Битва за Град

Майор Форц начал свою речь с благодарности жителям — за их мужество, поддержку и самоотверженность в эти трудные дни. Он также выразил благодарность своим солдатам за стойкость и верность присяге, за тот дух, который не даёт сломаться даже в самых тяжёлых сражениях.

— Как бы ни была сладка победа над врагом, — звучно произнёс Форц, — нам предстоит идти дальше и очищать наш мир от всех, кто не желает жить в мире и согласии с нашими законами!

Толпа взорвалась ликованием: аплодисменты и восторженные возгласы прокатились по площади, рождая искреннюю веру в победу и грядущий рассвет.

— Командирам подготовить личный состав к отправке в Град! — скомандовал Форц. — Грядущий бой там потребует всех наших сил!

С тяжёлым чувством долга Форц покинул трибуну, спустившись к солдатам.

— Значит, следующий город — Град, — задумчиво проговорил Намир, глядя куда-то вдаль.

— Ну что ж, испытаем удачу теперь там, — отозвался Зарц.

К ним подошёл Октапримус и, бросив короткий взгляд на Зарца, сказал:

— Зарц, с этого момента ты подчиняешься капитану Нонсорту.

Зарц ответил кратко, по-военному:

— Слушаюсь.

Намир хотел было возразить:

— Но ведь место Янзика...

Его слова прервал приближающийся капитан: невысокий, спортивный, с явным шрамом над правым глазом, без единого волоса на голове, — он носил тот же белый мундир, что и остальные, но одним лишь взглядом выделялся даже среди старых бойцов.

— Командир Зарц, — остановившись напротив, произнёс биксальт. — Мы ещё не знакомы. Я — капитан Нонсорт. С этого момента вы переходите под моё командование. Честно говоря, ваша команда сайдзов меня меньше волнует: главное — чтобы приказы выполнялись точно и без промедления. Этого от вас я и требую.

Зарц выпрямился:

— Каково ваше первое распоряжение, капитан?

— Сейчас ничего сложного, — отозвался Нонсорт. — Все принимаем альтформу автомобиля для похода и становимся в колонну за мной. Курс — на Град. Вперёд!

— Слушаюсь, — отчеканил Зарц, занимая своё место.

Повернувшись к своим друзьям, Зарц задержал на них взгляд и чуть улыбнулся. Его тело плавно трансформировалось в стремительный автомобиль, за ним без промедления последовали все бойцы его отряда, каждый — в уникальной альтформе. По сигналу Нонсорта колонна тронулась вперёд. В тот день Аркистрэль щедро заливал улицы светом — всё дышало миром и радостью.

Мирные биксальты встречали армию с воодушевлением: звучал смех, раздавались напутственные слова, над дорогой мелькали ленточки флагов. Казалось, сам воздух наполнен надеждой, что ничто не способно остановить этих храбрых воинов и что победа обязательно будет за ними. Белые мундиры величаво покидали город, растворяясь вдали среди разноцветья домов и юного серебряного луга.

Время шло, дорога менялась. Густую траву вдоль пути постепенно сменяли камни, склоны и заросшие руины. Среди этих древних сооружений чувствовалось дыхание иной эпохи — кто-то из бойцов тихо отметил, что скоро будет плазменная река. Все тревожились, не разрушен ли мост, пересечь который было жизненно важно для всей колонны.

Но мост оказался цел — ни подрывных ловушек, ни следов диверсий. Лишь подозрительная тишина, да отголосок предрассветного ветра встречали бойцов. Ветераны, тем не менее, не теряли бдительности: они ожидали подвоха, скрытую засаду или внезапную атаку, как это бывало прежде. Но путь остался чист, и только серебряные поля вскоре уступили место суровому военному пейзажу: глубоким рвам, каменным насыпям и почерневшим воронкам от снарядов.

Каждый камень, каждая выбоина напоминали, что здесь когда-то бушевала битва, унеся с собой не одну жизнь. Намир особенно остро ощущал этот переход: цветущий мир позади — и безрадостная, серая полоса впереди. Ветераны ощущали это молча, а молодые — с беспокойством и внутренним напряжением. Все знали: этот путь ведёт к новой, ещё более тяжёлой битве, и времени на подготовку нет.

