Сезон дождей

В доме лесника по-прежнему царило спокойствие. Солнечные лучи пробивались сквозь окна, отбрасывая мягкие тени на деревянные полы. Запах свежесрубленного дерева и дров, лежащих у печи, смешивался с легким ароматом трав, которые Айвен собирал в лесу.

Айвен принёс в спальню, где сидела эльха, чистую и высушенную одежду. Он бросил её на стол с лёгким раздражением, где лежали несколько старых книг и неразобранные инструменты.

— Как тебя зовут? — спросила она, её голос звучал мелодично, но в нем чувствовалась настороженность.

— Бери свои вещи и уходи из моего дома. — пригрозил Айвен, его голос был резким, как порыв ветра, пронизывающий лес.

— Уйду. Только скажи, где находится барон? — спросила девушка, её глаза искали ответ, но Айвен не собирался делиться информацией. В его взгляде читалось недовольство.

— Я не знаю, сама ищи. — пробурчал он, его взгляд скользнул по окну, где виднелись деревья, покачивающиеся на ветру.

— Эй! Меня зовут Лиса. А тебя? — пыталась построить диалог она, не желая сдаваться. В её голосе звучала настойчивость.

— А теперь ты, видимо, все-таки нормально обговорить все решила, да? — спросил Айвен, подойдя к кухонному столу и опираясь на него, словно искал опору в своих мыслях. Его тон был саркастичным.

— Что ж не буду лукавить, не особо рад с тобой познакомиться, Лиса. Прости, не знаю родовой фамилии. — продолжил он, его голос стал чуть мягче, но всё равно оставался холодным.

Айвен начал ходить кругами по комнате: то к печке, то к стене напротив, его шаги заглушали тишину в помещении.

— Родовая фамилия? Откуда тебе известно? — удивлённо спросила Лиса, её интерес был искренним. В её глазах зажглось любопытство.

— Твои глаза голубого цвета. Это возможно только тогда, когда кто-то из вашей расы потомок высших, первородных эльхов. Проще говоря, ты что-то типа знати у них. Верно? — спросил Айвен, остановившись и посмотрев на неё с недоверием. Его голос звучал как вызов.

— Да. — девушка растерялась, её мысли метались между гордостью и страхом.

— Открою тебе маленький секрет. Об этом даже дети знают. Так что свети поменьше харей. — сказал он на полном серьёзе, его лицо оставалось бесстрастным.

— Прости? Харей?! — Лиса была в шоке от такого обращения к ней, её глаза расширились от удивления.

— Спасибо, что спас от тигра. А ты очень груб. — сказала она и направила взгляд в пол, пытаясь скрыть обиду и разочарование.

— Что же, пожалуйста... А сейчас будь добра. К моему приходу покинуть этот дом. Ну а по поводу грубости. Ты посмела в моей избе обнажить оружие и угрожать мне. Так что радуйся, что я тебя вообще не придушил! — недовольно ответил Айвен, его голос звучал как раскат грома в ясный день.

— А что мне было думать? Я лежу голая у какого-то странного мужика на чужой земле. Уж извини, что переживала за свою жизнь! — Лиса подняла голову и посмотрела прямо на него с вызовом и яростью.

— Прощаю... А теперь мне пора. Еда в кастрюле. Ну а как поешь, будь добра за собой помыть и уйти. — сказал он с явным раздражением, собирая мешок в дорогу и бросая последний взгляд на её удивительное лицо.

Айвен закинул мешок себе на плечо и спустился вниз по лестнице с тяжёлым вздохом. Выйдя из дома, он увидел знакомого оленя, который стоял у порога, дрожащий от страха.

— О, друг! Ты это откуда и куда? А что это у тебя с ногой? — удивился он, заметив рану на ноге оленя; его голос наполнился заботой.

Олень встал за крестоносцем, словно прося защиты. Через пару мгновений прибежала стая волков, их голодные глаза сверкали в тени деревьев.

