Глава 155.0

Глава 155

Дурак. Последний шанс упущен, и теперь мне остается только смерть. Я схватил свои немногочисленные вещи и сбежал.

— Рэйвен!

Но сколько бы я ни бежал, от крика старухи было не скрыться.

Я на самом деле похищенный сын миллионера? Полный бред. С уличными отбросами такие киношные сюжеты не случаются. Однако самый безумный человек этого города вполне мог отдать мне приказ убить собственную бабушку.

«Та-дам! Старуха, которую ты убил, была твоей родной бабушкой!»

Он явно собирался насладиться зрелищем моего краха после такого внезапного откровения. Босс наверняка уже отправил людей искать меня, так что мне нужно было залечь на дно.

Я провел неделю, скитаясь по грязным мотелям Эдем-Сити. Просиживая дни в четырех стенах без дела, я не только не смог забыть о случившемся, но и начал придумывать в голове абсурдные истории.

«Черт возьми… Так какая же версия верна?»

В конце концов, я не выдержал и вышел на улицу, чтобы найти ответ.

— Простите… Я ищу кое-какую информацию…

Бандиты не ходят в библиотеки. Значит, здесь меня не найдут.

— Туалет в той стороне.

Бандиты не ходят в библиотеки. Библиотекарь посмотрела на меня с сомнением и указала в угол.

— Нет, я не об этом. Мне нужно найти статьи из газет или журналов, но я не знаю, как это делается…

— А, если скажете, какие именно статьи вас интересуют, я помогу их найти.

Я немного помедлил, потом понизил голос и произнес имя:

— Мне нужны статьи о Рэйвене Ханте.

— Рэйвен Хант?

Библиотекарь наклонила голову набок.

— Впервые слышу такое имя.

Почему? Неужели Рэйвен Хант — какой-то тайный ребенок, о котором никто не знает?

— А у вас есть другая информация об этом человеке?

Я растерялся, но затем переспросил:

— Разве у Дорис Хант нет внука?

— Ах.

По тому, как просветлело ее лицо, я понял, что такой человек действительно существует.

— Вы о похищении Джеймса Ханта 3?

Похищение? Это слово совпадало с безумной историей, которую я сочинял в своей голове, сидя в одиночестве. Но от того, что я оказался прав, мне не стало лучше.

«Теперь мне уже не хочется знать правду».

Библиотекарь собрала мне статьи о том случае, но я не мог заставить себя прочесть их. Я долго сидел, нервно куря сигареты, и лишь когда подошло время закрытия библиотеки, нехотя начал читать. И правда оказалась куда ужаснее, чем мои выдумки.

— Это правда.

Я долго смотрел на фотографию незнакомой, но почему-то знакомой пары и наконец признал. Мое настоящее имя, которое я всю жизнь хотел узнать, оказалось Джеймс Хант 3. Наследник семьи, посвятившей себя борьбе с преступностью. Идеальная мишень для мести. Теперь стало ясно, почему мои родители обзавелись таким количеством врагов среди бандитов. Почему босс, как бы я ни старался, никогда не принимал меня в семью. Одно только мое имя объясняло все.

— Жалкое отродье.

Родители отдали свои жизни, чтобы защитить меня, а я только и делал, что винил их. Как же жалок был для них такой сын? Я, который не только униженно молил врагов сохранить мне жизнь, но и бегал за ними, пытаясь заслужить их одобрение. Я был настолько жалок, что сам себе стал отвратителен.

Как же им, наверное, было весело видеть меня таким. Как же они должны были наслаждаться моим падением. Наследник семьи, борющейся с преступностью, стал самым известным преступником города. Ребенок, который должен был вырасти на вершине города, окруженный уважением, превратился в презренную собаку, ползающую по самым грязным его закоулкам.

Узнав правду, я не почувствовал облегчения. Стало лишь невыносимо больнее.

— К черту все.

Какое мне дело до всего этого? Даже если это правда — что я теперь должен делать? Меня больше здесь нет. Мне плевать. Я хотел сбежать от правды и реальности, которые были слишком тяжелы для такого жалкого человека, как я. Я навсегда покину этот проклятый город и начну новую жизнь там, где никто меня не знает.

На следующий день я покрасил волосы в серебристый цвет. Парни из банды легко узнают меня по лицу, даже если цвет волос изменился, но старуха вряд ли меня опознает. Чтобы добраться далеко, нужны деньги. Поэтому я решил провернуть последнее дело сегодня и уехать завтра.

Щелк-щелк.

— Черт побери.

