Конкурс

Предпоследний день учебы. Я уже не видел смысла как либо стараться, тем более, был классный час, который, как обычно, я проводил согнувшись у парты, уснув.

— Так, ребята, — явно незаинтересованный голос Нишимуры-сенсей растворялся в моих ушах, — Осенью будет проводится художественный конкурс между школами. Тема японская культура. Так еще э-э....

Нишимура-сенсей перелистнула страницу и ,прокашлявшись, продолжила:

— Я хочу вас пригласить поучаствовать... Вы поняли, о чем я! Поднимите руки кто хочет участвовать и мы быстрее разойдемся.

Ни один ученик не поднял руку. Учитель Нишимура разочарованно просвистела и ее взгляд упал на меня, как на последнюю надежду. Но, я спал сладким сном.

Разочарование испарилось с ее лица. Почти на цыпочках она начала подходить к моей парте.

— Я ведь вам рассказывала, сколько я занималась каратэ? — прошептала она,— так вот.. Запоминайте.

Вдруг бумажка, предположительно со стороны парты Аяки, влетела мне в глаза. я резко выпрямился от того что проснулся. Мое пробуждение было ознаменовано ногой учителя Нишимуры, которая пролетала прямо перед моей грудью. Она зависла передо мной.

— Н-Нишимура-сенсей, это не профессионально! Вы меня чуть не убили!

Зависшая нога опустилась вниз. Учитель заправила выбившуюся прядь волос за ухо и скрестила руки в груди.

— Да не собиралась я бить тебя, Сазуки. Так, погладить по голове немного.

— А потом вы еще спрашиваете почему вы одинокая, незамужня дама!

Я усмехнулся и закрыв глаза откинулся назад.

— Сазуки, не смей говорить одинокой девушке о ее одиночестве! — Крик Нишимуры сенсей сопровождался ногой, влетевший в меня с болезненным для ушей свистом.

Был бы я в игре, над моей головой появились буквы "Нокаут". Класс застыл в изумлении. Все обожали Саю Нишимуру, особенно наш класс. Ей 28 лет, она устроилась в школу недавно и ей сразу дали наш класс. Все быстро её полюбили, и она всех полюбила... А меня по "особенному".

И я даже не знаю почему.

-------

Первый год обучения. Я спокойно сидел где-то в углу пустого класса на обеденном перерыве. Через пару минут, ко мне подошла Нишимура-сенсей, и скорчив гримасу отвращения она сказала:

— Сазуки, сделай лицо повеселее, а то я боюсь. Ты так выглядишь, будто кого-то убьешь. — И улыбнулась. Но в голосе была слышна какая-то странная забота. Как будто ей есть дело до того, почему я такой хмурый.

Ну да, она же в конце концов учитель.

— Это мое обычное лицо. — Выпалил я тогда, попивая сок.

— Вот как... тогда советую сделать пластическую операцию.

И милый смех вырвался из ее уст. Конечно, она ведь только что не назвала меня уродом, да?

— Это намек на то, что я не удался лицом? — мои губы изогнулись в ответной ухмылке на резкие слова Нишимуры-сенсей.

— Нет, ты довольно симпатичный.... Был бы, если бы хоть разок улыбнулся.

Первая часть ее слов заставил меня на секунду улыбнутся. Первый комплимент от противоположного пола, как никак. Но вторая часть разбила эту улыбку, как молот стену, вернув прежнее выражение лица.

— Ну вот, уже прогресс улыбнулся на... примерно 1.04 секунды! — Нишимура показала секундомер на телефоне — Столько времени ты был очень симпатичным мальчиком, прежде чем стал обратно пугающим.

— Я думаю не обязательно вечно улыбаться, чтобы считаться красивым.

— Конечно необязательно, вечно улыбаются только те, у кого беды с головой. — учительница пожала плечами — Но если люди улыбаются тебе, улыбнись в ответ. Так ты будешь становится немного приятней в их глазах.

Нишимура улыбнулась и взяв папки, оставленные ей на полках, ушла. Моего ответа на её улыбку не поступило.

---------------------

Вернувшись из мира воспоминаний, я очнулся лежа на парте. Звуки слышались расплывчато и неясно.

— Сазуки, ты согласен учавствовать в художественной выставке?

—С-согласен... — Я не слышал ничего, после слов: "Ты согласен". Но, ради собственной безопасности пришлось согласиться.

