Глава 2.0

Жизнь — череда испытаний с наградой в одну медную монету.

«Ну ладно, звучит слишком пессимистично, чего это я. Но награды и правда должны быть получше.» — Маленькая ладошка юрко спрятала медяк в карман потертых штанов. — «Эхэхэх, если бы только в этом теле было побольше сил.»

Прошмыгнув в лаз в заборе между бакалейной лавкой и домом старух-ткачих, крошечная фигура вышла из переулка на залитую солнцем Торговую улицу Хаттершира. Чёрные ботинки уверено и быстро топали по мощеной дороге между гудящей толпы. 

Со всех сторон доносились голоса. 

'…говорят, в этом году король снова созывает совет Августинов…'

'…покупайте яблоки, свежие яблоки, только из Куласса!..' 

'…почему эти камни вечно дорожают?! Волшебники наживаются на нас!..' 

'…у границ Морриата снова потонул корабль…'

'…а почём отдаёте эту рыбу? Тц, да она же тухлая. Отдадите за четыре сенца?.. '

В этот солнечный день морской бриз заполнял улочки своим солёным дыханием. 

В доках шумело, грохотало, там бурлила работа и кипела жизнь. 

«Когда мечтала жить у моря, я определённо имела ввиду не это.»

На пирсе в стороне ото всех в неприметном месте на ржавое ведро опустился маленький мальчик. И с праздным видом принялся бездельничать, разглядывая всех вокруг. 

То есть так могло показаться. И вовсе он не бездельничал. И вообще это был не мальчик. 

Просто Тея Элвиш знала один секрет — мальчишкам платят больше. 

А потому выпросила у мамы мужскую одежду и стала прятать волосы под старую шоферскую кепку. Хорошая кепка, между прочим. Всего с одной подпалённой дыркой. Тея выменяла её на десять похабных стихотворений у пьяного Билли. 

«Хех, пускай развлекает девиц в кабаках. Зато у меня образ цельный.»

Как бы девочка не просила, Лиза отказывалась её коротко стричь. Поэтому юной Элвиш пришлось прибегать к своей изобретательности. 

«Если не найду сегодня стоящей сплетни, придётся возвращаться. Быть может, ещё успею к той старой кляче Бомфри. Она обещала два медяка, если избавлю её задний двор от сорняков.»

[Желаете приступить к ежедневным заданиям?]

Сиреневая табличка ярко засияла перед глазами Теи. Но та не обращала на неё никакого внимания.

Её уже завлекли ругающиеся мужчины недалеко от пришвартованной осклизлой лодочки. Грузный дядька размахивал свернутой газетой, словно занося меч над головой щуплого рыбака.

— Ты обещал, Томас! Две сети за десять сенцов, набор приманки за шесть сенцов и амулет! За два медяка! Итого шесть медных монет. И где же они, Томас? Я ведь давал тебе отсрочку. Я что? Не заслуживаю уважения? Ты презираешь меня, Томас, за мою доброту?! — под криками толстяка рыбак словно не знал куда себя деть. Открывая рот, он не успевал вставить ни слова. — Ты обещал, что всё вернёшь! Разве ты ничего не поймал?! Тогда где же мои деньги, Томас?!

Томас попятился назад, испугавшись просвистевшей рядом с его лицом газеты.

— Сэр, я обещаю, я всё верну. Но одна из ваших сетей прохудилась, должно быть, она была очень старой. А амулет… он совсем не помогает. Косяки рыб, словно чуя, стали обходить мои ловушки стороной. Я… я… все верну, если бы Вы только дали мне ещё немного времени…

Шлёп! — тяжёлая ладонь прилетела в оторопелого Томаса. И тот не удержавшись, рухнул на швартовный пенёк. Он схватился за горящую щёку и испуганно смотрел на великана перед собой. 

Что ж, жирдяй действительно был почти на две головы выше Томаса. 

— Прохудилась сеть?! Теперь ты делаешь виноватым МЕНЯ?! Того, кто пожалел тебя!? Неблагодарная скотина! Ты просто ничтожество! Чтобы завтра же утром восемь медных монет лежали у меня на столе, Томас! И не вздумай сбежать! А если не заплатишь… — грубиян бросил значительный взгляд на дряхлую лодочку позади побледневшего Томаса. 

Развернувшись, он сунул газету в карман брюк и грязно сплюнул под ноги. Зеваки, что как и Тея наблюдали за ссорой, расступились, давая ему дорогу. А толстяк, известный как мистер Сайкс, смерил всех брезгливым взглядом. Он удалялся под перешептывания толпы. 

Томас приподнялся и уселся на пенёк, за который держался. Его голова буквально рухнула в его мозолистые руки. 

«Чёрт, на этом бедолаге теперь лица нет. Никто даже не подошёл вступиться за него, морские крысы.»

Тея смотрела на глумящихся поодаль матросов с нескрываемым презрением. 

Конечно, она не была такой предвзятой раньше, но шесть лет жизни в грязном портовом городе сделали свое дело. А выпытав у Лизы правду о том, что отец бросил ту, едва узнав о беременности, и сбежал на судне юнгой, Тея не раз натыкалась на собственное возникающее отвращение к морякам.

«Смеяться над другими — это слабость. Мне не нравятся слабые люди, вот и всё.»

Она аккуратно спрыгнула с ведерка, на котором сидела, и тщательно отряхнулась. Коричневые штанишки были сшиты вручную её мамой, как и вся одежда на Тее, поэтому девочка старалась её беречь.

