Падение Грэйдона

Войско Форца уже почти достигло предместий Грэйдона. Оставалась последняя прямая, когда поступил неожиданный приказ от генерала Лэйва: остановиться. По его указанию армия сделала привал на голой, просторной равнине, протянувшейся до самого горизонта. Все ждали приезда самого генерала: он должен был разъяснить дальнейший порядок действий для спаянных в единое целое армий.

Колонна Зарца остановилась следом за многотысячной толпой. Воздух дрожал от напряжения, но, пока позволяли время и обстоятельства, можно было расслабиться хоть на мгновение.

Арс первым нарушил тишину:

— Ну что, стоим? Давайте доедим все наши запасы — чтобы вступить в бой налегке!

Он распахнул двери своего корпуса. Девушки быстрыми, уверенными движениями вытащили последние мешки с провизией.

Линсад задумчиво прищурился, глядя на дымящийся вдалеке город:

— Почему нельзя сразу атаковать? Разве мы не даём противнику возможность понять, что мы уже у ворот и начать строить оборону?

— Эта битва будет особенной, — хмуро отозвался Зарц. — В городе нет ни наших сайдзов, ни биксальтов. Мы идём туда почти вслепую.

— Говорят, что даже гражданских там не осталось, — добавил Намир.

— Я всё равно не уверен, что все покинули город, — скептически вмешался Дизейн. — Всегда находятся те, кто не может оставить свой дом.

— Какая разница, — резко бросила Версис, — война есть война, и как её вести — уж точно не нам решать. Главное — остаться живыми.

— Давайте просто спокойно поедим, — устало попросила Джес. — Хватит про войну.

Почти донеся последний кусок хэлтрикта до рта, команда увидела приближающихся Октопримуса с неизвестным биксальтом. Намир было хотел встать, но Октопримус жестом остановил всех:

— Сидите, кушайте. Мне нужен только Зарц.

Зарц поднялся и шагнул следом, бросив на команду лёгкую улыбку.

Октопримус остановился у края поляны, обернулся и представил спутника:

— Зарц, хочу тебя познакомить — это Йорклинг. Йорклинг, это Зарц.

Они обменялись уважительными кивками.

— Совещание командиров ещё не завершено, но уже ясно: сайдзам придётся играть ключевую роль. Я буду командовать объединёнными силами, но без поддержки не управлюсь. Поэтому ты, Зарц, и Йорклинг станете моими помощниками. Йорклинг поведёт правый фланг, ты — левый, а за центром отвечаю я.

Октопримус резче очертил рукой пространство:

— Главная задача — подойти к лесу и с тех позиций начать атаку. Город будет окружён со всех сторон, чтобы не допустить выхода ни одного тэрэса.

Он посмотрел Зарцу прямо в глаза, голос стал мягче:

— Ты готов принять на себя эту ответственность? Готов вести биксальтов в этот бой?

Зарц почувствовал, как каждый нерв в теле напрягся, сомнение брало верх в его железном сердце, но, всё же собравшись, он ответил:

— Готов.

Октопримус заговорил тихо, но уверенно, взглядом выделяя Зарца среди прочих:

— Это хорошо, что ты готов. Мне пришлось за тебя похлопотать. Формально ты всё ещё служишь в армии, но в реальности командуешь сайдзами и этой небольшой группой. Знаешь, тебя хотели бросить в наступающие части армии, которые должны идти первыми. Но я вытащил тебя оттуда. Теперь ты без звания — просто командир группы сайдзов. Поверь, это лучше, чем шагнуть в смерть на первом рубеже.

Зарц молчал, недоумевая, но не стал спорить — решения давались тяжело, а выбор казался не таким уж плохим.

Октопримус продолжил, вкратце очерчивая грядущий бой:

— А теперь к делу. Кавайз уже в городе и полностью занялся обороной.

Кавайз стоял среди своих соратников, и выходило так, что Октопримус и Кавайз говорили о своих планах практически одновременно.
Кавайз посмотрел на одного из своих солдат и молвил:

— Я изучил привычную тактику генерала Лэйва. Он начнёт операцию первым — с воздуха, атакуя город. Поэтому я приказал развёртывание точных зенитных систем и средств ПВО прямо в зданиях, блокирующих путь к центру. Командовать этим участком будет Феркус.

