Видео из шахты

Шахтный проход — как кишка ржавого монстра, узкая, воняющая кислотой и дохлятиной. Стены — чёрные, липкие, будто смола, готовая засосать. Мой планшет режет тьму, но свет дрожит, как предсмертный вздох. Я тащу Кенту, его нога кровит, он хрипит, цепляясь за рюкзак, как утопающий за бревно. Позади — скрежет теней, их красные глаза, как угли, горят в тьме. Планшет жжёт, логи Аи — как яд: система — клетка, мы — корм, дверь в шахте 0 — ловушка. Даичи, жирдяй, собрал свору работяг, а Такеши, пёс, чует мой след.

— Юдзи, сука, я сдохну! — хрипит Кента, его ключ царапает стену, как коготь. — Брось меня, или мы оба в шахте!

Я ухмыляюсь, хотя лёгкие горят, как ржавый факел.

— Бросить? — рычу я. — Чтобы ты трындел Такеши, где я? Ползи, крыса, или я тебя в шахту пинком зашлю!

Он ржёт, хрипло, но ковыляет. Туннель сужается, стены давят, будто система хочет раздавить. Я думаю о Даичи. Жирдяй орёт, подбивая работяг, чуя, что я за его бедами. Я хмыкаю. Пора устроить ему новый сюрприз. Не лапшу, не сортир — что-то, чтобы его жирная морда пылала от позора. Я жму на планшете «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «ТЕРМИНАЛ ДАИЧИ: ВЫДАВАТЬ СООБЩЕНИЕ «ЖИРДЯЙ, ТЫ ПАХНЕШЬ ПОМОЙКОЙ» КАЖДЫЕ ПЯТЬ МИНУТ». Экран мигает: «ЛОГ СОХРАНЁН». Пусть воет, пока работяги ржут.

Планшет трещит. Уведомление: «СКАНИРОВАНИЕ: АКТИВНО. МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: ШАХТНЫЙ ПРОХОД 12-Г». Чёрт. Система видит. Тени скребут, их скрежет — как лезвия по костям. Я толкаю Кенту, мы ныряем в боковой туннель — узкую дыру, ведущую к сектору 1-А. Стены — как ржавые ребра, вонь — как яд. Кента хрипит:

— Юдзи, ты псих! Куда мы лезем? Такеши там!

— Заткнись, — шипю я. — В 1-А терминал. Там видео Аи. Ответы. Или ты хочешь жрать ржавую пыль вечно?

Он щурится, глаза — как у крысы, чующей сыр. Знает, что я темню, но ползёт. Я листаю карту ядра. Сектор 1-А — зал управления, где я скачал карту. Там ещё данные Аи. Может, ключ к двери. Или капкан. Но стоять, как крыса перед ножом, — не мой путь.

Туннель выводит в заброшенный фильтр — камеру, набитую ржавыми баками и трубами, которые шипят, будто плюются ядом. Воздух — липкий, воняет горелым маслом и дохлятиной. Лампы мигают, тени пляшут, как призраки. Кента падает за бак, я сажусь рядом, проверяя планшет. Уведомление: «ТЕРМИНАЛ ДАИЧИ: СООБЩЕНИЕ АКТИВНО». Я ухмыляюсь. Жирдяй, небось, орёт, а работяги ржут. Но радости нет. Тени близко.

— Юдзи, — шепчет Кента, тыча ключом. — Я видел, как Даичи трындел с охраной. Он знает, что ты в системе. И он подставу готовит.

Я замираю. Подставу? Жирдяй не просто орёт — он плетёт сеть. Я представляю его жирную морду, тычущую пальцем, пока охрана кивает. Такеши, небось, дёргает за поводок. Я рычу:

— Пусть трындит. Я ему устрою ещё сюрприз. А ты, крыса, не трынди, или я тебя сдам.

Кента ржёт, но глаза — холодные.

