Глава шестая: Подготовка к школьному фестивалю (3)

* * *

Через несколько десятков минут поездки они прибыли в номер одного из отелей в центре города.

Это был самый роскошный люкс на последнем этаже, где больше не было других номеров, так что сейчас на этаже находились только Нисино и мужчина.

Чтобы попасть в номер, нужно было воспользоваться специальным лифтом, который поднимался с нижних этажей. Там постоянно дежурила команда из вооружённых до зубов полицейских и нескольких людей Маркуса. Даже связанным с делом лицам без личного разрешения вход был воспрещён.

— Ты правда... правда тот самый телохранитель? — спросил мужчина, сидя на широком диване.

— В который раз ты спрашиваешь? Если тебе не нравится, могу в любой момент отказаться.

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— ... Серьёзно... — мужчина, словно оценивая Нисино, искоса взглянул на него, а затем тяжело вздохнул. Не меняя позы, бессильно согнулся, опёрся локтями о колени и обхватил голову руками. Всем своим видом показывал, что наступил конец света.

Что до того, на кого вздыхали, то он, не обращая внимания на мужчину, был занят какой-то работой: сидел на диване напротив, через кофейный столик от своего подопечного, и что-то быстро писал шариковой ручкой на листе бумаги. Возможно, это вызвало его любопытство, и мужчина поднял голову.

— Эй, ты чем занимаешься?

— Готовлюсь к школьному фестивалю. — ответил Нисино своим обычным ровным тоном.

Вероятно, его невозмутимость вывела мужчину из себя, и его голос огрубел.

— ... чего? К школьному фестивалю?

— Он на следующей неделе. Хочешь прийти?

— Ты... сволочь, во что ставишь чужую жизнь... — мужчина невольно сжал кулаки. Казалось, в следующую секунду нанесёт удар.

— Не поднимай панику, надоел. Маркус не дурак, уже работает над улучшением ситуации. Если переговоры пройдут успешно, они откажутся от своих планов и спокойно уедут домой.

— Да как тут не паниковать! — рокер пнул ногой кофейный столик, который с противным скрежетом сдвинулся.

От этого удара ручка в руке Нисино соскользнула, оставив на белой бумаге лишнюю линию. Список меню, уже заполненный почти наполовину, был перечёркнут снизу вверх жирной чёрной чертой.

«Один лист меню придётся выбросить.»

— ...

— ...А? Чего молчишь, говори!

Увидев, что Нисино чем-то недоволен, мужчина раздражённо рявкнул. Похоже, его беспокойство было так велико, что ему необходимо было на ком-то сорваться.

— В такие моменты рок тебе не помогает?

— Что? О чём ты, чёрт возьми, говоришь?

— Несколько дней назад кое-что понял.

— Понял? Что? Что за бред?

— Если ты умрёшь, наверняка найдётся множество людей, которые будут по тебе плакать. И понял, что счастье человека, наверное, и заключается в том, чтобы заслужить такой конец. — сказал Нисино, аккуратно складывая испорченный лист. — ... Я бы тоже хотел прожить такую жизнь, как у тебя.

— Хочешь быть как я? Невозможно. Забудь. Тебе даже мечтать не стоило о том, чтобы вот так со мной разговаривать. И с чего ты вообще возомнил о себе?

Будь то пинок стула или стола, каждое его движение было невероятно стильным. Глядя на этого мужчину, приходилось признать, что тебе такое не дано — такова была реальность для человека с заурядной внешностью.

— Да, ты прав.

Безграничные возможности, доступные лишь красавцам и абсолютный предел, уготованный тем, у кого заурядное лицо. Осознав это, Нисино почувствовал лёгкую грусть.

— Да оставь ты письмо! Эй, быстро свяжись с этим твоим Маркусом. Сколько бы полиция ни охраняла, эти ублюдки всё равно придут. А от такого сопляка, как ты, рядом толку никакого!

— ... Тихо.

— Что?

Движения Нисино внезапно замерли. Его от природы не слишком аккуратные брови едва заметно дрогнули. Он перевёл взгляд на окно, но занавески мешали что-либо разглядеть. После нескольких мгновений раздумий оценил ситуацию. Он тут же схватил ручку и быстро написал что-то на листе бумаги.

Затем протянул его мужчине через стол. На бумаге было написано короткое указание: «Беги к выходу в коридор».

— ... Чего?