Октопримус посмотрел на Зарца:

— Дальше — лобовая атака. Майор Ортер, вместе со своей армией, рванёт для отвлечения внимания противника.

Кавайз подкинул в воздух небольшой круглый снаряд от пушки:

— Все снайперы — на вершины зданий по периметру города. К ним приставлены пулемётчики. Устроим настоящий ад с высоты.

Октопримус положил руку на плечо Йорклинга:

— С двух флангов город будут атаковать майор Ренгер и Форц. Как только основные силы начнут атаку, в резерве останутся те, кто ещё не вступил в бой...

Кавайз с лёгкой усмешкой ткнул пальцем в прозрачный монитор, на котором отображалась схема города:

— Армии распределяются по всему периметру. При встречном наступлении противника уходим в город. Внутри их встретят соединения пулемётчиков, тяжёлая артиллерия и мои элитные подразделения. Отступающие быстро собираются в центре, чтобы в нужный момент вернуть бой на прежний рубеж.

В задумавшейся толпе вопрос задал Котин:

— Но разве мы не потеряем так больше солдат?

Кавайз, чуть хмыкнув, ответил, перехватив взгляды всех:

— Белые мундиры не привыкли к хаосу, а когда он организован — это их конец. Просто доверьтесь мне.

Октопримус перевёл взгляд на воинов, стоявших за спинами его командиров:

— Наша задача — проникнуть в город и действовать изнутри. При подходе к городу Йорклинг поведёт своих на правый фланг, ты, Зарц, пойдёшь налево.

Кавайз, увеличивая на экране карту города, добавил:

— По всему городу Чейзи и её смертницы будут уничтожать любого, кто прорвётся внутрь. Мы сомнём эти хвалёные армии и окончательно переломим их звенящие позвонки.

— Да! — воскликнули его командиры.

Октопримус обернулся лицом к городу:

— Пора затушить пожар революции!

Армия Октопримуса прошла сквозь лес Кэдвин и остановилась в тени крон деревьев. Зарцу и Йорклингу было отведено место рядом с командиром — справа и слева, как два крыла отряда. Октопримус подал сигнал:

— Включите свои юзенты — сейчас начнётся речь генерала Лэйва. Через неё пойдёт вся координация операции.

Кавайз среди своих командиров быстро распределил задачи:

— Лигман и Терейтай, вы командуете у главной дороги к городу.

Терейтай обеспокоенно спросил:

— Но ведь туда придётся основной удар врага!

Кавайз подошёл вплотную, взглянув на него холодно и безжалостно:

— Ты должен быть благодарен, что я не казнил тебя, как Риктоса.

Переведя взгляд на Лигмана, он продолжил:

— Лигман, твои бойцы совершат манёвр отступления. И запомните: если хоть кто-то из вас, мои командиры, дрогнет, я лично застрелю каждого, независимо от ваших званий и регалий.

В каждом юзенте раскатисто звучал голос генерала Лэйва, заставляя сердца замирать:

— ...И в завершение я бы хотел сказать следующее. Не щадя своей жизни, я с вами до конца. Я сражаюсь за наш дом, который мы можем потерять, и лучше я погибну, чем позволю его уничтожить нашим врагам, что стремятся только к разрушению.

С этими словами в небо рванули боевые корабли, устремившись к Грэйдону. На крышах зданий затаились снайперы, готовые встретить удар. Мгновенно повисла густая тишина, в воздухе гудели двигатели кораблей. Сам генерал Лэйв шёл в первых рядах.

Кавайз коротко приказал:

— Командиры ПВО, стреляйте точно под нос кораблей — именно там сердце, если кто забыл! Это уничтожит и судно, и десант. Пусть они спускаются мертвецами.

Наземные войска с замиранием наблюдали за началом боя. Прозвучал первый выстрел — воздух прорезал огненный след, и один из кораблей "белых мундиров" охватило пламя. Он пошёл на снижение и взорвался. По команде Лэйва корабли открыли огонь, но один за другим начали падать, не успев нанести тэрэсам существенного урона. Генералу Лэйву и двум другим судам удалось прорваться сквозь первые защитные линии, но в считанные секунды их корабли были уничтожены.

Лэйв был вынужден принимать решение — десантироваться с пилотом Аркосом прямо в городе.

В штабе на командной высоте Форц грозно выкрикнул:

— Чего ждём?! Ортер, начинай атаку!

