После Грозы

Дом Лесника.

Стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь треском огня в камине. В воздухе витал запах смолы, смешивавшийся с ароматом горящего дерева. Перед камином стоял Айвен, который развешивал свою одежду. На его оголённой спине были старые шрамы, видимо оставленные мечом. Он чувствовал на себе взгляды своих воспоминаний — каждый шрам напоминал о битвах, которые он пережил.

Закончив с бельём, он подошёл к кровати и, смотря на неё, сказал:

— Все-таки ушла. — В его голосе было слышно сожаление.

Он развернулся и пошёл к столу.

— Не моя проблема. — Пытался он сгладить свою вину, но интонация выдавала внутреннюю борьбу.

— Надо бы отварчика заварить. — Сказал он с радостью в душе, посмотрев на чайник, как будто это могло отвлечь его от мыслей о Лисе.

Поставив чайник нагреваться, он сел за стол и смотрел в окно. На улице не прекращался дождь, капли которого стучали по стеклу, словно кто-то настойчиво стучался в его сознание.

— Вот гузно. — Голос был рассерженным, и в нём звучала безысходность.

Айвен резко встал из-за стола и начал бродить по комнате перед камином. Каждый шаг отдавался эхом в пустоте.

— Я её спасал, что ли, чтобы она там от обычного дождя кони двинула? — Сам себе задал вопрос Айвен, чувствуя, как злость смешивается с беспокойством.

— Ну не могу я так. Какой тогда смысл в моём обете? Да, она умрёт не от моей руки, но скорее по моей вине. — Продолжал он, размахивая руками, как будто мог отогнать свои мысли.

— Если бы я её не выгнал... — С каждой фразой он ходил кругами по комнате всё быстрее, словно искал выход из замкнутого круга своих переживаний.

— Ах, чёрт возьми, сраный дождь! — Он посмотрел на свою сохнущую одежду с отчаянием.

Долго не раздумывая, он накинул на себя рубаху и коричневую потрёпанную жизнью куртку и спустился вниз на первый этаж. Открыв дверь, он обнаружил сидящую на пороге Лису. Она услышала его и обернулась. Её руки были прижаты к телу, она вся дрожала от холода.

— Чего, ты в дом не заходишь? — Удивлённо спросил он, но на лице проскользнула улыбка.

— А можно? — Спросила она дрожащим голосом, в котором звучала надежда.

— Да, я знаю о ваших слабостях. Заходи давай! — Сказал он с лёгкой заботой в голосе, стараясь скрыть тревогу.

Закрыв двери, он посмотрел на неё.

— Ты сама-то в курсе, что если температура твоего тела сильно упадёт, ты двигаться не сможешь? — Отчитал её Айвен с нотками беспокойства.

— Да. — Ответила она, опустив взгляд в пол, как будто стыдясь своей уязвимости.

— Ну так, чего встала? Живо наверх и к камину. Я не хочу тебя опять тащить. — Сказал он с лёгким раздражением, но в его голосе слышалась забота.

Они поднялись наверх. Лиса подошла к камину, вытянув руки поближе к огню. А Айвен осмотрел комнату, полную воспоминаний и потерь.

— Ты одежду мокрую снимай и на сушку. Сейчас тряпок принесу. — Он направился вниз с решимостью.

— Ага. — Сказала она в ответ, её голос звучал более уверенно.

Айвен, спустившись по скрипучей лестнице, почувствовал, как холодный воздух проникает в его кожу, заставляя его дрожать. Он подошёл к старому шкафу, где хранился изношенный плед, и вытащил его. Плед был тёплым и уютным, пропитанным запахом дыма и старых трав.

Когда он вернулся в комнату, сердце его забилось быстрее. У камина, освещённого мягким светом пламени, спиной к лестнице сидела Лиса — полностью голая, её кожа сверкала в тусклом свете, словно лунный свет отражался на ней. Она была прекрасна и уязвима одновременно, её длинные волосы спадали на плечи, как водопад из золотых нитей.

Айвен медленно подошёл к ней, чувствуя, как внутри него разгорается нечто большее, чем просто желание помочь. Он накрыл её пледом, и в этот момент она вздрогнула от его прикосновения. Тёплая ткань обняла её, словно спасательный круг в бурном море. Лиса подняла глаза, полные благодарности и удивления. В них читалось всё — страх, надежда и нечто ещё более глубокое.

— Как согреешься, идёшь в постель. Я принесу ещё дров. И да... Ещё раз схватишься за нож! — Хотел он было уже пригрозить ей с лёгкой усмешкой.

— Да не буду я. Если ты сам не нападёшь. — Ответила она, смотря на огонь с легкой дерзостью в голосе.

— Клянусь. Если не будешь мне угрожать, то я тебя не обижу. — Ответил он, разглядывая её с недоумением и нежностью.