— Ну и отлично, +1 участник от нашей школы!— Нишимура показала большой палец и пошла к учительскому столу.

Художественный клуб.

Из-за ударов учительницы, у меня появился синяк. Конечно, жаловаться на нее я не собираюсь, в конце концов она лучший учитель которого я знаю.

В клубе меня встретили Аяка и Мика. Вторая зачем-то решила сделать новую прическу. Ту, что сделала ей Аяка на прошлой неделе. Я положил сумку рядом со своим стулом.

— Сазуки-кун! — С хныканьем подбежала ко мне Аяка — учитель Саечка тебя больно ударила? Сильно-сильно?

— Дурочка, сама не видишь какой синяк? — Я указал на область между глазом и щекой — Конечно он болит! И вообще с чего такая забота...

— Ну, тебе ведь учавствовать в конкурсе.. Вот я и волнуюсь, вдруг у тебя все-все идеи вылетели из головы!

Мика ели держала улыбку. Поправив свои парные браслеты на руке, она встала и подошла к нам двоим.

— Весело у вас в классе. А наш классный руководитель своим нудным голосом читал текст с бумажки. Впрочем, плевать, я все равно не участвую.

Я приподнял бровь и посмотрел на девушек.

— Какой еще конкурс? И почему я в нем участвую?!

— Сазуки, у тебя память как у рыбки! Учитель Нишимура говорила про художественный конкурс! Ты даже согласился поучаствовать в нем.

А точно... я же на что-то согласился пока был оглушены ударом ноги Нишимуры... Неужто на этот конкурс я и согласился?

— А, точно... Я и забыл. — Соврал я, чтобы не выглядеть ещё глупее. — Минутное дело, сейчас я быстро что-нибудь нарисую и займу первое место. Я же гениальный художник! — Гордый смех вырвался из моих губ.

— Ого, какая самоуверенность. Дай угадаю, первое место с конца? — сказала Мика с острым, как лезвие ножа, сарказмом.

— Гадкая девчонка, к твоему сведению, у меня 12 первых мест в самых разных выставках и я участвовал в международных соревнованиях! — К сожалению, я забыл сказать, что это было 7 лет назад, когда мне было 9 лет. С тех пор я нигде не участвовал .

— Я верю в Сазуки! Он точно сможет нарисовать лучше, чем, например, этот художник! — Аяка протянула мне телефон. — Это аккаунт одного из участников. Нужно знать врага в лицо!

Аяка мило посмеялась. А я кое-как удерживал челюсть, чтобы она не отвисла. Это лучше, чем все, что я обычно рисовал. Конечно, если постараться, я может и смогу повторить успех данной работы но... Я не уверен.

Так сохраняй спокойствие, Хару. Вдох. Выдох. Вдох.

— Очень сильная работа, — Сказал я с чрезмерным равнодушием — Впрочем, я нарисую лучше. Прямо сейчас сяду и нарисую!

С этими словами я развернулся и сел за холст. Взяв карандаш в руку, он завис над холстом. Секунды шли, но ни одного движения рука не сделала. Взгляды Аяки и Мики кололи меня с двух сторон.

Сдаюсь.

— У меня нет идей.

Я положил карандаш на место и упёр голову на руки. Думай, Хару, думай!

— Ну и кто говорил, что нарисует лучше? — голос Мики только ухудшил ситуацию.

— Заткнись. — я не парился, что слова звучали грубее обычного.

— Оу, эм... Прости... — И эти слова звучали как искреннее извинение.

Я дрогнул. И чего она вдруг извиняется? Сколько раз я ее затыкал и оскорблял, я думал она привыкла.

— Не извиняйся. А то я подумаю, что ты купила книгу про вежливость и мне станет жалко за потраченные деньги.

— Ого, а я то почти была тронута, думала в твоем чёрством сердце остались намеки на человечность. А ты, помимо того, что упрямый грубиян, так еще и жадина!

Мика улыбнулась. Не ухмыльнулась, а улыбнулась. Невольно в моей голове вспыли слова Нишимуры-сенсей... Может тогда я ей не улыбнулся, но я более чем уверен, что она не ждала этого.

И на моем лице родилась улыбка.

А вот идея, в отличии от улыбки, не родилась. Момент радости продлился не долго и я сново уткнулся лицом в холст.

