"Первое испытание"

***

Огромное помещение было устлано диковинными тканями, каждая из которых пела свою, неповторимую песню. От струящегося шелка, до грубого холста — все они пестрели в этом зале, переплетаясь в причудливый узор.

Эти полотна, исполняли роль не только ковров, смягчающих поступь, но и роскошных украшений, превращающих стены в ожившие картины, и даже были элементами интерьера.

В центре зала, словно затаив дыхание, возвышался огромный пьедестал, утопающий в таинственных тенях. Сама его поверхность казалась живой, меняя оттенки в зависимости от освещения, и манила своей загадочностью.

В самом сердце этого пьедестала, ожидая своего повелителя, покоилось кресло, отдаленно напоминавшее трон.

Пирсхад Кайзер огляделся по сторонам, пытаясь найти в этом месте нечто обыденное среди парада странностей.

Юноша подметил с легкой ноткой ехидства:

— Странное место. Но я чувствую авторскую задумку.

Мордред Аустен улыбнулся, оглядев окружение, а после добавил:

— Тут и вправду необычно. Думаю мы точно пришли куда нужно.

Новобранцев окутывала растерянность, они никак не могли постичь суть этого помещения. Однако сердца молодых бойцов безошибочно улавливали присутствие выдающегося филира.

В центре комнаты разлился ослепительный свет, полностью охвативший собой величественный пьедестал.

Затаив дыхание, новобранцы устремили взгляды к этому оазису света, и узрели золотой трон, на котором восседала владычица этого места.

Батира Шиаон — главная швея Найфорда.

Привлекательная дама с пышной грудью и удивительно молодым лицом. Её длинные черные волосы, чьи кончики сияли жидким золотом, были собраны в объёмный пучок и дополнены черно-золотым украшением.

Волосы струились по безупречному бело-черному платью — тканями, что дышали собственной волей. В её блекло-золотых глазах замирали слова, а кожа отливала холодной красотой лунного нефрита.

Строгий взгляд госпожи Шиаон метнулся на новобранцев. Она провела в пространстве затхлой иглой, золотые кончики её волос и радужки глаз начали источать искристый свет.

За движениями швеи по телам новобранцев пробежала леденящая дрожь. На мгновение они инстинктивно захотели отступить, но внутренняя сила удержала их на месте.

«Эта женщина… Пугает…» — лишь эта простая, но искренняя мысль пронеслась в головах парней, как раздался голос швеи:

— Добро пожаловать на фабрику по производству эдеминарных доспехов Найфорда, Пирсхад Кайзер и Мордред Аустен. Таково это место, таков мой дом, — каждое её слово будто было пропитано странного рода силой, заставляя сердца слушателей дрожать.

Выдержав давление, оказываемое женщиной, Мордред начал говорить первым:

— Здравствуйте…

В следующее мгновение его перебили:

— Помолчите, — тон голоса швеи не повысился, но давление стало ещё сильнее. Новобранцы замолкли, не решившись противостоять ей. — Мы собрались здесь не для того, чтобы болтать. Я не собираюсь вас слушать, — женщина посмотрела на Пирса. — Единственное, что могу сказать… Пирсхад Кайзер.

«Такое чувство, что сейчас она скажет то, о чем не должна знать…» — нахмурился Пирсхад. В его глазах промелькнула ненавязчивая злость.

— Ингерам Гауст рассказал мне о том, что… Твой ранрок заблокирован барьером теней, который на тебя поставил мраклид, убивший твою семью.

Кайзер стиснул зубы и сжал кулаки. В его сердце разбушевалась ярость.

— Что?! Ингерам… Совсем не умеет держать язык за зубами…

— Он?.. Не умеет?.. — госпожа усмехнулась, не став придавать словам разъяренного юноша значения. — Не стоит переживать, Пирсхад Кайзер. Мне совершенно неважно, что случилось в твоём прошлом. Меня также не волнует, кто ты есть на самом деле.