— Отвар ещё горячий. Сама себе сможешь налить? Ты как себя чувствуешь? — Спросил её Айвен с искренним интересом.

— Смогу. Чуть-чуть руки онемели. Прости, что побеспокоила. Ты же куда-то уходить собирался. — Повернулась она к нему и посмотрела с лёгким беспокойством.

— Да уже никуда не надо. Так что не переживай. Да и ты в дождь пошла. Вода, знаешь ли, очень много тепла забирает. — Сказал он с мягким упрёком.

— Я хотела за людьми проследить, которые к тебе приходили. Да и узнать, где барон. — Её взгляд снова устремился в пол, полон тревоги и неопределенности.

— Что за люди? — Насторожился он.

— Не знаю. Их было двое. По манере речи могу сказать, что они из деревни. Одного Степаном звать. — Лиса вновь повернулась к камину с лёгким страхом в голосе.

— Степан значит... Тебя не видели?

— Нет... Барон мёртв... — Ответила она расстроенно, её голос дрожал от горечи утраты.

— Откуда знаешь?

— Они сами так сказали. — В глазах Лисы красиво отражался огонь, который игриво танцевал в камине, как её надежды на лучшее будущее.

— Понятно. Ну, я не удивлён. Если ты к Барону направлялась, значит, у него какие-то дела с эльхами. А это много кто не одобряет. — Сказал Айвен с пониманием ситуации.

— Откуда ты столько о нас знаешь? — Удивлённо спросила она.

— Потом поговорим. И, надеюсь, в этот раз нормально поговорим. Всё, я за дровами. — Он направился к лестнице с решимостью.

— Ага. — Ответила она тихо.

— Спасибо. — Тихо промолвила она ему в след с благодарностью в голосе.

Айвен спустился вниз, и холодный воздух сразу обнял его, пробирая до костей. Он вышел на улицу, где дождь всё ещё стучал по крыше, а ветер завывал в ветвях деревьев, создавая ощущение, будто сама природа шептала свои тайны. Под навесом, защищённым от ненастья, он схватил охапку дров, их поверхность была влажной, но они всё равно издавали знакомый запах леса — смесь смолы и свежести. Вернувшись в дом, он поднялся по скрипучей лестнице и положил дрова у камина.

— Теперь я боюсь, что тут баня будет, — усмехнулся он с лёгкой иронией, стараясь развеять напряжение в воздухе и вернуть себе уверенность.

— Что-что, а тот, кто этот дом строил, позаботился об отоплении, — продолжал Айвен, глядя на трещащие языки пламени.

Он подошёл к кровати. На ней лежала Лиса с прикрытыми глазами. В тусклом свете огня её лицо выглядело особенно нежно, а длинные волосы струились по подушке.

— Лиса, ты спишь? — во весь голос спросил он, стараясь скрыть беспокойство.

— Не сплю, — открыла она глаза от удивления, и в них мелькнуло что-то похожее на страх.

В этот момент за окном в далеке ударила молния, осветив комнату на мгновение.

— А... Не сплю, — повторила она, уже соскочив с кровати и прижимая руки к груди в попытке защититься от внезапного страха.

— Ты что, грозы боишься? Серьёзно? Забралась на территорию людей, сбежала от погони церкви, а боишься грозы? — с насмешкой спросил он, пытаясь развеять её тревогу.

— Я... Я не боюсь. Если немножко. Я сама видела, как древо, что нас оберегало, загорелось после удара молнии. Все эльхи боятся грозы, — сказала она тихо, её голос дрожал от воспоминаний.

— Не бойся. Тут тебе ничего не угрожает, — Айвен подошёл к шкафу напротив кровати и начал искать мазь.

— У меня есть специальная мазь от алхимика нашего Ор... От очень хорошего алхимика.

— Разрешишь обработать твои раны? — спросил он, доставая мазь и подходя ближе к ней.

— Да, — ответила она с лёгким вздохом.

Айвен аккуратно обработал ей раны. Его руки были осторожны и уверены. Потом посмотрев ей в глаза, он сказал:

— Вот и всё!

— Прости, — неожиданно сказала она, её голос звучал с нотками смущения.

— За что? — удивился Айвен.

— Я видела по твоему выражению, что тебе неприятно ко мне прикасаться, — ответила Лиса, опуская взгляд в пол.

— Брось. Ты здесь ни при чём. Даже больше скажу. Мне наоборот было приятно. Ну, то есть... Я хочу сказать, что когда я прикасаюсь к людям, то мне неприятно. А вот к тебе я неприязни не ощущаю. То есть, я рад к кому-то прикоснуться. А не про то, что получил какое-то сомнительное удовольствие.

Лиса засмеялась, и её смех наполнил комнату теплом.

— Я поняла.

— Ну что ж, любезностями обменялись. А сейчас пойду отвара сварю. Отвар у меня вкусно получается. Согревающий! — улыбнулся Айвен, чувствуя себя более расслабленным.