Майор Ортер повёл войска, поручив резерв Ёрладу.

— Всем приготовиться! — раздался голос Терейтая в юзенте.

Солдаты Ортера бросились в атаку на тэрэсов, но, не успев пройти и трёх сотен метров, по ним открыли плотный пулемётный огонь.

Ортер мгновенно среагировал:

— Снайперы, убрать пулемётчиков! Минёры, завалить колоны!

В это время Кавайз, сидя в центре города на массивном кресле, наслаждался напитком и наблюдал за ходом битвы.

— Как обстоят дела? — обратился он к Котину.

— Лобовая атака остановилась. Пулемёты не дают к нам подойти. Терейтай приказал открыть массированный огонь. Воздушные корабли пролетают ко второму и третьему уровню защиты, но не проходят дальше. На нас надвигались армии противника с окраин, но их остановили пулемётные расчёты. Ренгер так и не подступил к городу, а Форц вступил в перестрелку с нашими бойцами.

— Что у нас с тыла? Есть ли угрозы? — спросил Кавайз.

— В тылу всё тихо. Ортер завяз, продвижения нет. Форц, видимо, понял, что мы выставили массу солдат на пулемёты, ведёт бой разбросанным строем: передние линии ведут огонь по противнику, остальные подавляют пулемёты. Угроза со стороны Ренгера минимальна.

— В тыл отправьте взвод под командованием Фострэйза, — приказал Кавайз.

— Может, усилить тыл смертницами? — предложил Котин.

— Согласен, но не всю группу. Оставьте половину для зачистки города. Если так пойдёт дальше, модифицируем план: солдаты будут отступать сразу на второй уровень обороны, если враг прорвётся. Остался один вопрос — где Лэйв?

— Думаю, погиб, — выдохнул Котин.

— Нет, — решительно ответил Кавайз, — его не стоит недооценивать. Лэйва так просто не убить.

Генерал Лэйв с пилотом Аркосом пробирались по улицам Грэйдона, где им то и дело встречались девушки-биксальты — смертницы. Лэйв и Аркос отбивались, проявляя чудеса выдержки. В одном из столкновений предводительница Чейзи поняла, что перед ней — сам генерал. Она оперативно связалась с Котином:

— Котин, сбрасываю координаты! Я нашла генерала Лэйва.

— Задержи его, мы уже в пути, — коротко отозвался Котин.

Кавайз услышал разговор:

— В чём дело?

— Найден генерал Лэйв. Убить? — уточнил Котин.

— Идём туда вместе, — произнёс Кавайз. — Я лично лишу его жизни.

Октопримус и сайдзы ждали момента для своего наступления. Как только наступил нужный час, Октопримус обратился к войскам:

— Бойцы, возможно, многие не вернутся. Битва сложнейшая, но мы победим. За тот мир, что никогда не вернуть без борьбы — вперёд!

Сайдзы бросились в атаку против армии тэрэсов.

В это время Фострэйз, командир тылов и выдающийся снайпер, уже наводил прицел на Октопримуса.

— После моего выстрела — всем открыть огонь! — прозвучал его приказ.

Октопримус готовился отдать команду:

— Сайдзы, приготовиться...

Раздался выстрел. Пуля насквозь пробила голову Октопримуса, и он пал, возглавляя атаку.

Зарц мгновенно среагировал:

— Огонь! Огонь! Огонь!

Разверзлась битва: сайдзы и тэрэсы ринулись навстречу друг другу, захватывая городскую улицу.

Генерал Лэйв и Аркос, отстреливаясь от смертниц, оказались в самом пекле.

— Лэйв, назад! — крикнул Аркос, притянув его за плечо.

— Ни одна тварь меня не победила! — бросил Лэйв, но в тот же миг, когда взглянул на друга, Аркоса пронзило лезвие насквозь.

Лэйв попятился, бледнея.

— Нет... нет... нет... — шептал он.

Лезвие вырвалось из тела, Аркос медленно опустился на колени. За спиной Лэйва раздался неожиданный голос...

— Лэйв, ну вот, я убил твоего друга! Не переживай, здесь вы все найдёте свою смерть.

Кавайз, довольный своей победой, встал над телом Аркоса и, глядя в глаза Лэйву, хрипло рассмеялся.

Лэйв тяжело дышал, глаза его наполнились болью и яростью.

