О Гоблинах и Змеях

Мягкие шаги эхом разносились в темноте, мраморные полы блестели, а в коридоре вспыхивали языки пламени. Том почувствовал, как Гарри крепче сжала его руку, прежде чем судорожно выдохнуть. Молодой гоблин провёл их мимо чёрных гладких стальных дверей вглубь зияющей тьмы. Они миновали множество поворотов и углов, пока не достигли ничем не примечательной двери.

– Это будут ваши временные покои, пока вы не примете решение по предложению нации гоблинов, – сказал гоблин, открывая дверь.

Том заглянул внутрь и увидел просторное открытое пространство с большой кроватью посередине, небольшим комодом в углу и двумя другими дверями, обращенными друг к другу.

Гоблин указал на дверь в дальнем правом углу:

– Эта дверь ведет в туалет, а другая дверь ведет в комнату молодой леди, – сказал он, указывая на другую дверь, после чего гоблин быстро удалился.

Проводив Гарри внутрь, он тихо закрыл за собой дверь. Том постоял немного, размышляя обо всём, что произошло за последние несколько часов, и обернулся только тогда, когда услышал тихий всхлип. Гарри оказалась на полу перед кроватью, с подтянутыми коленями, отвернувшись от него, Зафара нависла над ней и тихонько шипела. То, что они узнали ранее, оказалось одновременно и благословением, и проклятием. Подойдя к Гарри, он протянул ей руку, но она отпрянула. Её заплаканное лицо смотрело на него со страхом.

– Они были правы, Я – Урод, – жалобно прошептала она.

– Нет, это не так, – яростно прошептал он в ответ, опускаясь перед ней на колени.

Увидев её в таком состоянии, его сердце сжалось, но он отогнал это чувство. Он не знал, чувствовал ли он это сам или его душевная связь заставляла его чувствовать себя так. Осознание того, что у них была общая духовная связь и что это повлияло на них, заставило его усомниться во всех своих чувствах к ней. Где его чувства к ней на самом деле не его собственные? Хотел ли он помочь ей только из-за душевной связи? Он чувствовал противоречивые чувства по этому поводу. Он был рад, что Гарри не достанется никому другому, но теперь он не мог доверять даже себе. Он покачал головой: Прямо сейчас ему нужно ей помочь.

– Они ошибались. Ты – нечто гораздо большее! Никто не может сказать, что он первый в очереди на титул Повелителя Смерти.

– Да, детёныш Гарри, ты действительно особенная. Не волнуйся, – прошипела Зафара.

– Мне всё равно! Я даже не отсюда! Я исчезну! Так же, как Рейнстоун, – она всхлипнула.

Для них обоих стало шоком узнать, что Гарри даже не отсюда, а из какой-то другой альтернативной вселенной. Том заметил, как глаза Рагнока расширились от голода, как только появилось имя Рейнстоун. О том, как его улыбка стала хищной, когда он показал ей титул, который она сможет унаследовать, как только соберёт три Дара Смерти – предметы, которые обеспечат её пребывание здесь. Том вспомнил, как злобно сверкнули глаза Рагнока, когда он сказал им, что она исчезнет из этой реальности, если не соберёт предметы и не получит титул Повелительницы Смерти. Кстати, он послал Тому жестокую пародию на улыбку, когда сказал, что Рейнстоун был кем-то вроде Гарри, который пришёл к гоблинам за помощью, но погиб, пытаясь это сделать, и у него отобрали магию. Оставив своё хранилище следующему несчастному, оказавшемуся в такой же ситуации, как он.

Том приблизился к Гарри и обнял её. Она посмотрела на него тусклыми зелёными глазами:

– Я не хочу возвращаться.

Зафара обвилась вокруг них обоих, словно обняв, прежде чем снова заговорить:

– Мы не позволим тебе вернуться детёныш.

«Зафара права», – подумал Том. – «Гарри не вернётся, он не позволит этому случиться.»

– Зафара права, мы этого не допустим! Мы найдем Дары Смерти и поможем тебе стать Повелительницей Смерти, – он прижал её крепче, когда она обняла его, – Мы связаны друг с другом, помнишь? И если я не хочу, чтобы ты возвращалась, значит, так оно и будет. Поняла?

Она кивнула головой и крепче обняла его; между прерывистыми рыданиями она продолжала повторять слова: «Не оставляй меня».

– Никогда, обещаю.