Из-за влажного ветра на пристани сигарета никак не загоралась. Только с четвертой попытки мне удалось прикурить. Я глубоко затянулся и наблюдал, как пассажиры поднимаются на стоящий у причала круизный лайнер. Эти люди, одетые в дорогие наряды и собравшиеся группами, притворно улыбаясь друг другу, были увешаны сверкающими драгоценностями. Последняя добыча бешеного пса.

Проще всего было бы ограбить любой магазин, в котором водятся деньги, но у меня, несмотря ни на что, сохранились остатки совести, и грабить бедных не в моем вкусе. Ограбление банка привлекает слишком много внимания и одному его не провернуть. Украшения — не наличные деньги, с ними больше хлопот, да и при продаже теряешь в цене, но это то, что я умею воровать лучше всего, и это гарантирует крупную сумму сразу. Поэтому я решил ограбить вечеринку богачей на корабле.

«Что ж, пора».

Я взял обеими руками черную ленту, небрежно накинутую на шею, с сигаретой, зажатой в зубах.

— Отвратительный галстук-бабочка.

Хмурясь, я смотрел на корабль, пришвартованный у причала, одновременно завязывая бабочку.

— Рандеву… Даже название корабля мерзкое.

Это будет последняя сцена для бешеного пса. Я бросил наполовину выкуренную сигарету и направился к прогулочному судну.

* * *

— Ой, простите.

Я остановилась и отступила на шаг назад, собираясь подняться по трапу на борт корабля. Мужчина, который одновременно со мной собирался ступить на трап, тоже отступил назад и вежливо жестом уступил дорогу.

— Дамы вперед.

Он назвал меня дамой, хотя по моему костюму горничной любой сразу же понял бы, что я прислуга. Очевидно, он был одним из гостей вечеринки. Его волосы, тщательно зачесанные назад с помощью помады, и черный смокинг придавали ему благородный вид. Но почему-то он казался мне слегка опасным.

«Может, из-за серебристых волос?»

Да и лицо его было каким-то странно дерзким, даже чувственным.

«Безумно красив».

Хотя я живу здесь недавно и лица иностранцев пока что кажутся мне одинаковыми, даже мне было понятно, что этот мужчина невероятно красив. Я так засмотрелась на него, высокого и статного, что только когда он молча кивнул, намекая, мол, не собираюсь ли я идти, я наконец пришла в себя.

— С-спасибо.

Покраснев и прикрыв щеки руками, я почти бегом поднялась по трапу. Как только я ступила на палубу прогулочного судна, перед глазами появилось сообщение:

[Вы вошли на место преступления. Активирован эффект нарушение распознавания лица.]

Это сообщение уже стало мне привычным. Прошел месяц с тех пор, как я попала в эту игру. Получается, я провела в слезах больше тридцати дней.

— Выпустите меня отсюда!

Но сколько бы я ни искала, выхода из игры так и не нашла. Может, меня выпустят, только если я пройду игру до конца? А если провалюсь и увижу плохую концовку, неужели умру по-настоящему? Обычно в романах о попадании в игру всегда так и бывает.

«Может, просто умереть и таким образом выбраться?»

В последнее время мне настолько тяжело, что даже такие крайние мысли приходили в голову. У меня нет никакого таланта к воровству. Хоть я и сирота, у которой ничего нет, но всю жизнь я гордилась тем, что честно и усердно зарабатывала на жизнь, не прикасаясь к чужому. И теперь пачкать это для меня невыносимо.

«Если бы знала, что попаду в игру, выбрала бы хранителей добра».

Если бы я была следователем, то, возможно, смогла бы хоть как-то продержаться, подражая всем тем детективным шоу, которые пересмотрела, как типичная кореянка. Но как может девушка, которая всю жизнь была прилежной выпускницей старшей школы, готовящейся к госэкзаменам и подрабатывающей в круглосуточном магазине, вдруг начать воровать?

Из-за того, что я выбрала Джемму Стил, теперь в этой игре я страдала больше всего. Пока что от Джеммы Стил у меня только имя, а вовсе не ее дурная слава знаменитой воровки драгоценностей. Из-за низкого уровня навыков я сейчас не профессиональный вор, а обычный человек, совершенно ничего не смыслящий в воровстве.

Да и характер Джеммы, которым я восхищалась, не перешел ко мне целиком. Иногда я неожиданно становилась смелой и решительной, а потом вдруг снова проявлялся мой прежний характер и все портилось.

«Может, мне нужно больше слиться с персонажем? Или все потому, что уровень слишком низкий?»