Девичник

Первая ночь в Токио. Наш путь лежит через три города: Токио, Киото и Осаку. В каждом городе мы пробудем по два дня.

Мне сильно«повезло» спать на одной кровати с двумя другими парнями из моего класса — Йори и Рюноске. Я лежал между ними; оба были на голову выше и шире меня, из-за чего я чувствовал себя, будто в прессе.

Спать в таких условиях было невозможно.Тяжело дышать из-за духоты, царящей в воздухе; казалось, даже пустота давила на меня. Вдобавок ко всему, сам факт того, что я в одной кровати с парнями, ужасно раздражал!

Последней каплей стал храп Йори,похожий на свиной. Поэтому единственным выходом был побег. Вроде бы на диване пусто, так что пойду туда. Я поёрзал на месте, перевернувшись на бок. Так меня меньше сжимало, а значит, было бы удобнее выбраться. Освободившись из-под одеяла, я пополз к краю кровати и наконец выбрался из заточения спинами.

Медленно,на цыпочках, я подошёл к двери комнаты и открыл её. Она протяжно и громко скрипнула. Я поморщился от этого мерзкого звука и мельком взглянул на Рюноске и Йори. Тревога утихла — они, видимо, спали мёртвым сном.

Выйдя из комнаты и закрыв дверь,я двинулся в холл, по пути оглядываясь по сторонам. Не хотел, чтобы меня кто-то заметил. Подходя к холлу, я услышал оттуда странный шорох и шёпот женских голосов. Отчётливо был слышен голос Нии, чуть тише — голоса остальных, словно они что-то комментировали. Только Мики не было слышно. Наверное, она спала, пока Ния что-то рассказывала другим девочкам.

Я подкрался к стене у входа и начал слушать:

—И вот тогда Хару взял и чуть не изрисовал маму с папой красками! — полушёпот Нии донёсся до меня.

Она с ума сошла?!Дура! Нашла кому рассказывать о моём детстве! Да ещё и такой стыдный момент...

---

Если бы меня спросили, каким я был лет десять назад, я бы, не задумываясь, сказал: хоть и одарённым, но ужасным ребёнком.

Капризным,обидчивым, да ещё и злопамятным!

Ния рассказывала как раз об одном из таких моментов.Однажды, сидя у старого телевизора, экран которого мерцал, как побитая лампочка, я включил передачу об искусстве. Мою любимую. Шёл выпуск о перформансе. Медленный и убаюкивающий голос диктора описывал процесс создания картины. Старичок, одетый в коричневые брюки и токсично-зелёную рубашку, поверх которой был надет небесно-голубой пиджак. Чтобы не запачкаться, он надел фартук в таких же токсичных тонах.

Затем,взяв ведро в свои руки, покрытые седыми волосами, он вылил краску на белоснежный холст, лежавший на полу. Мужчина аккуратно снял туфли и носки. Рядом с пустым ведром из-под синей краски стояло ведро с красной. Он окунул в неё пятки.

Аккуратными,почти балетными шагами он прошёлся по холсту. Красные следы от его ног с каждым шагом всё больше приобретали фиолетовый оттенок.

Голос диктора,до этого описывавший действия мужчины, затих. В это же время восторженная толпа разразилась шумом, пытаясь найти смысл в этой картине. Наконец, когда толпа утихла, голос диктора вновь зазвучал.

—Мне кажется, эта картина символизирует то, как яркий и красный человек сливается с тёмной и синей толпой...

Естественно,на мой неокрепший разум это произвело такое впечатление, что я тут же взял свои краски и пошёл рисовать на полу, придумав своей бессмысленной возне, сделанной на эмоциях, глубинный смысл. Что именно я там придумал и нарисовал, я уже и не вспомню.

Родители не оценили моего стремления к познанию такого рода искусства,поэтому мне пришлось отмывать пол от продукта самовыражения. Той же ночью я отомстил маме и папе, изрисовав их лица уродливыми и кривыми узорами. Для меня, семилетнего, это был гениальный план.

И всё бы шло идеально,если бы не одно «но». Ние приснился кошмар. Как только дверь в комнату родителей скрипнула, туда вошла моя испуганная сестрёнка. В её руке был большой плюшевый мишка, а коленки дрожали от страха. Звуки ужастика доносились из телевизора. Причина её испуга сразу же стала мне ясна.

Мои руки зависли над лицами родителей,испуганно дрожа. Ния грозно посмотрела на меня, и её детские черты лица стали похожи на взрослые и сердитые.

Моя сестра не была бы собой,если бы не нашла компромисс. Она не пожалуется родителям, а я... я буду её мишкой в эту ночь. Пожалуй, это был мой первый и последний на данный момент опыт сна в обнимку с девушкой. Отчётливо помню, как Ния сказала мне: «Обнимать тебя — это как обнимать ворчливый колючий кактус... Но любимый кактус!»

Как же стыдно...и теперь они об этом знают... Глупая сестра!

