После того, как закроется занавес

– Не говори так со мной. Даже если он умрет, я всегда буду принадлежать ему.

Вот уже девятый раз Наташа произнесла вступительную фразу Влюбленная девушка.

Несмотря на мелкие неприятности – поломка реквизита или порванный костюм, не те или запоздалые реплики, косяки реквизитов и освещения – показ в целом вышел успешным.

То ли из-за рекламы на магивидение, то ли из-за использования моей популярности, но с каждым днем количество зрителей росло.

Выступление определенно выведет безымянную актрису Шаро из тени, как и надеялись Юлиан и Люсида.

Удивило, что среди зрителей оказалось немало людей моего возраста, несмотря на взрослую тему. Я предполагала, что братец с друзьями и знакомые придут посмотреть, но детей было куда больше, чем я себе представляла.

Как по мне, сюжет слишком тяжел для детских глаз, ведь в нём мать безжалостно бросала своего ребёнка. Вряд ли в этом было хоть что-то полезное для юных зрителей. Интересно, о чём думали родители, приводя их смотреть подобную историю? Наверняка же это плохо для воспитания.

Как бы то ни было, когда мы завершили финальное выступление, всем составом вышли на сцену для поклона под бурные аплодисменты, и занавес опустился без происшествий.

Так как я была новичком, я испытала огромное облегчение, что не допустила ошибок, которые испортили бы представление. Для актера похвала зрителей – величайшая награда, но для меня это подтверждение, что я достойно выполнила свой долг как дочь семьи Листон. Когда занавес опустился, облегчение накрыло меня.

Оставалось лишь молиться, чтобы это стало началом в дальнейшей работе.

***

– Ниа, тут кое-кто хочет тебя видеть.

М?

Пока я разделяла радость успешного завершения показа за кулисами с другими актрисами, вытирала пот, безжалостно стряхивая с себя рыдающую главную актрису, снимала макияж, переодевалась и удерживала главную актрису от своего лица (почему она такая надоедливая?), Люсида вдруг окликнула меня.

– Ниа!

Я обернулась и увидела Люсиду, родителей, Нила, Линетт и Бенделио в компании незнакомого старика. Наверное, мой дедушка. Он всё-таки пришел, пусть я не прислала ему билет.

Хотя «Ледяная роза» являлась талантливой и известной, она ещё небольшая театральная труппа, только начинающая свой путь. Раздевалки были разделены по полу, но для нанесения макияжа комната общая. Даже будь она просторнее, всё равно место ограничено.

Увидев, что в тесной комнате собралась вся труппа, моя семья сразу поняла ситуацию и извинилась, сказав, что будут ждать меня в ресторане. Что за ресторан – наверняка Линокис сообщит, когда мы встретимся с ней у выхода.

Я не хотела заставлять их ждать, поэтому поспешила переодеться.

– Это была твоя семья? – спросила Шаро.

– Да. Я хочу переодеться, не могла бы ты немного отойти?

Шаро всё ещё нужно было переодеться.

Дети, конечно, разойдутся по домам, а вот взрослые сто пудов пойдут отмечать выпивкой. Будут пить всякое разное: острое, сладкое, крепкое. А я вынуждена топать в ресторан к семье. Сердце разрывается от боли. Валите уже. Напейтесь до беспамятства и проснитесь с похмельем.

– Я не видела свою семью с тех пор, как окончила начальную школу. Получается, уже два-три года?

– Так почему бы не вернуться домой? И, прошу, отойди.

– Ну, понимаешь… Моя семья – фермеры. Если я вернусь домой, кто знает, отпустят ли меня обратно. Заставят работать на поле, потом начнут подыскивать мне подходящего парня, и я застряну в роли жены фермера на всю оставшуюся жизнь. Мне так была ненавистна эта мысль, что я просто избегала возвращения домой и с головой ушла в актерство – то, что мне по-настоящему нравилось. Я правда хочу вернуться, но я пока не достигла того уровня, чтобы зарабатывать этим на жизнь. Так что, рано мне возвращаться.

– Ага, понятно. Серьезно, отойди уже. – У каждого свои обстоятельства, я не собиралась указывать ей, что делать, но всё же надеялась, что позже она не будет сожалеть. К тому же мне очень нужно, чтобы она отошла.

– Шаро, по поводу сегодня…

Благодаря Люсиде, которая оттащила от меня надоедливую главную актрису, что всё время крутилась около, я быстро переоделась.

– Извините, мне пора.

Закончив со всем, я попрощалась с остальными актерами. Со временем я сблизилась не только с Шаро, но и со многими другими членами труппы. Как-никак мы провели вместе целый месяц, виделись каждый день и сильно вовлекались в процесс репетиции. Было бы странно не сблизиться.

С этими людьми мне предстояло распрощаться навсегда, если только не поступит новое предложение о работе. Грустно, но встречи и расставания – неотъемлемая часть жизни. Я не могла избежать этого расставания, а сентиментальные вещи были чужды, поэтому решила уйти как можно скорее.

Я хотела хотя бы что-то сказать Юлиану, но его не было за кулисами. Он всегда провожал зрителей после каждого выступления.

– Ах, Ниа– Притормози, Шаро, – сказала Люсида, схватив звезду за шиворот, когда та таинственным образом попыталась наброситься на меня. – Юлиан сказал, что ему нужно убрать декорации вечером, скорее всего, он не сможет тебя проводить. Мы с ним встретимся с тобой завтра утром в гостинице.

Ну, ладно. Значит, я могу просто уйти. Я не узнаю, что будет завтра, но в этот момент Юлиан как раз встречался с третьей принцессой Хильдеторой, которая просила познакомить со мной.

– Тогда увидимся завтра. – Я вышла из комнаты, провожаемая взглядами. Встретилась с Линокис, которая ждала меня у выхода, и мы направились в ресторан, чтобы увидеться с моей семьей.

– Ваше последнее выступление было самым лучшим, – сказала Линокис.

– В каком-то смысле, все выступления до этого были лишь репетицией.

Из девяти выступлений восемь были репетициями. Стоя на сцене снова и снова, ты естественно привыкаешь. Само собой, последнее выступление получилось самым удачным. Оно же и транслировалось на магивидение. Я была так поглощена игрой, что не заметила камер, но они точно где-то присутствовали.

– Наконец-то попрощаемся с той девицей. Ах, ещё чуть-чуть и я бы прикончила её, – сорвались слишком откровенные слова Линокис.

– Пожалуйста, не говори и даже не думай о таком.

– Ничего не могу с собой поделать. Эта особа постоянно липла к вам по ночам, а днем просто бросала. Такое… Разве меня можно винить за то, что рука случайно бы соскользнула?

– Нужно.

Ночные вторжения Шаро – это одно, но когда она сказала, что Шаро меня просто бросала, она имела в виду действия во время выступления? Это ведь буквально её роль, нет? Что ещё ей оставалось делать?

Линокис и я продолжали болтать о всяких пустяках, пока шли по ночным улочкам к ресторану. Ночью королевская столица была оживленным местом. Уличные фонари ярко светили, и многие ещё гуляли.

Представление подошло к концу. Иными словами, прошло две недели с моего обещания бандитам. Я успешно выполнила свою работу, и теперь могу встретить обещанный день без забот, сомнений и сожалений.

