Про «вкус детства»
– …И так, ты хорошо провёл вчерашний вечер?
– Не уж то ты считаешь себя хозяйкой гостиницы, чтобы такое спрашивать?
На следующее утро. Пока я ждал у своего дома Рёко и Томоми, последняя неожиданно появилась раньше обычного. Быстро заметив меня, слегка удивилась и лукаво улыбаясь направилась ко мне.
– Что с тобой? Ты сегодня как-то рано, Томоми.
– Знаешь, Хироюки, мне кажется, не тебе уж такое говорить.
– Эй ты! Это ведь мы с Рёко всегда тебя ждём.
– Ох-х, ну знаешь, это прямо неприятно слышать… Ладно! Ну же! У меня все то же дом находится дальше! - Огрызнулась Томоми в ответ.
– Ну что? Велопрогулка в десять минут разве считается чем-то «далеким»...?
– Так что? В чём дело? Почему ты сегодня так постаралась прийти пораньше? – Продолжил я.
– Ах да! Чуть не забыла и зачем оно нужно было. Помнишь вчершний приз?
– Приз?
– От Фудзиты, забыл что ли?
– …А, те штуки.
Когда она об этом упомянула, я понял, что совершенно забыл об этом — наверное, потому, что мне стало слишком жаль Фудзиту…
– Фудзита отдал мне билеты на «хранение», но… я совершенно не знаю, что с ними делать.
– Что ты имеешь в виду?
– Билетов всего два, а нас трое — вместе никак не получится. Да и оставлять Рёко без похода в кино тоже не годится.
– Кстати, на какой фильм эти билеты?
– Ммм.. на какой-то голливудский блокбастер про любовь, или что-то в этом роде.
…Угу, но если честно, мне совершенно всё равно что за фильм там.
– …Так-к, а почему бы тебе просто не пойти с Рёко?
– Ого? А ты скажи это Рёко, и она знаешь ли откажется из вежливости.
– …Ну да, это в её стиле.
Она такая — постоянно переживает о лишних формальностях.
– А выбросить билеты было бы жалко... Так что я подумала — почему бы нам не купить третий билет и не сходить втроём?
– А… ну да, это звучит разумно.
На мой ответ Томоми просияла, а потом быстро скривилась, как обижённый ребёнок.
– Ну что опять???
– Вчера ты поздно вернулся, Хироюки. Вот я и не смогла обсудить это заранее!
– Да, и?
– И я подумала, какой же это кайф — вы с Рёко соседи. Если бы не это, мы могли бы спокойно поговорить об этом вчера, а не ждать целый день!
– Всего-то один день. Если так торопилась, могла бы подождать.
Серьёзно, она не раз уже просиживала у меня дома целые дни. Но вместо ответа она смущённо почесала затылок.
– Вчера… если бы я увидела лицо твоего отца.. возможно.. я бы ударила его в порыве.
– …Понятно.
Вот как.... папа, тебе повезло.
– И потом, я ведь не могу бродить слишком допоздна — дома то ругать будут. Ох, ну и повезло же Рёко — живёт по соседству, хоть каждый день могла бы есть твоё мапо-тофу!
– Ух, пожалуй, не стоит. Ты что? Хочешь, чтобы я это готовил каждый день?
– Привыкнешь! Станешь специалистом по китайской кухне!
– Неинтересно.
Да и, к тому же, можно ли вообще считать мапо-тофу, приготовленное по-итальянски, китайской кухней?
– Ах, мне теперь аж-ж захотелось... Эй, Хироюки, а можно я сегодня после тренировки загляну?
– Чего? Ты прямо сегодня хочешь уже?
– Ага, ага! Готовься!
– Доброе утро, Хироюки-тян, Томоми-тян. Извините за опоздание!
Пока мы с Томоми болтали, из дверей соседнего дома — дома Рёко — вышла она сама и подбежала к нам.
– Господи да не беги ты, а то упадёшь.
– Ох, Хироюки-тян, я не настолько неловкая! Фух…
– …Говорит человек, который запыхался, пробежав метров пять отсилы.
– Я… я ведь дома тоже носилась! У меня волосы торчали во все стороны и не как не укладывались! Фух, ну и гемор… Кстати, о чём вы тут говорили?
– Да вот, решили, что сегодня поедим мапо-тофу у Хироюки. Как звучит, Рёко?
– Здорово! Я так давно не ела твоё мапо-тофу, Хироюки-тян. Томоми, у тебя же сегодня клубная тренировка?
– Угу!
– Тогда, Хироюки-тян, пойдём после уроков за покупками? И как обычно, поделим расходы на троих, хорошо?
– Ладно, ладно. Надеюсь на вас!
– Да.да, всё на нас~!
Они вместе ответили с лёгким пафосом, посмеиваясь. Правда... им стоило спросить у того, кто будет готовить!
– Эй вы, не решайте всё сами там.
– …Что? У тебя какие-то другие планы?
– Нет, нет у меня никаких планов, но…
Вчера я вернулся домой поздно и так и не успел отдохнуть. К тому же, я только вчера готовил мапо-тофу, а есть его два дня подряд — даже для моего желудка это перебор.
– А, понятно-о! Ты нервничаешь, да, Хироюки? Ведь давно не готовил?
Томоми почему-то тут же сделала абсолютно неправильный вывод.
– Это правда, Хироюки-тян? Не не волнуйся, я тебе помогу!
И, разумеется, Рёко тут же её поддержала. Да нет же, совсем не в этом дело.
– Да не о чём тут волноваться. Я вчера его готовил и ел. Просто есть одно и то же два дня подряд утомительно. Если уж ко мне придёте, то давайте приготовим что-то дру—
И в этот момент…
Меня словно окатило ледяной водой.
– …Почему ты готовил его вчера, Хироюки-тян?!
– П-почему? Что значит «почему»? Потому что…
– Эй!! Кому ты его готовил? Кто ел твою стрепню еще?! И вот не говори, что всё сам съел! Я не поверю!
– П-подожди, успокойся, Томоми! С чего ты так взбесилась?
– Ещё бы не беситься! Н-неужели… Ты приготовил мапо-тофу… для Кирю-сан?!