Погода сменилась столь же резко, как и настроение: внезапный сильный ветер налетел со стороны Града, принося с собой едва различимый, но безошибочный запах пороха. Опытные солдаты сразу узнали эти приметы. Это был ни с чем не спутать — запах решающей схватки.

Форц понимал: дорога уже забирает силы, а впереди — неизвестность. Проиграют они эту битву — никому не будет пощады. Победят — хотя бы кто-то выживет. Не колеблясь, Форц отдал приказ остановиться. Колонна замедлилась и, вскоре приняв боевые альтформы, разбилась на небольшие группы — каждый стремился собраться рядом с проверенными товарищами, обменяться мыслями и переживаниями.

Среди бойцов быстро пошёл глухой шёпот: кто-то уверял, что в воздухе становится всё больше запаха пороха, а некоторые уже слышали глухие раскаты артиллерийского огня вдали. Зарц и его друзья тоже собрались своей небольшой группой.

Каждый был погружён в свои мысли. Тяжёлую тишину пронзил голос Намира:

— Кто-нибудь заметил, что сегодня все ведут себя иначе, чем перед прошлым боем?

Зарц еле заметно кивнул; его голос прозвучал глухо:

— Это трудно объяснить... Но, кажется, каждый тут понимает: впереди не обычное сражение. Старики — такие, как Мерост, Танавий или громила Церс, — прекрасно знают, что защита и нападение — вещи совсем разные.

— Но ведь битва есть битва, — не сдавался Намир. — Что бы ни случилось, мы снова сталкиваемся друг с другом. И снова будут гибнуть биксальты от рук биксальтов...

Линсад покачал головой:

— Всё не так просто, — задумчиво сказал он. — Когда стоишь на стене и защищаешься, это одно. Ты знаешь, что есть шанс остановить хоть кого-нибудь, не вступая в рукопашное сражение. Да и у тебя есть множество мест, которые временно тебя защищают от атаки. А вот когда сам идёшь в наступление... тогда не знаешь, доживёшь ли до следующей минуты.

Дайна тихо прошептала:

— Да покарает наш бог наших врагов...

Дизейн рассмеялся:

— Ха-ха! А кто вообще сейчас наш враг?

Арс произнёс:

— Да какая разница? Здесь почти нет врагов. Каждый просто идёт на смерть по чьей-то команде. Мы все одного вида... А нас, предателей, вообще никто ни к кому не относит. И для одних — и для других мы чужие.

Намир внимательно посмотрел на Арса:

— Почему ты так думаешь?

— Потому что сегодня мы идём убивать тех, с кем завтра будем убивать других. Всё меняется местами, и преданности тут давно никакой нет. И навряд ли мы такие одни, — произнёс Арс, внимательно всматриваясь в лица солдат.

Джес заговорил медленно и сдержанно:

— Просто у нас разные представления о будущем нашей цивилизации.

Намир усмехнулся:

— А если всё это не изменится? Если нам всю жизнь придётся идти рядом с армейцем, бороться снова и снова... А тэрэсы? Они выбрали свой путь давно. Сегодня мы против них, а завтра — за. На это даже слов нет.

Зарц вдруг повысил голос, твёрдо:

— Кому не нравится — никого не держу. Каждый здесь волен выбирать свою дорогу. И вообще, не стоит обсуждать это сейчас и здесь.

Арс виновато потупился, уткнув взгляд в землю.

Зарц добавил, уже спокойнее:

— А желаете знать будущее — спрашивайте у того, кто из него пришёл. Вот Линсад сидит здесь с нами и помалкивает.

Зарц слегка смутился, не находя что сказать.

Генерал Лэйв усмехнулся:

— Ха-ха! Не обязательно отвечать, меня интересует другое. Это твои сайдзы держали оборону на стене в Трейзонте?

— Да, — уверенно подтвердил Зарц.