Подняв её на руки, он направился к большой кровати. Оставив мягкий свет свечи, горящей на столе, они свернулись калачиком под мягкими одеялами. Том крепко сжал Гарри, и она снова судорожно вздохнула. Она тихонько дрожала, издавая тихие рыдания. Он успокаивающе гладил её по спине, шепча на ухо слова утешения. Через некоторое время она начала тихо дышать, её хватка ослабла.

Том потёр глаза, злобно моргнул и откинул несколько прядей волос с её заплаканного лица. Её опухшие глаза закрылись, и она уснула сном без сновидений. Он зарылся лицом в её волосы, наконец дав волю слезам. Она была лучшим, что было в его жизни до сих пор. Он не позволит ничему отнять её у него. Особенно чему-то вроде другого измерения.

Том с дрожью вздохнул, какой же он был дурак. Что он думал? Что они попадут в Волшебный мир и всё станет лучше? Они же сироты, чёрт возьми! По крайней мере, теперь он знал, что ничего не изменится.

О, как ему хотелось раздавить в кулаке и магический, и немагический мир, поставить их всех на колени за то, что они заставили его и Гарри страдать. Как он хотел выжать жизнь из Рагнока, когда тот предложил ему часть информации, имевшейся у гоблинов, в обмен на будущую поддержку Тома. За то, что заставили его выбирать между Гарри и их свободой. Все, что он мог сделать, это попросить немного времени для принятия решения.

Но будет ли так уж плохо отдать себя на попечение гоблинов? Может быть, они всё же смогут иметь некоторую свободу действий и делать что-то самостоятельно? Но, судя по тому, что он видел о гоблинах до сих пор, он в этом сомневается. Сокровища для них – всё.

Том стиснул зубы, чувствуя, насколько он бессилен, даже имея такую могущественную фамилию, как Слизерин. Единственное хорошее, что было от его матери. Она даже не удосужилась оставить ему трастовый фонд. Нет, судя по выражению отвращения на лице гоблина, фамилия Мракс ничего не значило. Даже хижина, которая осталась, была всего лишь свалкой, в отличие от поместья, которое оставил Слизерин. Он был чрезвычайно рад, зная, что у него что-то есть, даже если он не сможет к этому прикоснуться, пока ему не исполнится 15 лет, хотя наличие красивого имени никак не решало их проблем прямо сейчас.

Зафара высвободилась из их тел, двигаясь над их головами, прежде чем тихо зашипеть на него:

– Детёныш, ты должен спать сейчас, побеспокойся на рассвете, если это необходимо, но спи сейчас.

Том поднял глаза и увидел, что шоколадный глаз Зафары пристально смотрит на него.

– Я не могу, Зафара, слишком много всего происходит! И это непривычно, что, если мы в опасности?

– Спи, мой птенец, я присмотрю за тобой и Гарри. Я защищу своих птенцов от опасностей.

Том доверял змеям, они были единственными существами, которые никогда ему не лгали. Поэтому он с обречённым вздохом прижался к Гарри и закрыл глаза.

***

Том моргнул, открыв глаза. Казалось, он закрыл их всего несколько минут назад, но это очень помогло ему прояснить мысли. Свеча всё ещё ярко горела, отбрасывая на стену танцующие тени. Гарри всё ещё спокойно спала у него на руках, прижавшись к нему ещё теснее, чем прежде.

Зафара переместилась над ним, наклонив к нему свою тёмную голову.

– Ты хорошо спал, Томмлинг?

Том одарил её редкой мягкой улыбкой, ему было странно и приятно, что кто-то беспокоится о нём, даже если это змея.

– Да, и всё это благодаря тебе.

Вернув своё внимание к Гарри, он высвободился из её объятий. Её маленькая рука крепко сжала его рубашку и что-то пробормотала себе под нос. Том тихонько рассмеялся: Во время сна она всегда была требовательной. Смех быстро затих, когда он понял, что это может быть связано с её прошлым, с теми «животными». Осторожно отцепив от рубашки, он укрыл её одеялом, и укутав мягкими шёлковистыми простынями.

Удовлетворённый, он повернулся к Зафаре:

– Зафара, ты можешь присмотреть за Гарри? Защитишь её, пока меня нет?

– И куда направляется мой птенец?

– Я собираюсь собрать больше информации о том, во что мы ввязались. Нам нужно принять важное решение, и я не собираюсь принимать его, имея только половину информации.