– Чего? Н-ну… даа.
– Что?!
Я почувствовал, как внутри меня что-то сжалось. Не буду уточнять, что именно, но мне ясно, что оно съёжилось.
– Невероятно! Почему? Почему ты подал его Кирю-сан?!
– Да, Хироюки-тян! Ты ведь мог приготовить что-то другое! Да и почему именно ей?!
– П-погодите, успокойтесь! Я не понимаю, почему вы так злитесь!
В самом деле, что с ними такое???
– Да... Потому что… *грх* потому что!
– Именно! Потому что!
– …Успокойтесь, вы только и твердите «потому что да потому что».
– Да это… Эй, Томоми-тян!
– Точно! Хироюки, твоё мапо-тофу по итальянски — это…
– …
– «Вкус детства»!
– …Что?
С лёгким румянцем на щёчках они смотрели на меня со столь серьёзным видом, что я просто оторопел. О чём они вообще?
– …Вы о чём вообще?
Не удержавшись, я озвучил свою мысль. И мгновенно понял, что совершил ужастную ошибку: они посмотрели на меня так злобно, что у меня чуть сердце не остановилось. Когда эти двое обычно милые леди, делают такие лица — это крайне опасно!
– Всё! С меня хватит! Какой же ты идиот, Хироюки-тян!
– Точно! Неужели нельзя хоть чуточку подумать?
– Зачем, по-твоему, мы так старались всегда есть его вместе?
– А… потому что вы обжоры?
– Аррг! Всё, пошли, Рёко!
– Ага! Расскажем всё Аканэ-тян! Пусть знает, что Хироюки-тян скормил свою фирменную стрепню какой-то другой девушке!
– Э?! П-подождите, а причём тут Аканэ?!
– Не знаю! Пойдём, Рёко!
– Угу!
С этими словами они, шагав плечом к плечу, удалились, оставив меня наблюдать, как их спины тают вдалеке.
– …Почему они так разозлились?
В конце концов, весь день я бегал за ними и каялся. И, по «великодушному» решению Томоми, меня приговорили к наказанию: «Хироюки платит за билеты в кино!». На том всё и закончилось… но я так и не понял, что ими двигало. Честное слово, что ж у них там в головах?
◇◆◇
«Эй, братик, я слышала. Про твой „инцидент с мапо-тофу“. Ты подал его другой девчонке, да? А теперь и Аками-тян в ярости, так что готовься к расплате на каникулах. Ну и я тоже зла. Отлуплю тебя, пока не заплачешь.»
– Эм…
Весь день ублажал Томоми и Рёко, и вот наконец расслабился но не тут то было... Я долго нежился в ванне, а выйдя и вытирая волосы, взглянул на телефон. Там было сообщение от младшей сестры Аканэ. Она как и всегда, по старинке пользуется лишь имейлом. Мол, «настоящему баскетболисту не нужны отвлекающие факторы!». И разумеется значит что никаких мессенджеров. Да у неё до сих пор раскладушка... о чем там говорить ещё...
– Мде-м... похоже на сообщение, полное гнева.
Обычно Аканэ пишет что-то короткое, наподобие «Приняла к сведению». Но это сообщение явно длиннее обычного. И смысла в нём явно хватает, чтобы понять что она зла. Но почему? И почему остальные злы?
– …Ладно, была не была.
С лёгким вздохом я открыл список контактов, нашёл номер Аканэ и позвонил. После нескольких гудков я услышал её знакомый голос.
– Алло, изменщик?
…Ну, или может не совсем «знакомый».
– Какой-то у тебя необычный способ отвечать.
– А что? Разве это не правда? Рёко-чан и Томоми-чан обе злятся и причитают: «Почему он подал мапо-тофу другой?». Вот.
– Есть сложные обстоятельства… Но почему вы вообще злитесь? Да и ты-то почему злишься, Аканэ?
– Подожди, ты серьёзно, братик? Ты и правда не понимаешь? Ох... мне не верится… хотя... это же ты, все то же. Ладно, объясню по пунктам! Чтобы даже мой братик-тугодум понял! Понимаешь ведь, что Рёко-чан и Томоми-чан выросли прямо на твоём мапо-тофу?
– Э-эм, думаю, не то чтобы «выросли» на нём…
– Ой, закрой рот и слушай! Помнишь, как все наши родители тогда были вечно на работе, а ты, внезапно оказавшись самым надёжным, взялся готовить для всей компании? Мапо-тофу по-итальянски был нашим главным хитом. Это тот самый вкус, что мы до сих пор вспоминаем как «вкус детства»!
– …Типа как у «Алёнки» в рекламе: «вкус нашего детства», да?
– Я тебя серьёзно ударю.
– …Извини.
– Короче! Даже Аками-чан, Аками-чан (!), унижалась перед Рёко-чан и Томоми-чан и просила: «Пожалуйста, дайте и мне попробовать». Настолько это блюдо для всех было важно! Его нельзя вот так подавать какой-то левой девчонке!
– А??? …Аками кланялась?
Аками — единственная дочь основной ветви рода Хигасикудзё. Гордая, породистая, презирает всё, что напоминает унижение. И она кланялась? Ради моего мапо-тофу?
– …Только не говори, что это я тебе рассказала. Если Аками-чан узнает, она меня точно убьёт.
– Во имя спасения жизни младшей сестры я забуду про это. Но не перебор ли это?
– У каждого свои чувства. К тому же, если подумать, разве ты когда-нибудь ел это блюдо наедине с кем-то одним из нас? Нет же, да?
– Э… ну, теперь, когда ты это сказала…
– Всегда либо Рёко-чан и Томоми-чан, либо я и Аками-чан, иногда все вместе. Но никогда наедине и это было негласное правило.
Правило? Теперь, когда она рассказала об этом, кажется, и в заправду все… Но всё равно…
– …Ну, я же не мог догадаться о том, насколько всё серьёзно. Вообщем дело — сделано.
– Вот и да... Поэтому их злость больше похожа на обиду. Немного поворчат — и всё. Но даже мне это кажется неприятным. А представляешь как злятся Рёко-чан, Томоми-чан и Аками-чан?
