Пир на дьявольском столе.

«Ну и вляпалась…»

Ирен кусала пересохшую губу, стараясь не смотреть на кольцо мужчин вокруг. Одиннадцать грубых голосов, их хохот и сапоги, переминавшиеся в пыли. А посреди этого ополчения — связанная по рукам и ногам она. Никто не подходил слишком близко, только изредка как хищники бросали голодные взгляды, проверяя, на месте ли пленница.

На всех была одинаковая белая форма. Ткань местами потускнела и запылилась, но все равно выделялась среди заброшенных нынче домов. Глядя на них, Ирен вдруг вспомнила Такаши. Его плащ выглядел старым и потрепанным, однако общий крой был почти тем же самым. Похожая отделка и тот же фасон. Казалось, он носил такую же форму, только прошедшую через годы.

Военнослужащие. Сделала вывод юница.

Солдаты были разного возраста. Местами среди них попадались совсем молодые, с мягкими лицами и еще неровной щетиной. Они тихо переговаривались между собой, иногда посмеивались, избегая взгляда старших. Покуда эти рядовые скромненько стояли в пяти метрах от Ирен, другие вели себя увереннее. Их не пугал вид мертвой деревни и трупов, незнакомцы без церемоний вламывались в избы и обшаривали каждый уголок.

Средних лет мужчины выносили продукты, ценности без хозяев и прочее в ящиках. Неизвестные ставили награбленное у южного угла площади, туда, где совсем не было тел и где сидела Ирен. С ухмылками люди разламывали чьи-то жилища, причем делали это совершенно без надобности. Так, проходя мимо уже обысканного дома, один солдат ударил по окну, а после увлеченно добавил...

— Чертовы беженцы, посмели же строить дома на королевской земле.

Сослуживец, что шел рядом с ним, вопросительно посмотрел на товарища.

— А разве мертвые земли — часть королевства?

— Конечно, идиот! Пусть другие государства этого не признают, здесь наша территория.

Девушка с неприязнью посмотрела на того мужчину. Однажды ее отец сказал, грабить на войне — дело обыденное, если полностью ограничивать людей в их потребностях, разгорится хаос. Табак, еда, алкоголь, женщины и насилие. На войне в этом не было ничего постыдного, многие выживали только благодаря подобным благам. С возрастом Ирен поняла его слова, вот только согласиться не могла. Может, это потому, что она никогда не видела войны? Наверняка узнать нельзя было.

От жары некоторые из солдат сняли шлемы. У одного волосы свалялись от пота, у другого лицо было в морщинах, как будто прожжено солнцем. Двое о чем-то спорили, еще один сидел на ступенях и смотрел в небо. Белая форма делала их похожими на отряд, но в остальном каждый жил сам по себе.

Ирен опустила глаза, чтобы лишний раз не встречаться взглядом ни с одним. За спиной раздался смех и она вздрогнула, но никто не подошел. Атмосфера вокруг была напряженной, как перед чем-то важным. Казалось, все они только и ждали, когда появится тот, кто командует. А Ирен думала о Такаши. Даже сейчас ей хотелось, чтобы он просто пришел и спас ее. Она опять полагалась на него.

Но нет, так ведь нельзя!

Такаши еле стоит на ногах, весь изранен и с трудом передвигается. Девушка не может беззаботно ждать его. А если... его вообще убьют? Мысль кольнула в самое сердце. Что, если его действительно убьют? Даже твари были не почем рыцарю, но тут же люди. Еще и солдаты. Ирен не должна, она не должна подвергать его опасности. Она защитит его. Так ей хотелось заявить.

— Стройся! — и тут вдруг справа раздался серьезный приказывающий голос.

Девушка сразу поняла, что происходит, когда незнакомцы в белом резко начали выстраиваться одной линией. Одиннадцать человек вставали друг за другом и в конце последний, двенадцатый, с отличительным знаком на форме, сделал шаг вперед.

— Смир-но! — группа незнакомцев стояла, прижав руки по швам, и не смела шелохнуться. Это внезапное изменение, от зевающих бездельников до важных подчиненных, смутило Ирен. Ее предчувствие оказалось правдивым и уже через три секунды, она заметила вдалеке приближающуюся фигуру.

Силуэт на лошади неторопливо шел к отряду, по одному только его виду было понятно, идет лидер. На его теле сидели латы, такие качественные, но слегка потертые. На голове был шлем, а на поясе меч. Скажем, из всего отряда, его снаряжение выделялось больше всех, подкрепляя статус.

Лошадь остановилась у строя, всхрапнула и замерла. Мужчина легко спрыгнул на землю и направился к двенадцатому солдату, который только что отдавал приказ.

Ирен сидела неподалеку и напрягала слух. Она старалась уловить хоть слово, но до нее доходил лишь глухой шепот. Разговор длился около тридцати секунд. Временами солдат что-то докладывал и командир поднимал глаза на нее. Взгляд был тяжелый, каждый раз сердце начинало колотиться сильнее.