— Зачем? Зачем ты это делаешь?

Кавайз шагнул ближе, его голос зазвенел от гнева:

— Я ненавижу таких, как вы, богачей, нещадно использующих ресурсы Сайквайза. Ваши роскошные дома построены на костях и страданиях тех, кого вы тихо, про себя, называли рабами! Довольно! Больше никто не будет кормить ваше тщеславие!

Генерал Лэйв попытался сдержать дрожь в голосе:

— Но что ты предложил взамен? Что ты дал, кроме войны? Ты ведёшь своих людей на бойню, и только ради того, чтобы самим захватить трон. Ты хочешь утопить Сайквайз в крови, чтобы воцарить своих приближённых и сделать остальных новыми рабами.

Кавайз пристально посмотрел ему в лицо, голос стал почти пророческим:

— Я принесу в этот мир новый порядок. Здесь каждый сможет получить по заслугам, у каждого будет право на мнение. Здесь больше не будет жадных правителей, не будет хозяев и собственников чужой жизни. Все, кто жил ради себя, исчезнут!

Лэйв резко отверг его слова:

— Ты лишь обманываешь и себя, и тех, кто тебе верит. Ты хорошо знаешь биксальтов, знаешь, чего им нужно, но ты не дашь этого! Ты такой же… жалкий…

Пистолет Кавайза молниеносно вскинулся. Один выстрел — и генерал Лэйв рухнул на холодный камень улицы. Кавайз, криво усмехаясь, произнёс:

— Достаточно. Всякий раз меня пытаются оскорбить и унизить. Вот и теперь вновь я вижу подтверждение своим словам — они не верят в будущее!

В этот миг Котин получил срочные сведения через юзент и доложил Кавайзу:

— Командир! Ортер прорвал пулемётную оборону — завязался рукопашный бой. Форц разбил нашу группу, он уже на втором ярусе и уничтожил пушки, но там ещё держится оборона. Ренгер так и не смог прорваться, но с нашими солдатами сражается ожесточённо. С тыла на нас напали сайдзы — убили их командира, но они всё же ринулись в бой и перешли в рукопашную.

Кавайз кивнул, взгляд его стал хищным:

— Деморализуйте армию Форца, показав им голову Лэйва. Фострэйза перенаправьте на второй уровень.

— Вы хотите лишить группу командира? — удивился Котин.

— Это не армия, а толпа работяг. Если они не смогут отбиться — такие солдаты мне ни к чему.

— Но второй ярус почти не защищён!

— Зато там мощные пушки. Не бойся, выстоим. Против Ренгера используйте артиллерию — уверен, разбегутся. Против Ортера вводите спецбойца! Этот город мой! Котин, собери смертниц и тэрэсов с третьего уровня, поставьте оборону на втором ярусе. Фострэйзу дам отдельные распоряжения. После артобстрела пустите ульфангов — пусть добьют уцелевших врагов.

Котин передал приказ по юзенту:

— Ёрлад, Кавайз приказал «захлопнуть» Ортера.

Ёрлад обернулся к своим бойцам:

— Здесь остались только те, кто беспрекословно подчиняется мне?

— Так точно!

— Прекрасно. Тогда выполняем приказ.

Громовый голос Форца разнёсся над полем битвы:

— Не медлить, крушить их!

Армия Форца громила врага, и тэрэсы были вынуждены отступать. На командных частотах прорвался голос Итерии:

— Котин, мы отступаем!

— Принято, — коротко ответил тот.

— Я не могу больше удерживать первый ярус!

— Уводи оставшихся на следующие позиции.

— Отступаем! Все на следующий ярус!

Форц, наблюдая за отходом противника, приказал:

— Не преследовать, перегруппироваться! Это не случайно, что они сдали нам рубеж. Если я погибну — командование переходит к капитану Бинелю.

В другом конце города Ренгер ввязался в рукопашную схватку с тэрэсами, но из-за потерь его отряд утратил преимущество — силы врага явно превосходили.

Зарц шагнул вперёд, его голос прозвучал ясно, вселяя уверенность в сердца бойцов:

— Сайдзы! Мы заставили врага бежать, но не спешим в погоню — на втором ярусе битва будет куда сложнее. Йорклинг, ты поведёшь своих справа. Линсад — возьмёшь левый фланг. Я же возьму небольшую группу и ударю в лоб, чтобы отвлечь тэрэсов на себя. Как только их внимание будет приковано ко мне — бейте по флангам. Вперёд, в бой за Грэйдон!