Начиналось истинное удовольствие от моего прибывания в столице.

***

– Нет, мне ещё нельзя пить.

Так как я ребёнок, я пошла ужинать со своей семьей, в то время как взрослые отправились праздновать с бухлом.

Ну, так должно было быть.

Вместо этого на меня набросилась Шаро, которая ждала в лобби гостиницы, когда я вернулась с ужина. Шаро четырнадцать, и по закону ей не разрешалось пить, только есть.

– Почему ты здесь?

Самая большая загадка. Реплики вместе больше не прогонять. Возвращайся домой. В собственный дом.

– Да ладно, всё ведь в поря-я-ядке.

И правда. Всё в порядке. Её присутствие или отсутствие для меня не имели значения. Но прямо за нами стояла Линокис и источала молчаливую убийственную ауру. Я не знала, осознает ли это Шаро. Сердце актрисы – вещь нечитаемая.

Причин отказывать у меня не было. Сегодня наш последний день вместе, так что Линокис могла ещё немного попридержать свой гнев.

Я приняла ванну, высушила волосы, нанесла тоник на лицо и начала готовиться ко сну.

– Хочу кое-что спросить. – Шаро была в нижнем белье под моим одеялом. Для справки, Линокис я уже отпустила на ночь.

И ещё для справки, остальные ребята из Ледяной розы двинули в баню, а оттуда – прямиком на вечеринку. Нетрудно догадаться – они будут пить до потери сознания. Завидую. Как некрасиво. Ужасно завидую.

– Хочешь узнать секрет моей силы? Мясо. Мясо делает тебя сильнее.

– Я вообще молчала. И потом, мясо – не единственная причина.

Хм, возможно, она права. Если бы для силы достаточно было просто есть мясо, никому не пришлось бы мучиться. Да я сама сильна и без всякого мяса.

– Но ты недалека от истины. Помнишь, как пару недель назад на меня напали головорезы? Ты сказала о том, что увидишь их снова через две недели. Так что?

А. Я и забыла, что Шаро была рядом, когда всё обговаривалось. Разве можно меня винить за то, что позабыла об этом и увлеклась, когда впервые в нынешнем теле сражалась и ощутила, как будоражит кровь? Да и Шаро не поднимала эту тему.

Единственным напоминаем о произошедшим было предвкушение, оно нарастало в моих венах, пока я отсчитывала дни.

– Вся эта история с «через две недели» лишь шутка.

– Да ну. Ты ведь всерьез собралась встретиться с ними, скажешь нет?

Она попала в точку. Я с нетерпением этого ждала.

– С тех пор я держалась рядом с тобой, но так и не видела, чтобы ты ходила в их убежище. А значит, ты скоро отправишься туда, верно?

– Постой, ты что, всё это время следила за мной? Поэтому оставалась у меня ночевать? – Воистину актриса, иначе не скажешь. Ни одним действием она не дала понять, что следит за мной. Я даже не задумывалась.

– Типа того? Это было просто приятным дополнением. В моей квартире нет ванны, и возможность пользоваться твоей оказалось настоящим спасением.

Слежка или моя ванна: что для неё важнее? Каким бы ни был ответ, он не требовался.

– Та-а-ак, ты пойдешь?

– Нет.

– Тогда я могу рассказать Линокис о драке?

– Пойду. Я с нетерпением ждала этого момента. И точно пойду. Я никогда не прощу тебя, если остановишь. – Раз она пошла с козырей, нет смысла скрывать. Линокис ни в коем случае не должна узнать об этом. Она точно скажет родителям, и тогда мне придется ещё хуже.

– А ты не можешь пересмотреть своё отношение к опасным вещам? Понимаю. Ты очень сильная. Но лезть на рожон – не лучшая идея.

О, абсолютно согласна.

– Девять из десяти, кто посвятил себя боевым искусствам, – дураки. Они тратят годы, целую жизнь на то, чтобы довести тело до предела. Простенькое лезвие или яд крошечного насекомого – и всё, смерть. Несчастные случаи или болезнь тоже могут оборвать их путь. Бывает, когда то, чему ты посвятил огромную часть своей жизни, исчезает в одно мгновение. Понимаешь? Как бы ты ни был силен, тебе не избавиться от всех слабостей, и всё же мы снова и снова стремимся к силе. В этом и заключается путь воина. Ни капли смысла, согласись? Поэтому я и не поступаю разумно.

Особенно это касается меня. Чёрт, я ведь буквально умерла и вернулась к жизни. И первой моей мыслью было: хочу продолжать заниматься боевыми искусствами, без тени сомнений. Видимо, такой я была и в прошлой жизни. Я просто не знала иного пути.

Я никогда не думала о пути разума – лишь о пути дурака.

– В твоих словах есть смысл, – слегка кивнула Шаро. – В боевых искусствах я не разбираюсь, но отлично понимаю, что ты не из тех, кто принимает разумные решения. Если так рассуждать, я ведь просто актриса без планов на будущее. Будь во мне капля разума, вернулась бы домой и вела тихую жизнь на ферме.

Тогда она, наверное, действительно поняла, что я имею в виду.

– Я иду. Потому что это то, что мне нужно сделать.

– Возьми меня с собой.

Что она только что сказала?

– Ты… хочешь пойти со мной?

– Ну, ты ведь непобедима, да? Проигрывать не намерена. Так что плохого в том, если я последую за тобой?

Хм…

Шаро было трудно оставлять меня одну теперь, когда она узнала правду. Ведь я, по сути, пятилетняя девочка. Любой разумный человек попытался бы остановить меня. Но Шаро этого не делала, даже силой. Наверное, просто поняла, что я не из тех, кто станет слушать.

Как два дурака, мы отчасти понимали друг друга.

– В драке будешь только мешать, но я не против, чтобы ты наблюдала издалека. Это максимум, на который я готова пойти.

Я не сомневалась: случись что, Шаро захочет остановить происходящее, даже если придется самой влезть. Поэтому она и настаивала пойти со мной. В таком случае я оставлю её ждать на расстоянии. Если сочтет, что ситуация выходит из-под контроля, то побежит за стражей. Пока она будет в подходящем месте, проблем не возникнет.

Хотя вряд ли до такого дойдет.

– Ладно, меня устраивает, – согласилась Шаро.

***

Ранним утром Юлиан и Люсида, как и обещали, пришли навестить меня в номере.

– Ниа, спасибо за все твои усилия. Выступление прошло с полным успехом.

– Благодаря тебе Шаро успешно дебютировала.

Застав Шаро у меня в комнате, они оба удивленно на неё посмотрели, при чем с одинаковыми лицами. Близнецы всё-таки.

– На этом всё. Ты выполнила свою работу без нареканий. – Художественный руководитель Юлиан объявил об окончании моей работы.

Беседы о гонораре вели родители, так что я не знала, сколько мне заплатят. Иными словами, я не имела представления, насколько это поможет финансовому положению семьи, но точно не ухудшит. Ведь расходы на проживание покрыла госпожа Райм. Я почти уверена, что её муж владелец гостиницы. Он старший офицер в замке, если не ошибаюсь.

– Благодарю за гостеприимство. Обращайтесь, если я смогу чем-то помочь. – Надеюсь, моя работа продолжится.

