Продолжения испытания

— Не думал, что этот отброс так быстро кони двинет! Даже среагировать не успел на этот плевок… Хе, ну давай, ботан, нападай! Кстати, как тебя хоть зовут?

Оглушенный внезапной смертью друга, он застыл, словно громом пораженный. В голове бешено крутилось: "Только же красных и белых победили! Какого черта один из нас так быстро в ящик сыграл? Еще и главарь руку повредил, чтоб его…"

— Меня звать Альерт.

Аято, расплывшись в хищной ухмылке, ответил:

— А меня — Аято.

Альерт, произнеся безмолвное заклинание, соткал вокруг себя дымовую завесу радиусом метров десять. "Ха! Этот кретин меня в дыму не найдет! Подкрадусь, помогу Клэру, и… "

Взгляд упал на грудь. Из нее торчал кинжал. Обернувшись, он увидел Гильвера, сжимавшего рукоять.

— Ах ты, мелкий ублю…

И мир для Альерта померк. Тем временем, на трибунах царил форменный бедлам. Гамберге с восторгом наблюдали за ходом испытания, оглашая арену ликующими криками.

— Вот это да! — надрывался какой-то мужик.

— Этот малец просто порвал его в клочья! — орал другой.

Женщины, как одна, сходили с ума по Аято. — Аято, милый, возьми меня!

Неожиданно на огромном экране возникло лицо Хена, который, как всегда, искривлялся в безумной, счастливой гримасе.

— Ну что, ребята! Наши участники показывают просто сногсшибательные результаты! Конец испытания не за горами! В этой мясорубке останется лишь одна команда, которой предстоит сразиться с последней! Ну что, давайте же продолжим следить за этим захватывающим зрелищем!

Камера перенеслась к месту поединка. Аято, словно вихрь, атаковал Клэра, не давая тому перевести дух. Клэр отбивался изо всех сил, в голове лихорадочно пульсировала одна мысль: "Что это за черт такой? Откуда он взялся? Он же как тот псих из команды красных… Как его там… Точно, Эрен!" В этот миг послышались шаги. Кто-то приближался. Сквозь пелену тумана до Клэра донесся знакомый голос, а затем и очертания фигуры.

— Ну что, черт ублюдочный, думал, пришил меня? А я живучий!

Из дыма возник Эрен, весь в крови, злобно скрежеща зубами.

— Знаешь, я тех двух плебеев прикончил – было весело! Спасибо, но теперь твоя очередь. И да, где Элизабет?

Дым рассеялся, и взору предстала Элизабет, держащая Гильвера, а точнее, приставившая нож к его горлу.

— Не двигайся, как там тебя… Аято! Иначе я ему глотку перережу!

Аято, помрачнев, посмотрел на Элизабет и Гильвера и, словно отдавая приказ, произнес:

— Гильвер, сделай то, что я тебе сказал, если возникнет такая ситуация.

Гильвер, нахмурившись, попытался вспомнить, что же ему говорил Аято. "Слушай, Гильвер, если тебя схватит девица, то сожми ее грудь так сильно, как сможешь! Отвечаю, это тебе поможет!" Недолго думая, Гильвер, схватив руку, в которой был нож, тут же вцепился в грудь Элизабет и сдавил ее изо всех сил. Раздался болезненный стон. Все, кроме Аято, стояли, ошеломленные произошедшим. А Аято, расплывшись в довольной улыбке, явно гордился своим учеником. Гильвер, отпустив Элизабет, отошел к Аято. Элизабет, вскочив, прикрыла грудь рукой и испепеляющим взглядом посмотрела на Гильвера.

— Т-Т-Ты ИЗВРАЩЕНЕЦ!!! — завопила она во все горло.

Оглушительный вопль Элизабет заставил задрожать стены. У Гильвера, Клэра и Эрена из ушей потекла кровь. А Аято тем временем, заливаясь безумным хохотом, кричал:

— Боже, это мой мальчик! Это моя школа!

Схватив Гильвера, Аято растворился в темном тумане, который он сам же и создал, бросив напоследок: — Еще увидимся!

В звенящей тишине, словно осколки разбитого зеркала, еще долго металось эхо вопля Элизабет, пронзая барабанные перепонки, как тысяча раскаленных игл. Клэр и Эрен, словно громом пораженные, обменялись беспомощными взглядами. Кровь хлестала из ушей, будто кто-то открыл зловещий фонтан, но даже этот кровавый потоп не мог заглушить клокочущую в Элизабет ярость вулкана. "Да я этого мальчишку на молекулы расщеплю! На атомы разнесу! На субатомные частицы раскидаю по всей вселенной!" – взревело в ее голове, и она, словно торпеда, выпущенная из адской субмарины, ринулась туда, где только что растворился в тумане Аято со своим… эээ… "протеже".