— Понимаю. Мяска, значится, вам захотелось. Только это моя территория. И этот Борис — мой друг! Так что поджали хвосты и свалили отсюда в страхе! Иначе — et non morieris! (вы умрёте) — произнёс он с угрозой в голосе, его уверенность была ощутима.

Волки от страха начали пятиться назад. А потом и вовсе убежали в лесную чащу, оставив лишь шорох листвы позади себя.

— Волки ушли. Всё хорошо, потерпи, я сейчас рану обработаю. Кстати, какого лешего они тут забыли? Если погонь появилась какая-то, то мне это только хлопот прибавит! Всё-таки мой долг перед Высшим никто не отменял! — Айвен начал рассматривать рану оленя с сосредоточенным выражением лица, доставая бинты из своего мешка.

Перебинтовав ногу оленю с нежностью и заботой, он отпустил его с лёгким вздохом облегчения. Олень же в свою очередь даже не попрощался; он был очень напуган и стремительно исчез в лесу.

Айвен продолжил свой путь по тропинке в лес. А из окна на всё происходящее смотрела Лиса.

— А ты добрый человек… Вот только не особо гостеприимный. — сказала она, взяв грязную кастрюлю с печи и направляясь к двери.

Лиса спустилась по лестнице и пошла к реке. В её сердце возникло чувство противоречия: она чувствовала благодарность к Айвену за спасение и одновременно недоумение от его грубости. Вода реки манила её прохладой и свежестью; она надеялась найти там утешение и успокоение после всех переживаний этого дня.

— Ладно, так уж и быть, за спасение своей жо-о-о, жизни — помою. Будем считать это оплатой… — сказала она, с лёгкой усмешкой на губах, но в глазах её читалась усталость. Она задумалась, глядя на грязную кастрюлю.

Листья на деревьях шуршали от лёгкого ветерка, создавая мелодичный фон для её размышлений. Вокруг стояли высокие ели, их стволы покрыты мхом, а среди корней пробивались яркие цветы, которые весело тянулись к солнцу. Запах хвои смешивался с ароматом свежей земли, а где-то вдали слышался треск веток под лапами лесных обитателей.

— Что ты несёшь, а? Оплатой? Твоя жизнь подороже чистого котла стоит! — Лиса начала мыть кастрюлю, её руки погружались в холодную воду, которая была собрана из реки. В голосе её звучала ирония, но в глубине души она чувствовала себя уязвимой.

— Как же я скучаю по дому… Но я сама в это ввязалась. — Закончив работу, она подошла к рядом стоящему дереву, обняв его ствол, как будто искала в нём поддержку. На коре дерева виднелись следы времени — глубокие борозды и трещины, словно оно тоже переживало свои собственные истории.

В это время к дому лесника подошли Степан и Петя. Они шли по узкой тропинке, окружённой зарослями кустарников и диких цветов, которые распускались даже в холодное время года.

— Слушай, а... Может... ну его? Пойдём отсюда, а? — спросил бородатый, заикаясь. Его голос дрожал от страха, а глаза блестели от напряжения.

— Петя, староста сказал узнать… — Степа начал рассматривать окна дома, прищурившись от солнечного света, который пробивался сквозь листву. Он чувствовал себя неуверенно и нервничал.

— Староста то, староста сё… А сам-то, чё он не ходит? Милсдарь Барон мёртв! А вдруг он этот, того его вообще? — напуганно спросил Петя, его руки нервно теребили края одежды. В его голосе слышалась паника.

Лиса прижалась ближе к дереву, стараясь слиться с его корой; её сердце колотилось от страха быть замеченной.

— Вот нам и надо узнать, того он это, или не того... Я сам видел весь этот ужас. Там всё замёрзшее было. Такой холод, как в постели с моей женой. И что самое странное, пришлый от князя совершенно этому не удивился. Сказал, чтобы я никому не говорил. Ну кто он такой, чтобы я своим же деревенским мужикам не рассказал это? Это он. Пришел да ушёл. А нам тут жить ещё. — рассказывал ему Степан, его голос звучал напряжённо, как натянутая струна. В его глазах читалась решимость.