На этом гости покинули комнату, и я осталась наедине с Линокис.

– Ах, чувствую себя прекрасно, зная, что эта девица больше не появится! – Линокис осветила комнату яркой, ослепительной улыбкой. Впервые за долгое время я видела её такой расслабленной. Ещё недавно ходила мрачнее некуда. Хотелось бы, чтобы она оставалась такой всегда. Но сейчас не время сидеть без дела.

– Скоро встреча с дедушкой? – спросила я.

– А, да.

Сегодня у меня не было работы. Я собиралась посмотреть королевскую столицу с дедом, которого наконец-то вчера встретила. Нил присоединится к нам после обеда. У родителей кое-какие дела в столице, и после их завершения они сразу же вернутся обратно на земли Листон, так что с нами не встретятся. Похоже, не видать покоя вечно занятым.

Завтра я вернусь домой вместе с дедом. А значит сегодня последняя ночь, когда я могла повеселиться в столице.

Интересно, не готовят ли они встречу для меня? Может, стоит прямо сейчас заявить, что приду к ним этим вечером, чтоб точно знали? Решено! Пора отделаться от Линокис и попробовать найти их по нашивке!

Даже если они окажутся лишь мелкой сошкой, сотня – а может, и больше! – обеспечит мне хоть маломальское развлечение.

Ах, неужели я не усну этой ночкой?! Ух, жду не дождусь!

***

– А, прости, Линокис. Я кое-что забыла. Можешь подождать здесь пару минут?

Мы собирались встретиться с дедушкой и прогуляться по королевской столице.

– Вы… что-то забыли?

Я спустилась в холл гостиницы, где меня ждала Линокис, чтобы отвести к деду, но если я намерена действовать, то делать это нужно было именно сейчас.

Да, мне нужно было кое-что сделать: убедиться, что моё обещание по-прежнему в силе. Но чтобы свободно передвигаться, нужно было отделаться от Линокис. Всё должно произойти быстро и незаметно для неё.

– Что вы забыли?

Зараза, она собралась спросить подробности? Я думала, она просто скажет: «Поняла, леди. Я подожду вас здесь», и всё на этом. Я выдала первое, что пришло в голову:

– Эм.. Мой кошелёк?

– Но вы не носите с собой кошелёк. Он у меня.

И правда. Линокис занималась моими финансами. Мне только раз понадобились деньги – когда я хотела купить небольшие сувениры во время Профессий. У меня имелись карманные деньги, но я точно не знала сколько. Мне было совершенно пофиг на свои финансы. Даже я понимала, как сомнительно это звучит – волноваться о кошельке, которым не пользуешься.

– Тогда, эм... носовой платок?

– Он тоже у меня.

У неё значит…

Ситуация усложнялась, ведь я никогда не брала с собой вещи, выходя на улицу. Этим всем всегда занималась Линокис. Даже моё тело до недавнего времени она возила в инвалидном кресле.

Плохо дело. Ничего в голову не идет.

– Леди, что вы задумали?

Мой внезапный интерес к вещам, на которые я раньше не обращала внимания, и неестественная молчаливость вызвали сомнение на лице Линокис. Похоже, что бы я ни сказала, она не отступит.

Ай, ладно. Я всё же найду способ отделаться от тебя.

– Пойми, пожалуйста, намек. Я иду в туалет.

– В таком случае, позвольте сопроводить вас.

– Я это говорю, потому что не хочу, чтобы ты шла со мной. Дай мне самой сделать свои дела.

– Что? У вас вдруг начался бунтарский период?

Нет, мне просто нужно сделать кое-что опасное. А знаешь, пусть будет так:

– Да! Бунтарский период! Я в том возрасте, когда хочется бунтовать против взрослых! – гордо заявила я. Но теперь её взгляд стал ещё более подозрительным.

– Как-то наиграно. – Линокис… Эта девушка держала меня на ладони. Она меня переиграла. – Никто не скажет, что у него бунтарский период. Быть в бунтарском периоде означает восставать против самой этой мысли. Ты начинаешь бунтовать против всего, даже если на то нет причины.

Признаться, звучало и прям неправдоподобно – заявить, что у меня якобы бунтарский период. Я нисколько не развеяла её подозрения.

– Думай, что хочешь, я иду. Это смущает, так что позволь схожу в туалет одна.

– Хорошо. Но если вас долго не будет, я пойду за вами.

Тц, эта девушка упорна. Вряд ли я смогу выжать из неё больше уступок. Другого выхода нет – придется действовать быстро.

***

Я зашла в туалет в холле и выбралась через окно. Оно было маленьким, для вентиляции, и располагалось высоко, но ребёнку не составит труда пролезть. Я вскарабкалась по стене, ухватилась за окно и протиснулась.

Только ноги коснулись земли, я рванула прочь.

Время поджимало. Мне нужно было закончить всё и вернуться до того, как Линокис придется проверить меня.

Первым делом я направилась в место, где всё началось, туда, где к Шаро пристали бандиты. В такой сомнительный переулок, куда никто не заглядывал – тусклое и неприметное, темное и тихое место, где может произойти потасовка, и никому не будет до этого дела. Сейчас утро, наверное, поэтому вокруг ни души. Не ранее утро, но ночь – время, когда преступники и люди из теневого мира начинаются действовать.

Я чувствовала, как меня охватывает паника. Линокис казалась даже страшнее монстра А-ранга. Буду просто бегать по переулкам и искать кого-то похожего на бандита. И как только эта мысль пришла ко мне, я наткнулась на троих, которые идеально подходили под описание.

Времени не было. Нужно поспешить.

– Можно вас на минутку?

– А?

Троица, которая лениво шла по переулку, обернулась. Кажутся слабаками. Но хоть послужат информаторами.

Я показала им то, что забрала у бандитов в тот день.

– Можете рассказать про этот знак? У меня не так много времени, и если будете тянуть, я не постесняюсь перейти к насилию. Живей.

– Какого хрена?

– Чё эта мелочь несет?

– Погоди, погоди. Я видел эту мелкую… А? Бха!

Я что сейчас сказала?

Я ударила ногой в живот парню слева, который кажется узнал меня, а затем, используя его живот как опору, врезала коленом ему в лицо. Раз собрался сплетничать обо мне с приятелями, делай это после моего ухода.

– Ч-что за чертовщина… Гхах?!

Когда я приземлилась, сбила ногу парню в центре, который медленно среагировал, и швырнула на землю.

– Гх!

У парня справа реакция оказалась ещё хуже. После того, как получил пронзающий удар – выглядело так, будто я вырвала внутренности – он упал на колени. Скорее всего, от боли не мог ни говорить, ни соображать.

– Что ты о себе возомнила… А?!

Едва храбрец в центре успел подняться, я выставила перед ним знак:

– Знаешь или нет? Твои приятели уже сладко спят. Хочешь к ним присоединиться? Учти, сладко не уснешь.

– Да кто ты вообще?! Как думаешь, кто мы такие?!

– Без понятия, и мне пофиг. Если сейчас же не скажешь то, что нужно, я переломаю тебе руки и ноги. Это не пустые слова.

Видимо, почувствовав мой серьезный настрой, он скривился и сглотнул.

