные факты на первый взгляд, которые можно узнать, просто спросив ученика. Но даже из таких можно было выжать больше, чем кажется. Возраст, год поступления - год обучения и возможное психическое состояние. День рождения - возможная точка для эмоционального давления или для "внезапного" подарка. Информация - это валюта, и сейчас я как будто держал в руках мелкую разменную монету. Её нельзя потратить сразу, но она однажды очень пригодится.

Я медленно перелистывал лист за листом. Знакомые имена: Хикару, Такеши, Юшо и другие. Не удивлюсь, если тут будет и моё, всё таки тут все ученики академии. Все под рукой. Все в открытом доступе, можно даже не узнавать напрямую. Или наоборот — как склонить на свою сторону. Мягко. Или не очень.

И вот как раз в тот момент, когда я дочитал до строчки "Хиираги Курасава" - она, кстати, состоит в клубе кендо и дисциплинарном комитете, просто я уже её знал, - со стороны двери прозвучал знакомый, слегка колючий голос:

— Масачика-кун. Пошли обратно. Скоро звонок.

Я закрыл папку, аккуратно вернул её на место. Повернулся к Але. Она уже стояла у двери. Она мельком бросила взгляд в тот же угол, где и сидит Аяно. Всего на секунду. Быстро, но она тоже поняла и всё же ничего не сказала. Это очень хорошо.

Мы вышли из кабинета. В коридоре уже мелькали ученики, спешившие в классы. Я шагал рядом с Алей, уже настроенный на стандартный, будничный день. И он, по сути, таким и был.

Ничего особенного не произошло.

Уроки - как обычно.

На паре по истории Такеши почти уснул, Хикару обменивался записками с парнем с соседней парты (жалко, что не девушкой, я бы мог помочь ему, хотя моя помощь ему и не понадобится).

И даже Юна, как оказалось, её так зовут, обратившаяся ко мне на уроке, только попросила помочь с одним моментом в анкете — я спокойно объяснил, без флирта, без лишнего. Она, к слову, поблагодарила и... ушла. Никакого драматизма. Даже Аля, сидя в своём углу, не обратила внимания. Или сделала вид, что не обратила.

В общем, день прошёл быстро и мне удалось разузнать про многих учеников. Все равно многих не запомнил, я ведь не бог.