— О, всевышний. Как же хорошо, что я утром занят был. Пошел бы, я бы там бы обо... Да помер бы я там от страха! — ответил ему Петя с ужасом, его глаза расширились от волнения.

— Не помер бы. Жить захотел — ноги бы унесли. Как меня унесли… Все, давай, стучи в дверь. — сказал Степа, отойдя назад и глядя на старую деревянную дверь с облупившейся краской. В его голосе слышалась настойчивость.

— Кто? Я? Не-не-не-не. Ты, Степан, уже с ним общался, вот сам и стучи! — отойдя назад пробормотал Петя, его голос дрожал от страха и сомнений.

— Стучи! Кому говорят! — пригрозил Степа, его лицо стало серьёзным. Он чувствовал нарастающее напряжение.

— По голове себе сам постучи! Не буду и не заставишь! И вообще, видишь, вон света нет, очаг не горит! Погода-то холодная, скоро же сезон дождей! Значит, его дома-то и нет! — подытожил Петя с раздражением, указывая на серое небо с низкими облаками.

— А ты прав! Точно же, очаг не горит, света нет! Да и мы тут в голосину говорим! Скорее всего и вправду дома нет! — поддержал его Степан, не желая видеться с крестоносцем. Его голос звучал облегчённо.

— Я точно тебе говорю, нет его дома! Ушел, возможно, он в лес по ягоды! — На лице у Пети вдруг заиграла улыбка при мысли о том, как легко можно избежать встречи с лесником.

— Да или даже погребы! Вон даже у тебя мысли нужные бывают! Всё, идём! Доложим старосте, что его нет! — сказал Степан с решимостью и направился в лес к деревне.

— Да-да! Так скажем! Дескать, проверили всё от и до! Подождали целый час, а его-то и нет! — шёл за ним следом Петя с облегчением.

— Какой час? Ты что, считать не умеешь? Тут минут двадцать пять ходьбы туда и обратно! — спросил Степа с недоумением и лёгким раздражением.

— Я кур умею считать и яйца от них, ну и деньги. А большего мне и не надо! — ответил Петя с ухмылкой и лёгким смехом.

— Ладно, идём! — безнадёжно Степа посмотрел на него, но в глазах его уже появилась искорка надежды.

Деревенские скрылись из виду в лесу; вокруг воцарилась тишина — лишь ветер продолжал шептать свои тайны среди деревьев. Лиса почувствовала облегчение и вновь обняла дерево крепче, вдыхая свежий запах хвои и земли.

— Барон мёртв?! Н-не может быть! — Лиса присела возле дерева от удивления, её сердце колотилось в груди, как птица, пытающаяся вырваться на свободу. Вокруг неё раскинулся лес, густые деревья с их мощными стволами и раскидистыми кронами создавали ощущение уединения и защищённости. Но сейчас это место казалось ей неуютным, полным таинственных шорохов и невидимых глаз.

— Неужели они выследили меня? Всё замёрзшее… Это точно он! Тише... Спокойно... — Лиса пыталась успокоиться, вдыхая свежий, пропитанный дождём воздух, который приносил с собой запахи мокрой земли и хвои. На лужайке рядом с ней распустились яркие цветы, но даже их красота не могла отвлечь её от тревожных мыслей. С каждой секундой страх нарастал в её груди, как тёмная волна.

— Если бы они знали, что я здесь, то уже точно бы убили. Но... Почему эти люди думают, что хозяин этого дома причастен к этому? Даже больше – они его явно боятся. — Лиса погрузилась в мысли, её взгляд скользнул по лесной подстилке, где мох мягко укрывал землю, а среди него пробивались молодые побеги. Внутри неё бушевали эмоции: гнев, растерянность и отчаяние.

Тем временем к кастрюле, что она помыла, подошёл знакомый олень с перевязанной ногой. Его шерсть переливалась в свете пробивающихся сквозь листву солнечных лучей, а глаза смотрели на неё с добротой и пониманием.