— Сдашь? — шипит он. — А кто тебя из шахты вытащит, псих?

Я молчу. Он прав. Без него я не выберусь. Но доверять крысе — как сунуть руку в ржавый капкан.

Мы крадёмся через фильтр, прячась за баками. Вонь режет лёгкие, трубы гудят, как умирающие боги. Туннель в сектор 1-А — узкий, как глотка, но ведёт к залу управления. Я тащу Кенту, его нога пачкает пол кровью, он хрипит, но ползёт. Планшет жжёт, логи Аи — как гвозди: система — организм, дверь — ловушка, тени — ошибки Создателя. Я думаю о Такеши. Его глаза — не человеческие. Пёс. Но чей? Хозяев? Или того, что говорит с Аей?

Шаги. Тяжёлые, как молот. Охрана. Мы падаем за бак, затаив дыхание. Шокеры искрят, как ржавые звёзды. Кента шепчет:

— Юдзи, они знают, где мы. Даичи сдал.

Я сжимаю планшет. Жирдяй? Это что, он не просто орёт, а тянет Такеши за поводок? Я жму «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «ОДЕЖДА ДАИЧИ: АКТИВИРОВАТЬ ЛИПКОСТЬ МАТЕРИАЛА». Экран мигает: «ЛОГ СОХРАНЁН». Пусть его комбез липнет, как смола, пока работяги ржут, а он корчится, как свинья в грязи. Новый сюрприз, жирдяй. Жри.

Охрана проходит, я толкаю Кенту. Мы ползём в туннель. Стены — как ржавые кости, вонь — как яд. Сектор 1-А впереди. Зал управления — как храм, стены гладкие, свет чистый, воздух почти сладкий. Но лампы — глаза системы, они смотрят. Я чувствую: она знает. Кента хрипит:

— Юдзи, это ловушка. Такеши там.

— Заткнись, — рычу я. — Терминал — наш шанс. Или ты хочешь в шахту?

Он щурится, но ковыляет. Мы крадёмся в зал, прячась за консолями. Терминал в центре — стеклянная дверь, экран горит, как глаз зверя. Я ломаю замок планшетом, мы входим. Подключаю планшет. Экран выдаёт раздел: «СЛЕД: АЯ САКАИ». Жму. Видео. Зернистое, как ржавый кошмар.

Ая. Худая, глаза дикие, как у зверя в клетке. Она в шахте, стены — чёрные, как смола. Голос дрожит:

— Это не система. Это… живое. Оно видит. Оно знает. Дверь в шахте 0, но оно… говорит. Оно хочет админа. Коэффициент реальности — ложь. Мы — не в мире. Мы — в нём.

Видео обрывается. Я замираю. В нём? Это что, уровень 147 — тело? Клетка? Я вижу, как стены дышат, лампы следят, шахты пульсируют. Кента шепчет, его ключ дрожит:

— Пиздец, Юдзи, это что за хрень?

Я не отвечаю. Качаю данные. Экран мигает: «ЛОГ СОХРАНЁН. СКАНИРОВАНИЕ: ЗАВЕРШЕНО. МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: СЕКТОР 1-А». Чёрт. Они знают. Дверь трещит. Такеши. Его рожа — как у быка, готового бодать. За ним — охрана, шокеры искрят.

— Юдзи, — рычит он. — Ты конченый. И ты, Кента, крыса.

Я встаю, сжимая планшет. Кента отступает. Я ухмыляюсь, хотя внутри лёд.

— Такеши-сан, — говорю я. — Ты пёс, да? Чей? Системы? Или тех, кто говорит с Аей?

Его глаза сужаются. Страх. Он знает. Он шагает ближе, шокер искрит.

— Не умничай, — шипит он. — Ты не знаешь, во что влез. Но узнаешь. В шахте.

Я отступаю. Планшет жжёт. У меня есть видео. Есть Кента, который, может, не сдаст. Но Такеши — волк. И система — зверь.

