Глава 6.0

Глава VI

— Это не наш мир, — тихо сказал Грейв.

Он стоял посреди главной площади столицы, но столица выглядела так, будто кто-то выдернул из нее всех людей разом. Те же дома, те же мостовые, те же фонари. Даже лавки на рынке стояли прикрытые — как вечером, когда торговцы уходят по домам.

Только ни одного торговца. Ни одного прохожего. Ни одной живой души.

Ветер гонял по брусчатке обрывки бумаги. Где-то скрипела вывеска. И больше — ничего.

— Симуляция, — Грейв оглянулся на остальных. — Второй этап экзамена. Слежка и допрос. Только вместо реального города — этот.

Клайт огляделся. На секунду ему показалось, что он видит знакомое лицо в окне, но нет — там была только пустая комната, неубранная постель, остывшая кружка на столе.

— Жутковато, — признал Марк, поправляя протез. — Как будто мы единственные живые на всем свете.

— Может, так оно и есть, — Ами стояла чуть в стороне, скрестив руки. Ее красные волосы горели на тусклом свете магических фонарей, которые почему-то продолжали гореть, хотя солнце уже садилось.

Грейв присел на корточки, провел пальцами по брусчатке. Сухо, чисто, ни пылинки. Идеальная копия. Слишком идеальная.

— У нас меньше двенадцати часов, — сказал он, поднимаясь. — Найти цель. Обезвредить. Доставить в условленную точку.

— Алекс, — Клайт достал сводку, которую дал дед, пролистал. — Кандидат в капитаны. Фиолетовые волосы. Любит…

Он запнулся.

— Что там? — спросил Марк.

— Любит «паясничать и привлекать внимание», — Клайт поднял бровь. — Это написано в официальном досье. «Паясничать».

— Значит, он из тех, кто ищет зрителей, — Грейв повернулся в сторону центра. — Даже в симуляции. Даже когда зрителей нет.

Он замолчал на несколько секунд, прикрыв глаза. В пустом городе тишина давила на уши, но Грейв словно прислушивался к чему-то, чего остальные не слышали.

— Я думаю, нужно разделиться, — сказал он наконец. — Скорее всего, он прячется где-то в центре. Любит паясничать. Всегда выпендривался. Будет именно там, где его увидят.

— Откуда ты его знаешь? — спросила Ами.

Грейв не ответил. Просто посмотрел на нее, и вопрос как-то сам собой отпал.

— Делимся на три группы, — продолжил он. — Заходим в центр с разных сторон. Если он там — берем в кольцо. Если не там — прочесываем квадрат за квадратом.

— Ты идешь один? — Клайт нахмурился.

— Я быстрее один.

— Ами? — Клайт повернулся к девушке.

— Я тоже одна, — она поправила кинжалы на поясе. — Если Грейв прав, это наша лучшая ставка. Трое групп — три направления. Если наткнется кто-то один — держит его до подхода остальных.

Клайт хотел возразить, но Марк тронул его за плечо.

— Она права. Нам нужна скорость.

Клайт вздохнул.

— Ладно. Грейв — с северо-запада. Ами — с юго-востока. Мы с Марком — напрямую. Встречаемся на центральной площади. Если кто нашел цель — подает сигнал.

— А если он не один? — спросил Марк.

Все замолчали. В сводке было четко: цель — один человек. Но в пустом городе, где тишина давит на психику, начинаешь сомневаться даже в том, что написано собственной рукой.

— Тогда будем импровизировать, — сказал Грейв.

И ушел.

Просто развернулся и растворился в переулках, даже шагов не было слышно.

Ами фыркнула, поправила волосы и пошла своей дорогой.

— Ну, — Марк хлопнул Клайта по спине. — Остались мы с тобой, брат. Два героя, идущих прямо в пасть.

— Ты же стратег, — Клайт двинулся вперед, держа руку на рукояти Катаны ветра. — Стратегия есть?

— Стратегия простая, — Марк ускорился, чтобы идти рядом. — Не умереть.

— Гениально.

— Я же стратег, а не тактик. Стратегия — это большая картина. А ты уж сам разбирайся с деталями.

Клайт усмехнулся, но смех вышел нервным. Пустые улицы давили. Каждый дом казался декорацией, каждое окно — пустым глазницей. Они прошли мимо таверны, где еще вчера пили пиво (в реальном мире). Двери распахнуты, внутри на столах стоят кружки, кто-то бросил карты — и ушел. Все разом.

— Иммерсивно, — пробормотал Марк, заглядывая внутрь. — Даже карты на месте.