— Отлично. Мне нужны твои бойцы для особого задания, — прозвучал голос генерала уже жёстче.

— Простите, но это мои солдаты, — твёрдо ответил Зарц.

Форц попытался вмешаться:

— Старлей...

Лэйв остановил его жестом:

— Спокойно, Форц, всё хорошо. Молодец, старлей — за своих бойцов горой стоит. Вот это настоящий командир. Как тебя зовут?

— Зарц.

— Так вот, Зарц, я не заберу всех. Мне нужны только те, кого ты сам позволишь взять, ну или я решу это сам. Они пройдут ускоренное обучение и выйдут на короткое задание. Подготовка займёт всего несколько часов — лучшие специалисты поработают с ними. Уже завтра твои бойцы снова вернутся в строй — разлука будет недолгой.

Зарц коротко кивнул:

— Мне нужно посоветоваться с командой.

— Конечно, — разрешил Лэйв. — Пять минут.

Зарц подошёл к своим друзьям, которые внимательно ждали решения, выпрямившись в строю. Генерал Лэйв и майор Форц отошли чуть в сторону для короткой беседы.

— Разрешите спросить, почему именно их? У нас хватает других отличившихся бойцов, — негромко спросил Форц.

— Мне рассказал один из лётчиков, как держались они на стене. Я заинтересовался, нашёл все сведения. Это настоящие самородки, каждый из которых — прирождённый герой, если так можно сказать, и пусть формально они просто сайдзы. Они проявили себя как никто — и мне такие нужны сейчас.

— А что вы хотите поручить им?

— Это не подлежит оглашению, — резко отрезал Лэйв. — К тому же вам пора отправляться по своим задачам. Ах да, чуть не забыл: Нонсорта я тоже возьму с собой.

— Принято.

Командиры вернулись к Зарцу.

— Ну что, старлей, кого отдашь? — по-деловому спросил генерал.

— Мы определились, — спокойно ответил Зарц. — Команда, которая убывает, шаг вперёд.

Из строя вышли Джес, Линсад, Намир и Версис.

— Кто из вас старший? — уточнил генерал.

— Я, — твёрдо ответил Линсад.

Форц удивился:

— Постойте, почему с вами инжект? И вообще — почему инжект вообще в строю Зарца?

Лэйв с долей интереса посмотрел на группу:

— Инжект? Любопытно...

Намир вступился:

— Да, она инжект. Но если её не возьмут, я тоже не пойду. Она всегда рядом со мной, мы — одно целое.

Форц нахмурился:

— Я обращался не к тебе.

Лэйв предотвратил спор:

— Решать буду я. Вы оба неплохо себя показали. И да, я в курсе, что среди вас есть инжект. Я изучил досье на каждого и знал об этом с самого начала. А вот почему майор Форц об этом узнаёт сейчас — это уже другой вопрос, но явно не для этого времени.

Он обвёл взглядом собравшихся:

— Линсад и все остальные — за мной.

Генерал Лэйв увёл за собой выбранную команду, и в строю осталась тягостная пустота. Майор Форц, не задавая лишних вопросов, повернулся к своим солдатам. Его голос прозвучал твёрдо, отсекая всякие сомнения:

— Отдых окончен! Пора выдвигаться. В бой, армия!

Дизейн подошёл к Зарцу, бросив взгляд в сторону уходящих товарищей:

— Ну что, будем делать теперь?

— Идти в бой, — тихо, но уверенно ответил Зарц, — и надеяться, что наши друзья успеют вернуться.

Тэрэсы уже прорвались внутрь, раздавливали последние очаги сопротивления, и с каждым часом у защитников таяла даже призрачная надежда на спасение.

За чертой города, в небольшом укреплённом лагере, размещался командный пункт тэрэсов во главе с Риктосом. Он восседал на каменном троне, наблюдая за разворачивающейся победой своих войск с неприкрытым удовлетворением. Неожиданно в лагерь вбежал один из солдат, едва переводя дыхание, пал перед троном и отчётливо выговорил:

— Командир, разведка донесла: к городу приближается майор Форц!