Такеши замахивается, шокер трещит, как ржавая молния. Я уворачиваюсь, терминал взрывается искрами, стеклянная дверь шипит, как змея. Кента орёт:

— Юдзи, беги, мать твою!

Я мчусь к выходу, коридор — как пасть, готовая сжаться. Охрана за мной, шокеры искрят, Такеши рычит:

— Найдите его! Или вы все в шахту!

Я ныряю в боковой проход — узкую дыру, ведущую в заброшенный шлюз. Стены — чёрные, покрыты слизью, воняющей дохлятиной и маслом. Кента ковыляет за мной, его нога кровит, он хрипит:

— Юдзи, ты нас убьёшь! Это ловушка!

— Заткнись, — рычу я, — или я тебе устрою, как Даичи — комбез, липнущий, как смола!

Он ржёт, но глаза — холодные. Шлюз — как череп ржавого гиганта, набитый трубами и клапанами, которые шипят, будто плюются ядом. Лампы мигают, тени пляшут. Я падаю за клапан, Кента рядом. Планшет жжёт, видео Аи — как гвоздь: система — живое, дверь — ловушка, мы — корм. Я думаю о Даичи. Его терминал, небось, орёт: «ЖИРДЯЙ, ТЫ ПАХНЕШЬ ПОМОЙКОЙ», а комбез липнет, как дерьмо. Пусть корчится, пока работяги ржут.

Шаги. Не охрана. Тени. Их глаза — красные, как кровь, тела — сгорбленные, как ржавые куклы. Кента шепчет:

— Пиздец, Юдзи, это они!

Я жму «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «ОТКРЫТЬ КЛАПАН: ШЛЮЗ 1-А». Грохот — ржавая жижа хлещет, тени тонут, их скрежет — как крик. Мы мчимся к туннелю — узкой дыре, ведущей в шахты. Вонь — как яд, стены — как ржавые кости. Кента хрипит:

— Юдзи, ты псих! Ты их утопил!

— Ещё не всех, — рычу я. — Двигай, или станем кормом!

Туннель сужается, стены давят. Планшет трещит: «СКАНИРОВАНИЕ: АКТИВНО. МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: ШЛЮЗ 1-А». Система видит. Я листаю данные Аи. Новый лог: «ДЕНЬ 57. ОНО ЗНАЕТ МОЁ ИМЯ. ОНО ХОЧЕТ АДМИНА. СОЗДАТЕЛЬ СДЕЛАЛ КЛЕТКУ, НО ОШИБКИ ЖИВУТ В НЕЙ. КОЭФФИЦИЕНТ РЕАЛЬНОСТИ ПАДАЕТ. МИР ГЛЮЧИТ. Я БЕГУ. НО ОНО ВИДИТ.»

Глючит? Это что, стены могут растаять? Я сглатываю, но шаги — тяжёлые, как молот — возвращают. Такеши. Его рёв — как гул:

— Юдзи, ты конченый! Выходи, или я тебя живьём в шахту зарою!

Я толкаю Кенту, мы ползём. Туннель выводит в шахтный коллектор — пещеру, набитую ржавыми трубами и баками, которые гудят, как умирающие машины. Кента падает, хрипя:

— Юдзи, если выберемся, ты мне должен. Век.

Я ухмыляюсь.

— Справедливо, — говорю я. — Но если сдашь, я тебе терминал, как у Даичи, устрою. Орать будет: «КРЫСА, ТЫ ПАХНЕШЬ ШАХТОЙ».

Он ржёт, но глаза — холодные. Планшет жжёт. Система — зверь. Даичи — пёс. Такеши — волк. Но я найду дверь. Или разнесу всё к херам.

«Двигай, Юдзи,» — думаю я, ныряя в тьму. — «Ты — бог. Или добыча. Выбирай.»