В какой-то момент двенадцатый умолк. Наступила короткая пауза. Командир постоял молча, будто обдумывал услышанное, после чего повернулся и пошел прямо к ней.

Мужчина был выше остальных и шире в плечах. Белая форма сидела на нем плотнее, чем на других, и выглядела ухоженной. Когда он остановился у Ирен, тишина вокруг стала еще плотнее. Девушка подняла глаза и встретилась с его взглядом. Он смотрел с неким дружелюбием, но в этом дружелюбии чувствовалась угроза.

— И кто же ты такая? — его голос был на удивление мягким. Ирен даже не сразу поняла, что ее спрашивают. — У тебя проблемы со слухом?

Вспомнив про Такаши, она на мгновение растерялась. Что, если девушка скажет правду? Что с ними будет? Надо как-то обезопасить, не себя, так спутника.

— Н-нет, — ответила Ирен с дрожью в голосе. — Я… я из этой деревни, — поспешно выпалила она.

— Из этой?... Вот как, — он сделал шаг ближе, тень от фигуры легла на девушку. — Здесь уже неделю нет живых. Такой ужас настиг этих людей. Слава богу, хоть кто-то остался жив... — спокойствие всё еще наполняло его тон.

И тишина на мгновение раздалась в воздухе.

— Но, позволь спросить, как тебе это удалось? Ведь даже стражи деревни полегли от рук чертовых тварей.

Этот вопрос ударил по Ирен слишком сильно. Пытаясь не подавать виду, в панике она перебирала множество вариантов, а между тем пристальный взор неизвестного командира нависал над ней. Он не выдавал подозрения или наоборот, доверия, просто слушал пленницу. И не в силах найти подходящую ложь, та сказала первое, что пришло в голову.

— Я просто… спряталась, — на этот раз тише произнесла она, опустив глаза вниз.

— Кхм, — с задумчивым видом неизвестный командир шагнул в сторону. Мысленно он обвел пустые хаты, из которых еще совсем недавно солдаты выносили ценности. Хрустя пальцами, мужчина медленно обошел своих солдат и вернулся к девушке. К тому времени ее тревога достигла наивысшей точки, дыхание участилось, а тело покрылось потом. И всё равно она пыталась сохранять лицо под безразличным взглядом командующего. — Значит, спряталась, да?

— Именно т-так.

— Что ж, тогда... — как кукловод, рыцарь умело использовал паузы каждый раз, когда слышал ответы Ирен. Издевается или испытывает? Она никак не могла распознать эмоции того человека. Постепенно ей становилось только хуже, — Ты очень везучая... Эх, а мы ведь просто возвращались с похода.

Ирен облегчённо выдохнула, когда услышала спокойный голос командира. Похоже, ей действительно поверили. Она осторожно спросила, что теперь с ней будет. Мужчина ответил, что её, скорее всего, определят в одну из деревень внутри королевства, а если захочет, то сможет сама выбрать куда пойти. После этого он бросил короткий приказ своим людям развязать пленницу.

Тугая верёвка на руках вот-вот должна была ослабнуть, и в груди девушки стало чуть легче. Мысль о том, что, может быть, стоит рассказать им про Такаши, неожиданно кольнула её. Но стоило открыть рот, командир вдруг остановил солдат жестом и обернулся к ней. Его голос стал настороженным, будто он решил проверить последнее.

— Ты ведь единственная выжившая?

Ирен замерла. Ответ, который она собиралась дать ещё секунду назад, застрял в горле. Что-то внутри заставило её пересмотреть слова. Она тихо кивнула и произнесла, что да, одна.

Командир посмотрел на неё внимательно, после чего понимающе кивнул. В этот миг Ирен подумала, что, наверное, лучше отказаться от любого сопровождения. Но додумать она не успела. Резкий удар в лицо сбил её с мыслей.

— Къхо… кххг…

Удар пришёлся так резко, что она даже не поняла сразу, чем именно её задело. Щека загорелась огнём, а в глазах вспыхнули белые искры. Ирен повалилась на бок. В ушах стоял гул. Она слышала смех солдат, но слова доносились сквозь толщу воды. Горло сжалось, дыхание сбилось, и в горле застрял жалкий хрип. Глаза сами наполнились влагой, но она упрямо заморгала, пытаясь не дать слезам скатиться по лицу. Она ничего не понимала.

Командир не спешил что либо говорить. В очередной раз его тень легла на Ирен, она, подняв взгляд снизу, увидела его лицо. В глазах не было ни капли сомнения или жалости. Он смотрел на неё холодно сверху вниз. Губы его едва шевельнулись и прозвучало так, что мороз пробежал по коже...

— Не смей мне врать, — слова были сказаны негромко, но тянули за собой угрозу куда сильнее, чем крик. Солдаты вокруг мгновенно притихли, ожидая, что он сделает дальше.

Глаза командира сузились.

— Кто ты такая?