Риктос прищурился:

— Белые мундиры... — в его голосе прозвучала брезгливая издёвка.

В этот момент к шатру подошёл ещё один командир тэрэсов — громадный, даже по меркам своих сородичей. Он был массивен, почти неуклюж, но эта тяжесть только подчёркивала его устрашающую силу. Его подразделение — ульфанги — славилось мощнейшими энерго-щитами и боевыми кувалдами. Их сравнивали с земными древними викингами, и имя дали в честь первого легендарного воина-громилы, Ульфанга, который когда-то в одиночку переломил ход битвы.

Командира ульфангов звали Котин. Он был прямым потомком того самого героя.

Риктос бросил короткий, немного насмешливый взгляд:

— А тебя как сюда занесло, Котин?

— Мне передал Кавайз: нужно здесь потянуть время, — ответил тот весомо.

— Форц на подходе... Он удачлив, но сегодня его удача кончится. С тобой и твоими ульфангами на нашей стороне — мы подарим им путёвку в пустоту!

Котин покачал головой:

— Я оставлю здесь часть ульфангов, но сам обязан идти к другому участку фронта. Приказ есть приказ.

— Мы справимся и с теми, кто останется, — произнёс Риктос. — Но всё же жаль, что ты не будешь рядом.

— Запомни, задача — потянуть время, как можно дольше. Кавайз ясно сказал, — без тени эмоций напомнил Котин.

Они оба взглянули на всё ещё стоящего на коленях солдата.

Котин с усмешкой:

— В царя играешь?

Риктос рассмеялся:

— Нет, просто, видимо, не знает, как подают доклады.

— Ха-ха, крепкие и умные у тебя бойцы. Удачи тебе с ними.

Котин неспешно удалился вместе со своими воинами, а Риктос уверенно крикнул ему вслед:

— Мои солдаты — простые рабочие, но и они дадут отпор белым мундирам!

На противоположном холме армия Форца уже развернулась. С высоты открывался вид на всё пылающее изнутри поле битвы. Город был как на ладони: вдалеке клубились дым и пламя, лагеря тэрэсов чернели пятнами между настойчивыми зелёными всплесками оборонительных позиций.

Форц мрачно осматривал линию фронта, вглядываясь в расположение войск противника. В этот же момент, с противоположной стороны, Риктос заметил знакомую фигуру среди белых мундиров.

Риктос усмехнулся, пробормотав себе под нос:

— Ну, здравствуй, Легенда...

Командир обороны сайдзов, Югор, с последними остатками сил маневрировал меж пылающих развалин, перебегая от дома к дому. Управляя огнём и отдавая последние резкие приказы, он отбивал каждый закоулок и каждый дом, держась за каждую улицу. На мгновение он заметил с холма знакомую фигуру в белом мундире — Форца. К сердцу прилила надежда: подкрепление наконец пришло!

— Фалин, Борин, Диэла! — коротко окликнул Югор своих соратников. — Собирайте бойцов, укрепляем главные улицы — дадим проход друзьям!

Воодушевлённые новостью, рассыльные промелькнули между руинами, разнося долгожданную весть. Бойцы, измученные и измотанные, наполнились новой решимостью и силой бороться.

В то же время тэрэсами в городе командовал Терейтай — умный и хладнокровно-расчётливый биксальт. За плечами у него были десятки удачных кампаний. Он умел действовать без ожидания приказа, мгновенно адаптируясь к ситуации. Сейчас в его голове созрел новый, неожиданный план.

Он подозвал своего доверенного тэрэса и молча вручил ему небольшой свёрток.

— Доставь это лично Риктосу. Только ему.

В городской круговерти он быстро отобрал бойцов, на которых больше не мог полагаться: тех, кто оступился, чем-то провинился или просто казался помехой. Он выставил их в самом опасном месте — прямо на пути, откуда должен был спуститься Форц со своей армией. Оставшихся опытных воинов Терейтай начал скрытно выводить из города, поручая каждому командиру свой небольшой отряд. Перемещение происходило тихо и организованно, под прикрытием уличных боёв с сайдзами.