— Тогда зачем вы говорите мне об этом? — хмурился Кайзер, начав успокаивать сердце.

— Просто хочу донести до твоего юного разума, что моим одеяниям этот барьер не помешает. Ты сможешь получить свой наряд, если окажешься достойным.

Сердце Пирсхада Кайзера начало трепетать в предвкушении. Он ничего не ответил, лишь спокойно принял удовлетворившую его действительность, сдержав улыбку, норовившую вырваться наружу.

Швея продолжила разговор:

— А теперь, когда все вопросы улажены… Приступайте к испытанию. Если вы окажетесь достойными, я дарую вам эдеминарные доспехи, и вы сделаете ещё один шаг к становлению воинами Найфорда. Если же нет… Можете проваливать прочь из нашего великого государства.

— А что за исп… — попытался узнать Пирсхад, но не успел.

Госпожа Шиаон щелчком пальцев высвободила поток эдеминарной энергии.

Не успели новобранцы осознать внезапный всплеск силы, как оказались в заточении. Никак не проявив себя внешне, в зале появились две новые структуры. Два тесных деревянных ящика, словно капканы, закрыли в себе новобранцев.

Это было за гранью понимания. События развернулись настолько стремительно, что не оставили филирам и шанса на ответные действия.

Оказавшись внутри чего-то, что изнутри напоминало гроб, Кайзер вертел головой, пытаясь оглядеться. Однако окружала его одна лишь темнота.

— Что за?!

Шиаон, игнорируя удивление собеседников, сказал с абсолютной уверенностью:

— Столкнитесь же с собственными мирами и докажите, что заслужили надеть мои эдеминарные доспехи.

Дама вновь щёлкнула пальцами, поглотив окружение своей силой. Звук щелчка достиг ушей новобранцев, заставив их сердца встрепенуться в тревоге. Пол под их ногами предательски провалился, словно там таился потайной люк.

Охваченные еще большим изумлением, наши герои ощутили, как их тела устремляются вниз, словно растворяясь в пространстве.

Новобранцы оказались в совершенно иной реальности, покинув прежний мир. Это было особое пространство, словно сотканное из самой ткани бытия, неразрывно связанное как с могуществом швеи, так и с самыми сокровенными уголками душ пробужденных.

Место, где новобранцам предстояло столкнуться лицом к лицу с собственной внутренней силой. Место, где им нужно будет обуздать её, подчинить себе и, наконец, заставить проявиться во внешнем мире, став неотъемлемой частью их сущности.

***

Не имея возможности остановить падение, Пирсхад Кайзер стремительно несся вниз, остро ощущая вокруг себя искажения чуждого ему пространства. Юноша вертел головой во все стороны, наблюдая за метаморфозами, нет, скорее за полной перестройкой нового мира.

Внезапно, над Пирсхадом, словно из кошмарного сна, возник огромный, перевернутый замок, сотворённый из чего-то абсолютно черного. Словно из водной глади, его остроконечные шпили вырвались из пустоты, являя миру свою зловещую структуру. Он, точно злой рок, навис над героем, своим видом символизируя нечто глубоко спрятанное внутри Кайзера.

Всего через несколько секунд, Кайзер благополучно приземлился на землю, покрытую черной травой. Он сделал это с завидной ловкостью, успев сгруппироваться за считанные мгновения до контакта с поверхностью.

Расправив плечи и выпрямив спину, юноша окинул взглядом окрестности. Несмотря на полное непонимание происходящего, в его глазах не было и тени страха — лишь спокойствие и решимость.

Пирсхад Кайзер поправил свои черные волосы с фиолетовыми прядями и прищурился:

— Я так понимаю… Особое пространство для испытания.

Юноша посмотрел наверх, разглядев огромный замок ещё раз.