И вот так мне удалось получить информацию и заставить их передать сообщение о том, что я собираюсь наведаться сегодня вечером. Я тотчас помчалась обратно в гостиницу.

Успела ли я вернуться вовремя? Успела. Едва. Прям впритык. Я оказалась буквально на волоске от поимки – столкнулась с Линокис на выходе из туалета.

***

Как и договаривались, мы встретились с дедом, чтобы посмотреть столицу. Ничего особо запоминающегося мы не увидели, но дедушка рассказал кое-что любопытное.

Госпожа Райм рассказала им, что Хильдетора, третья принцесса Альтуара, пришла на наше финальное выступление и захотела встретиться со мной. Мне ещё не доводилось встречать эту Хильдетору, но слышала, она знаменитая звезда магивидения… и ей всего семь лет.

Дети-актеры на магивидение – редкость, однако её появления не воспринимались как детские, скорее как обязанность королевской семьи. Её считали не ребёнком, а именно принцессой.

Я не понимала, почему принцесса заинтересовалась мной, тем более почему она захотела встретиться. Хотя было бы неплохо встретиться с ней в рамках работы на магивидение.

Во второй половине дня мы встретились с Нилом и Линетт, посмотрели пристань и транслирующую станцию королевской столицы, а после поужинали и вернулись в гостиницу.

Завтра утром мне нужно было покинуть королевскую столицу с дедушкой. Сборы и приготовления закончили ещё сегодня утром… значит, настало время веселья.

***

Поздно ночью я выскользнула из гостиницы.

– Ого, ты правда пришла.

Шаро уже ждала меня у входа. Я бы предпочла, чтобы её не было, но вот она здесь. Что она нашла такого интересного в сопровождении меня на нечто подобное?

Время ограничено. Мы бежали как могли к указанному месту.

Даже в это время уличные фонари слепили ярким светом, а свет из окон хорошо освещал главную улицу. Но стоило свернуть в переулок, как атмосфера сразу становилась темной и мрачной.

– Ты не знала о тех бандитах, Шаро?

– Тех? Кажется, они назывались Псы Зигзаг или типа того. Я только название знаю.

Псы Зигзаг. Верные своему названию, не более чем собаки на пороге подземного мира. К концу ночи их уже не будет. В столице скрывались и другие банды, но меня они совершенно не интересовали.

Почему? Потому что я думала лишь о том, что сегодня вечером наконец-то поиграю с этими псами. Судя по тому, как быстро я разузнала о них, банда довольно известна. Или лучше сказать печально известна.

Проще говоря, нет причин чувствовать вину за то, что я собираюсь сделать.

Чем дальше мы уходили от главной улицы, тем больше красивая королевская столица показывала свою грязную сторону. Куда ни глянь, везде слонялись опасные с виду и пьющие компании.

– Эй… Гх!

– Ты… Ау!

– Паршивка… Чёрт, больно!

Каждый раз, когда они хотели создать проблемы, я немедленно их затыкала. Было забавно, но я предпочитала избегать таких ситуаций. Я знала, что среди приставучек были и те, кто искреннее переживал за нас, просто действовал грубовато.

Всё же я пятилетний ребёнок. И со мной молодая девушка. Некоторые явно не имели дурных намерений, подходя к нам. Если так подумать, со стороны выглядит так, будто молодая девушка ведет ребёнка, а не наоборот. Мы были странной парой, где я определенно не походила на лидера.

– Ты и впрямь сильная, Ниа. Я даже в упор не улавливаю, что происходит.

– Это секретная техника, передаваемая в семье Листон. Никому не рассказывай, иначе она перестанет быть секретной.

– Ясно.

– Я хочу получить реальный боевой опыт, поэтому и затеяла это.

– Мм, понятно. – Шаро, похоже, совсем не понимала, и в общем-то не интересовалась моими причинами, но такое нормально. Словами всё не объяснишь.

Походив по улочкам, спрашивая дорогу и завалив ещё десяток человек, мы нашли заведение. На вывеске когда-то красовалось настоящее название, но теперь его перекрывала надпись «Псы Зигзаг». Это был большой, заброшенный бар – место их сбора, территория.

М? Я едва ощущаю кого-то поблизости. Они не подготовились к моему приходу?

– Шаро, дальше ты со мной не пойдешь.

– Хорошо. Буду наблюдать с той крыши, – сказала она, указывая на разрушенное здание напротив бара. Внутри я никого не ощущала, ей там будет безопасно. Да и мне не потребуется много времени на мелочёвку. – Будь осторожна, Ниа.

Буду, буду. Ты лучше это дворнягам скажи, которые вот-вот встретятся со мной.

Я не улавливала присутствие толпы, так бы залезла через окно или черный ход на случай ловушки. Либо просто проломила бы стену. Однако внутри казалось пусто, поэтому я смело вошла через главный вход.

В заброшенном баре царил полный беспорядок: повсюду валялись сломанные стулья и столы. Я, конечно, догадывалась по виду снаружи, но ребята явно не вели нормальный бизнес.

– О, ты в самом деле пришла.

Когда я вошла в тускло освещенный бар, передо мной на уцелевшем стуле развалился парень в костюме. Вокруг него лежали трое без сознания.

Так… и что же тут происходит?

– Пояснишь? – спросила я. – Я пришла сюда, потому что иначе не смогла бы подыграть их мести.

Меня бы нечестно окружила толпа, затаившая обиду, хотя я лишь преподала им небольшой урок. Тогда я бы стала той, на кого напала жаждущая мести банда. Невольной жертвой, которая решила противостоять их расплате лицом к лицу. Я так старалась обставить всё таким образом, чтобы смахивало на самооборону, даже если случайно убью парочку…

И я так этому радовалась! С нетерпением ждала, когда наконец встречу кого-то хотя бы чуточку сильного! В бою один на один нельзя переусердствовать из-за возбуждения, возможности, прихоти, увлеченности или любой другой причины!

– Не видишь? – лениво произнес парень в костюме, закуривая сигарету. – Нам не нужен мусор, который может уделать даже ребёнок.

Ну, такая формулировка многое объясняла.

– Ты настоящая мафия?

– Мм, что-то типа того.

Значит, те собаки шестерки мафии, как и думала.

– Это меняет дело. Ты сильна, да? Может, не так уж и удивительно, что они получили от тебя. – Незнакомец в костюме встал и пнул одного из лежащих бандитов. – Вам повезло, ребята. Если бы не эта малявка, вы бы тут попрощались с жизнью. Валите.

Лежавшие бандиты – очевидно избитые типом в костюме – подняли ноющие тела в сторону черного хода.

– Ну и? Что будешь делать, м? – спросил тип в костюме, когда мы остались одни.

– Какой ответ ты ждешь?

– Видишь ли, ты избила наших людей и всё такое. Ситуация была настолько ужасной, что мне самому пришлось тащиться сюда. Честно, мне плевать на подобную мелкую сошку, но стоит позволить людям думать, что ты слаб, всё кончено. И, э-э-э, сейчас ты думаешь, что мы слабы, да? Как подгнившая палка.

Он не ошибся.

– Теперь мне расплачиваться? Это ты хочешь сказать?

– Умница, леди. Правильно мыслишь. Полагаю, ты пришла сюда не просто так?