Курьер добрался до лагеря за городом и передал свёрток Риктосу. Тот с удивлением смерил взглядом гонца, развернул послание.

— Терейтай сошёл с ума? Не мог передать по юзенту... — пробурчал он, но, перечитав письмо, на губах его появилась улыбка: — Что ж, Терейтай, интересная у тебя, весьма интересная задумка...

Армия Форца с грохотом спустилась с холма. Сотни белых мундиров в едином порыве прорвали слабую заслонку оставленного противника и ворвались в Град. На их пути почти не было сопротивления — только редкие, остервенелые взрывы, быстро гаснущие под натиском.

Югор с сайдзами поспешил к Форцу, готовый врезаться в самые жёсткие схватки. Но врага... не было. Пустые улицы, лишь горстки враждебных трупов и дым. Защитники стояли в растерянности — армия тэрэсов, казалось, растворилась.

Белые мундиры и сайдзы с огнём в глазах бросились вглубь города, уничтожая всех врагов, что попадались им на пути. Форц издали заметил группу тэрэсов, отступавших по боковым улочкам. Не раздумывая, он бросился вдогонку.

Югор закричал, потрясая воздух:

— Уничтожайте всех!

Разгорячённая толпа понеслась за врагами, не думая ни о чём, охваченная волной боевого безумия, ведомая самим Форцом.

Зарц тоже рванулся вперёд вместе с остальными. Внутри у него мелькнула острая мысль о Сиестре: была бы она сейчас рядом! Но вдруг что-то заставило его резко остановиться. Тревожное предчувствие наполнило его разум. Он обернулся — и увидел, как за ним несётся Арс, а чуть поодаль — ещё несколько товарищей.

— Стой, Арс! — выкрикнул Зарц, явственно ощущая: здесь кроется нечто странное.

Но Арс продолжал бежать, словно во власти одной только ярости, забыв обо всём вокруг.

— Арс, стой! Остановись! — закричал Зарц.

Арс резко затормозил прямо перед ним. Следом за ним мчались Дизейн и Анита — Арс резко схватил обоих за шиворот, чтобы остановить. Мимо пробежала Дайна, отчаянно не оглядываясь и ничего не слыша. Зарц бросился ей наперерез. Дайна врезалась в него, он схватил её и прижал к себе.

— Постойте! — тихо и жёстко выдохнул он, переводя дух. — Что-то здесь явно не так. Все бегут в одну сторону, не замечая, что происходит вокруг. Давайте пойдём туда же, но медленно и внимательно.

Тем временем Форц и его солдаты выскочили за пределы города; тэрэсы ловко разделились на части и исчезли по флангам. Вдруг прямо перед Форцем ударили резкие пулемётные очереди — Форц рухнул на землю, едва не попав под шквал огня.

— Ха-ха! Где твоя легендарная личность теперь, Форц? — раздался хриплый выкрик Риктоса. — Вот и попался на старую, глупую ловушку! Прощай, Легенда!

Вспышки пуль скашивали бойцов: большинство, кто шёл следом за Форцем, погибло сразу; кто-то успевал упасть и откатываться обратно за городские стены, другие вовсе остались внутри, ошеломлённые внезапной западнёй. Форца удалось вытащить из-под обстрела, он вернулся к своим — мрачный и злой на самого себя.

— Рассредоточиться! Не впускать их в город! Ставьте пулемёты, быстро! Покажем этим сукиным сыновьям, каков ответ Белых Мундиров! — выкрикнул Форц, срывая голос.

Югор заметил: сайдзы, которые по плану должны были удерживать основные улицы, куда-то исчезли. В рядах царила суматоха, солдаты метались. Не теряя времени, Югор поймал мимо пробегающего бойца:

— Сбери всех, кого найдёшь! Приводи сюда — держаться будем вместе!