— Не отвлекайся.

— Да-да, я серьезно, я смотрю по сторонам. Слушай, а что если он не в центре? Что если это ловушка? Мы разделились, каждый сам по себе, а он нас по одному…

— Не надо, — Клайт остановился. — Не надо так думать. Потому что если начнешь — парализует. Действуем по плану. Если план не работает — меняем план.

Марк посмотрел на друга. Обычно Клайт был импульсивным, кидался спасать всех подряд, не думая о последствиях. А сейчас — собранный, спокойный. Меч наготове.

— Ты изменился, — сказал Марк.

— Тренировки с дядей, — Клайт двинулся дальше. — Он говорит, что паника — это выбор. Что можно выбрать страх, а можно — действие.

— Мудрый дядя.

— Он еще говорит, что я тупой, как пробка.

— Это я и без дяди знал.

Они шли по главной артерии города — широкому проспекту, который вел прямо к центральной площади. Дома по бокам, магазины, лавки. Ничего не заперто. Ничего не охраняется. Город-призрак, построенный для одного экзамена.

— Слышишь? — Клайт резко остановился, поднял руку.

Марк замер.

Тишина.

Но не та, что была раньше. В ней появилось что-то чужое. Как будто кто-то дышал в паузе.

— Слева, — шепнул Клайт.

Они одновременно повернули налево, в переулок, который вел к площади.

И замерли.

Площадь была огромной. В реальной жизни здесь всегда кипела жизнь — торговцы, прохожие, дети, голуби. Сейчас — пустота. Пустота, в центре которой сидел человек.

Он сидел прямо на брусчатке, скрестив ноги, как будто собрался медитировать. Повседневная одежда — темные штаны, светлая рубашка, жилетка. Фиолетовые волосы спадали на плечи. Расслабленная поза, руки лежат на коленях.

Он даже не смотрел в их сторону.

— Это он, — выдохнул Марк.

— Вижу.

Алекс сидел на плитке, подставив лицо невидимому солнцу. Он не думал, кажется, ни о чем. Или думал о чем-то очень далеком, не имеющем отношения к экзамену, к городу, к тому, что за ним охотятся.

Потом, будто почувствовав взгляды, открыл глаза. Посмотрел на Клайта и Марка, стоявших в проходе между домами.

И помахал им рукой.

— Привет, — сказал он. Голос спокойный, даже дружелюбный. — Долго же вы.

Марк дернулся было, но Клайт остановил его рукой.

— Ждем, — прошептал он. — Сигнал.

— Какой сигнал? Он нас видит!

— Ждем, говорю.

Алекс между тем поднялся. Потянулся, разминая спину, как человек, который долго сидел на одном месте. Посмотрел на небо, потом на дома, потом снова на них.

— Вы не одни, да? — спросил он. — Я чувствую еще двоих. С запада и юго-востока. — Он усмехнулся. — Стратегия? Окружить меня? Молодцы. Только…

Он сделал шаг вперед.

— Только вы не знаете, что окружение — это не всегда преимущество.

— Сейчас! — Клайт выхватил меч.

И тут же с двух сторон на площадь вылетели Грейв и Ами. Грейв — с крыши, бесшумно, как тень, кинжалы наготове. Ами — из переулка, с руками, уже полыхающими огнем.

Алекс встал в центре. Его лицо не изменилось — ни удивления, ни страха. Только легкая улыбка, как у человека, который ждал этого момента.

Они набросились на него все разом.

Грейв первым сократил дистанцию — его скорость была почти нечеловеческой. Кинжалы сверкнули в воздухе, нацеленные в ключевые точки: плечо, бедро, подреберье. Не смертельно, но обездвиживающе.

Алекс даже не посмотрел в его сторону.

Он просто поднял руку.

И Грейва отбросило назад с такой силой, что он врезался в стену дома, проломив кирпичи.

— Что? — Ами выпустила огненный шар, но он даже не долетел до цели — в воздухе шар разлетелся искрами, будто наткнулся на невидимую стену.

Марк выстрелил из встроенного в протез арбалета. Болт замер в полуметре от Алекса и упал на брусчатку.

Клайт взмахнул Катаной ветра. Поток должен был отшвырнуть цель, разорвать в клочья — но вместо этого сила ударила обратно, и Клайта подбросило в воздух, закрутило и швырнуло на землю. Он проехался спиной по брусчатке, оставляя кровавый след, и остановился только у самого края площади.

— Не надо, — сказал Алекс спокойно.

Он стоял в центре, и от него расходились волны невидимой силы. Ами, попытавшаяся сократить дистанцию, налетела на эту стену и отлетела, сбитая с ног.