Расплачиваться. Расплачиваться, да?

– Это мои слова. – Он разозлил меня. По-настоящему разозлил. Он хотел, чтобы я взяла на себя ответственность?

Я пришла сюда ради получения удовольствия от избиения сотни человек, и вот, открыв дверь, наблюдаю такую картину. Он хоть представлял масштабы моего разочарования? Сволочь.

Как он загладит свою вину, а? Мои кулаки требовали крови. Как насытит сердце насилием? Я с таким сильным нетерпением ждала этого!

– Я лишь хочу разрешить конфликт, в который меня втянули, ни больше, ни меньше. Хочешь, чтобы я взяла на себя ответственность? Именно поэтому я здесь. Если бы ты не влез, на этом всё и закончилось.

И всё же, по какой-то причине, босс этих ублюдков решил вмешаться и встать у меня на пути. Послал такого слабака!

– Сейчас же заплати, что они мне задолжали, – прорычала я. – Я от тебя сухого места не оставлю. Я не остановлюсь, пока ты не будешь слёзно молить меня о пощаде.

– О, вот как? Я-то думал напугать тебя и отпустить, но раз уж на то пошло…

Заметив, что я приняла боевую стойку, гаденыш в костюме выбросил сигарету и направился ко мне.

На удивление молод. А может, и нет. Он не был высоким и крупным. Выглядел худощаво. На первый взгляд казался безучастным, но в темно-карих глазах скрывалось что-то – жажда насилия, возможно, или сильная враждебность.

– Тебе не жить. – Расслабленное тело парня внезапно согнулось.

Быстрый.

Движения, вызванные резкими изменениями скорости и переходом от расслабленности в нападение, привели к невероятному уровню проворности, что превзошло все мои ожидания.

Его первое движение – удар правым кулаком – пришелся прямо мне в лицо.

Блестяще.

Ни малейшего колебания с самого первого шага. Удивительно. Замечательно. Битва с сотней мелких рыбешек куда увлекательнее, но пока буду довольствоваться этим.

***

Меня уже ударили раз десять. Ни сомнений, ни пощады, лишь быстрые удары, нацеленные в лицо.

Поистине восхитительно. Не могу насытиться.

Было больнее, чем я ожидала, наверняка синяки останутся. Но если смотреть на это как на отчаянную последнюю попытку слабака, в этом было что-то милое.

На моём лице появилась улыбка, когда я получила ещё десять ударов в голову. Мужчина в костюме отступил и нахмурился.

– Чего это ты улыбаешься?

– М? Может, потому что твои удары щекочут? – По правде, лицо чутка горело, но по сравнению с настоящей битвой не на жизнь, а на смерть это ерунда. Уклонятся не имело смысла. Они не больнее укусов комаров.

– Ты ненормальная. Кулаки даже болят. Я ведь не сдерживаюсь. Каждый раз бью так, чтобы ты отлетела к чертям, а ты и с места не сдвинулась. Что происходит?

Ещё бы я отлетела.

– Разве не очевидно? Ты слабак. И я имею в виду не только то, что ты не способен повалить ребёнка.

– Ха?

– Долг сильного – принять на себя всю силу слабого, а затем избить до кровавой массы. Покажешь ему превосходящую силу – и это станет причиной его поражения. Он осознает, почему проиграл.

Когда у него появится эта причина, она станет стимулом для его роста, заставит стремиться становиться всё сильнее и сильнее. Сделай меня своей целью. Сделай причиной своей жажды силы. А вот сможет ли он когда-нибудь победить меня – другой вопрос.

– А наглости тебе не занимать, да? – Взгляд парня в костюме, ещё недавно выражавший ленивое безразличие, теперь наполнился улыбкой. Враждебной, злобной, жаждой насилия. Отлично, искра наконец-то зажглась.

Да, выложи всё, что у тебя есть. Выплесни накопленное. Всё до последней капли. В любом случае ты слаб. А потом я его побью. Ведь это долг сильных.

– Я убью тебя, – произнес он, взмахнув правой рукой, в которой… вдруг оказалась металлическая палка.

– О? Что это? – вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.

Откуда он её достал? Какой-то фокус? Скрытое оружие, как у наемного убийцы? Нет, палку такой длины не спрячешь. Это попросту невозможно. Да и не похоже на оружие, которое складывается.

– Сдохни, сучка!

Проигнорировав мой вопрос, он резко опустил палку вниз, вложив в удар всю силу, дух и ярость.

Тк!

Обычная металлическая палка. Я бы спокойно приняла удар, если б знала. А раз я не знала, что это за оружие, то блокировала удар правой рукой. Без лишних раздумий я осмотрела оружие и сделала вывод, что это буквально обычная палка из стали.

Хм… Будь это демонический клинок, магический меч или любое другое оружие, усиленное магией, я бы поняла, что оно призванное. Но это реально простая металлическая палка.

– ХААААААААААААААААААААААААААА!

Парень закричал и безжалостно продолжил бить меня палкой. Я ощущала безумие в его безжалостности: он вкладывал весь свой вес в удары.

Я же просто продолжала без напряга блокировать. Наверное, стоило дать ему попасть по мне, но из-за удара чем-то твердым у меня бы кровь пошла, а этого хотелось избежать. Я всё-таки дочь аристократа, не хотелось испачкать одежду. Ужас что будет, если Линокис увидит меня в таком виде.

***

Примерно после пятидесяти четырех ударов незнакомец остановился. Он действовал исключительно на безумии и порыве, и теперь плечи у него вздымались от каждого вздоха. Он смотрел на меня сверху вниз, будто в оцепенении.

И затем прошептал:

– Эй… я слабак?

А? Чего меня спрашиваешь?

– Как знать. Я не уверена.

Казалось, этот человек был из тех, кто может похвастаться своими боями. Выложившись на полную и почти не причинив мне никакого вреда, он серьезно уязвил свою гордость.

То самое чувство отчаяния, которое нередко охватывает тех, кто привык считать себя сильным. У меня нет воспоминаний об этом, но я уверена, что сама (вероятно) переживала это множество раз. Похоже, я и других заставляла ощутить то же самое, если правильно понимаю.

– Просто я невероятно сильна или же сильнее слабого тебя? Без понятия, что из этого. Но одно можно сказать точно: я сильна. А потому не стыдись поражения от меня, – сказала я, протягивая правую руку. Ту самую, что приняла на себя удары палкой. На коже уже намечался небольшой синяк, но столь слабый, что к следующему вечеру уже пропадет.

И ещё одно: этот человек был для меня слишком слаб. Хотя я не могу сказать, слаб ли он сам по себе. Я бы победила его с тем же количеством усилий, которые тратишь на размышления – очищать ли яблоко от кожуры в форме кролика. Вот и вся цена его силы.

– А теперь моя очередь? – Когда он наконец всё выплеснул, настал мой черед. – Считай это хорошей возможностью потренироваться. Нападай.

Завтра я покидала столицу. Это мой последний шанс на драку. Я пришла сюда в надежде подраться с сотней голов, а в итоге лишь разочаровалась.

Если я здесь не получу удовольствие, точно не усну.

***

Я снова и снова уходила от его безумных ударов и раз за разом отвешивала пощёчину по глупому лицу. Разумеется, я сдерживала силу. Ударь я всерьез, помер бы на месте. Вернее, разлетелся бы на куски.