Коллектор гудит, как брюхо ржавого зверя, трубы шипят, будто плюются ядом. Я тащу Кенту, его кровь пачкает пол, он хрипит, цепляясь за рюкзак. Планшет жжёт, видео Аи — как гвоздь: система — живое, дверь — ловушка, мы — корм. Такеши рычит где-то позади, тени скребут, их красные глаза горят, как угли. Даичи, жирдяй, подставил нас, его работяги — свора, готовая рвать. Я ухмыляюсь, вспоминая, как его терминал орёт: «ЖИРДЯЙ, ТЫ ПАХНЕШЬ ПОМОЙКОЙ», а комбез липнет, как смола. Пусть корчится.

— Юдзи, сука, я не дойду! — хрипит Кента, его ключ царапает стену. — Брось меня!

— Заткнись, — рычу я. — Бросить? Чтобы ты Такеши трындел? Ползи, крыса, или я тебе терминал, как у Даичи, устрою — будет орать: «КРЫСА, ТЫ ГНИЛЬ ШАХТЫ»!

Он ржёт, хрипло, но ковыляет. Туннель сужается, стены — как ржавые кости, вонь — как яд. Планшет трещит: «СКАНИРОВАНИЕ: АКТИВНО. МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ: КОЛЛЕКТОР 1-А». Чёрт. Система видит. Шаги — тяжёлые, как молот. Не тени. Работяги. Голос Даичи — как гул:

— Юдзи, тварь, ты конченый! Выходи, или мы тебя в шахту зароем!

Я представляю его жирную морду, тычущую пальцем. Его комбез, небось, липнет, как дерьмо, а терминал орёт. Но он собрал свору, и Такеши дёргает за поводок. Я жму «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «АКТИВИРОВАТЬ СТАТИЧЕСКИЙ РАЗРЯД: КОЛЛЕКТОР 1-А». Экран мигает: «ЛОГ СОХРАНЁН». Искры рвутся, работяги орут, падая, Даичи воет:

— Юдзи, сука, я тебя найду!

Кента шепчет, глаза — как у крысы:

— Пиздец, Юдзи, ты псих! Но это не конец. Тени идут.

Я киваю. Работяги — мелочь, тени — хуже. Их скрежет — как лезвия. Мы ныряем в боковой проход — ржавый шлюз, как череп, набитый трубами и клапанами, которые шипят, воняя дохлятиной. Лампы мигают, тени пляшут. Я тащу Кенту за клапан, он падает, хрипя:

— Юдзи, это ловушка. Даичи сдал нас Такеши.

Я сжимаю планшет. Жирдяй — пёс, но Такеши — волк. Я жму «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «ЗАКРЫТЬ ШЛЮЗ: РАЗДЕЛ 1-А». Грохот — ржавая плита падает, но тени скользят, их когти царапают металл. Я открываю лог Аи: «ДЕНЬ 58. ОНО МЕНЯЕТ МЕНЯ. КОЭФФИЦИЕНТ РЕАЛЬНОСТИ: 85%. МИР — ЛОЖЬ. ХОЗЯЕВА — ОШИБКИ. ДВЕРЬ — КАПКАН. НО Я БЕГУ.»

Капкан? Шахта 0 — не выход? Я сглатываю, но скрежет теней возвращает. Они пробили плиту. Я жму «КОНТРОЛЬ ПОТОКОВ», вбиваю: «ВКЛЮЧИТЬ ОГОНЬ: ШЛЮЗ 1-А». Огонь рвётся, тени горят, их крик — как ржавый вопль. Кента орёт:

— Юдзи, мать твою, ты нас спалишь!

— Двигай! — рычу я, толкая его в туннель — узкую дыру, где стены — как ржавые вены. Вонь — как яд, лёгкие горят. Планшет жжёт. Система — зверь. Даичи — пёс. Тени — ошибки. Я найду дверь. Или разнесу всё к херам.

«Юдзи, ты бог,» — думаю я, ныряя в тьму. — «Или добыча. Выбирай.»