– …Страшно.
– Ну и ну-у... а быть популярным нелегко, да, братец?
– Ой, заткнись уже. Это что, похвала была?
– Если так считаешь, то хорошо. Кстати... кто такая «Кирю Аяне»? Она твоя девушка? Потому что если так, пусть не ждёт, что я буду называть её «сестрёнка» или что-то в этом духе. И ты вообще брал у меня разрешение!? Я вот не припоминаю, чтобы я это одобряла.
– Это с какого перепуга нужно твоё разрешение на отношения? И нет, она не моя девушка.
– Не девушка? Тогда зачем ты для неё готовил? При каких обстоятельствах? Ерунда какая-то.
– Согласен, тоже так думаю.
– Что? Что ты имеешь в виду?
– Кирю Аяне — …моя невеста.
– …Чего? Ч-что-о-о-о?!
◇◆◇
– …Вот такая история.
– …Что за бред?
После моего ошеломляющего признания «у братика уже есть невеста» Аканэ впала в ступор. В телефоне слышалось её «А? Подожди, что? Ай!», будто она стукнулась мизинцем о стол. Наконец она успокоилась, и я всё ей рассказал. Ответ прозвучал холодным тоном: «Что за…». У меня аж мурашки.
– «Что за бред» — ну да, понимаю. Я и сам был в шоке.
– «Шок» тут не подходит, ты должен быть на грани помешательства!
– Я уже чуть не свихнулся, но что теперь делать то?
– «Что делать»?! Да как такое допустили вообще? Чем думал наш бесполезный отец?!
– …Эй, Аканэ? Разве не слишком жёстко?
– Да какая разница? Одно дело — долги, а вот помолвка — совсем другое!
– Понимаю, я тоже в недоумении. Ведь такое разве бывает в наше время?
– Возможность помолвки вообще не так уж редка! Проблема в том, что это коснулось тебя!
– …Меня?
– Да! Ты же помнишь, что Хигасикудзё — очень знатный род?
– …О.
– …Чего молчишь?
– Я просто… Получается, ты знала? Что они — из старинной аристократии?
– Конечно! Как можно не знать? Помнишь все как было на дне рождения у Аками-чан в прошлом году?
– Где арендовали целую гостиницу? Да, это было нечто.
– Именно. И пусть тогда премьер-министр не пришёл, но было несколько менее статных министров! И они здоровались со мной! Со мной! С тобой, кстати, не здоровались что ли?
– …Не ну... кажется кто-то поздоровался... лицо еще было такое знакомое, как будто я видел его на ТВ, но я особо не вникал.
Я был слишком увлечён шикарным банкетом.
– …Братик, ты безнадёжен.
– Не надо так…
– Ты правда безнадёжен. Такие элементарные вещи, которые нужно знать по рождению, ты упустил. Как?
– Прости за невежество.
– Так вот. Семья Хигасикудзё — благородное семейство. Аками-чан — единственная дочь главной ветви. И понятно, что ей нужна «подобающая» партия.
– Ну да, логично.
– Не будет же её отец выбирать первого попавшегося. Самая очевидная «кандидатура» — кто?
– …Что?
– Ну же, человек, которого глава семьи знает с детства и относится как к сыну. Который ровесник Аками-чан и отлично с ней ладит. Кто это?
– …Я?
– Конечно, ты, братик.
– …Что?! Я и Аками — муж и жена?!
– Это лишь вероятность… но очень реальная. Официальных разговоров не было, но по поведению дяди Терухисы похоже, что он этого не исключает.
– …Почему мне никто не говорил?
– А ты смог бы после этого нормально общаться с Аками-чан?
– …Не думаю. Вряд ли.
– Вот и всё. А если бы у тебя появилась девушка, они бы, наверное, просто сказали: «Пусть встречается, если всё будет серьёзно — ну отлично, если нет — ну вот тогда и займёмся делом». Ну, а сколько пар из старшей школы доходят до свадьбы? Да почти ниодной.
– …Логично.
Против фактов не поспоришь. Обычно школьные отношения — как быстро вспыхнувшая лихорадка. Было пылко, да прошло. Мало кто доходит до брака. Хотя сам я отношений никогда не имел.
– …А ещё дядя Терухиса о тебе заботился куда больше, чем твой папа.
– Да уж, это точно. Дядя всегда был ко мне добр.
Глава семьи, Терухиса Хигасикудзё, на вид суров, но человек он добрый и отзывчивый. Возможно, из-за отсутствия сына он относился ко мне по-отцовски. Вообщем хороший человек.
– Понятно теперь? И если он узнает об этой «помолвке», он будет в ярости. Практически уверена, что папа ничего ему не говорил. Если у него нет ума посоветоваться с главой семьи… да уж.
– Ты, наверное, права. Тактичность — не его конёк.
– Именно. Он ведь и твой отец, неуклюжий до безобразия.
– Эй, он и твой отец так-то.
– Я в маму пошла.
– …Бедняга папа.
– Он всегда сторонится главной семьи Хигасикудзё. Наверно, просто не хочет лишних забот.
– Серьёзно?
– Угу. Как ближайший родственник главы, он мог бы получить кучу обязанностей, поэтому и сбежал от них. А дядя Терухиса жаловался, что тот забрал все «выгоды» и ушёл.
– …Упоминал, что отец «прихватил с собой всё лучшее».
– Ну вот. Но сейчас это не так важно.
– Да.
– Пока помолчи об этом. Не дай узнать Аками-чан. Если узнает она — узнает и дядя. А тогда…
– …Что?
– …Папа окажется на дне реки Камо. В бетонных ботинках.
– …Не хотелось бы.
– Нам не нужны семейные распри. Так что давай потише.
– …Понял.
Хотя если вдруг дойдёт до драки — Аканэ, вероятно, придётся переезжать. Не хотелось бы портить ей жизнь.
– …Ради тебя постараюсь держать рот на замке.
– …Спасибо, братик. Но обо мне не беспокойся.
– Конечно, беспокоюсь. Ты моя любимая младшая сестрёнка.