Зарц смотрел вокруг: бойцы были растеряны, оглушены собственной глупостью… Но, несмотря на панику, они пытались взять себя в руки. Он оглядел свою небольшую команду — и впервые за время битвы отчётливо понял, как каждый из них ему дорог.

Дайна прошептала:

— А если бы ты меня не остановил… Где бы я была сейчас?

— Не думай об этом, — твёрдо сказал Зарц. — Сейчас мы должны держаться вместе.

Дизейн попытался подбодрить:

— Да, паниковать не время. Но если смотреть на лица наших союзников, кажется, любой сейчас может сорваться…

— Главное — держим строй, — резко перебил Зарц. — Прикрываем друг друга до последнего. Мы — команда. Помните это.

В этот момент Арс обернулся с тревогой:

— Пулемётчики кричат: щиты ульфангов не пробить, пули их не берут!

Зарц сжал челюсти, почувствовав, как липкая тревога снова ползёт по спине.

— Ульфанги… твою мать! — хрипло выдохнул он.

Ульфанги шаг за шагом приближались к городу. За массивными фигурами настоящих громил, вооружённых тяжёлыми кувалдами и скрытых за непроницаемыми энергощитами, шла основная масса тэрэсов. Пулемётчики с отчаянием кричали, что их пули бесполезны — щиты ульфангов не пробиваются, а те редкие враги, что падали в пыль, были лишь жертвами слепой удачи.

Напряжение в рядах обороняющихся росло до предела. Атмосфера пропитывалась сталью и страхом.

Арс поднялся и, словно подчиняясь зову судьбы, медленно направился к последнему зданию на окраине города — там уже скрывались враги. За ним, не отводя взгляда, двигался Форц. Вскоре за Арсом двинулись и другие громилы с кувалдами наперевес. Один за другим остальные солдаты потянулись вслед, образуя живой поток, сплетающийся в одну отчаянную волну.

Югор задержался на мгновение, бросив полный надежды взгляд назад — в поисках своих сайдзов, но подкрепление так и не пришло. Тяжело вздохнув, он повернулся к городу и шагнул вперёд, решив идти вместе со всеми. Но вдруг раздался хлёсткий выстрел — один, другой... Почувствовав, как горячий свинец впивается в спину, Югор осознал, что его путь здесь заканчивается. Мир вокруг начал затихать, суета и звуки растворялись, стиралась грань между жизнью и смертью.

План Терейтая сработал идеально: армия белых мундиров оказалась в окружении. По солдатам били в спину, не давая ни малейшего шанса. Те, кто сумел обернуться и открыть ответный огонь, ничего уже не могли изменить — происходящее разрасталось в сумрачный хаос.

Арс, едва различая окружающий шум, бросился на одного из ульфангов. Враг, подняв над Арсом свою громадную кувалду, мельком выглянул из-под щита — и получил тяжёлый удар прямо в голову. От неожиданности он пошатнулся и рухнул. Арс тотчас перехватил его оружие, и молотом в одно мгновение разбил противнику голову, обратив врага в прах.

На миг Арс замер, оглянувшись: его громилы, ведомые яростью, подобно стихии, шли в лобовую на ульфангов. Их сила и решимость встречали сопротивление, но им удавалось сбивать врагов с ног, проламывать ряды и крушить щиты удар за ударом.

И всё же положение становилось безысходным — армия Форца оказалась полностью зажата, кольцо врагов сжималось всё туже.

В этот миг по полю сражения понеслись жёсткие, угрожающие приказы: Риктос спустился к своим тэрэсам, бегал между солдатами, раздавая команды и подстёгивая наступление.

— Сплотить строй! Никто не должен выбраться! — пронёсся по полю грозный приказ.

Тэрэсы начали быстро выстраиваться, сближаясь друг с другом, превращаясь в неприступный и плотный стальной круг, который всё теснее сжимал кольцо вокруг Белых Мундиров. Они действовали как единый организм, не давая врагу ни единого просвета для отступления.

Но армия Форца не сдавалась: часть бойцов вела ответный огонь, кто-то врывался в ряды противника и вступал с тэрэсами в отчаянный рукопашный бой. Стрельба сливалась с гулом кувалд и звоном клинков, воздух наполнялся криками, грохотом и запахом горячей стали.