«Ну что ж, есть у меня идейки, как ему помочь. Хотя что я с этого поимею то? Едва ли ему есть, чем со мной расплатиться…»

[Ваши ежедневные задания:

Утренняя молитва 1/1

Помощь страждущим 1/3

Вечерняя молитва 0/1

Награда: 1 очко веры]

Сиреневая табличка вновь возникла прямо перед носом Теи и явно не собиралась исчезать.

«Знаешь, для молчаливого набора пикселей ты бываешь очень надоедлива.»

Тея отмахнулась от системы и поспешила вниз к швартовой линии.

Несмотря на то, что эту магическую приставучку она находила бесполезной и вредной до жути, задания она выполняла не пропуская. 

Прежняя Лине знала: дисциплина окупается стократно. А потому выполняла все эти неудобные требования каждый день. 

Вообще, система была странной. Наделенная чопорным характером праведника, она похоже не имела за собой никакой настоящей личности. Всё, что Тея могла от неё узнать, это список заданий и накопленные за них очки веры.

Сейчас счётчик показывал: 2375/5000.

Почему лимит стоит в пять тысяч очков, система так же не объясняла. Она в принципе любила давать Тее пищу для размышлений.

Как например, почему в статусе пользователя при нажатии появляется имя 'Доротея Элвиш' и графа 'Святая'.

Определённо точно Тея не хотела становиться Святой. И заявила об этом почти сразу. И потом снова. И снова. Но кажется система, доставшаяся ей, была заточена только под воспитание Святых. Без каких-либо альтернатив. 

Ну, если ты заперт в комнате с кучей мышеловок, глупо отказываться от сыра. 

Потому Тея смиренно молилась сначала богам, которых знала, потом системе, а потом и вовсе просто отправляла запросы безымянному создателю этой системы. 

Со временем это даже превратилось в рутину. 

«Меня не проведёшь. Всегда есть ачивки! Наверняка собрав пять тысяч очков, я что-то получу. Осталось лишь узнать что.»

Живи смиренно и довольствуйся малым — такие девизы были не про неё. 

И если система — это пока единственное преимущество Теи в этом мире, то она решила использовать её по полной. 

Томас робко вытирал слёзы с лица. Он был в отчаянии. Рыбы нет, так где же ему взять таких денег? После затяжной болезни этой зимой с наступлением сезона ему совсем не с чем было выйти в море, и он влез в долги. Но клёв не пошёл, так ещё и сети, что ему всучили, оказались ни на что не годными. Как же быть?

Никто больше не займет ему денег. Обернувшись, он с тяжёлым сердцем смотрел на старенькую лодку отца.

— Здравствуйте, сэр!

Томас не услышал, как к нему подошли, и на незнакомый голос отреагировал испуганно.

— З-з-здравствуйте… — от волнения он иногда начинал заикаться. Вот и сейчас смотря на рыжего мальчишку перед собой, его язык не поспевал за мыслями. — Т-т-тебе ч-чего?

Лгать действительно нехорошо. Но честно большие деньги никто ребёнку не заплатит, особенно в мире, подобном этому. И потому, истинно лишь выживания ради, Тея иногда лукавила.

— Я посыльный от мистера Ротта. Он просил передать Вам, что у него на сегодня есть для Вас работенка. Он готов дать предоплату, если Вы согласитесь, а я скажу Вам куда идти.

Тея чувствовала, Томас не откажется. Как и её мама, он не боялся работы, мужчине просто не везло.

— Я-я? Мальчик, ты, наверно, перепутал. Я не знаю мистера Ротта… — он действительно задумался, почесывая свою грубую щетину.

— Верно, сэр. Но мистер Ротт знает Вас. Дело в том, что он тоже работал с мистером Сайксом. К сожалению, скажем так, они разошлись не добрыми приятелями. Но от него он услышал о Вас. И решил протянуть руку помощи, ведь мистер Ротт очень великодушный человек. — Тея тепло улыбнулась. Загадочным образом она всегда очень тонко чувствовала людей. И сейчас протягивая руку Томасу, она была уверена, что помогает хорошему человеку.

— Должно быть, он в с-самом деле, очень добрый человек. Н-но я правда не знаю, чем могу ему пригодится. У м-меня только лодка… — мужчина грустно посмотрел на своего деревянного друга.

— Деталей я не знаю, сэр. Мне велено лишь передать предложение мистера Ротта и вот это, если Вы согласитесь, — Тее не впервой приходилось отыгрывать неведение, роль посыльного была её коронной. И вытащив медяк из кармана, она стала со скучающим видом ковырять песок носком ботинка.

Томас, увидев монету на ладони мальчика, засуетился. Это был не сенц, а целый медяк. Сколько же заплатят в конце работы? Если он сможет расплатиться с долгом, то можно будет не волноваться о лодке. А ведь она его главная кормилица.

Мужчина робко принял свалившуюся на него благосклонность.

— А что за работа?

— Этого я не знаю, сэр. Но приходите к пяти часам к лавке Остена, постучите три раза в заднюю дверь. Вот и всё, до свидания.

Тея развернулась и с видом настоящего ребёнка, наслаждающегося весенним бездельем, стала пинать пустую бутылку по прибрежной улице.

Любой бы завидев её, решил бы, что мальчик просто гуляет.

Но только Тея знала. 

Сегодня мистер Ротт провернет очередное прибыльное дельце.

Примечание:

*сенц — самая мелкая монета в королевстве. Один медяк равняется восьми сенцам.