– …Спасибо. Всё, хватит, а то неловко! И да, не забывай в первую очередь о себе!
После этого она резко завершила звонок, сославшись на то, что «уже поздно».
– …Хааа.
Я смотрел на телефон после окончания вызова.
– …Чересчур много всего свалилось.
С тяжёлым вздохом я рухнул на стул.
◇◆◇
Утро после звонка Аканэ выдалось, прямо скажем, кошмарным. Мне приснилось, что меня отчитывают Аками и её отец — нещадно.
– Бррр… насколько же я сильно их боюсь?
Ну, в общем с Аками все понятно, но даже её обычно добрый дядя, когда злится, страшен.
– …Пусть сегодня не случается ничего такого. [x3]
Покончив с завтраком, почистив зубы и одевшись, я открыл входную дверь с тихой мольбой. И увидел совершенно непривычную картину.
– …Чёрт.
– «Чёрт»? Это что сейчас было?!
– Да, Хироюки-тян! Почему «чёрт»?!
На пороге стояли Томоми, скрестив руки в сердитом виде, и Рёко с надутыми щеками — явно тоже злая.
– …Вы обе сегодня рано.
Рёко ещё ладно, но Томоми? Та, что обычно приходит в последнюю минуту? Почему именно сегодня? Не надо! У меня очки жизни уже на нуле!
– …«Вы обе рано» — разве это то, что следует сказать?
– Да, Хироюки-тян.
Они оба смотрели на меня ледяным взглядом, от которого мне стало не по себе.
– Ну… Эм, вчера вечером я поговорил с Аканэ.
– …
– …
– И она всё мне объяснила. Для вас это очень важно. И... Простите, что не понимал, насколько.
– …
– …
– Так что… да, извините. Простите меня, пожалуйста.
Я поклонился. Над головой слышал тяжёлые вздохи, будто с примесью угрызений совести.
– …Ладно, всё в порядке. Извини, Хироюки.
– …И меня прости, Хироюки-тян.
– …Что? Почему вы извиняетесь?
Разве не я виноват? Ведь, судя по словам Аканэ, они были в ярости…
– …Аканэ меня отчитала. Сказала: «Томоми-чан, ты же сама не объяснила ему, почему для тебя это так важно».
– И меня тоже. Она сказала: «Понимаю, что обидно, но если ты не скажешь прямо, Рёко-чан, как он догадается?».
– …Аканэ.
…Вот умница сестрёнка. Взяла и разрулила всё за меня!
– …
Я сложил ладони и мысленно поблагодарил западное небо, где жила моя сестра…
– Но главное—
– «Ждать, что мой братик сам допрёт, — самая большая ошибка».
– …Ладно, пошла она!
Только я начал проникаться чувствами, как они вмиг исчезли!
– Но мы и сами всё поняли, правда, Рёко?
– Да. Как сказала Томоми-тян. Прости, Хироюки-тян!
– …Всё хорошо. Не переживайте.
Почему-то осталась какая-то опустошённость… Ладно, хоть всё разрешилось.
– Не обижайся, Хироюки. Ну-ка, Рёко!
– Да! Хироюки-тян, может, сегодня вместе пообедаем? Я приготовила много всего в качестве извинения!
Рёко слегка встряхнула свою сумку-тоут, чтобы подчеркнуть свою мысль. Я точно не знал, сколько она весит, но, судя по тому, как она двигалась, казалась довольно внушительной.
– …Хааах. Ну, если так, то я с радостью присоединюсь. И честно говоря, мне бы не помешала помощь.
– Вот это настрой! Можешь на меня рассчитывать — только подожди и увидишь!
– Почему ты так самодовольна… Подожди-ка! Ты же не справилась с готовкой, да?
– Не глупи, Хироюки. Если бы я справилась, это уже не было бы настоящим извинением, разве не так? Единственная причина, по которой я стала бы готовить, — избавить тебя от мук жизни в этом мире. Иначе я бы даже не трогала кухню.
– …Когда ты так прямо это сказала, я и не знаю, как ответить. Но… ну, спасибо.
Не то чтобы её готовка была ужасной, но после всего еда Томоми определённо не была тем, что нужно моему измотанному телу.
– …Так, а что ты тогда вносишь в качестве извинения?
– Рёко — повар, а я — носильщик.
Быстрым движением Томоми схватила сумку Рёко и бросила её в переднюю корзину своего велосипеда, показывая мне большой палец вверх.
– А, ну понятно.
– …Ладно. Я с благодарностью приму твои услуги курьера.
– Да-да, оставь это на меня! Ах, кстати, Хироюки — как было позавчера?
– Позавчера?
– Ну да, мы же вчера так и не смогли спросить из-за всей этой заварухи. Ты же ходил куда-то с Кирю-сан, верно? И как там всё вышло, Хироюки-тян?
– Как вышло? Что именно?
– Чем вы занимались?
– Ходили смотреть дом. Наш будущий дом, где мы будем жить вместе.
– …
– …
– П-почему вы опять так на меня смотрите?!
– …Без комментариев.
– …Абсолютно.
Снова эти холодные взгляды, словно я во всём виноват!
– Ладно, забудем про тебя. А что Кирю-сан? Она ведь злобная, верно?
– Её слова иногда резкие, да… но не скажу, что она ужасная.
– Правда? Удивительно. Я думала, она раздавит тебя морально.
– Утром я себя таким чувствовал, но…
– …И всё же ты не считаешь её плохой? Хироюки, а может ты мазохист?
– С чего ты это взяла вдруг?! И прекрати разбрасываться такими словами! Нет!
– Тогда что?
– Не знаю… не чувствую в ней ничего отвратительного.
– …Вот как.
Даже я не был полностью уверен, но почему-то не мог допустить мысль, что она плохой человек.
– Да, думаю, она не из тех, кого можно ненавидеть.
– Серьёзно? Это же Кирю-сан, «злобная дворяночка»!
– Не такая она уж «злобная дворяночка». Скорее всего, она… эм-м.. нормальная? Трудно объяснить…
…Неужели потому, что она красивая? А я повёлся?