Ёрлад провёл свой отряд через первый ярус, где остались только мёртвые тела, будто молчаливо напоминая о цене наступления. На втором ярусе Ортер сражался отчаянно — последняя черта защиты тэрэсов едва держалась, пушки уже едва ли сдерживали напор храбрецов в белых мундирах.

Ёрлад вывел бойцов к позиции Ортера. Ортер вздохнул с облегчением:

— Наконец... Ёрлад, ты как раз вовремя, силы на исходе, я уже собирался вызывать тебя.

Но ответ Ёрлада был холоден, как ночь:

— Солдаты, приготовиться... Целься... Огонь!

Раздалась беспощадная очередь в спины своих же. Предательство развеяло все надежды Ортера: он пал в первых рядах от выстрела неизвестного бойца, не успев понять, что произошло.

— Что... что вы делаете?! — звучало эхом, растворяясь в гуле битвы.

В то же время Котин направил часть ульфангов на позицию Ренгера. Ренгер и его биксальты были окружены и уничтожены безжалостным ударом. С потерей командира армия Ренгера сдалась, не сумев выбить врага даже с первого яруса.

Отряды Форца выдвигались к третьему ярусу медленно, осознанно, не спеша бросаться в капкан. Перед ними — ульфанги, за ними в боевой готовности стояли тэрэсы.

Форц осмотрел поле боя, взвесил шансы и приказал:

— Пулемётчики — вперёд, прикрытие! Остальные — за мной.

К ним, уверенно шагая навстречу, вышел Котин.

— Форц, сложи оружие! Твои союзники пали, только глупец пойдёт вперёд. Ренгер и Ортер мертвы — вы не устоите одни.

Форц вскинул голову, в глазах сверкнула стальная решимость:

— Я никогда не прогибался и не встану на колени перед тобой!

— Жаль, я хотел как лучше, — холодно отозвался Котин.

Он швырнул окровавленную голову Лэйва на землю между армиями. Форц оцепенел. Каким бы стойким он ни был, он не мог поверить, что генерал — тот, кто всегда выживал, — пал. На мгновение мир для Форца перестал существовать. Ярость затмила здравый смысл: он, не раздумывая, рванул вперёд, открывая ураганный огонь.

— В бой! В атаку! — раздался выкрик Бинель, новый командный голос армии.

Солдаты бросились в сражение, яростью заливая ряды врага.

Зарц вёл сайдзов осторожно, размеренно; Линсад и Йорклинг медленно прикрывали фланги, не спеша срывать замысли врага. Бинель помогала направлять бешенство Форца в нужное русло, но тот уже не контролировал свои войска — только безумие двигало его вперёд.

Тэрэсы пытались противостоять натиску, но были уже измотаны, держались лишь благодаря присутствию Котина. Ульфанги разлетались по сторонам, сметённые яростью и безрассудством атакующих.

Котин отчаянно вызвал Кавайза по юзенту:

— Нам нужна подмога! Доказательство смерти Лэйва только озлобило Форца — они крушат нас!

Кавайз коротко ответил:

— Я направил тебе войска, освободившиеся после боя с Ренгером.

Зарц остановил движение — перед ним возникла новая, неожиданная преграда: враг встал стеной, готовый держаться до последнего. Обе стороны замерли, ожидая знака к атаке.

Вдруг из рядов сайдзов тихо вышла Версис. Она смотрела вперёд с напряжением и болью. Среди тэрэсов в её взгляде сразу узнавалась знакомая фигура.

— Чейзи? — голос у Версис дрожал, как сигнал надежды.

Чейзи ошеломлённо шагнула вперёд, не веря своим глазам:

— Версис?..

Время словно остановилось. На поле брани встретились две сестры — рождённые по одну сторону, но разделённые войной.

Неожиданно для всех, нарушив все расчёты Зарца, первым с позиций тэрэсов сорвался Йорклинг — его бойцы ринулись в атаку. Прогремел выстрел Фострэйза: Йорклинг был сражён и рухнул, но остановить разгорячённых сайдзов было уже невозможно. Они открыли огонь и, вопреки потерям, продолжили свой отчаянный рывок.

— Что стоим? В атаку! — рявкнул Зарц.