Грейв поднялся из обломков, стряхнул с себя пыль. Его лицо не выражало боли — только холодный расчет. Он шагнул вперед, кинжалы снова наготове.

— Грейв, стой! — крикнул Клайт, поднимаясь на ноги.

Но Грейв не слушал. Он ринулся вперед, на этот раз еще быстрее. Алекс вздохнул — как учитель, у которого непонятливый ученик — и просто щелкнул пальцами.

Грейва подняло в воздух, закрутило и швырнуло на другой конец площади, где он рухнул грудой на камни.

— Я сказал, не надо, — повторил Алекс.

Он оглядел их — Клайта, стоящего на подкашивающихся ногах, Марка, который пытался перезарядить протез дрожащими руками, Ами, потирающую ушибленное плечо, Грейва, медленно поднимающегося из пыли.

— Вы молодцы, — сказал Алекс. — Честно. Стратегия правильная. Разделиться, взять в кольцо, навалиться всем скопом. Но есть одна проблема.

Он сделал шаг. Один шаг — и Клайта отбросило на десять метров.

— Вы слабее.

Он повернулся к Марку. Марк вскинул протез, но Алекс уже был рядом — нет, не рядом, он просто оказался перед ним, и его рука легла на плечо.

— Изобретатель? — Алекс разглядывал протез. — Хорошая работа. Твоя?

Марк не ответил. Он попытался выстрелить снова, но Алекс уже отошел.

— А ты, — он повернулся к Ами. — Огонь. Хороший огонь. Сильный. Но без контроля — просто фейерверк.

Ами стиснула зубы. В ее глазах полыхнуло что-то опасное, но Алекс уже потерял к ней интерес.

Он остановился напротив Грейва, который наконец поднялся и стоял, держась за сломанное ребро.

— А ты, — голос Алекса изменился. Стал тише. — Ты знаешь, кто я. И я знаю, кто ты.

Грейв молчал.

— Не скажешь им? — Алекс кивнул в сторону остальных. — Не расскажешь, почему меня так хочет поймать твой… как его… наставник?

Грейв шагнул вперед, поднимая кинжалы. В его глазах была только одна мысль — удар. Один удар. Всё, что он умеет.

Алекс вздохнул.

— Упрямый.

Он взмахнул рукой, и Грейва снова отбросило — на этот раз в фонтан, который с грохотом рассыпался под его весом.

Алекс повернулся к Клайту. Тот уже стоял, Катана ветра в руке, готовый к атаке.

— А ты — самый интересный, — сказал Алекс, подходя ближе. — Сын Эрика. Племянник Фрая. И тот, кто пришел меня взять.

Он остановился в трех шагах.

— Знаешь, что я сделал твоему дяде?

Клайт сжал рукоять. Пальцы побелели.

— Я знаю, — сказал он.

— И все равно хочешь меня взять?

— Ты — цель экзамена, — Клайт поднял меч. — Мне не нужно знать больше.

Алекс посмотрел на него. Долго. Внимательно.

— Ты похож на него, — сказал он наконец. — На Фрая. Такой же упрямый.

Он повернулся к ним всем — к разбитым, окровавленным, но все еще стоящим.

— Второй этап окончен, — сказал Алекс спокойно. — Вы меня нашли. Вы попытались взять. Вы провалились.

— Второй этап окончен, — сказал Алекс спокойно. — Вы меня нашли. Вы попытались взять. Вы провалились.

Он улыбнулся.

— Но провал — это тоже опыт. Передайте Фраю — я жду его. Когда он будет готов.

Алекс развернулся, чтобы уйти.

И в этот момент Грейв, который все это время лежал в обломках фонтана, открыл глаза.

Он не слышал ничего из того, что сказал Алекс. Боль в груди, шум в ушах, разбитая губа — все это исчезло. Осталась только цель.

Фиолетовые волосы. Поворот корпуса. Правая нога чуть впереди — центр тяжести смещен. Левая рука расслаблена. Шея открыта. Подреберье открыто. Колени чуть согнуты.

Слабое место.

Грейв не думал словами. Мысль пришла образом — точкой в основании черепа, чуть ниже затылка, где заканчиваются позвонки и начинается черепная коробка. Удар туда — и тело отключается. Не смертельно. Но достаточно.

Он поднялся.

Не резко. Не рывком. Просто встал, как будто только что решил, что пора.

Алекс услышал движение за спиной, начал поворачиваться.

— Я же сказал…

Он не договорил.