После примерно тридцати восьми ударов его дух сломался.

– Убей меня…

Мужчина рухнул на колени, его сердце раскололось надвое, а стальная палка выпала из безвольной руки. Он наконец осознал разницу в нашей силе и сдался. Отлично.

– Я уж начала задумываться о том, что мне делать, если ты не поймешь, когда пора сдаться.

Выдержать тридцать восемь ударов – недурно. Он действительно сделал всё, что мог. Я лишь забавлялась, но это станет для него толчком стать сильнее – возможно, даже превзойти меня. И если так случится, я буду искренне рада.

– Я домой. Ты не против? – спросила я.

– Не думай, что на этом всё закончится.

О чём он толкует?

А, ну конечно.

– Ты ведь из мафии? Тогда в следующий раз я сама приду к тебе. Я не из королевской столицы и завтра возвращаюсь домой. Как-нибудь ещё вернусь, давай встретимся, ладно? Посмотрим… Я зайду в этот бар, когда в следующий раз буду поблизости.

Он молча смотрел на меня опухшим и избитым лицом, его растерянный взгляд ясно говорил, что он не знает, как понимать мои слова.

– Это обещание. Ты уже разогнал тех шавок, поэтому можешь спокойно обосноваться здесь. Открой бар, место ведь под него. Я ещё вернусь – обещаю. К тому времени подготовь для меня достойный прием. – Я сказала наобум, но мысль неплохая. Будет идеально, если бар станет одним из немногих мест, где я могу находить соперников для сражений. Вот бы он превратил эту развалюху в нечто такое.

– Да у тебя не все дома, мелкая.

Не поспоришь.

– Кстати. Откуда ты это вытащил? – спросила я.

Как правило, мастер боевых искусств после победы обязан проявить уважение к боевому искусству проигравшего и, если его присутствие больше не требуется, сразу удалиться. Дух парня в костюме был окончательно сломлен – мной. Победитель уже определен. Я не собиралась заходить дальше. Поэтому хотела сразу уйти, но сперва уточнить один момент.

– Это? – переспросил мафиози.

Я указала на стальную палку, видя его замешательство.

– А, эту металлическую палку. Привязанное оружие. Не такое уж редкое.

Что ж, новое слово в мой словарь.

– Я не знаю. Это магия? Распространенная штука?

– Мало кто способен на такое, но сам факт хорошо известен. Ты всё-таки ребёнок. Неудивительно, что не знаешь.

Не уверена, можно ли меня считать ребёнком, но усложнять не стоило.

– То есть это позволяет тебе мгновенно вытаскивать оружие откуда-то ещё?

– Типа того.

Хм.

– Какой забавный трюк. – Я повернулась, чтобы уйти. Моё любопытство удовлетворено, а потому пора на выход. – Я ухожу. Увидимся в следующий раз.

– Да. Обязательно возвращайся. И не вздумай считать, что всё кончено – это не так. – Несмотря на избитое и опухшее лицо, в его глазах горело чистое, ничем не искаженное убийственное намерение. Оно пробрало меня до дрожи, в самом приятном смысле.

Я и правда чувствовала в нём зачатки сильного. То, что он не сдерживался против ребёнка, впечатляло – он не судил книгу по обложке. Ему оставалось только отточить своё мастерство, чтобы мы могли сразиться по-настоящему: не на жизнь, а на смерть. Если, конечно, он сумеет стать лучше. Как жаль. Ему не хватало лишь капли силы.

О…

– Эй.

– А? Грнгх?!

Я пнула его в живот, пока он стоял на коленях, и убедилась, что свалила как следует.

– Что за?.. Ах ты мелкая!..

Ого, неплохо. Я ударила ногой с намерением вырубить, а он всё ещё в сознании. Что ж, иных вариантов не было.

– Тебе лучше какое-то время из бара не высовываться.

В нынешнем состоянии ему не выбраться живым, если ввяжется во что-то. Я предупредила его, пока он лежал, не в силах двинуться от боли и злости, а затем направилась к основному блюду, которое так любезно развернули передо мной.

***

– Добрый вечер.

– Мамочки– Напугала до чертиков!

Неожиданное приветствие за спиной едва не заставило сердце Шаро Уайт выпрыгнуть из груди. Она пришла вместе с Ниа Листон из-за беспокойства за эту белоснежную девочку, которая загадочным образом любила лезть в опасные дела.

Наблюдая, как девочка уверенно направляется к заброшенному бару, и вспоминая её хорошее настроение по пути, Шаро подумала, что зря волновалась.

Скорее всего, Ниа действительно была до смешного сильной, как сама утверждала. Без шуток.

Убедившись, что Ниа вошла в бар, она повернулась и поднялась по лестнице разрушенного здания напротив. Но тут за её спиной раздался голос.

Когда она обернулась, увидела горничную Ниа – или кем она там была – в своей рабочей одежде. Если память Шаро не изменяла, звали её Линокис. Они не разговаривали, хотя Шаро много раз видела ту на репетициях.

– Ой, госпожа горничная.

– Я личная служанка, а не горничная.

Шаро знала, что Линокис её недолюбливает. Толку терзаться этим нет, а потому она решила не заморачиваться.

– Эм… Ты следила за Ниа?

– Разумеется. Я отвечаю не только за повседневные нужды леди, но и за её безопасность. Мне не позволительно выпускать её из поля зрения. – Ниа и впрямь была настоящей леди из богатого дома, поэтому наличие личной служанки и телохранителя не удивляло. – Ты собираешься наблюдать оттуда? Тогда пойдем.

– А? – Сбитая с толку, Шаро поспешила следом за Линокис, когда та прошла мимо неё.

– Не будешь её останавливать?

– У меня нет причин для этого.

– Серьезно? Уберечь её от опасности не является веской причиной?

– Этот человек намного сильнее меня. На этом этапе я уже не в силах её остановить.

В других обстоятельствах такие слова прозвучали бы абсурдно. Но только не здесь.

Пусть полной уверенности у неё не было, Шаро уже догадывалась, что Ниа необычайно сильна, и потому услышанное её не особо впечатлило.

Эта девочка и правда очень сильна.

По части боев Шаро была сущим новичком – настолько, что даже не задумываешься, сильна она или слаба – но даже ей всё понятно. Скажи ей кто-нибудь, что Ниа куда сильнее, чем кажется, она бы поверила сразу.

– У меня также не хватает духу попытаться её остановить, когда она так сияет от счастья.

– Понятно.

Если честно, Шаро не до конца понимала, как можно находить удовольствие в насилии и в том, чтобы лезть в опасные дела. Как бы там ни было, актриса и личная служанка вели непринужденную беседу и поднимались по зданию. Оно было невысоким – всего-то три этажа – но этого хватало для наблюдения за баром.

– Как только леди закончит, я вернусь в гостиницу. Не говори, что я приходила.

– И ты даже не отругаешь?

– Я бы с радостью, но мне же потом будет хуже, если в следующий раз она станет хитрее и научится искусно скрываться от меня. Так что остается только следить за ней.

– Ух, тяжело же быть личной служанкой.

– Безусловно.

– М? Это?..