– Что мне сказать детёнышу Гарри, когда она проснётся? – тихо прошипела Зафара, обвиваясь вокруг головы Гарри.

– Скажи ей, что я вернусь. Я пошёл, чтобы найти больше информации.

С этими словами Том повернулся и выскользнул из комнаты. Оказавшись в том же коридоре, что и вчера вечером, он двинулся вперёд. Маленькие стеклянные сферы, плавающие на стенах, вспыхнули при его движении, освещая пространство. Двигаясь вперёд, он углублялся в туннель. Выпустив свою магию наружу, он попытался ощутить, что находится внутри дверей, но столкнулся лицом к лицу с невидимой стеной магии на дверях. Надавив на нее, он заметил, насколько гибкой оказалась стена, прочно удерживающая его усилия. Завораживающе. Взглянув на другие двери, он заметил, что в них есть похожая магия. Тогда ему придётся действовать по старинке. Повернув дверную ручку, он обнаружил, что дверь заперта. Ругаясь себе под нос, он двинулся вперёд, пробуя все двери. Он был уверен, что одна из них будет открыта.

Время тянулось медленно, и Тома всё больше раздражало бесконечное количество запертых дверей. Они не открывались с помощью магии или каких-то усилий, которые он применял. Разочарованно вздохнув, он обернулся и увидел перед собой старое, морщинистое лицо, уставившееся на него. Отскочив назад, он увидел сгорбленную фигуру старого гоблина, одетого в кремовые одежды, увитого разноцветными лоскутами ткани, с цепями с драгоценными камнями, пронизывающими весь его наряд, держащего в руке потертую деревянную трость.

Янтарные глаза сверкали от удовольствия, улыбка скользнула по его лицу:

– Что ты здесь делаешь, юноша?

– Я... я, кто вы? – потребовал Том, пытаясь отойти от двери.

Гоблин слегка усмехнулся:

– Юноша, прости меня, я забыл о твоём новом статусе в нашей стране и о том, насколько всё должно быть новым для тебя. Я – целитель-маг Блейдингхарт*, к вашим услугам. – Блейдингхарт слегка поклонился ему. – Я знаю, что ты далеко не там, где должен быть. Почему это?

Том тупо уставился на гоблина: Новый статус? О чём он говорит?

– Я не понимаю. О каком статусе вы говорите?

Глаза гоблина сморщились в замешательстве:

– Ваш статус наших подопечных. Вас не проинформировали?

Том оцепенело покачал головой и опустился на колени. Они приняли решение за них. Теперь им не сбежать, они останутся в долгу перед гоблинами.

Блейдингхарт с любопытством посмотрел на Тома:

– Почему ты отчаиваешься, юноша? Для вашего рода большая честь считаться подопечным нации гоблинов. Мы редко принимаем подопечных, и вам будут предоставлены те же права, что и одному из нас. – он опустился на колени, чтобы быть на одном уровне с Томом. – Скажи, пожалуйста, в чём дело?

– Вы прекрасно знаете почему! Рагнок сказал, что позволит нам принять решение! Но теперь... Теперь вы отняли у нас свободу! – выпалил Том.

Гоблин быстро встал, когда магия Тома вышла из-под контроля. Ударив деревянной тростью по земле, Блейдингхарт заключил Тома в прозрачную сферу. Том вскочил на ноги, на его лице отразился ужас.

– Отпустите меня! Я не могу оставить Гарри!

– Успокойся, юноша, я не причиню тебе вреда. Вдохни и втяни свою магию обратно, и тогда я тебя отпущу.

Сделав большой глоток воздуха, Том сосредоточился на том, чтобы снова собрать свою магию. Сосредоточится, сейчас ему нельзя теряться. Проходили долгие мучительные секунды, пока он боролся со своей магией, пока она не образовала вокруг него уютный кокон.

Бросив на гоблина сердитый взгляд, он пробормотал:

– Довольны?

– Да, спасибо. А теперь, что это за разговоры о том, чтобы отнять у вас свободу? То, что вы наши подопечные, не означает этого. Хотя мы ценим всё, что вы готовы дать нам взамен, вам обоим достаточно находиться под нашей опекой. Только представьте себе реакцию волшебного мира, когда они узнают, что настоящий наследник одной из важнейших исторических фигур находится под опекой гоблинов! – Блейдингхарт безумно рассмеялся: – Ах, это покажет волшебникам, что не стоит связываться с Великой нацией гоблинов!