Он и его группа бросились в лобовую, прорезая строй врага. На поле битвы судьбы переплетались не только сталью и выстрелами, но и личными драмами: Чейзи и Версис, встретившись глазами, кинулись навстречу друг другу. За Версис, не раздумывая, последовали Мелисса и Есилина.

Линсад со своей группой выдвинулся для мощного удара с фланга — если бы удалось прорвать оборону там, тэрэсы могли дрогнуть. Но на пути встал Лигман, приведя с собой воинов, освобождённых после сражения с Ортером. К ним присоединились и тяжёлые ульфанги. В этот решающий миг Арс вместе с группой громил ринулся прямо навстречу ульфангам.

На Арса налетела одна из смертниц, но он легко перехватил её за ногу и швырнул в сторону:

— Лети на суд богов, — бросил он сквозь грохот боя.

Рядом с ним храбро сражалась Анита, не подпуская врагов к любимому. Один из ульфангов попытался раздавить её молотом, но Арс перехватил его руку, а Анита из двух автоматов усыпала врага свинцом. Туловище повалилось, накрыв собой какого-то тэрэса. Анита развернулась, отстреливая наступающих врагов, но вдруг — щелчок, патроны закончились.

На неё уже нёсся тэрэс. В этот момент, словно молния, по дороге пронеслась Дайна, трансформировалась, выстрелила — и спасла подругу. Она оказалась в самом центре боя, где яростно расстреливала и разрезала каждого, кто вставал на пути. К ней начали подтягиваться белые мундиры — участок постепенно наполняли союзники.

Этот рывок не остался незамеченным. Фострэйз выхватил винтовку, метко нацелился — и снайперская пуля врезалась Дайне в спину. Её тело обмякло, падая в окровавленную стальную траву, но отвага и отчаянная атака позволили отбить участок и вдохновить соратников.

Арс прорвался сквозь тэрэсов, закинул тело Дайны на плечо и ушёл в глубь армии белых мундиров. Анита шла рядом — она заметила очень молодого солдата, подошла к нему и размахивая руками остановила его.

Арс сказал:

— Эй, солдатик, тебе незачем здесь умирать. Возьми её и унеси подальше из битвы. Найди кого-нибудь — пусть помогут ей.

Он передал тело армейцу и добавил:

— Я надеюсь, что она выживет.

Судьба была безжалостна к Фострэйзу. Он повернулся, чтобы проследить успех Лигмана, и заметил, что Линсад почти прорвался: вот-вот образует коридор для объединения войск. Фострэйз приготовился устранить командира, но в этот миг в его укрытие ворвался Дизейн. Одним молниеносным движением он отсёк голову снайпера.

Победа склонялась к тэрэсам: армия Форца дрогнула, Бинель погибла, новый командир не смог переломить ход битвы. Последний приказ звучал лишь для того, чтобы спасти уцелевших — белые мундиры, побеждённые, обращались в бегство.

Кавайз смотрел на разгром издалека и только усмехнулся:

— Пусть бегут, пусть знают все — Кавайз рядом.

Позже он попытался выйти на связь через юзент:

— Терейтай, ты жив?

Голос Лигмана ответил сурово:

— Никак нет, командир. Терейтай погиб. Я принял командование и повёл армию против сайдзов.

— Прекрасно, — холодно бросил Кавайз. — Чейзи, ответь мне! Чейзи!

Но Чейзи была в гуще боя, сражаясь с собственной сестрой, поэтому не могла отозваться. Кавайз обернулся к своим помощникам:

— У кого-нибудь есть связь с её заместительницей?

— Да, командир.

— Перекинь мне её номер.

Спустя минуту в юзенте послышался женский голос:

— Да, кто говорит?

— Говорит Кавайз.

— Слушаю, командир.

— Где Чейзи? Где твой начальник?

— Она сейчас отражает натиск сайдзов.

— А ты где?

— По приказу зачищаю город от врагов.

— Собери всех своих бойцов, нанесите удар по остаткам сайдзов. Всем командирам передай: если враги сдаются — брать их в плен.

— Слушаюсь, мой командир.

Одна из смертниц вышла на связь со всеми, кто остался разбросан по улицам города. В её голосе не было ни страха, ни усталости — лишь железная решимость:

— Всем собраться у южной арки! Повторяю — вся группа ко мне!

