Имя

Утром кот разбудил её снова. Топтался по груди, мяукал, тыкался носом. Она открыла глаза — он уже стоял у двери и ждал.

— Куда опять? — простонала она, поднимаясь.

Тело ломило после вчерашнего. Голова гудела, но воспоминания... они стали чётче. Не все, но некоторые. И одно из них — зелёный свет.

Она вспомнила. Такой луч уже был. Не раз. И каждый раз Серые пытались его атаковать.

Кот побежал, она за ним потихоньку.

Они вышли к тому самому переулку, где прошлый раз всё гремело и сверкало. Сейчас здесь было тихо. Пусто. Ни серых, ни зелени, ни молний.

Только стена. Обычная, но с трещиной. Длинной, глубокой, будто её пробили чем-то тяжёлым.

Девушка подошла ближе. Странно. Город идеальный, везде чисто, а тут такая дыра.

Она нашла палку и начала ковырять трещину. Палка хрустнула и сломалась.

— Блин.

Огляделась. Пустой мусорный бак стоял у стены. Она подкатила его, размахнулась и шарахнула по трещине. Стена слегка посыпалась, но ничего не открылось.

— Бесполезно.

Она отступила, вытирая руки. Взгляд упал на припаркованные машины.

— Я не умею водить, — сказала она коту. — Даже пробовать смысла нет.

И тут она услышала.

Тихий, едва различимый шёпот. Из трещины.

— Ты слышал? — она резко обернулась к коту.

Тот наклонил голову, уши напряглись.

Она прижалась ухом к щели.

Голос. Женский. Плачет, бормочет сквозь слёзы:

— ...пожалуйста, проснись... я была плохой матерью... прости...

— Там кто-то есть, — прошептала она коту. — Женщина плачет.

— Эй! — крикнула она громко. — Вы меня слышите?

Но шёпот продолжался, не меняясь, будто запись на повторе:

— ...пожалуйста, услышьте меня...

А потом затих.

Девушка отшатнулась от стены.

— Голос знакомый, — сказала она медленно. — Очень знакомый... Мама.

Она смотрела на трещину, и мысли складывались в картинку.

— Зелёный свет... это портал, — выдохнула она. — Если его дождаться, можно попасть туда. В реальность.

Кот мяукнул.

— Но серые. Они тоже его видят. И атакуют.

Она попыталась вспомнить. Было же... в одном из обнулений она напала на серого. Ножом полоснула по руке. А ему хоть бы хны — провёл раненой рукой и пошёл дальше.

— Нож не берёт. Может, пистолет попробовать?

Она задумалась. Когда появляется свет, людей на улицах нет. Значит, достать оружие будет легко. Главное — дождаться.

— Что ж, Напарник, — она посмотрела на кота. — Всё свободное время до этого — наше. Хотя оно и так было нашим.

Кот мурлыкнул.

— Знаешь, что меня волнует? — она присела на корточки. — Кто ты такой?

Кот моргнул.

— Ты не как эти животные. У тебя своё мышление. Ты всё время со мной. Может, ты тоже попал сюда? Как и я?

Он просто смотрел на неё голубыми глазами.

— Жаль, ты не говоришь. Поболтали бы. — она усмехнулась. — Хотя по твоей морде многое понятно.

Кот довольно зажмурился.

— Ну что, куда пойдём?

Кот встал и побежал. Она за ним. И остановилась как вкопанная.

Больница.

— Нет, — сказала она твёрдо. — Нет, и ещё раз нет. Я туда не пойду.

Кот недовольно замяукал.

— И не мяукай. Не люблю я больницы. Хотя не знаю почему.

— Мяу!

— Нет.

Кот подошёл и со всей дури полоснул когтями по её руке. До крови.

— Ай! — она отдёрнула руку. — Ты чего?! Больно же!

Кот довольно развернулся и потопал к больнице. Оглянулся через плечо: мол, идёшь?

— Ты специально, да? — простонала она, зажимая рану. — Вот гад.

Но пошла. Медленно, держась за руку.

Атмосфера у больницы была тяжёлая. Серое здание, мутные окна, пустые скамейки. Внутри пахло лекарствами и чем-то ещё — то ли страхом, то ли безнадёгой.

За стойкой сидел врач. Молодой, уставший.

— Чем помочь? — спросил он, глядя на её руку.

— Поранилась.

Он обработал рану, замотал бинтом. Быстро, профессионально.

— Готово, — сказал он. — Больше не раньтесь.

— Спасибо, — она притянула руку к себе и смущённо улыбнулась.

А потом улыбка погасла.

Обычный NPC. Не стоило реагировать.

Она прошлась по коридорам. Люди ходили, говорили с врачами. Медсёстры носили лекарства. Уборщица ворчала, что ходят тут всякие.

И вдруг она остановилась.

Палата. На двери табличка: «Эмма Лэйн».

Сердце пропустило удар.

Имя знакомое. Очень знакомое.

Картинка накрыла с головой.

Маленькая девочка в больничной палате. Рядом мужчина — отец. Он гладит её по голове.

— Эмма, смотри, что мама тебе купила. Эмма, улыбнись. Ты прям копия папы.

Девочка смотрит на него испуганными глазами.

— Мне страшно, пап. Врачи злые.

— Я понимаю, малыш. Но им некогда улыбаться. Они спасают жизни. Такую же, как и твоя жизнь.

— Угу.

— Эмма...

Она очнулась. Стояла перед дверью, и слёзы текли по щекам.

— Эмма, — прошептала она. — Меня зовут Эмма?

Дышать стало трудно. Грудь сдавило.

— Я... я больна?

Она протянула руку к двери, чтобы открыть. И отдёрнула. Страх сковал всё тело.

А если там правда? А если она узнает?

Паника накрыла с головой. Она развернулась и выбежала на улицу, прочь от больницы, прочь от этой двери.

Страшно. Страшно узнать правду.