Том нахмурился, услышав новую информацию:

– Тогда почему Рагнок нам об этом не рассказал? Зачем было всё это? Чего он хочет добиться?

Гоблин пожал плечами.

– Откуда мне знать? Рагнок – глава этого отделения, он делает то, что нужно отделению. С другой стороны, ты – наследник Салазара Слизерина, известного своей хитростью, так что начинай вести себя соответственно. Итак, почему ты здесь?

На его лице быстро отразилось хмурое выражение, гоблин был прав. Он выжил не благодаря чистой удаче, а благодаря своей находчивости. Может быть, он сможет получить какую-то информацию от гоблина.

– Я искал информацию о гоблинах, волшебном мире и духовных связях. Я хотел бы знать, во что мы ввязываемся.

– Ах, библиотека – это то, что ты ищешь, но в ней нет всего, что тебе нужно, – гоблин наклонился вперёд, Том отступил назад, но гоблин опустил свою трость и похлопал Тома по плечу, прежде чем продолжить: – Нет, ты хочешь знать, можешь ли ты доверять себе.

Неужели его мысли были настолько понятны, что гоблин понял, что он на самом деле ищет? Или это какая-то магия?

Старательно сохраняя бесстрастное выражение лица, он встретил остекленевший взгляд гоблина: «Что?»

Том наблюдал, как гоблин обдумывает свои мысли, прежде чем снова заговорить.

– Душевные узы – это редкие дары, которые Мать-Магия время от времени дарует тем, кто их заслуживает. Рагнок ошибается в своих знаниях о душевных связях, поскольку они не навязывают себя избранному, а растут вместе с ним. Чувства, которые ты испытываешь по отношению к своей партнерше, вызваны не самой связью, а тем, что происходит в данный момент, и прошлым опытом, который у вас был с ней. При первой встрече связь даёт небольшой толчок к узнаванию, что естественно, чтобы оба избранника знали, но это не длится долго.

Том почувствовал, как груз свалился с его плеч, а в груди затрепетала надежда при мысли о том, что он всё ещё контролирует ситуацию. Но тут же в голову закралась мысль: Что, если Блейдингхарт лжёт?

– Как я могу доверять тому, что вы говорите?

– Я юноша целитель, наши клятвы включают в себя честность по отношению к нашим пациентам, одним из которых являешься и ты.

«Одной проблемой меньше, на которой нужно сосредоточиться», – подумал Том.

По крайней мере, теперь он знал больше о том, что означает душевная связь. К тому же, похоже, гоблины были настроены к ним серьёзно, раз уж они отправили целителя осмотреть их.

– Полагаю, вы тогда сохраните всю информацию о нас при себе?

Блейдингхарт криво улыбнулся ему:

– Ну конечно же молодой наследник.

Том ухмыльнулся ему:

– У меня есть важный вопрос о состоянии Гарри, и я надеюсь, что вы сможете указать нам правильное направление для приобретения предметов, необходимых для её лечения.

– Ах да, – Блейдингхарт вытащил из-под мантии небольшую книгу. – Я считаю, что эта книга даст вам некоторые подсказки о том, что это такое, и станет отправной точкой в ваших поисках, – сказала он, протягивая ему книгу.

Том прочитал название «Сказки барда Бидля» и вопросительно посмотрел на гоблина:

– Это похоже на детскую сказку, вы уверены... Зафара?! Где Гарри?!

Гладкое тело Зафары быстро скользнуло вверх по ноге Тома, обвиваясь вокруг него, пока её голова не оказалась на уровне его лица.

– Она с фальшивой змеей, нам нужно вернуться! Она пахла добычей, нам нужно торопиться.

Том быстро повернул обратно туда, откуда пришёл:

– Можешь сказать, когда мы приблизимся?

Зафара слегка кивнула.

Его мысли вернулись к Нагайне: Как она их нашла? Чего она от них хотела?

Блейдингхарт на мгновение замер, увидев, как Том разговаривает со змеёй, а затем быстро последовал за ними.

***

Маленькая рука вытянулась из-под одеяла, ища знакомое тепло другого человека.

– Ммм, Том, где ты? – раздался сонный голос Гарри.

– Детёныш, ты проснулся!