Ирен не ответила. Стиснутые зубы мешали даже выдохнуть, на щеке всё еще горела свежая боль. За молчание последовал новый удар, только уже в бок. Ребра отозвались острой болью, девушка согнулась, а из груди вырвался хрип.

Мужчина не дал ей упасть. Его ладонь ухватила русые волосы и рывком подняла голову вверх. Боль пронзила кожу и в глазах выступили слезы. Ирен задышала рвано, но даже через шум в ушах отчетливо услышала каждое его слово.

— Даже ублюдские беженцы обязаны подчиняться Его Величеству Ричарду Второму. А я же исполняю его волю, — лицо командира оказалось так близко, что запах железа от доспехов смешался с грубой кислой вонью его дыхания.

Рывок стал сильнее и кожа на голове начала гореть, словно на нее выливают горячее золото. Ирен не выдержала, отчего ее рот сам раскрылся, а слова сорвались сквозь стиснутые зубы.

— Я пришла сюда позже… ай… агдх… ха… просто заблудилась…

Командир ухмыльнулся, резко отпустил волосы и хлопнул её ладонью по плечу так, что она пошатнулась.

— Ты такая молодец. Еще немного и наберешься манер настоящей аристократки... Но, — его голос стал слишком вязким, — так с кем ты сюда пришла?

Сердце Ирен заколотилось ещё сильнее. В голове сразу всплыло лицо бледного и измученного Такаши.

«Если я скажу, его ведь наверняка...»

Ей лишь мелькнула мысль. Она глубоко вдохнула, пытаясь не показать страх.

— Я одна, — тихо произнесла она.

Раздался звонкий удар и кулак вновь врезался ей в живот. Казалось, твердые костяшки просто на просто пронзили кожу и разорвали все внутренние органы. По крайней мере, именно это ощущала Ирен.

— Я задал тебе вопрос, — командир повысил голос, снова схватив её за волосы и подняв лицо вверх. — С кем ты пришла сюда?

«Лишь бы не о нем... лишь бы не о нем… лишь бы я о нем не проболталась...»

— С-сказала же… никого… — обрывки тонули в хрипе, но она всё же заставила себя их произнести.

Тем временем толпа за спиной немного оживилась. Один из солдат коротко прыснул, другой что-то пробормотал, но все быстро притихли, когда командир обернулся на секунду.

— Если ты не ответишь по-честному, — медленно сказал он, склонившись к самому её уху, — я оставлю тебя им. Пусть развлекутся, пока мы будем пережидать здесь жару.

Ирен похолодела, мурашки пробежали по всему телу. Она почувствовала, как колени дрожат.

— Я не вру… — прошептала она, едва не задыхаясь.

Командир снова сжал её волосы и тряхнул головой так, что перед глазами заплясали темные круги.

— Я жду пра-а-авду-у-у-у-у, — вой мужчины походил на вой ухмыляющегося волка, что издевается над добычей.

Ирен сидела, вся сгорбленная, кожа ее горела от рывков и в голове впервые за весь допрос возникла мысль.

«Я... больше не могу».

Она посмотрела на солдат, куклой которых могла стать. Подонки улыбались так, чтобы командир не увидел, но глаза все равно пожирали женское тело. Больше всего на свете Ирен сейчас хотела прекратить всё это. Только вот... ради выхода необходимо выдать Такаши. Того, кто уже множество раз спасал ее, и того, кто не бросил девушку, подставив плечо.

Пленница оглянулась, она просто убедилась, что сбежать не выйдет. Две стороны были заблокированы солдатами, а оставшийся угол — командиром и его приближенным. Тогда она набросится на садиста, своими зубами вырвет его кадык и отвлечет остальных!

«О чем я думаю...»

На поясе командира висел меч, вряд ли клинок служил простым украшением. Стоит девушке дернуться, ее точно порубят на месте. Он понимает свое превосходство, надменное стоит выше, знает, что оставил два единственных выхода.

Предать или нырнуть в ад.

Хотя кого обманывать, воля Ирен не настолько слаба.

— Н-никого! — почти выкрикнула она. — Я… я одна…

Удар по щеке заставил её дернуться всем телом. Глаза заслезились, картинка плыла, но она упёрлась изо всех сил.

— Никого со мной нет! Поверьте, прошу... я не вру! — девушка молила, молила так сильно, как если бы молилась перед господом. Впрочем, сейчас для нее этот садист и правда был сравним с божеством на небе. Только он решал, какую судьбу подсунуть жертве.

Командир недовольно цыкнул, глаза его скользнули по девушке с раздражением. Он резко схватил Ирен за воротник, дернул на себя и бросил ближе к строю солдат, те загудели. Мужчина сунул руку в карман, достал смятую самокрутку, поднес к губам и затянулся.

— Ну, значит, скажешь правду после.

Он развернулся и пошел прочь, не выбирая направления. Проходя мимо своих людей, равнодушно сказал...

— Главное — не убейте. В остальном — делайте, что хотите.

Дым повис в воздухе, смешавшись с тишиной, которая на миг стала весомее.