Тем временем смертоносный круг продолжал неумолимо сужаться, шаг за шагом лишая защитников всякой надежды вырваться наружу. Каждый метр становился всё кровавее, каждая секунда — всё длиннее.

Видя надвигающуюся панику, дикий страх на лицах своих бойцов и ощущая, как армия теряет последние шансы на спасение, Форц поднял голову и громко, отчётливо крикнул:

— Фарса!

Легендарный клич, знакомый каждому опытному воину Белых Мундиров, разнёсся по полю битвы, будто вспышка. Опытнейшие бойцы мгновенно поняли замысел и бросились во все стороны кольца окружения, надеясь прорвать смертоносный круг.

Однако Терейтай был готов к этому: он выровнял линии своих солдат заранее, построив две цепи. Когда армия Форца рванулась вперёд, в первую линию, тэрэсы второй волны резко выдвинулись навстречу, встречая атакующих остриём мечей, секир, копий и топоров. Раздался лязг стали и вопли; где-то редкими очередями прогремели выстрелы, растворяясь в гуле рукопашной схватки.

В этом аду Зарц слился с хаосом: коротко выполнив выпад, он проткнул врага клинком, развернулся — и едва успел пригнуть голову, когда мимо просвистел огромный боевой молот. Его правая рука моментально трансформировалась в автомат. Зарц метнул взгляд в сторону, откуда прилетел молот, готовясь стрелять, но перед его прицелом замелькали силуэты союзников. На мгновение он расслабился — и тут же получил удар кулаком в живот от врага. К счастью, противник был без оружия.

Сжав зубы и выдержав атаку, Зарц с силой вскинул руку-автомат, выстрелил в упор — и вражеский тэрэс упал замертво. Но тут же огромный ульфанг схватил Зарца, швырнул, и тот отлетел к стене, тяжело ударившись спиной. Всё поплыло перед глазами... В следующее мгновение он увидел, как на него с поднятой секирой несётся очередной враг.

Тяжёлый удар слепил сознание, но не успел Зарц среагировать, как перед ним появилась Дайна. Она во внезапном порыве хлестнула противника короткими трезубцами — сайами, оставляя глубокие кровоточащие раны на его теле. Тэрэс, истекая кровью, рухнул у ног Зарца. Дайна, почти не сбиваясь с дыхания, протянула руку и помогла товарищу подняться.

— Держись, — лишь успела прошептать она.

К ним тут же бросился ещё один неприятель — но теперь Зарц уже не медлил: его рука-автомат выстрелила, и враг упал. За короткий миг двое спасли друг другу жизни.

— Нам нужно держаться вместе, ты сам это говорил, — напомнила Дайна, бросая тревожный взгляд по сторонам.

— И желательно оставаться здесь, — коротко произнёс Зарц, стараясь сориентироваться в хаосе. — Ты видела Арса и Дизейна?

— Арса я не видела с той самой минуты, как он бросился на ульфангов. А Дизейн исчез в суматохе, когда мы пытались прорвать окружение, — её голос был напряжён, в глазах — беспокойство за товарищей.

— Будем надеяться, что они всё ещё живы, — с трудом проговорил Зарц, сдерживая внутреннюю тревогу.

— У нас хоть какой-нибудь план есть? — спросила Дайна, чуть понизив голос.

— Думаю, есть, — Зарц быстро огляделся. — Нужно пробраться к Форцу, предложить ему собрать всех, кто остался, и ударить в одном месте, а не по всему кругу. Если сосредоточить мощь в одной точке, у нас появится шанс прорваться.

Дайна стиснула рукояти своих сай и уверенно кивнула:

— Что ж, выдвигаемся. Держимся вместе!

Зарц и Дайна, двигаясь одним слаженным тандемом, прорывались через бурю схватки к Форцу. Кровь и сталь смешивались вокруг, крики и грохот заглушали мысли — но они держались вместе, шаг за шагом пробираясь сквозь неистовую завесу битвы.