Рука замерла, одеяло поднялось, открывая взъерошенную голову Гарри.

– Зафара? Где мы?

Зафара удивлённо зашипела:

– Мы находимся в здании из золота с маленькими воинами. Ты в порядке? Ты начинаешь пахнуть добычей.

Всё рухнуло, когда она вспомнила вчерашние события. Она начала дышать прерывисто, её охватила паника. Она была не отсюда, она собиралась исчезнуть или уже исчезла? Сейчас она знала только то, что Тома больше нет. Вероятно, её оставили! У неё вырвался всхлип. Никто не хотел её здесь видеть, она была здесь просто уродом, и теперь она одна.

Зафара поднялась ей по руке:

– Тише, птенчик. Том скоро вернётся! Не волнуйся, Томмлинг вернётся. Он только пошёл собирать информацию.

Гарри покачала головой:

– Нет, Зафара, разве ты не видишь? Мы его оставили! Нас там больше нет!

– Но пока мы только начинаем накапливать золото. Том скоро будет здесь. Вы с Томом – соседи по гнезду, да? Соседи по гнезду не бросают друг друга.

– Мы ушли. Я думала, что родственные души должны быть вместе, но мы его бросили! Не покидай меня, пожалуйста, – её голос дрогнул, когда она повернула голову к Зафаре, которая снова опустилась на кровать.

– Ты мой птенец, я тебя не оставлю, и Томмлинга мы тоже не оставляли. Я верну его, вот увидишь.

– Пожалуйста, не покидай меня! Я не хочу снова быть одна, – Гарри тихо прошептала, глаза её блестели от непролитых слёз.

Зафара отчаянно хотела сделать что-то ещё, чтобы утешить своего детёныша в этот момент, но она знала только, что привести Тома было лучшим решением.

– Я скоро вернусь, обещаю.

В груди Гарри зародился страх, ей снова показалось, что она осталась одна в чулане, по её лицу потекли слёзы:

– Пожалуйста! Я буду хорошей! Только не оставляй меня!

Скользнув обратно по кровати, Зафара забралась на колени Гарри, она не собиралась оставлять своего детёныша в таком состоянии.

– Хорошо, я останусь только ради тебя.

Из-под двери послышался громкий стон, раздались скрипы, так как вентиляционная решетка не выдержала веса и с громким стуком упала. Сверху послышалось тихое шипение, прежде чем оно тоже упало. На полу образовалась большая куча тёмных колец. Гарри снова зарылась в одеяло, а Зафара быстро поднялась перед ней.

– Кто там! – Зафара агрессивно зашипела.

На полу кольца сдвинулись, открыв большую голову. Гарри выглянула из-под одеяла и увидела, как клубок распрямляется и ползёт к ним.

– Зафара, Гарри, где Том? – раздался знакомый голос.

Зафара издала шипение облегчения:

– Фальшивая змея.

– Нагайна? Ты здесь! Чт... Что ты здесь делаешь?

Гарри охватило чувство облегчения и замешательства. Она не вернулась, она всё ещё была здесь, в этой вселенной. Том всё ещё был здесь, она была не одна. Гарри быстро вытерла глаза, пытаясь смахнуть оставшиеся слёзы.

На краю кровати появилась большая голова змеи:

– Я пришла проверить, всё ли в порядке у вас с Томом. После ожидания нам сказали, что вы находитесь под опекой гоблинов. Мы беспокоились о вас, ребята. Почему ты плачешь, дорогая?

Воздух задрожал, когда форма Нагайны трансформировалась в человеческое тело. Подойдя ближе, чтобы обнять Гарри, она увидела, как она резко отшатнулась назад, заставив её остановиться.

– Я в порядке, ничего страшного, – пробормотала она в ответ.

Зафара двинулась вперёд:

– Ей нужен Том. Он знает, что делать, но я не могу оставить её одну. Ты... Ты можешь остаться с ней?

– Что случилось? Где Том? – спросила Нагайна, но её вопросы остались без ответа, так как маленькая змея быстро скользнула к двери, скользнув под неё: – Думаю, я могу?

Снова превратившись в змею, она медленно приблизилась к сгорбленной фигуре Гарри. На данный момент это, похоже, лучшая форма.

– Всё в порядке, Гарри, я не причиню тебе вреда.

Обхватив Гарри своим большим телом, она слегка прижала её к себе. Издав тихое шипение, она положила свою большую голову на колени девочки. Подняв глаза на Гарри, она тихо прошипела слова утешения.