— И что это за замок? Как он вообще связан с моим внутренним миром? Он… Такой величественный и темный…

Пирсхад почувствовал перед собой всплеск энергии, на который и переключил внимание. Посмотрев вниз, он увидел, как пространство начало преображаться на его глазах. Земля превратилась в подобие черной, пульсирующей лужи, будто её плотность изменилась.

Пирсхад нахмурил брови, крепко сжав кулаки, предчувствуя неладное.

Из темной глади вынырнули две ослепительно белые руки, которые вытянули за собой все остальные части тела загадочного существа. Через несколько мгновений, перед Пирсом предстало создание, чья кожа сияла безупречной белизной. Оно было облачено в человеческую оболочку, но при этом начисто лишено даже намека на лицо.

Все казалось спокойным. Но один факт не давал Пирсхаду покоя. Хоть существо напротив и было обезличено, строение его тела в мельчайших деталях повторяло тело самого Кайзера.

Юноша нахмурился, пытаясь понять, что за создание перед ним. Монстр? Двойник? Определенно нет. Но и других определений его разум не находил.

Вдруг!.. В разум Кайзера вонзился голос госпожи Шиаон, сопровождаемый мощным потоком энергии, способным сбить с ног.

— «Диппингар. Это особые существа, созданные одной моей давней знакомой для помощи мне в создании доспехов. Они способны перенимать себе все особенности твоего уникального мира, становясь неким продолжением тебя. Необыкновенные создания. И работа с ними становится куда проще».

— Понятно.

Юноша продолжал внимательно следить за существом, названным диппингаром, понимая, что тот может вступить в бой в любой момент.

— Я должен его одолеть, чтобы получить доспех?

— «Верно. Можешь приступать».

— Хоро…

Слова застыли на губах Пирсхада, срезанные лезвием приближающегося энергетического потока. Диппингар, решивший начать первым, уже нёсся на него, как белая молния.

Его кулак, белоснежный и безжалостный, метнулся в висок новобранца.

Реакция Кайзера была молниеносной: руки скрестились у головы, приняв удар на скрещённые предплечья. Защита была успешной, но чистая физическая сила, стоявшая за атакой, оказалась чудовищной — Пирсхада отшвырнуло на метр назад, будто тряпичную куклу.

Пропоров ступнями чёрную землю, Пирс лишь ехидно усмехнулся. Его взгляд пылал непоколебимой, почти высокомерной уверенностью.

Но сквозь эту уверенность пробивалось странное, тревожное ощущение. В момент контакта с кулаком противника он почувствовал не просто удар, а... Внедрение. Будто сила врага не обрушилась на него, а просочилась внутрь, запустив невидимый процесс — не вмешательства, а медленного, неуклонного впитывания. Будто в его теле открылся крошечный шлюз, и теперь через него начали утекать его собственные силы.

Вспомнились слова госпожи Шиаон, её попытки объяснить саму суть диппингаров, их жутковатую способность копировать и поглощать чужие силы.

— Что ж... — голос Пирсхада прозвучал с новыми, опасными нотками. — Ситуация становится захватывающей. Возможно, ты и вправду способен добраться до самой сердцевины моей силы, постичь её изнанку. Но смею заверить — времени у тебя на это нет!

Белый воин дёрнулся вперёд. Его новый рывок был ещё стремительнее. Он возник перед Кайзером, и его кулак, уже сжатый для удара, начал меняться. Вокруг него пространство исказилось, закрутившись чёрной спиралью — сгустком черноты, который в несколько раз умножил мощь атаки.

— Что это?! — вырвалось у Пирсхада прежде, чем он успел осмыслить увиденное.

Кулак, окутанный поглощавшей свет спиралью, обрушился на челюсть Кайзера, как молот разрушения. Удар отбросил Пирса в сторону. Алые брызги крови вырвались из его носа, а сознание на мгновение помутнело, захлёстываемое болью и шоком.

«Неужели... Он уже копирует меня?..» — пронеслось в его разуме, как набатный звон.