Потому что Грейв уже был рядом.

Они не видели. Никто не видел. Клайт — нет, Марк — нет, Ами, которая поднималась с колен, — нет. Даже Алекс, чья реакция была быстрее человеческой, не успел.

Удар.

Кулак Грейва вошел в точку в основании черепа с такой скоростью, что воздух вокруг его пальцев на долю секунды полыхнул — короткая вспышка, почти невидимая. Трение. Скорость, при которой воздух не успевает расступиться.

Алекс дернулся. Его глаза расширились — не от боли, а от удивления. Он действительно не успел.

Тело кандидата в капитаны качнулось вперед, ноги подкосились, и он рухнул на брусчатку, как подкошенный.

Тишина.

Грейв стоял над ним, опустив руку. Кулак был разбит в кровь — на такой скорости даже идеальный удар не проходит без последствий. Но он стоял.

Клайт выдохнул. Воздух, который он задержал, не помня когда, вырвался с хрипом.

— Он… — начал Марк.

— Не мертв, — сказал Грейв. Голос ровный, спокойный. — Просто отключился. На час, может, на два.

Он посмотрел на свою руку, разжал пальцы, сжал снова. Работает.

— Как ты это сделал? — Ами подошла ближе, разглядывая Грейва с новым выражением лица — не насмешливым, а почти… уважительным.

— Удар, — сказал Грейв.

— Я видела, что удар. Я не видела, как ты до него добрался.

Грейв промолчал. Он не умел объяснять скорость. Это было как дышать — ты не думаешь о том, как расширяются легкие, ты просто вдыхаешь. Так и здесь. Он просто видел слабое место. И бил.

Клайт подошел к Алексу, присел, проверил пульс. Жив. Дышит ровно. Грейв не ошибся.

— Мы взяли его, — сказал Клайт. В голосе не было радости. Только усталое облегчение. — Мы сделали это.

— Ты сделал это, — Марк хлопнул Грейва по плечу, потом посмотрел на свою ладонь, будто проверяя, не исчез ли тот. — Нет, серьезно, чувак. Это было… что это было?

Грейв не ответил. Он смотрел на лежащего Алекса. Его лицо ничего не выражало — ни триумфа, ни злости. Только спокойное удовлетворение.

Передайте Фраю — я жду его.

— Не дождешься, — тихо сказал Грейв.

Алекс не слышал.

Где-то в пустом городе пробили часы. Не двенадцать. Одиннадцать. Остался еще час.

— Что дальше? — спросила Ами.

— По инструкции, — Клайт достал сводку, перечитал последний пункт. — «Доставить цель в условленную точку живым и способным к допросу».

Он посмотрел на Алекса, потом на своих.

— Тащим.

Марк подошел к Алексу, прикинул вес, крякнул.

— Тяжелый, гад.

— Я возьму, — Грейв уже наклонялся, но Клайт остановил его.

— Ты руку разбил. Давай мы с Марком. Ами — прикрывает. Грейв — впереди, прокладываешь путь.

Грейв кивнул.

Они двинулись. Грейв шел первым, бесшумно, вглядываясь в пустые улицы. Клайт и Марк тащили бессознательного Алекса, перекинув его руки через плечи. Ами замыкала, держа в ладони тусклый огонек — не для атаки, а для света. В пустом городе тени сгущались слишком быстро.

Шли молча.

Марк, который обычно не мог молчать дольше минуты, сейчас тоже не говорил. Он украдкой поглядывал на Грейва, на его разбитый кулак, на то, как он движется — плавно, без лишних движений. В голове крутилась одна и та же мысль: он ударил так, что воздух загорелся. Это вообще возможно?

Ответ Марк знал. Теоретически — да. Если скорость достаточная. Но теоретически и драконы существуют, а видеть их вживую доводилось не каждому.

Он посмотрел на Клайта. Клайт шел, стиснув зубы, сосредоточенно глядя вперед. Он не удивился. Он вообще, кажется, ничему не удивлялся, когда дело касалось Грейва.

Что они знают такое, чего не знаю я? — подумал Марк. И отогнал мысль. Потом. После экзамена.

Условная точка оказалась старой ратушей в восточной части центра. Грейв подошел к дверям первым, прислушался, толкнул створку. Внутри горел одинокий магический светильник. Посреди зала стоял стол, на столе — печать, свиток, чернила.

— Сюда, — сказал Грейв.

Они затащили Алекса внутрь, уложили на пол. Клайт подошел к столу, развернул свиток.

«Подтверждение выполнения задания. Цель: Алекс. Статус: захвачен. Жизнеспособность: сохранена. Подписи всех членов команды».