— Живо! — Нисино произнёс это чуть более настойчивым тоном.

Благодаря этому мужчина, кажется, понял, что что-то не так.

— Н-не может быть? — перепуганный в панике вскочил с дивана.

В тот же миг, как сделал первый шаг, стекло в окне гостиной разлетелось вдребезги. Снаружи с крыши спустилось несколько верёвок, и по ним в комнату тут же ворвались незваные гости.

— И-и... и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и! — пронзительно взвыл мужчина.

Он не зря был популярным рок-исполнителем — его фальцет звучал на удивление мелодично. Что до Нисино, то он с видом «ну что поделать» спокойно поднялся с дивана.

— Мы всё-таки в Японии.

Осколки оконного стекла полетели в их сторону.

Но, достигнув определённой точки в воздухе, замерли в одной плоскости, словно листья, прилипшие к паутине. Мелкие осколки выстроились в ровный ряд, будто на их пути возникла ещё одна стена. Освещённые комнатным светом, разнокалиберные куски стекла завораживающе сверкали, создавая дивное зрелище.

— Стой там и не двигайся! — крикнул Нисино рокеру. Но тот, охваченный паникой, ничего не слышал. Он метнулся прочь, словно напуганный заяц, и в мгновение ока выскочил из комнаты. Свернув за угол в коридоре, исчез из вида.

— Чёрт... — простолицый юноша тут же развернулся, чтобы броситься за своим подопечным. В этот момент нападавшие, словно преграждая ему путь, открыли перекрёстный огонь спереди и слева. Грохотали выстрелы: больше десятка человек ворвались в комнату и, не переставая, палили из тяжёлого оружия. Целью был Нисино. Для одного человека такой шквал огня был явно чрезмерным. В действиях нападавших не чувствовалось ни сомнений, ни небрежности. Похоже, до них дошли слухи об уровне телохранителя. Потому его и встретил слаженный и яростный натиск, достойный вышколенных солдат. — Не мешайтесь. — школьник взмахнул рукой, и головы нескольких нападавших отделились от тел.

Тела тут же рухнули замертво. Хлынувшая кровь окрасила номер в багровые тона. Брызги покрыли не только пол и стены, но даже потолок. Несмотря на это, атака не ослабевала.

Двое нападавших уже выбежали из комнаты вслед за рокером. Оставшиеся десять с лишним человек, не прекращая, вели огонь по Нисино. Пули разных калибров с оглушительным грохотом вылетали из стволов. И все они, как и осколки стекла до этого, были пойманы невидимой воздушной плёнкой и застыли в воздухе. Ни одна не коснулась тела Нисино. Множество парящих в воздухе кусков металла можно было бы принять за авангардную инсталляцию.

— Вот поэтому и ненавижу богачей...

Он решил сперва уничтожить нападавших здесь. Защиту беглеца пока можно было доверить людям, дежурившим этажом ниже. Нисино рассудил, что это единственный выход, и если его удержит, то, по крайней мере, не придётся беспокоиться о том, что его подопечного похитят.

Двое преследователей — не так уж и страшно, можно за ними и не гнаться.

— Если вы и впрямь думаете, что таким вооружением меня можно одолеть, то вы меня сильно недооцениваете.

Простолицый юноша взмахнул рукой во второй, в третий раз — и снова полетели головы нападавших. С каждым взмахом падало по несколько человек, их число стремительно сокращалось. Видя, как легко и просто люди превращаются в трупы, даже эти закалённые бойцы начали паниковать. Наконец, потеряв две трети личного состава, враг решил отступить.

— ... С чего бы мне вас отпускать?

Нисино, глядя на попятившихся нападавших, продолжал невозмутимо взмахивать рукой.

Шаг за шагом он сокращал дистанцию и хладнокровно обезглавливал свои цели. Он безжалостно прикончил даже того, кто бросил оружие и молил о пощаде. В таком темпе, всего за две-три минуты, все нападавшие, как и планировалось, были уничтожены. Когда упал последний, парящие в воздухе осколки стекла и пули разом рухнули на пол. Лишившись поддержки невидимой плёнки, с резким звоном и треском рассыпались по полу. Разнокалиберные куски металла покрыли его, словно ковёр.

— ... Теперь...

Когда звуки боя стихли, воцарилась тишина.

«Кажется, всё.» — с этой мыслью перевёл дух и направился вслед за рокером.