Суд Высших

Темнота окутала её, удушающим покрывалом заполняя каждую частичку души. Ариэль не чувствовала ни боли, ни страха — только ледяное безразличие, как будто её существование стало пустотой, бесконечно растянутой во времени. Последний момент её жизни был словно размытым пятном: ночь, слёзы, пронзительная тишина, и затем... падение. А потом ничего. Ни света, ни тепла. Только она и безмолвный мрак.

Но вот тьма начала рассеиваться. Медленно, как будто кто-то зажёг свечу в бесконечной черноте, и свет становился всё ярче. Ариэль попыталась двинуться, но её тело будто растворилось. Вместо этого она ощутила, как её сознание уносится куда-то, словно невидимая сила тянула её вверх.

Когда свет стал нестерпимо ярким, она оказалась в совершенно ином месте. Пространство перед ней было бескрайним и неземным. Огромный зал, сверкающий золотистым сиянием, казался одновременно и реальным, и иллюзорным. Высокие колонны, вырезанные словно из света, уходили в бесконечность. Перед ней, на возвышении, сидел — Высший. Его лица были скрыто, а фигура казались скорее энергией, чем чем-то материальным. А его присутствие было подавляющим, властным, но не злым.

— Ариэль, — раздался глубокий голос, эхом отражаясь в её сознании. Он звучал как тысяча голосов одновременно — мужских, женских, детских, старческих. — Ты знаешь, почему ты здесь?

Она попыталась заговорить, но слова застряли в горле. Она могла только кивнуть. Да, она знала. Она сама выбрала конец. Она сбежала от жизни, от боли, от одиночества, которое обволакивало её годами. И теперь платила за это.

— Ты покинула жизнь, — продолжил голос. — И с этим решением оборвала нити, связывающие тебя с миром. Но каждая душа важна. Каждая душа имеет цель. Ты же отвергла свою.

— Я... — наконец выдавила Ариэль, её голос дрожал. — Я не могла больше... Я была никем. Никому не нужной.

— Ты ошибаешься, дитя, — другой голос, мягче, но всё ещё строгий, прервал её. — Ты была связана с этим миром больше, чем ты думала. Ты нашла утешение в музыке, в семерых душах. Их творчество стало твоим спасением, но ты не позволила этому спасти тебя до конца. Ты отвернулась от света, который мог бы вытащить тебя из тьмы.

Ариэль опустила взгляд, чувствуя, как невидимый груз давит на её плечи.

— Но это не конец, — продолжил первый голос. — Ты стоишь перед выбором. Высшие решили дать тебе шанс искупить свои ошибки. Твоя душа ещё может обрести покой и переродиться. Но для этого ты должна выполнить задачу, которая станет твоим испытанием.

— Испытанием? — её голос был едва слышен.

— Ты станешь хранителем. Ангелом-хранителем для группы семерых душ, что каждый день спасают своим творчеством миллионы душ. Ты переместишься в то время когда их путь находятся в начале, и их судьба ещё не определена. Ты должна помочь им стать теми, кем они должны быть, — теми, кем они стали для тебя.

На мгновение Ариэль застыла. Хранителем? Для группы, которую она любила всей душой, но которая даже не знала о её существовании? Это казалось невозможным.

— Но... как? — спросила она. — Я... я не знаю, как быть хранителем. Я не справлюсь.

— Мы дадим тебе всё необходимое, — голос Высшего звучал спокойно, но твёрдо. — Твоя душа получит материальный облик. Ты воплотишься в теле девушки, которая умерла по причине болезни. Это тело станет твоим временным домом. Ты будешь рядом с группой как человек, как часть их окружения. Но помни: каждый месяц до полуночи ты должна входить в любой храм, и задувать свечу. Это будет твоей связью с нами. Мы будем следить за твоим прогрессом и давать тебе задания.

Ариэль почувствовала, как внутри её что-то сжимается. Это было похоже на сделку. Она не могла отказаться. Но у неё не было уверенности, что она сможет выполнить миссию.

— А если я не справлюсь? — дрожащим голосом спросила она.

— Тогда твоя душа останется блуждающим духом, — ответили Высший. — Ты навеки останешься между мирами, с воспоминаниями о своей прошлой жизни, но без шанса на покой.

Эти слова ударили её сильнее, чем что-либо до этого. Навсегда остаться в одиночестве, без тела, без надежды... Это было хуже смерти.

— Я согласна, — наконец прошептала она.

Высший молча наблюдал за ней, и в его молчании было что-то одобрительное. Затем свет вокруг неё стал ярче, обжигающим, и Ариэль почувствовала, как её сущность втягивается куда-то, словно её уносил вихрь. Её последняя мысль перед тем, как всё исчезло, была о том, что она наконец-то сможет быть рядом с теми, кто был для неё важен, даже если они никогда не узнают, кто она на самом деле.

Когда она открыла глаза, мир уже не был прежним. Она была в новом теле, в новом месте — и в новой жизни. Это был её шанс. Её единственный шанс.