– Стой, Элизабет! – завопил Эрен, но она уже превратилась в вихрь, в демона, одержимого местью, исчезнув в дыму, словно ее засосало в портал в преисподнюю. Эрен обреченно вздохнул. – Что ж, сам напросился… – пробормотал он, вытирая с лица кровавый пот безумия. Клэр лишь хищно ухмыльнулся в ответ: – Похоже, сейчас будет фейерверк!

В это время Аято, трясясь от хохота, будто его щекочут перьями тысячи ангелов, тащил Гильвера сквозь лабиринт тумана, словно добычу, выигранную в лотерее. – Вот это номер, Гильвер! Просто шедевр! Гениально! Я тобой горжусь, как голубь – своим помётом! – Гильвер, покраснев, как пион на клумбе, пытался осознать, что же такое он сотворил. – Я… Я просто сделал, как ты сказал, Аято… – пролепетал он, чувствуя себя гениальным идиотом одновременно.

И тут, словно из ниоткуда, из тумана вынырнула разъяренная Элизабет, в глазах которой сверкали молнии гнева, а в волосах запутались маленькие чертики. – Ах ты, мерзкий извращенец! Я тебя сейчас… – Но не успела она договорить, как Аято, схватив Гильвера, телепортировался в другое место с быстротой света, оставив после себя лишь клубок дыма и запах жженой резины. – Упс! Похоже, нам пора сматывать удочки! – прокричал он, заливаясь маниакальным смехом, от которого даже у чертей в аду начинала болеть голова.

Гамберге на трибунах сошли с ума от восторга! Испытание превратилось в комедию дель арте, в театр абсурда, где каждый жест, каждый взгляд был пропитан безумием! Зрители визжали, пищали и бились в экстазе! Хен, выгибаясь в еще более безумной гримасе, чем обычно, ликовал: – Вот это зрелище! Вот это цирк с конями! Такого я еще не видел! Даешь больше треша! Больше угара! Больше безумия!

Элизабет, словно выпущенная из жерла вулкана лава, не собиралась сдаваться. Дым, туман, телепортации – всё это лишь разжигало ее ярость, как бензин подливают в костер. Она чуяла запах Аято, как гончая чует дичь, как акула – каплю крови в океане. И с каждой секундой ее решимость крепла, словно бетон, залитый в опалубку. – Я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на этот свет, мерзавец! – рычала она, проносясь сквозь завесу тумана, словно призрачный болид "Формулы-1".

Тем временем Аято, продолжая ржать, как гиена в припадке, телепортировался в какое-то подобие гигантского аквариума, кишащего светящимися медузами, словно рождественская елка. – Ну что, Гильвер, любуйся! Это моя секретная комната релаксации! Здесь я медитирую, пью смузи и слушаю звуки природы! – Гильвер, по-прежнему смущенный, оглядывался по сторонам, чувствуя себя рыбой, вытащенной из воды. – Здесь красиво, Аято, но… а как же Элизабет? Она же нас убьет!

И словно в ответ на его вопрос, стекло аквариума с грохотом, достойным конца света, разлетелось на миллион осколков, и Элизабет, мокрая, но не сломленная, с триумфом победителя возникла в проеме, словно богиня возмездия, вынырнувшая из пучины морской. – Релаксация отменяется, извращенец! – прошипела она, выжимая воду из волос, словно отжимала тряпку с грязью. Аято, наконец-то перестав смеяться, сглотнул и почувствовал, как по спине поползли мурашки размером с таракана. – Ой-ой… Кажется, кто-то сейчас получит по первое число…

Гамберге ликовали! Зрелище достигло апогея безумия! В зале творился форменный хаос! Хен бился в конвульсиях от восторга, а зрители, обезумев от адреналина, бросали в воздух попкорн, скандировали, визжали и кричали: – Еще! Еще! Давай, Элизабет, покажи им кузькину мать! Кажется, даже боги Олимпа, выглядывая из-за облаков, бросив свои нектары и амброзии, не могли оторвать глаз от этого феерического хаоса. Да, такое зрелище точно войдет в анналы истории! Об этом будут слагать легенды! Об этом будут петь песни! 

Аято, осознав, что шутки кончились, решил применить тактику "лучшая защита - это нападение… или, в данном случае, побег!". Схватив Гильвера за руку, он вихрем пронесся сквозь остатки аквариума, оставляя за собой шлейф из брызг и светящихся медуз. "Бежим, Гильвер, бежим! Нам нужно срочно найти дыру в пространстве-времени и нырнуть туда!"