— Я не могу двигаться! — испуганным голосом воскликнула Лиса, её глаза расширились от тревоги.

— Да, я так и подумал. А то больно стойко ты терпела. Мазь-то жгучая. Что, чувствительность тела упала? — невозмутимо спросил он.

— Да... Но откуда...

— С тобой что ли такое в первый раз? — Айвен поднял бровь с недоумением.

— Да! Я умираю? — начала паниковать она, её голос дрожал от страха.

— Ха-ха! Шутишь что ли? Ты серьёзно?

— Нам говорили, что холод нас убивает! — продолжала она дрожащим голосом.

— Ну ты даёшь... Никогда бы не подумал, что я буду объяснять эльхам про строение их же организма. Да, пути высшего неисповедимы. Слушай, ты не умрёшь от этого. В худшем случае тебя могло бы парализовать дня на два. Ну а так как ты уже, считай, согрелась, то этого не будет! — рассказал Айвен сдерживая смех.

— А контроль и чувствительность восстановятся за день, так что не переживай. А то, что вам говорят, что холод убивает — отчасти это так. Представь себе: что с тобой было бы, если бы ты вдруг в лесу замёрзла? — продолжил он с лёгкой улыбкой.

— Поэтому да, говорят верно. Ну не сам холод убивает вас, а обстоятельства, вызванные последствием холода. — Он ждал от неё реакции.

— Я... Я и так это знала. Просто тебя проверяла! — Лиса надула губы и скрестила руки с лёгким вызовом в голосе.

— Слушай, я вот хотел спросить: откуда ты там тигра нашла? Они же тут не водятся! — сменил тему Айвен с искренним интересом.

— Я это... Хотела у тебя спросить... Как мне к тебе обращаться? — поинтересовалась девушка с лёгким смущением.

— Айвен! Зови меня — Айвен! — ответил он с улыбкой.

— Приятно познакомиться, Айвен!

— Взаимно! Сейчас принесу отвар! — Айвен направился к печи с решимостью.

Налив отвар в чашку, он принёс его девушке. Она протянула руку, но он не дал ей кружку и сам решил напоить её.

— Не надо! Ты плохо себя контролируешь! Только помешаешь! Давай, пей! Не стесняйся!

Лиса выпила отвар и почувствовала тепло разливающееся по телу.

— Так, все! Отдыхай и постарайся уснуть! — настаивал Айвен с заботой в голосе.

Он пошёл на кухню, где запах свежих трав и древесины смешивался с ароматом дождя, проникающего через щели в окнах. На чердаке он начал собирать немного трав для нового отвара. Внезапно в дверь постучали, и звук был резким, словно гром среди ясного неба.

— Что за лихо такое в грозу и дождь пришло? — произнёс он, чувствуя, как тревога сжимает его грудь.

Спустившись по скрипучей лестнице, Айвен открыл входную дверь. За ней стоял незнакомец с растрёпанными волосами и мокрой от дождя одеждой.

— Ты кто? — спросил он настороженно, прищурив глаза.

— Господин, я староста деревни, — ответил незнакомец с усталостью в голосе, его лицо было искажено беспокойством.

— За данью что ли пришёл? — отрывисто произнёс Айвен, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее.

— Нет, нет. Что вы? Да и не знаю, слышали ли вы, что барон мёртвый? — староста сделал шаг вперёд, его голос дрожал от волнения.

— Уже слышал. И что надо? — Айвен нахмурился, его интуиция подсказывала, что дело серьёзное.

— Вы же связаны с церковью. Прошу вас, дайте разрешение на рытье траншеи, — на лице старосты было отчаяние, его глаза искали поддержку.

— Мужик, ты о чём? Я не владею этими землями, — промолвил Айвен с недоумением, ощущая, как холод пробирается к его сердцу.

— Но вы же служитель церкви. Причём, очень влиятельный. И только вы можете дать разрешение на земле Всевышнего. — Староста говорил всё быстрее, его голос напоминал трель тревожной птицы.

— Церковь? — Лиса наверху услышала разговор и её голос прозвучал с нотками удивления и страха.

— Прошу вас! — чуть ли не умолял староста.

— Не... Не может быть... — продолжала Лиса наверху, её голос дрожал от волнения.

— Всё, даю своё разрешение. Вон отсюда! — пригрозил Айвен, чувствуя, как гнев накрывает его волной.

— Хорошо. Спасибо вам, — откланялся староста, его плечи слегка опустились от облегчения.

Айвен закрыл дверь и поднялся на верх. Он отодвинул занавеску, отделявшую спальню от кухни.

— Эй, слушай, ты... — он замер от удивления, увидев Лису, сидящую на краю кровати с широко раскрытыми глазами.

— Не может быть. Ты высшая?