Пока мои щёки горели,как огонь, а глаза были зажмурены, словно я увидел что-то страшное, дверь напротив меня открылась. Я тут же перевёл взгляд туда. И лучше бы я этого не делал.

Передо мной стояла Мика,только что вышедшая из душа. Вокруг её тела было обёрнуто лишь полотенце, облегая привлекательные изгибы. Пар струился из душевой, а лицо Мики покраснело от тепла.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.Этого хватило, чтобы я осознал, насколько похож сейчас на извращенца и сталкера. Я уже во второй раз так её «ловлю»! Это были мысли первой секунды. Во вторую секунду я подметил янтарный блеск в её глазах, который тут же мысленно взял на заметку для будущих работ.

В третью секунду Мика от испуга широко раскрыла рот,с визгом прикрыла тело руками и отвернулась от меня. На её визг сбежались остальные девушки.

---

— Вот почему я там стоял. — Спустя долгую минуту объяснений, сидя в кругу девочек, я закончил.

—Всё понятно... — вдумчиво сказала Мика, и её возмущение уже приутихло, сменившись пониманием в голосе. — Я бы тоже не смогла спать в такой обстановке. Мне для сна нужна мёртвая тишина.

—Мы могли бы уйти, если мы тебе мешаем... — тихо прошептала Аяка, пока её пальцы мяли короткие розовые шортики.

—У меня предложение получше! Хару может присоединиться к нам, в конце концов, вместе веселее! — Ния, сидевшая сбоку от меня, упёрла руки в боки, многозначительно подмигнув в мою сторону.

—Меньше народу — больше кислороду. — Ариса выплюнула эти слова, смешанные с ядом. Она нахмурила брови, закручивая прядь волос на палец. — У нас тут вроде как девичник, так ведь, Ния? И вообще, меня он раздражает.

—Три на один. Значит, решено: Хару будет с нами! — из уст моей сестры вырвался звонкий смешок.

Я не стал сопротивляться— это бессмысленно. Я уже привык, что если Ния сказала, значит, так тому и быть.

Аяка достала из кармана игральные карты.С милой и немного глуповатой улыбкой она перетасовала колоду.

—Недавно мама научила меня гадать на картах, поэтому мы могли бы попробовать!

—Только давай не на какую-нибудь любовь! Меня тошнит от нежностей. В прошлом месяце целых пять человек признались! Не хочу и слышать о том, кто будет следующим идиотом. — Ариса поморщилась.

Интересно,у неё есть другие состояния, кроме раздражения? Или её перманентно всё бесит?

—Ариса, я не умею гадать на любовь, только на ближайшее будущее. — Аяка прокашлялась и вытянула колоду вперёд. Свободная рука замерла над картами. Голос девушки приобрёл загадочные нотки. — Вытяните по карте и не показывайте никому!

Каждый из нас вытянул по карте.Я в этом не разбираюсь. Если честно, даже ни одной карточной игры не знаю. Поэтому я и понять не мог, что у меня за карта.

Тем временем Аяка начала двигаться по кругу и смотреть на наши карты.Первой по кругу была Мика.

—Ого... редко кому выпадает такая карта. Я забыла, что она значит... Минуточку! — удивлённо прошептала Аяка, прикрывая рот рукой.

—Но ты ведь гадаешь во второй раз, как я понимаю? Наверное, поэтому для тебя это редкость? — холодным тоном ответила ей Мика, волосы которой расчёсывала Ния.

—Мика, у тебя такая хорошая структура волос! — добавила Ния почти нежным голосом.

Мика слегка покраснела.Она смущённо рассмеялась, закатив глаза.

—А как ты поняла? Ты пытаешься меня успокоить из-за возможно страшного предсказания?! — Неудачная шутка, над которой посмеялась лишь она сама.

—Я немного в этом разбираюсь, прошлым летом подрабатывала в парикмахерской у подруги, она мне рассказала, что да как.

Тем временем Аяка уже нашла в телефоне значение выпавшей карты.Я наблюдал за ней, и на мгновение на её лице мелькнуло ещё большее удивление, сменившееся кокетливой улыбкой. Она наклонилась к Мике и неслышным никому шёпотом сказала ей что-то.

Не знаю,что именно, но Мика дёрнулась на месте, её лицо тут же раскраснелось и приобрело оттенок красной обивки дивана, на полу около которого мы сидели.

—А можно избавиться от этого будущего! Вообще, это же всё обман! Фу-фу-фу, не верю! — пропищала Мика, буквально заталкивая карту в руки Аяки.

—Л-ладно, ладно, я заберу!

Аяка вернула карту в колоду и подобралась к Ние.

—Так, у тебя перевёрнутая семёрка пик... Это значит, что у тебя будет праздник!

—Мне кажется, предсказание уже исполнилось.

—А у меня туз крестей! Что это значит? — внезапно выпалила Ариса.