– Всё не так! Я могу исчезнуть в любую минуту, и я не хочу исчезать! Я не хочу возвращаться! Я... я не хочу умереть, как Рейнстоун, – всхлипнула Гарри. Она осторожно положила руку на голову Нагайны, нежно и нерешительно похлопав её. – Ты как, змея? Вот почему Зафара называет тебя фальшивой змеёй?

Нагайна издала грубое шипение:

– Всё сложно. Но что это за исчезновение?

– Трудно объяснить, но я не думаю, что Тома это действительно волнует, – всхлипнула Гарри. Если бы Том действительно заботился, он бы не оставил её одну, не так ли? Она почувствовала, как её сердце медленно разрывается, когда эта мысль эхом отозвалась у неё в голове. Неужели он только притворялся, что ему не всё равно? Грубый, шипящий голос Нагайны прервал её беспорядочные мысли.

– Том явно заботится о тебе. Я видела это по вашему вчерашнему общению с ним. Я не думаю, что он бы бросил тебя намеренно, учитывая его собственнические чувства и то, что он никогда тебя не отпустит. Нет, ты ему очень дорога, – Нагайна высунула язык, пробуя воздух, с облегчением понимая, что Гарри успокаивается.

Гарри сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить свои бушующие мысли:

– Ты действительно так думаешь? Но... что, если он передумает? Учитывая всё, что мы узнали, он, возможно, больше не захочет быть моей родственной душой.

– Он бы так не поступил, только не с тобой. Ты для него очень особенная. – Нагайна уткнулась мордой в руку Гарри, утешая её единственным доступным ей способом.

Гарри издала тихий смешок. Она была для него особенной?

«Может быть, только из-за душевной связи», – произнёс тихий предательский голос.

Никто никогда не считал её особенной, но он заставил её почувствовать себя особенной задолго до того, как они это осознали. Может быть, ему действительно было не всё равно. Прослеживая узоры на голове Нагайны, Гарри почувствовал, как её щеки вспыхнули, теперь, когда она успокоилась, она чувствовала себя довольно глупо. Нагайна и Зафара правы. Он даже сказал, что не позволит ей исчезнуть, но смогут ли они на самом деле найти Дары Смерти?

– А что, если мы не сможем найти предметы и я умру, как Рейнстоун?

Нагайна не знала, о чём она говорит, но не хотела, чтобы она снова запаниковала.

– Ты не умрёшь, не сейчас. И теперь у вас есть мы, мы вам поможем.

– Зачем? – Гарри не могла понять, почему кто-то хочет им помочь, особенно совершенно незнакомые люди, которые их не знают.

– Потому что я когда-то была такой же, как ты, и я не хочу, чтобы ты или Том страдали так же, как я.

Прежде чем Гарри успела ответить, дверь распахнулась, и на пороге показались Том и ещё одна фигура.

Он бросился к ней, быстро говоря, его руки хотели обнять её, но он ещё не касался её:

– Гарри! Ты в порядке? Зафара сказала, что ты паникуешь. Мне очень жаль, я думал, что вернусь до того, как ты проснёшься, – на его лице тут же промелькнуло виноватое выражение.

Его взгляд упал на Нагайну, когда она соскользнула с Гарри, он нахмурив брови в замешательстве: «Нагайна?»

Прежде чем Гарри схватил его за руку. Подхватив её, они рухнули на пол, превратившись в кучу конечностей.

– Том! Я думала, мы тебя оставили! Я… я думала, что исчезну.

– Ох, Гарри. Мне жаль, что я об этом не подумал.

Над ними раздался хриплый голос гоблина:

– Я проверю ваше магическое ядро для этого. Я был молодым учеником, когда Рейнстоун впервые прибыл сюда. Его магическое ядро было довольно сильно повреждено, он продержался всего пару месяцев. С каждым месяцем ситуация стремительно ухудшалась, пока не осталось ничего. Ну, давайте вас, дети, осмотрим.

Гарри посмотрел на гоблина, и всё в нём, начиная с мерцающих драгоценностей и металлов и заканчивая яркими одеждами, говорило о власти.

– Ох, привет.

– Гарри, это Блейдингхарт, целитель.

Взглянув на Тома, Гарри почувствовала, как её сердце затрепетало от счастья. Том всё ещё был здесь. Она крепко обняла его.