Посреди разговора они заметили, как по дороге кто-то шел. Из-за темноты разглядеть фигуру толком нельзя, но это точно человек.

К бару подошли ещё один-два силуэта… и замерли. Шаро подумала, что случайность, но вслед появилась уже целая группа.

Сначала собралось чуть больше десяти, однако их число всё росло и росло.

– Эм, разве дело не дрянь?

При стольких собравшихся вокруг должен быть шум, но вместо этого стояла мертвая тишина. Что-то было не так. И хуже всего – некоторые явно имели оружие. Казалось, будто они собрались устроить налет на бар.

Напряжение только нарастало, и такое скопление людей совершенно не подходило для тихой ночи. Сомнений уже не оставалось. Толпа стояла перед баром с определенной целью. На случайность это совсем не смахивало.

Шаро не имела ни малейшего представления, зачем они здесь, но Ниа находилась внутри бара. А значит, скорее всего…

– Бедняжки, – тихо пробормотала личная служанка, глядя вниз на зловещую толпу, которая уже перевалила за тридцать человек. – Какая-то сотня заурядных головорезов не справится с леди.

– Что? Она настолько сильная?

Из-за своей неопытности Шаро с трудом могла поверить словам Линокис. В любом случае истина вскоре станет ясной.

***

– Простите за ожидание. Давно ждете?

Оставив парня в костюме лежать на полу, я вышла из бара. Как я и ощутила, снаружи поджидало чуть больше тридцати вооруженных громил.

А-а-а, потрясающе!

Качество, конечно, так себе, но количество радовало. Да и честно, бой с парнем в костюме меня не удовлетворил. Появление основного блюда сразу после закуски было как раз кстати.

– Эй, мелкая. Где Анзел? – бросил тип, судя по всему, главарь разношерстной шайки.

Похоже, Анзел – имя того парня, которого я оставила валятся в баре.

– Сдался он вам? Перед вами ведь я.

Мне было безразлично, кто эти люди и какие у них отношения с Анзелом, но раз спрашивали, значит, он их цель.

– Х-хей, это же она! Та бледная и безумно сильная девчонка! Быть не может… Она кокнула Анзела?!

Ой, ну надо же – похоже, цель тут я. Они связаны с псами? Пришли мстить?

А важно ли это вообще?

По кровожадной ауре и наличию оружия в руках даже дураку понятно, что они явились не поболтать. Если их цель – прикончить ослабленного Анзела, то, как победитель в поединке с ним, я могла защитить его – это тоже форма уважения к боевым искусствам. Раз собрались свести счёты, делайте это, когда противник полон сил. Иначе я бы и пальцем не пошевелила, чтобы их остановить.

– Вы закончили? Давайте уже начнем.

Бух!

Как только слова сорвались с моих губ, типа-главарь взлетел в воздух.

Почему? Я сделала шаг вперед с максимальной для этого тела скоростью и ударила его чуть сильнее обычного. Меня не устраивал подобный мусор, который даже не способен среагировать на простенькое движение… Хотя, хм. Это довольно весело? Да? Куда веселее, чем я думала.

– АХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Ну же, ну же! Если не успеете прикончить меня – первыми сдохнете! – Смех вырвался наружу. Атмосфера насилия – то, чего моей душе так давно не хватало, – наполнила безумной радостью. Размахивать кулаками без тени угрызения совести… прекрасное ощущение, как я и представляла.

Нехилга был мелким бандитом, но довольно известным.

И хотя Альтуар казался на первый взгляд мирным местом, у него тоже имелась изнанка. Скрываясь глубоко в восточной части складского района – настоящем рассаднике таких типов – он шаг за шагом зарабатывал себе имя.

Нехилга прекрасно понимал, что он всего лишь мелкий бандит. Но только потому, что выжидал подходящий момент. Его образ какого-то ничтожного гангстера являлась лишь маской – следствием долгой подготовки и терпения.

Стоило ему заметить возможность крупной наживы, как он атаковал без тени сомнения. Вцеплялся в цель и полностью уничтожал её. Он сокрушал слабых, пожирал сильных и наслаждался добычей.

Так он и жил до этого момента. Полагался на чутьё и умение управлять рисками. В результате ему даже удалось создать тайное убежище в этом районе.

Однако тут по-другому, иначе не скажешь: он просчитался с самого начала.

– Э-это что за херня?..

Нехилга пришел на место события с подружками под каждую руку и четырьмя доверенными лакеями позади. Уверенный, что дело плевое и принесет кучу бабок, он был в отличном настроении.

Но картина, что предстала перед ним, вовсе не соответствовала его ожиданиям.

В переулке, заставленного заброшенными зданиями, лежала кучка «крутых» юнцов, которые у него уже поперек горла. Он даже узнал парочку физиономий.

Нечто нарушило планы Нехилги.

Он пришел, чтобы забрать дочь аристократа четвертого ранга, Ниа Листон. Девочка должна была стать его золотым билетом. Когда Нехилга услышал, что какая-то молодая банда сцепилась с ней, тут же почуял запах больших денег.

План был предельно прост: дочурка аристократа зазналась, полезла на его ребят, за что и поплатилась. А дальше – требование компенсации от семьи Листон. План проще некуда.

Чтобы было ещё больше «пострадавших», Нехилга велел своему телохранителю Анзелу разгромить остальные молодые банды. Всё ради того, чтобы подставить Ниа Листон. Всё ради того, чтобы ткнуть на проступок аристократов и рассказать, какой ужасный поступок совершила их дочь.

Чем выше был ранг аристократов, тем сильнее они ненавидели подобные скандалы. И всё же Нехилга сомневался, насколько один-два скандала могли повлиять на положение дел во времена, когда пропасть между аристократами и простолюдинами постепенно сокращалась. Однако нынешние аристократы яростно оберегали свою репутацию в глазах простых людей, а потому остро реагировали на подобные вещи.

Так или иначе, стоило ему заполучить девчонку – и всё бы решилось. Если семья не попытается вернуть похищенную дочь, разгорится скандал, но и действовать им нужно крайне осторожно, чтобы новость не просочилась наружу. Он заранее увеличил число «пострадавших», которых намеревался повестить на неё, так что, если об этом узнают, инцидент выльется в нечто куда более серьезное.

Ему нужно было лишь создать видимость, будто они всего-навсего хотят не дать Ниа Листон причинить ещё больший вред. По факту это банальное похищение и удержание против воли, но главное, как ситуация выглядела со стороны.

Пустяковое дело, способное принести огромную выгоду – вполне в духе мелкого бандита.

По крайней мере, так думал Нехилга, и именно над этим он тайно работал последние несколько дней. В его понимании, план удался.

– О, добавка?

Проблема заключалась в том, что Анзел проиграл Ниа Листон.

Среди тел стояла та девочка с белыми волосами. Ей было всего пять-шесть лет.

Абсурдная картина: маленькая девочка спокойно стояла в заброшенном, залитом лунным светом переулке, усеянном телами, и улыбалась. Её необычные белые волосы выделялись на фоне темноты и только усиливали ощущение нереальности происходящего.

Лежавшие вокруг парни – те, кого Нехилга велел Анзелу избить. Не ведая правды, они возненавидели Анзела и собрали силы, чтобы свести счёты.