— Подписывайте, — Клайт передал перо Марку.

Марк подписал, передал Ами, та — Грейву. Грейв поставил подпись, передал Клайту. Клайт подписал последним.

Как только перо коснулось бумаги, в воздухе раздался щелчок — знакомый звук магической активации. Свиток свернулся сам, запечатался восковой печатью и исчез, растворившись в воздухе.

Второй этап завершен.

Алекс пошевелился. Грейв обернулся, готовый к новому удару, но Алекс не поднялся. Он просто открыл глаза, посмотрел в потолок, потом перевел взгляд на них.

— Молодцы, — сказал он тихо. — Я думал, вы сдадитесь.

— Не дождешься, — повторил Грейв.

Алекс усмехнулся. Улыбка вышла кривая — удар все-таки не прошел бесследно.

— Ты… — он посмотрел на Грейва, прищурился. — Я тебя раньше не замечал. А зря.

Грейв не ответил.

Алекс закрыл глаза, откинул голову на каменный пол.

— Передайте Фраю, — сказал он уже тише. — Я был не единственным, кто на него донес.

Клайт дернулся.

— Что?

— Спросите у него, кто был рядом. Кто слышал его слова. Кто… — Алекс запнулся, кашлянул. — Кто потом получил повышение.

— Ты врешь, — сказал Клайт.

— Может быть, — Алекс не открывал глаз. — А может, и нет. Проверьте.

Он замолчал. Дыхание выровнялось — он снова уснул или притворился.

В зале повисла тишина.

Ами смотрела на Клайта. Марк — на Грейва. Грейв смотрел на Алекса, и в его глазах впервые появилось что-то, кроме спокойной отстраненности. Оценка. Расчет. И что-то еще — почти злость.

— На выход, — сказал Грейв. — Мы сделали свое.

Они вышли из ратуши. На улице уже светало — или это магия симуляции имитировала рассвет. Небо над пустым городом разливалось розовым и золотым.

— Мы прошли, — сказал Марк. Сказал и будто сам не поверил. — Мы правда прошли.

— Прошли, — подтвердил Клайт.

Он посмотрел на Грейва. Тот стоял чуть в стороне, глядя на горизонт, на этот фальшивый рассвет. Его разбитый кулак висел вдоль тела, капала кровь на брусчатку.

— Спасибо, — сказал Клайт.

Грейв кивнул. Не обернулся.

Симуляция начала схлопываться. Дома стали прозрачными, свет погас, и через секунду они стояли посреди пустого полигона — реального, не магического, с деревянными трибунами и людьми, которые смотрели на них с экранов, с местами для зрителей.

Экзаменатор — дедушка Клайта — стоял в центре, держа в руке исчезнувший свиток. Он посмотрел на внука, потом на Грейва.

— Второй этап пройден, — сказал он громко, чтобы слышали все. — Команда номер пять — зачислена для прохождения оставшихся этапов.

Клайт выдохнул.

Сзади хлопнуло — это Марк рухнул на землю, выдохнув весь воздух разом.

— Я думал, все, — сказал он, глядя в небо. — Я думал, мы провалились.

— Не провалились, — Ами села рядом с ним, вытирая разбитую губу. — Еще как не провалились.

Она посмотрела на Грейва, который стоял чуть поодаль, не присоединяясь к ним. Один.

— Ты всегда такой? — спросила она.

Грейв не ответил.

Но уголок его губ чуть дрогнул. Может, от боли в руке. А может, и нет.

На трибунах, среди зрителей, Фрай смотрел на экран, на котором уже шла трансляция следующей команды. Эрик сидел рядом, молчал.

— Твой племянник, — сказал Эрик после паузы.

— Знаю, — Фрай не отрывал взгляда от экрана.

— И тот парень… Грейв. Это он сделал?

Фрай кивнул.

— Я научу его контролировать скорость, — сказал он тихо. — Чтобы не разбивал руки.

Эрик хмыкнул.

— Научишь. А пока — пойдем, отметим прохождение?

Фрай наконец оторвался от экрана, посмотрел на Эрика.

— С тобой?

— А что такого? Я тоже, между прочим, за них болел.

— Ты болел за сына.

— И за твоего ученика тоже.

Фрай помолчал, потом усмехнулся.

— Ладно. Идем. Но ты платишь.

— Договорились.

Они поднялись и пошли к выходу с трибун. Сзади остался экран, на котором четверо — Клайт, Марк, Ами и Грейв — стояли на полигоне, живые, уставшие, но прошедшие.