– О, Хироюки-тян, ты переживаешь?
– Переживаю? Нет, скорее... Мне кажется, что я не должен испытывать к ней симпатию, но, как ни странно, никак не получается испытывать к ней неприязнь…
– Из-за её красоты?
– Думаешь, дело в этом? Нет, я не так мелок.
– Ты уверен?
– Конечно! Если бы я выбирал по внешности, то давно бы вам обоим признался!
– Ч-чего?
– Эй, что это значит, Хироюки-тян?!
Они обе покраснели и посмотрели на меня с угрозой. Чёрт! Это я ляпнул… Но…
– Если смотреть объективно, вы ведь обе красивые.
– …А субъективно?
– …Ну, у меня вкусы не очень.
– …От твоего ответа мало толку, Хироюки-тян.
– …Ладно! Считаю, что вы обе красавицы, ладно?!
…И что я несу с утра пораньше?
– Ну, короче! Я почему-то не могу невзлюбить Кирю-сан.
– Понятно.
– Тогда давай это проверим?
– Проверим?
– Ага. Рёко, ты не против? Как говорится, «Познашь врага — познаешь и себя, и никогда не проиграешь».
– …Не совсем так звучит, Томоми-тян. Ну ладно, запас еды есть.
– …Что вы хотите?
– Мы поможем тебе разобраться.
– Разобраться в чём?!
– Вот в этом.
Томоми сложила ладони у рта, будто мегафон, и повернулась к пустынной дороге. Я тоже глянул в ту сторону.
– Доброе утро, Кирю-сан! Не хотите пообедать с нами?
Там, застыв с видом крайнего удивления, стояла Кирю.
◇◆◇
На крыше частной школы «Тенэйкан», где мы учимся, учащимся обычно разрешали находиться во время перемен и после уроков. Несмотря на критику за ориентацию на «приоритет интересов учеников», политика школы полностью отражает девиз «самостоятельность и личная ответственность»:
— Хотите – ходите на крышу. А если осмелитесь перелезть через высокий забор и натворить глупостей – сами виноваты.
Хотя некоторые критики и утверждают, что это опасно и может привести к травмам, но администрация школы придерживается принципа:
— Если ты достаточно взрослый, чтобы перелезать через ограждения, можешь баловаться – все последствия остаются на твоей совести.
Вот такой подход мне как раз по душе — прямой и понятный. Именно поэтому крыша так популярна среди учеников. Конечно, не обходится без пары отморозков, но в целом здесь тихо — многие просто обедают и развлекаются.
– …Ничего себе.
– Что?
Когда мы вчетвером — я, Рёко, Томоми и Кирю — вышли на крышу, там уже было довольно людно. Все спокойно болтали и ели. Но стоило появиться Кирю…
– …Ты только вошла, а все разбежались.
– Будто я собиралась их съесть… Почему они сбежали?
Кирю выглядела расстроенной, будто её оскорбили. Но стоит вспомнить их реакцию: как только она вступила на крышу, все шарахнулись с испугом и тут же смылись, будто и правда боялись, что их «съедят».
– Ну что ж, теперь мы тут одни. Личная крыша — это же круто, да? Прошу, Кирю-сан, садитесь! Рёко, дай плед!
– Хорошо! Вот, держи, Томоми-тян!
Рёко вытащила из сумки большой плед, а Томоми энергично его растрясла и разложила по полу.
– Готово! Кирю-сан, присаживайтесь!
– Эм, спасибо.
– …
– …Что?
– Да так, удивляюсь. Не думала, что когда-нибудь услышу слова «спасибо» от тебя, Кирю-сан.
Томоми, дура, нельзя же так прямо говорить! Сейчас она сорвётся же…
– …В общем-то, ты не ошибаешься. С тех пор, как я учусь в этой школе, «спасибо» я говорила лишь несколько раз.
– Видишь? Как-то не вяжется с тобой.
И Кирю даже не возражала?
– Но это не значит, что я не умею благодарить. Просто редко возникает повод. А когда кто-то приглашает и специально готовится ради меня… конечно, я скажу «спасибо».
С этими словами она ещё раз поблагодарила и слегка наклонила голову, после чего села на плед. Наблюдая это, Рёко и Томоми переглянулись с довольными лицами и тоже присели.
– …Но вы уверены, что всё нормально?
– В каком смысле?
– Ну… я ведь невеста Хигасикудзё, не так ли? Для вас двоих я… разве не «соперник»? Не думала, что буду так радушно принята.
– «Соперник», значит? Что скажешь, Рёко?
– Хм… ну, некоторые моменты меня конечно напрягают.
– …Прости, Камо-сан.
– Ой, не надо, Кирю-сан! Это же не твоя вина! Во всём виноват отец Хироюки-тян!
– …Да, но разве это не жестоко?
Бедный папа, который всегда был к этим девушкам так добр, а теперь оказался врагом номер один.
– Как бы там ни было, понятно, что это непросто принять.
– Вот поэтому я и сказала «напрягает». Но отказываться я не собираюсь.
– …Понимаю. А ты, Судзуки-сан? Что думаешь?
– Чего? Мрф?
– Эй ты! Не ешь одна, не дождавшись всех!
Томоми уже разгрузила одну коробочку с обедом и уплетала курочку в кляре, не дожидаясь остальных. Ну и характер!
– …Мням. Хм, как бы ответить?
Томоми скрестила руки и немного подумала:
– Если вопрос «друг ли ты или враг?» — скорее «враг».
– …Понятно.
– Но, а если вопрос «а ненавижу ли я тебя?» — нет, не ненавижу.
– Даже несмотря на «вражду»?
– Ну… как тебе сказать? Я в баскетбольном клубе.
– Да-да, знаю, ты там известна.
– Так вот, на соревнованиях все команды — наши «враги», понимаешь? Но это не значит, что я их ненавижу.
– Хм… Думаю это можно назвать «духом бессторонности»?
– А? Что ты имеешь в виду?
– Это когда соперничаете во время матча, а после него нет разделения на «своих» и «чужих».
– Понятно, всё сводится к этому. Мы все любим баскетбол и зачем ненавидеть кого-то только из-за того, что он играет за другую команду?