Но вместо этого их уложила Ниа Листон.

Нехилга ни о чём не догадывался, так как только пришел на место. Он не знал, что Анзел уже проиграл, и понятия не имел, что всех избитых уложила Ниа Листон. Ему не были видны все части картины, кроме одной: ребёнок, которого он мог обменять на кучу денег, стоял прямо перед ним.

– Черт, ты и правда здесь. Эй, малышка, ты ведь Ниа Листон, да? – Для Нехилги только это имело значение. Пусть план чутка изменился, суть не менялась: просто схватить её – и дело сделано.

– Ты меня знаешь?

– Само собой. Я иногда посматриваю магивидение.

Ниа Листон известна. Для тех, у кого имелся доступ к магивидению, её лицо мелькало каждый день. Именно поэтому она и представляла ценность. А раз есть ценность, значит, есть и деньги.

– А, так ты мой фанат? Не ожидала встретить кого-то такого здесь.

– Да, да, я твой преданный фанат. Не пройдешься с нами ненадолго? Пара вопросиков, ничего больше. – Нехилга и сам понимал, насколько откровенной вышла ложь, но ему не нравилось применять насилие к детям. Если она будет послушной, это избавит их от хлопот.

– Простите, меня учили не ходить в дом к незнакомцам посреди ночи. Так что – вынуждена отказаться.

Обычный ответ. Ничего странного. По крайней мере, при других обстоятельств.

– Да ладно тебе. Кстати, а что с Анзелом? Ты его не видела?

– Анзел? Это ты его отправил?

– Раз знаешь, то встречала, да?

Но тогда возникал вопрос, почему она здесь. Что случилось с Анзелом?

– Он дремлет в том баре.

– Он что?..

Похоже, Анзел был там, куда указывала маленькая ручка.

Нет, важнее другое – что случилось с Анзелом? В преступном мире его имя знали все: телохранитель, один из лучших. Ходили слухи, что в поединке один на один он вообще не способен проиграть. Нехилга даже рассчитывал когда-нибудь сделать Анзела частью своей семьи, а не держать простым наемником, и потому выложил немалые деньги, чтобы удержать его рядом.

Была ещё женщина, которую он тоже хотел видеть в своей семье, но та куда-то исчезла некоторое время назад. Впрочем, это сейчас роли не играло.

– Если уж посылаешь за мной убийцу, мог бы выбрать кого посильнее.

Нехилга мог быть идиотом, но соображал быстро. Хитрость ума у него имелась. И судя по этим словам, Ниа Листон победила Анзела.

И только теперь, Нехилга наконец понял, с чем именно столкнулся.

Анзел вырублен в баре, молодняк валялся на земле, причина, по которой банда вообще сцепилась с Ниа Листон, что именно произошло – собрав всё в едино, Нехилга начал видеть в маленькой девочке, стоящей невозмутимо посреди этого, то, чем она на самом деле была: чем-то ненормальным.

И ровно в тот миг, когда Нехилга почувствовал, как сжалось сердце, его люди – приятели, телохранители, подручные – повернулись к нему и спросили:

– Босс, чё делать будем?

– Я не особо шарю в твоём хитром плане, но ты ведь хочешь её схватить?

В преступном мире любой намек на слабость сразу же подмечали. Стоило оступиться – мгновенное падение. Оно неизбежно. Одной ошибки хватало, чтобы всё, что ты выстроил, рухнуло. Товарищи, которым доверял, отворачивались и вырывали власть из твоих рук. Именно так Нехилга расправлялся со всеми остальными бандитами.

Если он выберет сбежать от девчонки, которая даже не подросток, к нему навсегда прилипнет пятно позора.

Нехилга не мог сбежать.

С того момента, как он решил схватить Ниа Листон, с того момента, как они встретились, с того момента, как он разработал план – он уже сделал рискованную ставку с высокой наградой. Теперь отступать было нельзя.

Если он отступит, потеряет всё.

– Ладно, схватите малышку.

По спине пробежал холодок. Инстинкты кричали ему об опасности, но он проигнорировал их и отдал приказ.

Схватить Ниа Листон.

– Ну же, малышка, будь послушной– А.

Один из его людей подошел к Ниа Листон с ухмылкой на лице… и упал.

Никто не понял, что произошло.

Ниа Листон не шевельнулась. А потом они увидели, что она со скучающим видом смотрит на их упавшего товарища.

– Эй, ты чего? Перепил что ли– А.

Когда второй человек приблизился, не понимая, почему первый внезапно упал, с ним произошло то же самое.

Что за хрень? Ниа Листон ничего не сделала, и не похоже, что на его людей кто-то напал со стороны.

Но теперь все присутствующие поняли. Это ненормально. Здесь и сейчас происходило что-то ненормальное. И то, что причиной ненормальности была пятилетняя девочка Ниа Листон, не укладывалось в голове.

За исключением Нехилги, который начал смутно догадываться…

– Эй.

Не успел он опомниться, как Ниа Листон уже стояла прямо перед ним.

Он даже не моргнул. Она просто… появилась… словно телепортировалась.

В этот момент глаза Нехилги наконец привыкли к темноте переулка, и он понял, что всё это время не видел истинного масштаба бойни. Он не видел конца телам.

Их было невероятно много.

Лежало не двадцать и не тридцать тел. Огромное количество было свалено в кучи. Их ведь не больше сотни, да?

Нет, он не был уверен. Потому как не видел конца кучам людей.

Нехилга не желал знать правду. Разве не очевидно, что всех уложили так же, как его людей только что – мгновенно, прежде чем они успели понять? Тогда тем, кто сделал такое, могла быть лишь…

– Хочешь уйти? Или остаться?

Она это серьезно?

– Ночь сегодня чудесная. Я в хорошем настроении, так что не против отпустить тебя. Как поступишь?

Он определено хотел уйти.

Слова почти сорвались у него с языка, но произнести такое при своих людях он не мог.

– А.

Голос раздался у него за спиной.

Он обернулся и увидел Ниа Листон. Ребёнок, который мгновение назад стоял перед ним… оказался позади него. И ещё двое его людей упали.

– Ай-яй, убегать – некрасиво.

Он не понимал.

Он ни черта не понимал.

Но одно он понял отчетливо: он столкнулся с чем-то… с чем не должен был.

По спине прошел ледяной холод.

Его всего затрясло.

Теперь он различал лежащих вдалеке парней, но конца по-прежнему не видел. Сколько же людей уложили? Пятьдесят? Реально больше сотни? Он не хотел знать. Искренне не хотел.

Это его спутниц трясло или самого Нехилгу?

– Эй.

Ниа Листон улыбнулась.

– Надеюсь, ты убедишь их помалкивать. Насколько это в твоих силах. Передай, что сегодняшний вечер – секрет. Ты ведь справишься? Или нет?

Нехилга уже знал ответ.

После той ночи из королевской столицы испарилась пачка бандитов. Похоже, они пережили нечто ужасное, всё твердили: «Та беловолосая малявка была до жути страшной!» – прежде чем исчезнуть.

О них больше никто ничего не слышал.

Спустя несколько лет прошел слух, что некий любитель золота, живший в восточной части складского района, занялся фермерством где-то в глуши.

Однако и этот слух утих через пару дней.