Собрав волю в кулак, Пирсхад вонзил подошвы в землю, сжав пальцы до хруста. Его взгляд, строгий и собранный, впился в противника, источая готовность сражаться не на жизнь, а на смерть.

Ответный удар был молниеносным и точным — жёсткий низкий подсекавший удар правой ногой в голову оппонента, сваливший и отбросивший того прочь. Несмотря на жутковатое усиление врага, физические кондиции Пирсхада всё ещё оставались на несколько ступеней выше.

— Ну что ж...

Юноша провёл тыльной стороной ладони по губам, стирая алую полосу. В его глазах вспыхнул холодный, решительный огонь, а в глубине души качнулся маятник, запуская необратимый процесс.

— Похоже, пришла пора примерить мою судьбу. Пора обрести мой эдеминарный доспех.

***

Внутренний мир Мордреда, созданный с помощью силы госпожи Шиаон, являл собой воплощение истинного саморазрушения. Он дышал непринятием себя, словно был соткан из огней отчаяния.

Огромная, безжизненная равнина выжженной земли, безжалостно поглощенная бушующим пламенем. Огненные вихри вращались во всех направлениях, пожирая все на своем пути.

В самом центре этого огненного хаоса возвышался огромный, охваченный пламенем особняк — символ рухнувших надежд и несбывшихся мечтаний.

Наблюдая за этим пугающим пейзажем, в центре поляны стоял Мордред Аустен. В его руках покоился необычный клинок с алым лезвием, испещренным тонкими золотыми трещинами. Юноша сохранял невозмутимое спокойствие, будто подобный апокалиптический вид был для него обыденностью.

К тому времени Мордред Аустен уже стоял над поверженным противником.

Победа не потребовала от него особых усилий. Возможно, диппингар оказался слишком слаб, чтобы осознать бездну мощи, скрытую в арканиде. Возможно, он просто не успел раскрыть свой потенциал копирования. Этим Аустен и воспользовался — он раздавил угрозу в зародыше, прежде чем та смогла проявить себя.

Его решающий бросок был подобен вспышке. Он возник перед целью, и всё окружающее пространство наполнилось испепеляющим пламенем, ставшим продолжением его воли. Один точный, сокрушительный удар — и шея противника была рассечена. Голова покатилась по земле, а тело, не успев рухнуть, начало рассыпаться.

Но оно не просто обратилось в прах. Оно преобразилось в яркое, живое, танцующее пламя, которое закружилось вокруг Мордреда, вихрем сияющих искр, с почти разумным стремлением — стать частью его, слиться с арканидом.

Огненные языки, подобно ласковым пальцам, коснулись его одежды, кожи, лица. Они не жгли — они умоляли. В них была мольба, древний зов, приглашавший принять эту силу, впустить её в самую суть своего существа.

И… ничего.

Ничего, кроме тишины и неподвижного воздуха.

Мордред замер в ожидании, вспоминая слова Шиаон. Он был уверен, что в момент победы произойдёт преображение, что сила врага перетечёт в него, облачив в обещанный эдеминарный доспех.

Однако все произошло совершенно иначе.

Возникнув из неоткуда, перед Аустеном предстала госпожа Шиаон. Обладая безграничной властью над данными пространствами, она без труда смогла проникнуть в его внутренний мир. Окинув взглядом будущего Рыцаря истребления, оценив его силу и потенциал, она едва заметно кивнула, давая понять, что испытание пройдено.

«А он справился быстрее чем я думала. Я, конечно, была наслышана, что новобранцы этого года удивительны и сильны. Но… Чтобы настолько…»

Строгость во взгляде Шиаон не оставляла сомнений: это еще не конец. Слегка нахмурившись, дама извлекла из-за своей спины странный, сверкающий золотой объект. Вероятно, это был какой-то элемент одежды, возможно, изысканное украшение.

Взмахом руки она бросила его на выжженную землю. На опаленную землю опустились золотые когти, соединенные между собой прочной золотой цепью. Это был элемент одежды, но назвать его обычным было бы кощунством.