И в этот момент Томоми засунула кусочек тамагойаки в рот. Серьезно... как можно есть, не пожелав «Приятного аппетита»?
– И ещё. Судя по твоей логике, Кирю-сан, получается, что мы с Рёко тоже не должны были дружить?
– …Тоже верно.
– Но ведь мы подруги. Для меня главное — кто действительно любит баскетбол, тот свой, даже если он соперник. А кто «использует» баскетбол лишь формально — вот тех я считаю врагами.
– …Ты подразумеваешь меня?
– Ну, Кирю-сан ты случай особый. И, поговорив с тобой, вижу, что ты не кажешься плохим человеком.
– Правда?
– Да, с тобой неожиданно легко общаться. И не скажешь, что тебя называют «злобной дворяночкой».
– Охх… не люблю я это прозвище... и предпочла бы, чтобы меня так не называли.
– Поняла. Но ведь за глаза тебя так зовут из зависти.
– Конечно. Не хочу хвастаться, но у меня много способностей. И людям это не по нраву.
– А ты никогда не думала чуть мягче общаться? Чуть изменить манеру так, чтобы к тебе относились лучше?
Рёко с лёгким наклоном головы спросила это без осуждения, а Кирю ответила устало:
– …Ты права, Камо-сан, это облегчило бы жизнь. Но… у меня не получается. Зачем мне жертвовать плодами своих стараний ради чужих мнений? Думая об этом, я не могу иначе.
– Похоже, такой у меня характер, – добавила она с лёгкой самокритикой и пожала плечами. Рёко и Томоми переглянулись и обратились ко мне.
– …Ну что?
– Да так.
– Мы просто подумали: «А, вон оно что».
– …О чём вы?
– Оставим это. Ладно, Кирю-сан, насчёт—
– О, вот вы где!
Вдруг с грохотом распахнулась дверь крыши. Мы все обернулись.
– Привеет, Хироюки-сэмпай! Давайте пообедаем вместе!
Это была невысокая девочка с хвостиками, размахивающая рукой.
– Вот блин, я забыла сегодня принести ланч! Сидела голодная-несчастная, и тут меня осенило – «О, а ведь есть Хироюки-сэмпай!» и пошла к тебе в класс, а там сказали, что ты ушёл на крышу с Томоми-сэмпай и Рёко-сэмпай! И вот подумала – «Точно, это, наверное, бенто от Рёко-сэмпай!». И вот оно, я угадала!!
Не дождавшись, чтобы её пригласили к столу, маленькая девочка с двумя хвостиками начала рассказывать свою историю, уверенно приближаясь к нам. Еще до того, как кто-нибудь смог её пригласить, она плюхнулась прямо на пикниковый плед, словно это было самое естественное на свете.
– Можно мне присоединиться, Рёко-сэмпай?
Несмотря на её фамильярный тон, Рёко улыбнулась и кивнула. Увидев это, Томоми покачала головой.
– Рёко, ты её портишь. Она же сядет к нам на шею.
– Фу-фу-фу, вот что-что, а от тебя это слышать не хочу, Томоми-сэмпай! Ведь ты сама ешь бенто от Рёко-сэмпай, так?
– Я заслужила, потому что тащила всё сюда!
– Чепуха, я тоже могла бы донести!!
– Эх ты, дерзкая малая.
– А ты сама не особо мила, Томоми-сэмпай!
– Я…
– …Эм.
Пока Томоми и малышка с хвостиками переругивались, Кирю несмело подняла руку.
– Что такое, Кирю-сан?
– Ну, в общем… а это кто?
– Ах да, ты же не знакома с ней. Эй, представься, дура!
– Ой, точно! Меня зовут Мидзухо Кавакита, класс 1-1, состою в женской баскетбольной команде! Я кохай Томоми-сэмпай. Очень приятно!
Мидзухо весело отдала честь, а Кирю вежливо кивнула.
– Спасибо за представление. Я Аяне Кирю, класс 2-2. Приятно познакомиться.
– Поняла! Аяне-сэмпай, ра—
Замерла.
– …Д-да уж!
Она вдруг истерично завизжала и вцепилась в мой рукав.
– Эй, отпусти, дура, растянешь же рубашку.
– Ой, извини! Но подождите! Почему Кирю-сэмпай обедает с вами?! Это же та самая Кирю-сэмпай?!
– Да, давай без подробностей при ней, хорошо?
– Конечно! Жить-то хочется!
Неплохое решение.
– Но почему? Почему?!
– Давно меня никто так не боялся… – заметила Кирю с ностальгией и взглядом легкого веселья. Неужели ей нравится?
– Да что тут «почему»… Кстати, ты-то почему здесь?
– Я про это и спрашиваю! Какие у вас отношения с друг другом?!
– Мы просто все вместе пообедать собрались.
– Врёшь!
Как она громко орёт…
– …А меня скорее интересует твоё отношение к этим троим, Кавакита-сан.
– Меня? А что?
– Ну, Судзуки-сан и ты вместе в баскетклубе, Камо-сан тоже. А вот с ним что?
Кирю указала на меня. Мидзухо сопроводила это взглядом и внезапно поняла, что вопрос резонный.
– Да, точно, а почему я зову тебя, Хироюки-сэмпай, поиграть? Рёко-сэмпай тоже ведь есть.
– Ну, Рёко не в клубе.
– Да, но…
– Да мне всё равно!
Я уже привык, что Мидзухо липнет ко мне. Кирю же, нахмурившись, обратилась ко мне.
– Почему тогда именно с тобой, раз ты не в баскетклубе?
– Да, почему? – переспросила Мидзухо, склонив голову.
– Потому что Хироюки-сэмпай был кандидатом в сборную нацкоманды! У него можно многому научиться!
Услышав это, Кирю слегка приподняла бровь.
– Ты участвовал в национальных?
– Нет, не участвовал. Как сказала Мидзухо, только был в списке кандидатов, и то как запасной.
– Постой, что?
– В нашей префектуре национальные игры будут в следующем году. Федерация решила не ударить в грязь лицом, собрала лучших среди средних школ.