— Тс, и чего я улыбаюсь... Мне же надо что-то нарисовать!

— Ребята... Я давно хотела на каникулах попутешествовать по Японии..— Сказала задумчиво Аяка

— И что? мы тут не мечтами делимся!

— Я про то, что мы могли бы все вместе поехать по разным городам и помочь Сазуки набраться вдохновения!

— Хм, вполне хороший вариант. Я слышала, что для создания разных вымышленных городов в кинематографе, часто вдохновляются настоящими городами. Для твоей картины, мы могли бы съездить куда-нибудь!

Путешествие. Это значит одно. Мне придется очень много ходить... Я не привык вести активный образ жизни и много передвигаться.

— Я могла бы еще пригласить своих друзей! — Аяка уже завелась, как мотор, а это значит, что ее не остановить. Она даже чуть не опрокинула стакан с кистями, когда дернулась ко мне — А еще кучу вкусностей можем попробовать! Устроить ночевки! А-а-а! Жду не дождусь!

Еще хуже. Друзья Аяки. Точнее, Рюноске. Человек, которого я всем сердцем не переношу.

— Э, ну знаешь я думаю я могу набрать вдохновение и здесь... Да и ехать никуда не надо... — Я убрал руку за голову. Я взглянул в сторону и увидел, что случайно провел карандашом по холсту и оставил очень жирную линию.

Стиснув зубы, я встал со стула и, закинув сумку на плечо, подошёл к выходу.

— И вообще, я хочу домой пораньше... Мне э-э... Плохо!

— Так и скажи, что просто боишься контактировать с более социально успешными людьми, Сазуки.

— Замолчи, у самой то друзей даже на пальцах не посчитаешь!

Мика встала со стула и упёрла руки в бока. Её, привычное в такие моменты, раздраженное лицо вернулось с еще большей силой.

Порыв летнего, горячего ветра ударился в открытое окно, растянув неподвижные занавески. Перед этим окном стояла Мика, разгневанная на меня.

Вдруг, гнев каким-то образом превратился в ухмылку, не предвещающую что-либо хорошее. Я бы сказал... это садистская улыбка.

Я быстрее ринулся к выходу, он был почти в шаге от меня, но вдруг кисть пролетела прямо у моего уха, будто туда и целились.

— Подумал убежать, Сазуки! Бесполезно, бесполезно! — крикнула мне вслед Мика

— Я на эти кисти 5000 йен потратил, а ты их кидаешь как метательные ножи! — Я тут же закрыл дверь, хруст деревянной ручки кисти сопровождал скрип двери.

Плевать на кисти. Сейчас мне нужно сохранить свою жизнь от этой ненормальной!

Я бежал со всех ног, все время оглядываясь назад. Я был почти у лестницы на первый этаж, всего лишь поворот и я на шаг ближе к выходу...

Бах!

Я врезался в Нишимуру-сенсей, вышедшую из поворота. Мы упали на пол. Учительница ощутила всю боль от холодного и твердого пола, пока я смягчил свое падение, упав на нее.

Только я чуть-чуть приподнялся и заметил, что я упал лицом на одну из самых мягких частей ее тела. Нет, я не про грудь. Хоть она тоже хороша...

Я про сердце. Да, доброе, мягкое любящее учительское сердце Нишимуры-сенсей, спрятанное в грудной клетке!

Но почему-то, когда я рассказал Нишимуре об этом, она ознакомила меня со своим богатым английским лексиконом еще глубже. И я узнал еще больше иностранных ругательств, чем хотелось бы.

За то, что я бегал в коридоре, Нишимура-сенсей заставила меня убирать ее кабинет. И слухи о том, что если что-то потеряется в ее кабинете, то оно больше не найдется были правдивыми. Там был такой беспорядок из стольких разных предметов. Я даже умудрился найти там странный томик сенен манги 2013 года.

Имея информацию о ее возрасте, я могу предположить что ей тогда было около 16-17 лет.

И у меня есть чуйка, что этот томик не единственный. Походу мой учитель — отаку...

----------

Вечером я пришел домой. Ния лежала на диване, полусонная после университета. Походу, она тоже задержалась допоздна. Ее грудь вздымалась в медленном темпе, рука свисала с дивана.

Я осторожно подошел к ней, и тут, словно собака учуявшая запах хозяина, она вздрогнула и выпрямилась.