Когти источали из себя эдеминарную энергию, поразительно похожую на силу Мордреда. Кроме того, энергия, исходящая от когтей, полностью резонировала с силой, излучаемой фамильным клинком рода Аустен, зажатым в руке арканида.

Увидев золотые когти, Мордред застыл на месте, пораженный до глубины души. Сделав невольный шаг назад, юноша почувствовал, как его тело пробивает мелкая дрожь. Он был не в силах отвести взгляд от эдеминарного катализатора. Он смотрел на ослепительный блеск золота так, словно когти манили его к себе, но в то же время вызывали безумный, парализующий страх.

— Это… — голос Аустена дрожал. Юноша будто боялся принимать действительность. Он не хотел смотреть на это, но не мог моргнуть.

— Верно, — спокойно, строго, высокомерно ответила госпожа Шиаон. — Золотые когти Феникса, оставленные инскриптом после его столкновения с первым арканидом из рода Аустен. Уверена, они тебе хорошо знакомы.

Казалось, Шиаон полностью контролировала ситуацию вокруг. Она никак не отреагировала на внезапный всплеск эмоций со стороны Мордреда. Вероятно, все происходящее было для нее очевидно с самого начала.

Мордред стоял в оцепенении, храня молчание. Было ясно, что он прекрасно знал об этих золотых когтях. Они были ему знакомы, как собственное отражение. Как-никак, а именно они когда-то принадлежали его отцу, до того ужасного, трагического случая, который оставил не заживавшую рану в истории рода Аустен.

Когда-то, в далеком детстве, Мордред видел эти когти каждый день, они были частью его жизни. Они были для него не просто украшением, а символом силы, непоколебимой уверенности, безграничной решимости, и доброты его отца.

Ни один Аустен, хранивший память о прошлом, никогда бы не смог забыть эти когти. Они были выжжены в их сердцах.

— Но… — голос Мордреда продолжал дрожать. — Откуда они у вас?

— Разве это имеет значение?

Аустен замешкал.

— Не отвечай, я скажу сама. Это не играет никакой роли, Мордред Аустен. Неважно откуда и почему эти когти оказались у меня. Куда важнее, зачем я принесла их сюда. Именно в этот самый миг, когда настало время сшить твой эдеминарный доспех.

— И зачем же? — Мордред вопросительно, но напряженно нахмурился.

Казалось, ответ на этот вопрос был столь очевиден, что его можно было и не задавать. Однако сама основа парня, после всего случившегося в его прошлом, отказывалась принимать факт, что…

Именно он был их законным владельцем.

— Что бы они стали частью твоей силы.

Мордред ответил мгновенно:

— Н… Нет.

Тело юноши задрожало. Он опустил шокированный взгляд, начав хвататься за себя руками, чтобы не упасть.

— Я не имею права.

Лишь эти слова пали с уст Мордреда, взгляд Шиаон изменился. Швея нахмурилась, сжав кулаки. Она подняла гордый взгляд и начала говорить в десятки раз громче обычного:

— Не смей так говорить, Мордред Аустен!

Мордред поразился грозным словам. Он не смог ничего ответить, лишь вернулся в реальность, продолжив внимательно слушать.

— Филир, которому я решила создать уникальное одеяние не имеет права говорить подобное!

Девушка сделала шаг вперёд, указав на золотые когти, лежавшие на земле. Мордреду пришлось вновь посмотреть на них, утратив возможность отвести взгляд. Он начал осознавать действительность.

— Эти когти такая же часть твоей силы, как и клинок в твоих руках. И несмотря на всё, что произошло в прошлом. Несмотря на то, как бы ты не боялся себя принять. Ты…

С каждой секундой юноша всё внимательнее смотрел на золотые когти, будто уже готовясь прикоснуться к ним. Он пытался перебороть себя, отбросить ужас прошлого, хотя-бы на одно мгновение.

— …Не имеешь права отказываться от самого себя!