—Я же говорила — никому не говорить! Ну ладно, думаю, ничего страшного... — Аяка посмотрела в телефон и пролистала вниз. Затем с непониманием подняла голову. — Это значит «рабочее место». Понятия не имею, что это значит.

Наконец Аяка подползла ко мне.Запах её духов с ароматом цветов распространился вокруг. Она протянула свою ручку, и аккуратно сделанные ногти оказались рядом с моей рукой. Я отдал ей свою карту.

—Я не знаю, что это за карта. Я в них не разбираюсь.

—Хару-кун, глупенький, смотри! — Аяка достала несколько карт разных мастей. — Смотри, это черви, а вот я достала девятку! — Едва эти слова слетели с её губ, Мика сжалась на месте, обхватив колени. Аяка показала мне на остальные карты.

—Значит, у меня валет пик? И что это значит?

—Впустую потраченное время.

—То есть я неправильно назвал карту?!

—Нет! — замахала руками Аяка. — Ты всё правильно сказал! Предсказание такое.

—Ясно...

Мне кажется,я и так сейчас трачу время впустую. Вместо того чтобы лечь спать где-то ещё, я сижу и гадаю на картах! На что я трачу ночь...

После гаданий девочки вернулись к историям и сплетням.Самой активной в этом была Ариса. Пожалуй, таким, как она, свойственно знать обо всех всё, что только возможно. Мы с Микой держались в стороне от этих разговоров. Я попивал сок, листая ленту новостей в телефоне.

Внезапно моё плечо толкнула Ния.Дерзкая улыбка играла на её лице.

—Эй, хватит витать в облаках. Мы, между прочим, уже играем в «Правду или действие». Выбирай!

Мне нужно было выбрать меньшее из двух зол.Если выберу правду, она спросит что-нибудь стыдное, на что я не смогу соврать. Действие — это одноразовый позор. А стыдная история, да ещё и из моих уст, запомнится надолго.

—Действие, — твёрдо сказал я.

—Сделай макияж, — полусмеясь, произнесла Ния.

—Ч-чего?! Я же не умею! Давай нормальное действие!

—Макияж. Не спорь со мной, соплячок! — грубее обычного ответила она.

От такого тона испугался даже я,поэтому тут же проглотил язык.

—Мы можем тебе помочь! — внезапно подключилась Ариса. В её глазах загорелся дразнящий огонёк.

Тут же она встала и побежала в свою комнату за принадлежностями.Остальные смотрели на меня, словно я был очень смешным клоуном. «Так вот о каком впустую потраченном времени говорилось в предсказании...»

Ариса тем временем прибежала обратно;в её руках было множество цветных коробочек, кистей и прочего. С отработанным профессионализмом человека, проводящего часы перед зеркалом, она начала работу.

Аяка подползла поближе и наблюдала за моим преображением.Дышать стало тяжелее, когда вокруг столпилось столько людей.

— Вот это мастерство, Сазуки-кун на себя не похож! — спустя минут пятнадцать сказала Мика. Она прикрыла рот от шока.

Ариса протянула мне зеркало,и там я увидел то, чего точно не ожидал. В зеркале был не идеал красоты, не самый симпатичный парень, к которому я привык, а нечто, похожее и на меня, и на... девушку!

Я положил руку на щёку,чтобы убедиться, что это я. Рука чувствуется. Так же как и кипящая ярость, уже заполняющая мою грудь.

Я вскочил с места и,ворча о том, какие все ужасные, бросился в ванную, чтобы смыть с себя этот кошмар. Вслед мне донёсся смех всех четырёх.

Едва я вошёл в ванную и включил кран,как туда же вошёл... Рюноске. Он приоткрыл рот, а его рука замерла над ручкой. По лицу было видно, что сложнейшая дилемма «бежать или остаться» уже обрабатывалась его мозгом.

—С-Сазуки-кун... Я... я понимаю, что ты чувствуешь себя не тем, кем хотел бы быть... — тихо, потрясённо, пробормотал он. Его обычная уверенность рухнула, как стены в старом здании.

—Ты всё неправильно понял!

—Не нужно объясняться! Я понимаю, ты хочешь видеть себя таким... Тебе очень идёт, ты очень красивый... И эм... Если тебя отвергнут друзья из художественного клуба из-за того, что ты им не понравишься, я...

—Да заткнись ты уже! — прокричал я на него. Ещё пара слов — и я бы швырнул в него чем-нибудь тяжёлым.

—Это неприятно, не спорю. Я не буду тебе мешать. Просто знай, что я всегда поддержу твой выбор, хоть я о тебе и мало знаю! — Рюноске сделал шаг назад, а затем, уже более холодно, добавил: — Эм... я хотел забрать своё полотенце отсюда.

Я взял его полотенце,скомкал и швырнул в него. Рюноске подхватил его, чуть пошатнувшись, и пулей вылетел прочь.

Я больше никогда не буду вмешиваться в девичники.И гадать. И краситься.

Хотя,если подумать... я бы был красивой девушкой...

Но я парень. И девушкой быть не хочу