Традиционно наша префектура слаба в баскетболе и видимо, они не хотели вылетать в первом же матче у себя дома.
– И тебя выбрали?
– Ну, просто повезло.
Я снова откусил курочку, но тут Мидзухо негодующе надула щёки.
– Это не удача! Хироюки-сэмпай был потрясающим! Когда он играл, ух… такой крутой!
– Значит, вне баскета я не крутой?
– Ты же и сам знаешь! С твоим дриблингом и то как ты обходил высоких соперников, а какие выдавал пасы и дальние броски – ты лучший разыгрывающий защитник в нашем поколении!
– Слишком уж хвалишь.
Даже «лучший в поколении»… явно чересчур.
– Но это всё же впечатляюще. Правда?
– Не особо. Это был просто сбор игроков на тренировку. И всё.
В нашей средней школе команда была не сильной. Я, видимо, выделился как единственный с опытом мини-баскета.
– Ясно… но всё равно звучит круто.
– Ну, да, приятно было.
Поначалу приятно, потом стало только больнее. Слишком уж сказался рост.
Пока я вспоминал прошлое, Кирю, поколебавшись, подняла руку.
– Да?
– Я… можно спросить? Не обидишься?
– Вряд ли. Не думаю, что меня так легко вывести из себя.
Хотя догадываюсь, о чём спросит. Рёко и Томоми напряглись.
– …Почему ты ушёл из баскетбола?
…Точно.
– Я не ушёл, вот и сейчас Мидзухо пытается меня затащить.
– Но формально ты в «клубе, идущем домой», да? Прости за прямоту, но ведь это пустая трата способности, которая позволила тебе попасть в сборную.
– Ты сейчас будешь читать лекцию?
– Если звучит так, прошу извинить. Просто интересно. Если бы у меня была такая возможность, я бы не бросила.
– Понимаю.
– Правильно. Когда человек упорно тренируется, добивается результатов, почему бросать?
– …Ну, большинство так бы и рассудило.
– Верно? Потому что я не стала бы бросать то, во что вложила столько труда.
– …Ага, логично.
– Так почему?
– Эм, Кирю-сан, может, лучше—
– Я просто перестал получать от этого удовольствие.
Я прервал Рёко.
– Удовольствие?
– Да. Баскетбол перестал приносить радость. Тренировки, стремление к победе — всё потеряло смысл.
– …
– …
– …Понятно. Ясно.
– …Ты не будешь говорить, что это лень?
– С чего бы? Если нет удовольствия, то это только мучения. Ведь изначально ты тренировался, потому что это было в кайф?
– Да.
– А раз перестало быть в кайф, то и не надо. Зачем себя мучить?
– …Вот как.
– Ты ожидал, что я скажу что-то вроде: «Делай назло, неважно, нравится или нет!»?
– Ну да.
– Неужели я выгляжу такой деспотичной? Нет, я считаю, что заниматься нелюбимым — самое тяжёлое. Хотя и жаль, что твой пыл пропал. Мог бы вложиться во что-то другое, но вместо этого дома дурака валяешь?
– Извини, я читаю мангу и играю в игры.
– Это и есть «безделье».
Кирю хихикнула, явно подшучивая надо мной. Мидзухо с уважением взглянула на неё.
– Ого, ого! Похоже, у меня появилась новая соперница!!
– …Соперница?
– Да! Ведь я давняя фанатка Хироюки-сэмпая!
– …Правда?
– Ну а как! Разве я стала бы звать его постоянно играть в баскет, если бы не любила? Правда, Хироюки-сэмпай? Люблю тебя!
– Угу-угу, и я тебя.
– Постой… вы встречаетесь?
– Да ни за что я не стал бы встречаться с этой мелкой!
Моё сердце лежит к более спокойным и традиционным девушкам.
– Ой! Как жестоко, Хироюки-сэмпай! А я ведь тебя люблю!
– Да-да, понятно. Короче, всё вот так.
– …Вроде поняла, но не совсем.
Кирю выглядела смущённой. Тут прозвенел обеденный звонок.
– Мы так разговорились, что почти не поели. Извини, Рёко.
– Ничего, я возьму остатки домой.
– Прости, неудобно вышло. Я что-нибудь придумаю.
Рёко улыбнулась, махнув рукой, мол, «Да ладно», но я решил в другой раз её отблагодарить. О, точно, и так уже в кино плачу…
– Эх, а я не успела попробовать бенто Рёко-сэмпай… Всё из-за тебя, Хироюки-сэмпай, что разговор затянулся!
– Разве не ты начала болтать?
– Мелочь! Ладно, Хироюки-сэмпай, ты ведь сегодня после уроков свободен? Пойдём погоняем мяч?
– Нет, я—
– Извини, Кавакита-сан, но он занят со мной.
– Стой, что? Кирю?
– «Занят»? С Хироюки-сэмпаем? Чем таким… И откуда вы знаете?
Мидзухо нахмурилась, а Кирю ответила ей безупречной улыбкой.
– Ну, скажем так… у нас «свидание».
◇◆◇
– …Эй. Я не заставил тебя ждать?
– О? Ты пришёл раньше, чем я думала. Думала, задержишься.
– Поблагодари Рёко и Томоми. Они меня не задержали.
– Понятно. Может, как-нибудь отблагодарю их?
– Не стоит. Ты ведь сама не готовишь, вдруг отравишь, а они ещё обидятся.
– Вот не надо меня недооценивать. Я не настолько безрассудна, чтобы готовить сама. Куплю что-нибудь.
– И не говори это с такой гордостью.
И вправду…
– …Кстати, о «свидании»…
Ведь она на крыше так ляпнула! Из-за этого Мидзухо достала меня расспросами. Тот еще гемор был.
– Ах, то? Пошутила.
– Выбирай время и место для таких шуток получше!
– Прости, немного увлеклась.
Она слегка наклонила голову, будто смущаясь.
– Просто давненько не обедала с ровесницами.
…Как грустновато это прозвучало. Хотя она сама ведь оттолкнула людей... однако мне всё равно её жаль.