— Сезон дождей? Как я могла забыть? Что мне делать-то теперь? Куда идти? — резко поняла она, что ситуация стала безвыходной. В голове у неё крутились мысли о том, как ей укрыться от надвигающегося шторма. Она чувствовала, как страх сжимает её сердце в железные тиски.

— Ой, привет. Я видела тебя уже сегодня. — Лиса обратила внимание на оленя, который подошёл ближе, словно искал утешения. В её голосе звучала надежда на спасение.

Олень откликнулся на её голос и подошёл к ней, его большие глаза отражали свет леса.

— Познакомиться подошёл? — она погладила оленя, и тот убежал, оставляя за собой лишь лёгкий шорох травы. Её улыбка сменилась печалью; она чувствовала себя одинокой в этом безмолвном лесу.

Дождь уже был совсем близко. Гром гремел над головой, раздаваясь эхом среди деревьев. Где-то в лесу охотник со служителем церкви сидели у костра и варили суп. Дождь ливанул как из ведра, капли стучали по земле, создавая мелодию, которая смешивалась с треском веток.

— Началось… — вздохнул служитель, взглянув на небо, которое стало свинцовым и угрюмым. В его голосе звучала тревога.

— Да, сезон дождей… — сказал лесник, сидящий на бревне и подглядывающий за огнём. Его лицо было озабоченным, а взгляд — настороженным. Он чувствовал приближающуюся бурю не только в природе, но и в своих мыслях.

— Да помилует нас Высший! — произнёс искренне и с испугом служитель, его голос дрожал от страха перед надвигающимися бурями. Он молился про себя, надеясь на лучшее.

Где-то далеко из пещеры вышли три знакомые нам эльхи. Их лица были полны грусти, как будто они знали о том, что принесёт этот дождь. Они встречали сезон дождей с печальными мыслями о том, что впереди; их сердца были тяжёлые от предчувствия беды.

В деревне все жители собрались возле реки и давно выстроили баррикады от прилива. На берегу стоял староста, смотря в небо, которое резко потемнело и хлынул дождь. Он предчувствовал кучу проблем от него: волнение отражалось в его глазах, полных тревоги и усталости.

В далёких землях, где растут тёмные дубы вместо елей и берёз, человек, перебивший разбойников несколько дней назад, закапывал могилы. Глядя на небо, он увидел начало дождя и почувствовал холодный ветер, который предвещал бурю. Его сердце сжалось от страха: он знал, что это не просто дождь.

Дождь шёл по всему огромному материку. Абсолютно все знали, что это время когда-нибудь придёт. Для всех это было дурное знамение; старики в деревне шептали о том, что с каждым годом дожди становятся всё более свирепыми.

Лиса, как и было ей велено, уже ушла из дома крестоносца. Ей было холодно, но она продолжала идти по лесу, чувствуя под ногами холодную землю и слыша шорохи вокруг. Каждое движение казалось ей опасным; страх окутывал её как тёмная пелена.

Тем временем Айвен подбегал уже к своему дому.

— Сезон дождей, вашу мать! И как у меня из башки-то вылетело? Я надеюсь, он недолго продлится… — продолжал бежать он, весь промокший насквозь. Ветер свистел в его ушах, а дождь хлестал по лицу; его голос звучал полным отчаяния.

— Черт возьми! Я девчонку выгнал! Забыл, что они холод не переносят! — остановился Айвен на мгновение перед домом и увидел кастрюлю, стоящую возле реки. Она напоминала ему о том дне, когда он впервые встретил Лису; ностальгия смешивалась с тревогой.

Зайдя в дом с кастрюлей, он поставил её на пол и осмотрел свой участок с порога. Он почувствовал пустоту вокруг себя. Внутри его раздирала паника: он не знал, где искать Лису и что делать дальше в этом бушующем мире.

— Да чтоб тебя! Всё залил… — сказал он, закрывая двери. Внутри было сыро и темно; даже свет из окон казался тусклым под натиском дождя.

Айвен осмотрел дом в надежде, что Лиса не успела уйти. Но к своему сожалению, он опоздал...