Тем временем Линсад тщетно пытался прорвать оборону и соединить несколько разобщённых групп союзников. Лигман, ведомый опытом и яростью, теснил его бойцов всё ближе к стенам старых зданий, постепенно разделяя ряды и лишая их возможности для манёвра. Множились маленькие очаги, превращавшиеся в ловушки окружения.

В одном из таких колец оказались Есилина и Мелисса. В разгар рубки они сами не заметили, как оторвались от Версис, оказавшись в плену узких коридоров руин. А в это время, посреди умирающего города, Версис ожесточённо сражалась с Чейзи — своей кровной сестрой. Их поединок был похож скорее на ритуал: никто не вмешивался, оставив двум судьбам разобраться самим.

— Версис, сестрёнка, — голос Чейзи был тихим и ровным, — переходи на нашу сторону. Клянусь, завтра ты будешь среди моих — и жива!

Версис держала оборону, сжимая оружие в пальцах:

— Я не могу предать друзей.

— Друзей? Здесь идёт война на уничтожение! Ты не помнишь, сколько мы вынесли, когда были детьми — из-за тех, за кого теперь сражаешься ты! Но ты моя сестра, я хочу, чтобы ты жила — брось этих людей!

Версис опустила меч, её голос дрогнул:

— Я не могу их предать… Ты не понимаешь…

Чейзи сделала шаг навстречу и, будто защищая от самой себя, мягко коснулась сестры:

— Всё я понимаю, сестра.

Внезапно она резко шагнула назад и ударила Версис тяжёлой тростью, лежавшей у её ног. Неожиданность и сила удара выбили Версис из равновесия: она рухнула и потеряла сознание.

— Всё, я поняла, — устало произнесла Чейзи, — но ты останешься жива… хоть так.

Она махнула крепкому ульфангу:

— Достейз, подними мою сестру. Унеси её подальше от линии огня и запри где-нибудь — потом сообщишь мне координаты.

Достейз усмехнулся:

— С тебя тогда свидание, предводительница.

— Ладно, — появилась на мгновение усталая улыбка на лице Чейзи, — будет тебе свидание.

Намир и Джес с самого начала битвы держались рядом с Йорклингом, не давая ему погибнуть раньше времени. Но теперь сильно раненый и усталый Йорклинг вдруг замер среди хаоса: его взгляд метался по полю, где среди мёртвых и раненых почти не осталось его солдат.

Он был сломлен. Плечи опустились, глаза стекленели; в душе осталась лишь усталость.

Йорклинг задумался, затем опустил оружие, собираясь уйти в сторону. Намир не мог позволить этому случиться.

— Джес, прикрой нас, — бросил он через плечо. — Мне нужно с ним поговорить.

Потом встал перед уставшим командиром и преградил путь:

— Эй-эй! Ты чего удумал? Куда собрался?!

— Не останавливай меня, солдат, — Йорклинг даже не смотрел ему в глаза.

— Если уйдёшь сейчас, начнётся паника. А нам она ни к чему!

— Хочешь погибнуть, командуй здесь один, — бросил он, горько ухмыляясь.

Тогда Намир навёл автомат на Йорклинга, пытаясь остановить его решимостью:

— Уйдёшь — станешь врагом. Так и знай.

— Что, убьёшь меня при всех?

Намир решительно смотрел ему в глаза и не сводил оружие. В этот миг в спину Йорклингу врезалось лезвие меча и пробило его насквозь, зацепив жизнеобеспечивающую искру в груди. Йорклинг даже не вскрикнул — просто удивлённо обернулся.

Джес встретила его тяжёлым взглядом, затем, переведя взгляд на Намира, спокойным тоном сказала:

— Бери командование на себя.

Вытащив клинок, она громко крикнула:

— Командир пал! Командование берёт на себя прапорщик Намир!

Намир почувствовал, как на его плечи легло всё бремя оставшейся армии. Он выдохнул и выкрикнул:

— Всем продолжать наступление! Держать строй!

Кольцо окружения вокруг Мелиссы и Есилины продолжало сжиматься. Из руин к ним уже мчался Дизейн — он пробирался по стене, словно тень, отбиваясь и дробя врагов на части по пути. Навстречу ему надвигалась группа смертниц — подкрепление, прибывшее из центра города.

Во главе их шла предводительница смертниц. Их взгляды встретились — две силы, готовые сойтись лицом к лицу.