– …Тогда можешь обедать с нами чаще.
– Возможно. Это заманчиво. Но тебе не кажется, что так нельзя?
– Что именно?
– …Раз ты не понимаешь, тогда ладно. Ладно, пошли. Время не ждёт.
– Куда?
– За покупками.
– …Так ты не против свидания?
– «Свидание» было шуткой, а вот поход за покупками – нет. Надо купить кучу всего для дома, от бытовых мелочей до посуды. Технику типа телевизора привезут завтра или послезавтра, а остальное нужно уже иметь. Иначе не обустроишься. Хотела заняться этим в субботу, но вдруг у тебя планы.
– Вообще да, у меня есть планы на субботу.
– Вот и хорошо. А завтра, скорее всего, будут таскать мебель, так что останется только сегодня. Ах да, я планирую переезжать в воскресенье. А ты?
– Хм… наверное, под вечер того же дня приду.
– Поняла. Тогда вот.
Она достала из кармашка юбки два ключа и протянула мне.
– Ключи от дома? И запасной?
– Нет. Это от твоей комнаты.
– …Там замок?
– У меня тоже. Всё-таки мы юноша и девушка. Надо немного ограничить друг друга, не так ли?
Она слегка улыбнулась, словно говоря: «Мы же в опасном возрасте».
– Ну, звучит логично.
– Да. Иначе будут разговоры про «нескромное сожительство». Хотя формально у нас разрешение родителей, но всё равно…
– Кстати, я ещё даже не видел твоего отца. Это нормально?
– Да, он сказал «Мне стыдно перед ним появляться», вот и всё.
– Понятно.
И правда, странно было бы: «Отдаю дочь за долги». Звучит уж слишком бредово.
– Верно. Ну что, пошли дальше?
◇◆◇
– …Вот я вымотался.
– Молодец. Положи пакеты пока что туда. Хочешь сока?
– Да, из того что купили давай... наверное апельсиновый пойдет.
– Хорошо. Отдыхай, а я разберу пакеты пока.
Я плюхнулся на диван и выдохнул. Хорошо, что рядом есть супермаркет и магазин «всё по сто». Но для начала новой жизни нужно столько всего…
– И правда, магазины «всё по сто»…
– Что с ними?
– Отличные, конечно. Но я думал, ты будешь настаивать на чём-то более дорогом.
Не вяжется с моим образом её.
– Моя семья, в конце концов, «новые богачи». Отец рассказывал, что в юности даже миска гюдона казалась роскошью. Так что мы на самом деле не настолько уж аристократы.
– В наше время считать гюдон роскошью… как-то дико.
Хотя, возможно, в эпоху Хэйсэй…
– Отец – человек, добившийся всего сам. Поэтому и повернут на «происхождении». Но когда речь о простых бытовых вещах — зачем роскошь? Они всё равно расходники.
– Понял. А что ещё будут завозить?
Ведь стол, холодильник и даже диван уже есть. Неужели ещё что-то?
– Ну… извини, но часть моей мебели перевезут из моего дома. Можно было бы купить новую, но жалко выбрасывать любимые вещи.
– Да чего извиняться?
– Просто… для твоей комнаты мы уже всё привезли. Если у тебя были любимые вещи, прости, что не учли. Разумеется, платить ты не обязан, да и вещи мы подобрали неплохие. Отец сказал: «Это меньшее, что мы можем сделать».
– Да перестань, я даже рад.
Мне даже купили новую мебель. Вообще здорово.
– Вот и хорошо. Тогда можешь зяглянешь в свою комнату?
Она улыбнулась, заметив моё любопытство.
– Ладно, посмотрю.
Оставив гостиную, я прошёл в коридор к комнате у входа. Дёрнул за ручку — заперто. Достал ключ, повернул…
– …Широко.
Метров десять татами? У окна – письменный стол и книжная полка. В углу кровать, маленький холодильник и даже телевизор.
– …Да тут жить можно в одиночку.
Да и замок... если захочу, могу запереться…
– …А?
На столе лежал конверт. На нём аккуратными иероглифами написано: «Господину Хигасикудзё Хироюки». А на обратной стороне: «От Кирю Гоносуке».
– «Кирю»?
– Что? Сок остынет, поторопись!
– А, сейчас… Скажи, как зовут твоего отца?
– Моего? Гоносуке. А что?
– …
Вот оно что. Значит, это от отца Кирю. Когда она крикнула «Что там?», я сказал «Ничего» и вскрыл конверт. Внутри три страницы текста на красивой канцелярской бумаге.
– …
На первой странице:
«Господину Хигасикудзё Хироюки. Прежде всего, прошу простить, что приходится представляться через письмо. Более того, прошу прощения за эгоизм моей семьи, который вас обременил. Догадываюсь, что юноше с большим будущим неприятна внезапная помолвка с незнакомой девушкой. Если бы я был на вашем месте, я бы тоже злился.
Примите моё полное осознание вашей возможной обиды».
– …Серьёзный человек. Так дальше...
Ну, он тоже не ангел, но и мой отец виноват. Оба хороши…
«Но отложив это… прошу подумать. Как отец, не могу удержаться от хвастовства: моя дочь Аяне необычайно прекрасна. Существует поговорка о женской грации: «Стоять, как пион, сидеть, как пион древовидный, идти, как лилия», и я считаю, что она существует ради моей дочери. Кроме того, она превосходит других в учёбе и спорте.
Но поймите, она никогда не почивала на лаврах. Её способности — результат упорных тренировок. Словом, она красива не только снаружи, но и внутри. Правда, у неё проблемы с социализацией, она как пугливый котёнок, но разве это не мило? Прошу, считайте её очаровательной. Ведь она моё сокровище».
– …Чего-о?
«И всё же моё сокровище достаётся незнакомому юноше. Понимаю, это наш эгоизм. Но я как отец скажу одно: Если бы я встретил вас лично… наверняка я бы первым делом врезал вам».
– Так вот почему он не хочет показываться?!
Услышав, как Кирю кричит «Что там?», я быстро бросил письмо в ящик стола и закрыл.
– Сделаем-ка вид, что я ничего не видел...