– Никогда больше не оставляй меня вот так, слышишь!

– Я не буду, я обещаю, – сказал он, отвечая на объятие.

– Да, ну, если кто-нибудь из вас сядет на кровать для меня, мы увидим, о чём нам следует беспокоиться.

Гарри быстро встала и запрыгнула обратно на кровать. Блейдингхарт пробормотал несколько слов на странном языке. Он сделал круговые движения тростью, а затем постучал ею по голове, и мягкое сияние окружило её, прежде чем погаснуть. В протянутой руке гоблина появился небольшой свиток пергамента.

– Можешь встать, – сказал Блейдингхарт, жестом показывая Тому занять место Гарри, в то время как он взглянул на свиток пергамента.

Повторив процесс, он взял оба пергамента и сравнил результаты. Беззаботно напевая, он достал из своих многочисленных свёртков перо и начал писать на пергаментах. Гарри нервно смотрела на пергаменты, а Том нетерпеливо постукивал пальцами по руке. Нагайна и Зафара тихо беседовали в дальнем углу.

Когда Блейдингхарт наконец закончил размечать пергаменты, он бросил на них озорной взгляд, прежде чем заговорить:

– Хорошей новостью является то, что оба ваших магических ядра здоровы для ведьмы и волшебника вашего возраста. Я считаю, что пока нет причин беспокоиться об исчезновении юной Гарриэт, но я предлагаю проходить ежемесячные проверки, чтобы следить за её ядром. – здесь его выражение лица изменилось на хмурое. – Плохая новость в том, что вы оба физически нездоровы. Мисс. У Гарриэт многочисленные плохо сросшиеся кости, которые необходимо срастить заново, и тяжёлая форма недоедания. У мистера Тома менее выраженный случай недоедания, но на спине у него имеются особенно тревожные шрамы от ожогов, которые необходимо осмотреть. Питательные зелья для вас обоих, я назначу время, чтобы должным образом срастить кости Гарриэт и вылечить шрамы от ожогов у Тома.

Блейдингхарт делает паузу, чтобы подумать, прежде чем продолжить:

– Последнее, о чём я хочу рассказать, – это необычный шрам Гарриэт. Похоже, что там содержалась серьёзная тёмная магия, но теперь от неё не осталось и следа, только остаточная магия. Боюсь, что из-за характера шрама я не смогу его удалить. Есть вопросы?

Они стояли, ошеломлённые полученной информацией, а затем взорвались вопросами.

– Тёмная магия! Что, как? Опасно ли это сейчас?

– Шрамы от ожогов? Том, ты вообще собирался мне о них рассказать?

– Эм, а ты собиралась рассказать мне о своих плохо сросшихся костях?

– Тише, дети. Я понимаю, что это большой объём информации, но как насчёт того, чтобы я прислал вам несколько пергаментов с более подробной информацией обо всём этом?

– Да! Пожалуйста, – сказала Гарри, чувствуя, как тяжесть на душе спадает от осознания того, что она в безопасности. Страх вернуться в то место постепенно рассеивался, у них ещё оставалось время. Теперь она могла по-настоящему наслаждаться жизнью в этом новом мире.

Зафара подползла к Гарри, подняв её и позволив ей обвиться вокруг её руки. Она гордо прошипела:

– Детёныши, я обеспечила верность фальшивой змеи.

– Я просто согласна помочь тебе с уходом за ними, Зафара. Не приукрашивай наше соглашение. Я имею в виду, если вы, дети, хотите, чтобы я... – позади них появилась Нагайна, нервно заламывая руки.

– А Маледиктус, – Блейдингхарт прошептал, – Мне жаль твою судьбу.

Гарри в замешательстве посмотрела на Тома, но увидела, как он слегка нахмурился, и поняла, что он так же растерян, как и она. Неестественный рычащий звук, раздавшийся с её стороны, прервал её мысли, и она почувствовала, как её щеки вспыхнули от смущения.

– Ох! Нам нужно вас накормить. Пойдемте, дети, я покажу вам путь, – сказал Блейдингхарт. Он открыл дверь и вывел их из комнаты.

Том бросил на Гарри многозначительный взгляд, прежде чем он протянул ей руку и потянул её за Блейдингхартом и Нагайной.

Примечание переводчика:

*Я не поняла какого рода Блейдингхарт он/она? И решила что будет ОН.