Чу Фэн — «Тридцать лет к востоку, тридцать — к западу»

- Глупый мальчишка, что за вздор? Твоя жизнь принадлежит тебе самому. Никому больше. Запомни лишь доброту учителя и матушки, когда однажды станешь сильным, - улыбнулся Чу Фэн. Он и не ожидал, что Сяо Чэня удастся поддержать всего парой фраз.

В стороне взгляд госпожи Сяо на Чу Фэна стал заметно уважительнее.

Сначала она сомневалась в главе Ветви Разнообразных Искусств, но эти слова показали: перед ней действительно выдающийся человек.

— Ученик исполнит приказ учителя, — почтительно сказал Сяо Чэнь.

— Пойдём, оформим тебя учеником нашей ветви. Проведёшь немного времени с матушкой, а с завтрашнего дня начнёшь занятия.

Чу Фэн не имел ни малейшего представления, как обучать культивации, но обязан был сохранять вид опытного наставника.

— Да, учитель, — откликнулся Сяо Чэнь и последовал за ним.

По дороге до них долетали перешёптывания.

— Эй, глянь, это же Сяо Чэнь из ветви искусства меча?

— Слышал, ему дали три дня, чтобы уйти.

— Что здесь делает калека? Даже для побегушек не годится…

Чу Фэн не стал отвечать за Сяо Чэня — лишь бросил на него взгляд.

К его удивлению, на лице Сяо Чэня не было ни тени уныния. Если бы не едва заметно сжатые кулаки, можно было бы подумать, что он уже смирился.

Спустя недолгое время они вошли в регистрационный зал.

Чу Фэн достал жетон главы и направился к стойке.

— Старейшина Бай, привёл ученика для перевода, — весело сообщил он старцу за столом.

Старейшина Бай усмехнулся и поддел:

— Неплохо, мальчишка Чу. Два дня как назначен — и уже ученик? Кто согласился вступить в вашу Ветвь Разнообразных Искусств?

Голос был негромким, но в тихом регистрационном зале его услышали все.

Взгляды тут же обратились к ним.

Все знали: Ветвь Разнообразных Искусств уже много лет не набирает учеников. Поговаривали, что если скоро никого не примут, ветвь расформируют. Мало кого это заботило — кое-кто даже радовался: одной ветвью меньше — ресурсов больше.

Игнорируя взгляды, Чу Фэн похлопал Сяо Чэня по плечу:

— Вот этот парень. Перевод из ветви искусства меча. Сяо Чэнь, передай старейшине Баю свой идентификационный жетон для оформления перевода.

Те, кто услышал, растерялись и переглянулись.

Ветвь искусства меча — вторая по силе в Академии Вэньдао, уступает лишь Ветви Небесного Духа. Она куда сильнее ветвей закалки тела, заклинаний или укрощения зверей.

Почему этот парень отказывается от меча ради Ветви Разнообразных Искусств? С ума сошёл?

Следующие слова старейшины Бая всё прояснили.

— Ты и есть Сяо Чэнь? — он на миг задержал взгляд на жетоне.

— Да, старший, — уважительно ответил Сяо Чэнь.

— Хм. Для тебя Ветвь Разнообразных Искусств может оказаться неплохим местом. Трудись. Глядишь, однажды и даньтянь восстановишь, — ободрил он.

Как чиновник среднего звена Академии, старейшина Бай, конечно, знал о его беде. Он принялся оформлять перевод и подготавливать новый жетон.

Вокруг опять зашушукались. Хотя говорили вполголоса, до Чу Фэна долетали обрывки фраз.

И как раз когда регистрация подходила к концу, у входа поднялась суматоха.

— Старейшина Бин из Ветви Небесного Духа!

Чу Фэн и Сяо Чэнь невольно повернулись к двери.

Вошла необычайно красивая женщина с холодным выражением лица; каждое её движение источало недоступность. Рядом шла юная девушка с мягкими, наивными чертами.

Тело Сяо Чэня едва заметно дрогнуло, стоило ему увидеть девушку.

Эта мелочь не ускользнула от внимательного взгляда Чу Фэна.

Он ещё не успел спросить, как холодный взгляд красавицы впился в Сяо Чэня, и она ледяным тоном произнесла:

— На твоём месте я бы не держалась за Академию Вэньдао. Впрочем, калека вполне подходит столь никчёмной ветви, как Разнообразные Искусства.

Публика тут же приняла удобные позы наблюдателей.

— Неплохо зашёл — и сразу представление.

— Старший, а с чего это старейшина из Ветви Небесного Духа взъелась на калеку из внешней ветви?

— Не знаешь? Новая ученица старейшины Бин, Цин Жоу, — бывшая невеста Сяо Чэня. Говорят, пробудила Священное Тело Ледяной Души благодаря ему.

— А-а, вот оно что…

Под взглядом старейшины Бин Сяо Чэня будто кольнули льдом. Он машинально посмотрел на Цин Жоу — и встретил лишь холодную, равнодушную усмешку.

Хмыкнув про себя, он горько усмехнулся: «На что я ещё надеялся? С тех пор как она пробудила священное тело, мы из разных миров».

Пока он стоял, не зная, как реагировать, перед ним возник высокий силуэт.

Учитель?

Чу Фэн бросил ему спокойный, ободряющий взгляд и с улыбкой сказал:

— Старейшина Бин, это вы сказали несправедливо.

— Ха, — холодно фыркнула она. Главу Ветви Разнообразных Искусств — к тому же без всякой культивации — она в упор не воспринимала. Не будь правил Академии, давно бы прихлопнула за дерзость.

— Глава Чу полагает, что этот старший ошибается?

— Не просто ошибается — заблуждается самым грубым образом, — без тени колебаний ответил Чу Фэн, чем поверг окружающих в шок. Даже старейшина Бай тихонько показал ему большой палец.

Лицо старейшины Бин стало ещё холоднее.

— Просветите же, глава Чу. Если не убедите — не осуждайте меня за резкость.

Хотя вокруг него сгущался ледяной убийственный холод, Чу Фэн оставался спокоен.

— Как говорят: тридцать лет река течёт к востоку, тридцать — к западу. Не смейте презирать юношу в беде. Сяо Чэнь лишь временно пал. Дайте время — и он восстановит путь меча и потрясёт мир.

В комнате повисла тишина. На Чу Фэна смотрели как на безумца.

В глазах старейшины Бин читалось открытое презрение. Лишь Сяо Чэнь глядел на учителя с восхищением: «Значит, меня всё же не списали…»

— Что за нелепость. Самое смешное, что я слышала. Если вы решили утешать ученика пустыми словами, глава Чу, не вините меня за жёсткость, — в её взгляде сверкнуло убийственное намерение.

Чу Фэн чувствовал холод смерти, но ответил ровно:

— Я, Чу Фэн, отвечаю за свои слова. Раз старейшина Бин мне не верит — заключим пари на три года. Прямо здесь и сейчас.