Попытки

Бесполезно. Всё бесполезно.

Она сидела на земле и смотрела в одну точку. Палкой начертила рядом цифру — 28.

Почти месяц она уже здесь.

Несколько дней потратила, пытаясь пройти туман. Купила в магазине семечки — ну, взяла не заплатив, какая разница, если утром всё сбросится. Кидала их за собой, чтобы не заблудиться. Доходила до конца, поворачивала, снова шла. Туман выплёвывал её с другой стороны города, и всё по новой.

Дышать там тяжело. Воздух влажный, холодный, будто ватой рот набиваешь. Она останавливалась, пила воду, отдыхала и снова шла. И каждый раз выходила в город.

Время подходило к полночи.

Она сидела в глубине тумана и думала: если уснуть здесь — что будет? Очнётся там же? Или вообще не очнётся?

Решила проверить.

Села прямо на холодную землю и стала ждать.

Часы на башне начали бить полночь. Звук доносился глухо, будто через подушку. Глаза слипались. Она ударила себя по щеке — раз, другой. Держалась, пока звон не стих. А потом провалилась.

Утром она открыла глаза — всё ещё в тумане. Семечек, которые кидала, конечно, не было.

Теперь сидела возле цифры 28 и не знала, что делать дальше.

— Мяу.

Она обернулась.

Сзади сидел кот. Чёрный, с яркими голубыми глазами. На шее красный платок, завязанный небрежно, как шарф.

— Чего тебе?

— Мяу, — громче.

— Есть хочешь? — она усмехнулась. — Так ты завтра снова голодный будешь. Смысла нет.

Кот подошёл и потёрся о её ногу.

— Отстань.

Она встала и пошла.

Смысла нет. Ни в чём.

Она дошла до перекрёстка, где всегда ездили машины. Остановилась. Посмотрела на светофор, на поток, на лица водителей за стёклами.

И шагнула на дорогу.

Визг тормозов. Сигналы. Кто-то крикнул. Машины уворачиваются, одна врезается в другую. А её ударяет, подбрасывает, швыряет вперёд.

Она лежит на асфальте. Кровь заливает лицо, тело ломит так, что хочется орать, но сил нет. Глаза еле открываются.

Вокруг — крики, паника, люди бегают, кто-то просто стоит и смотрит.

Становится холодно.

Туман ползёт по земле.

И из него выходят они. Серые, длинные, безликие. Кидаются на людей.

Девушка смотрит на это, теряя сознание. В глазах темнеет.

Последнее, что она увидела перед тем, как провалиться в черноту, — чёрный силуэт с красным пятном на шее. Кот сидит на тротуаре и смотрит на неё. Не убегает, просто смотрит.

---

Очнулась она на проезжей части.

Прямо на асфальте, там же, где её сбили. Солнце светит, машин мало — пара штук проехала мимо, даже не притормозив. Никто её не задел.

Она села, схватилась за запястье. Пульс есть.

Тело ломит. Не от ран — ран нет, — а от памяти. Память о том, как её швырнуло об асфальт, осталась в костях, в мышцах. Больно вспоминать.

Она поднялась и огляделась. Никакой резни. Никаких тел. Только чистая дорога и редкие машины.

Монстры устроили бойню. Она помнит крики, кровь, серые тени, мечущиеся между людьми. И кота. Кот стоял на тротуаре и смотрел на неё.

Может, показалось.

Она побрела к тому месту, где встретила его в первый раз. Села на землю и стала ждать.

Через какое-то время — то же самое, что и вчера, — из-за кустов выходит кот. Чёрный, с голубыми глазами и красным платком на шее.

— Мяу.

Садится рядом и уставляется на неё.

— Значит, ты всё-таки как NPC, — говорит она тихо.

Гладит его. Кот мурлычет, трётся об руку, лезет головой под ладонь. Потом смотрит на неё и мяукает громче — требовательно, просяще.

— Есть хочешь? — она вздыхает. — Прости. Не вижу смысла. Завтра ты снова будешь голодный.