— Ты?! — произнёс Дизейн.

Зарц держался из последних сил. Атака под командованием Намира позволила сайдзам ещё немного пробиваться вперёд — с большими потерями, но не теряя боевого духа даже на грани гибели.

Дизейн, пробираясь через хаос битвы, встретил Сиестру. Она лишь на миг задержала на нём взгляд — и не была готова поднять руку на старого друга, но её спутницы без колебаний обрушились на Дизейна. Сиестра мгновенно поняла: если здесь Дизейн, значит, где-то рядом и Зарц, но связи с ним у неё уже не было. В голове крутились мысли, как избежать этого сражения — слишком много жизней знакомых погасло в общей мясорубке.

Вдалеке Мелисса и Есилина оставались в окружении, вместе — но абсолютно одни. Они ещё сопротивлялись, отбиваясь с поразительным отчаянием, хотя никто уже не мог прийти им на помощь. Дизейна прижали к земле, не давая ни вздоха, ни шанса. Волны тэрэсов и смертниц наваливались на него одна за другой.

Сиестра с трудом прорвалась сквозь своих. Когда Дизейн отвлёкся на очередного врага, она, стиснув в пальцах тяжёлую железную трубу, нанесла сокрушительный удар по голове. Дизейн рухнул без сознания.

— Оттащите его к пленным. И если хоть кто-то из вас посмеет убить его по дороге — лишится собственной жизни, — спокойно приказала Сиестра.

Котин громогласно отдал приказ:

— Ульфанги, окружить сайдзов!

Огромные биксалиты быстрым рывком сквозь боевое поле сомкнули смертельное кольцо вокруг последних бойцов в белых мундирах. Время обратилось в густую, вязкую тишину — осталось только ждать окончательной развязки.

Для Мелиссы и Есилины появилась слабая надежда: натиск тэрэсов временно ослаб — может быть, им удастся выстоять ещё немного. Мелисса метко отстреливала каждого, кто только появлялся на линии огня, не собираясь сдаваться.

Среди группы Сиестры особенно выделялась смертница-снайпер Кэстари. С крыши разрушенного дома она внимательно отслеживала поле боя, выискивая самых опасных врагов, которых не могли добить тэрэсы. На миг она задержала прицел на Мелиссе. Прозвучал выстрел — и тело Кэстари скатилось с вершины, рухнув к ногам Сиестры.

Смертницы бросили непонимающий взгляд на своего командира.

— Эта тварь — предатель!

Толпа начала возмущаться, но никто не решился на открытое сопротивление — они разошлись, оставив Сиестру одну. Она перевела взгляд на тех, кого спасла от неминуемой смерти. Кэстари могла лишить их жизни одним выстрелом, и Сиестра даже не понимала, зачем их спасла. А впрочем, скорее всего, она просто оттянула время их смерти. Девушки, окружённые тэрэсами, не собирались сдаваться, а это вело к их уничтожению рядовыми солдатами.

Но в толпе тэрэсов засверкали яркие молнии, раздался мощный взрыв, отбросив и разорвав на части нескольких биксалитов.

Сиестра удивлённо бросила взгляд в непонимании, что происходит. На месте взрыва стояли три биксалита. Один из них, крупного телосложения, держал двух других за плечи, прижимая к себе. Двое других: один тёмно-синего цвета, спортивного телосложения, другой — белого цвета, с длинными белыми волосами и в странных доспехах. Оба они были в бессознательном состоянии. Простоят они так недолго: обессиленные, рухнули в гущу событий.

Неожиданный взрыв разорвал капкан, в который угодили Мелисса и Есилина. Девочки подбежали к своим спасителям, перевернули их на спину и, оглянувшись по сторонам, поняли, что битва остановилась. Белые мундиры и сайдзы проиграли битву. Мелисса и Есилина даже не стали сопротивляться — превратив оружие в пустые руки, они подняли их вверх.

Сайдзы держались достойно, но их осталось слишком мало, чтобы изменить ход битвы. Зарц, вглядываясь в притихшее поле, понял: всё кончено. Белые мундиры выполнили свою службу; пришло время сдаться.

— Всем прекратить сражение… Мы сдаёмся! — устало и отчётливо произнёс Зарц.

Грэйдон пал. Мечи были брошены на землю, а утро нового мира наступало под тяжёлым грузом неизбежности.