— Братик! — сказала она полусонным голосом, — Ния устала... сильно устала.. Ей нужны профилактические обнимашки!

Ния встала напротив меня, раздвинув руки.

— Тц, Ния, я ведь тоже устал...

Но ее это не остановила. Этот ленивый, сонный комок рухнул на меня, вынудив стоять ровно.

— Как прошел твой день? Что было сегодня?

— Да так... ничего... Сегодня анонсировали художественную выставку, которая пройдет после летних каникул. Там будут соревноваться ученики с разных школ.

— Ого, круто! Ты участвуешь? — Ния слегка отстранила голову от меня. Ее милые глазки сверлили мою душу сквозь глаза.

— Ну.. — я положил руку за затылок, — Я не знаю что рисовать... скорее всего у меня ничего не получится. Мне конечно предложили поездить по городам Японии чтобы набраться вдохновения.. Но...

—Ого! Братик соглашайся! я поеду с тобой!

— Да не то чтобы я хотел...

— Ты хочешь! Если я хочу то и ты! Хару-чан ведь не оставит свою сестренку одну в больших городах?

— Нет! Просто там так много человек едут..

— Тоесть тебя не от школы отправляют в экскурсию? А кто тебя пригласил? У моего братика появились друзья, а я ничего об этом не знаю! — Теперь этот комок ленивой милоты стал похож на бурундука, с надутыми щеками.

— Н-нет! Просто одноклубники.. Я в художественном клубе состою, не по своей воле.

—Хару, блин, почему ты мне не сказал! И как вы поедите? На поезде что-ли?

—Я может и не поеду вовсе.

Ниа толкнула меня в плечо и отстранилась. Остатки сна улетучились, будто их сдуло ветром.

— Хару, ты едешь, это раз, во-вторых у меня есть водительские права, так что... Я могла бы арендовать для вас мини-автобус!

— Тебк не обязательно это делать...

— Все, договаривайся насчет времени, и сколько человек!

Такое чувство, что меня сегодня никто не слушает. Когда я успел обрести такие привилегии?

---------------

Художественный клуб.

Зайдя в комнату, я заметил что в ней было на 3 человека больше. А именно: Рюноске, Йори и Ариса.

Последняя терлась вокруг Аяки, ее обычно вечно открытый рот впервые закрылся. Она только и делала что сидела в телефоне.

— Что они здесь делают? — Пробормотал я в ужасе. Такую ораву людей я не переношу!

— Они едут с нами! все хорошо! Мика согласна, и ты думаю согласен!

Ага, согласен... очень согласен! Сарказм. Я их терпеть не могу. Но, что ж поделать, пытаться сопротивляться бессмысленно.

— Йо, Харуки, эт ты рисовал? — Спросил Йори, ткнув пальцем в мой холст. И почему он изковеркал мое имя?!

— Во-первых, убери свои руки, во-вторых, да, в-третьих, я Хару Сазуки!

— Нифига ты круто рисуешь! А меня нарисуешь? — Йори так и не убрал руки.

Первое правило общения с художниками. НИКОГДА. НИ ЗА ЧТО. НЕ ПРОСИ. НАРИСОВАТЬ. СЕБЯ.

Но, этой обезьяне я не собираюсь что либо рассказывать про это. Пусть живет в неведении относительно этого.

— Посмотрим. — все что я ответил ему.

Я сел за стол и более серьезным тоном, не показывая своего раздражения, сказал.

— В общем, моя сестра едет с нами. Она арендует мини-автобус, так как у нее есть права.

— Отлично! Хару, думаю твоя сестренка повеселее тебя! — Сказала Аяка, не вылезая из телефона. Она что-ли от Арисы заразилась?

— Я и Мика возьмём на себя жилье, Аяка составит маршрут. Остальные, в том числе и мы просто скинутся на реализацию всего этого. — Сразу видно эту лидерскую "жилку" в этом Рюноске. Раздражает. — Я думаю, удобно будет поехать через неделю, как раз будет время собраться и подготовится. Всех все устраивает? — Молчание,— Отлично.

Пока я слушал его холодный, уверенный голос, мне стало тошно. Ненавижу.

После этого маленького собрания мы разошлись. Нет смысла оставаться, всё-таки последний день школы перед летними каникулами.