Кот мяукает ещё раз. Она качает головой.

— Нужно попробовать кое-что другое.

Она возвращается к светофору. Встаёт, прислонившись к столбу, и ждёт.

Подходит женщина. Обычная, в кофточке, с сумкой. Встаёт рядом, смотрит на красный свет.

Девушка смотрит на её затылок, на то, как она поправляет сумку на плече. Рука дрожит. Надо ли? Это же просто NPC, не настоящая. Но крики, когда твари приходят... они звучат по-настоящему.

Она зажмуривается на секунду и толкает.

Рука дрогнула, но она заставила себя надавить сильнее. Надо проверить. Если это сработает...

Женщина вылетает на дорогу прямо под машину. Удар, визг тормозов, тело откидывает в сторону.

И снова, как в прошлый раз, — сигналы, шум, крики. Люди в панике, кто-то бежит, кто-то просто стоит и смотрит.

Появляется туман. Из него выходят серые твари.

Начинается резня.

Девушка стоит и смотрит. Не прячется, не бежит. Ждёт.

Если они убьют её — может, это всё закончится. Может, она вырвется из этого круга.

Твари убивают людей. Методично, быстро, без звука. Очередь доходит до неё.

Сзади раздаётся мяуканье.

Кот стоит у неё за спиной. В зубах он держит самолётик из бумаги.

И в голове у девушки что-то щёлкает.

Картинка — яркая, чужая.

Она маленькая. Рядом кто-то есть. Они стоят на балконе , солнце светит в глаза.

— Давай, кто дальше запульнёт — тот ест двойную порцию обеда! — говорит она.

— Окей, — отвечает второй голос. В руке у той, второй, такой же самолётик.

Воспоминание схлынуло так же резко, как пришло.

Девушка очнулась. Твари приближаются к ней, до них остаётся несколько шагов.

Она хватается за голову, смотрит на кота, на самолётик у него в зубах.

Кот разворачивается и бежит.

Она — за ним.

Что это было? Воспоминание?

Она бежит, задыхаясь, не глядя назад. Топот за спиной — несколько тварей бросились следом.

Кот влетает в туман. Она за ним.

Пробегает несколько метров, останавливается, прислушивается.

Тишина. Топот пропал.

Она оглядывается — серая пелена, ничего не видно. Но звуков погони нет.

— Не могут зайти? — шепчет она. — Странно. Они же из тумана приходят.

Кот сидит рядом, самолётик всё ещё во рту. Смотрит на неё своими голубыми глазищами.

Она приседает на корточки.

— Неужели ты... такой же, как я?

Кот моргает. Она протягивает руку, гладит. Он мурлычет и выронивает самолётик ей в ладонь.

Живой. Настоящий. Такой же, как она.

В груди что-то отпускает. Впервые за весь этот кошмар она не одна.

Она берёт самолётик, вертит в руках. Обычная бумага, сгибы, чуть порванный край. Ничего особенного. Больше воспоминаний нет.

Она запускает его в туман. Самолётик проплывает немного и исчезает в белой пелене.

— Пить хочется, — говорит она коту. — И есть. А у нас ничего нет.

Она выглядывает из тумана — твари всё ещё в городе.

Кот мурлыкает и ложится рядом, прижавшись к её ноге.

Они сидят в тумане долго. Она прислушивается, вздрагивает, если кажется, что рядом кто-то есть. Кот просто лежит и мурлычет.

Она решает: если туман даёт защиту — будет сидеть здесь сколько надо. Дождётся отбоя, а там видно.

Дожидается.

Когда колокол бьёт полночь, она засыпает.

Утром она осторожно выходит из тумана с котом на руках.

Город просыпается. Люди выходят из домов, идут по своим делам. Солнце висит на том же месте. Машины ездят. Дети играют в парке.

Никаких тварей. Никакой резни.

Чисто, спокойно, как будто ничего не было.

Девушка выдыхает:

— Слава богу.

Кот на руках мурлыкает и лижет её палец.