Тем временем Дизейн оказался гораздо ближе, чем могло показаться со стороны, но двигался в противоположном направлении. В отличие от других, он был единственным, кого происходящее в этой кровавой круговерти полностью устраивало: вокруг врагов — не счесть, а если придётся погибнуть, то только в бою. А если попадёт в плен — значит, задуманное командой исполнено.

Дизейн нырнул в самую гущу вражеских рядов, где своих почти не было, и это давало ему свободу: словно лёгкая тень, он скользил между врагами, разя мечом, отсекая конечности, рассекая врагов пополам. При этом он держал курс к Арсу — тому, кого не терял из виду ни на мгновение.

Но когда Дизейн почти добрался до друга, его путь преградил чужой воин — такой же отчаянный, с душой самурая под тяжёлым металлом брони. Кругом бушевала битва: две стихии, белая и чёрная, столкнулись на этом жестоком перекрёстке. Но для этих двоих мир сжался до узкой полосы земли между ними. Любой, кто случайно пытался вмешаться, тут же находил свою смерть.

Друзья по оружию сошлись лицом к лицу. Дизейн взмахнул клинком в приветствии — противник ответил тем же движением: древний жест уважения среди воинов.

Они бросились друг на друга. Тэрэс метнул катану вперёд резким движением, словно стремясь разрубить не только воздух, но и самого Дизейна. Но тот, предугадав атаку, взмыл в прыжке и развернулся, целясь клинком в голову врага. В тот же миг тэрэс вскинул катану, ловя удар в высоком блоке, и мгновенно ушёл в сторону, проведя зигзагообразный выпад. Оба отскочили назад и встретились взглядами.

— Моё имя Маок, — пророкотал воин.

— Дизейн, — прозвучал ответ.

В следующую секунду Маок вновь ринулся вперёд, устремив две катаны остриём прямо в корпус противника. Дизейн, не теряя хладнокровия, развернулся, стремительно скользнул вперёд и резким движением провёл подсечку. Маок не удержался и рухнул на спину.

— Грязный приём, — процедил Маок, поднимаясь с земли, но в глазах его заиграло уважение.

Маок, оставив сомнения, с рыком оттолкнулся от земли и метнулся вперёд, замыслив пронзить Дизейна на острие своей катаны. Но Дизейн, будто читая мысли соперника, легко ушёл от атаки в сторону. Маок, едва коснувшись земли, снова взвился, кипя яростью, и бросился на врага, размахивая двумя клинками. Дизейн, спокойный и собранный, парировал удары, каждый раз находя идеальный угол для защиты — их клинки звенели, рассыпая искры.

Маок, чувствуя сопротивление, на мгновение замедлился, собрался с силами. Внезапно он поставил ногу на стену, эффектно оттолкнулся и рванулся в воздух, намереваясь атаковать сверху. Но Дизейн уже заметил рядом павшего ульфанга и молниеносно вскочил на тело мертвеца. Мощным толчком он взмыл навстречу Маоку, и их пути пересеклись в плотном воздухе битвы.

Маок оказался чуточку быстрее: поймав момент, он развернул острые концы катан к сопернику. Но Дизейн перехитрил врага — из его руки выстрелил крюк на длинной верёвке, который тут же цепко ухватился за крышу ближайшего дома. По инерции его потянуло в сторону, а Маок с оглушающим стуком приземлился на землю.

Не в силах сдержать ярость, Маок буквально взлетел по стене и оказался на крыше. Он бросился к Дизейну, и их оружие вновь скрестилось, сверкая словно молнии. Они сражались на самом краю, балансируя над пропастью — не раз один из них едва не срывался вниз, но каждый раз удерживался только на чистом упрямстве и звериной ловкости.

Маок, размахнувшись двумя катанами сразу, попытался сбросить Дизейна внезапным выпадом. Дизейн парировал удар — ловко отбил одну катану, а вторую переломил пополам, нанеся точный рубящий удар. Осколки металла осыпались вниз, но Маок, не сбавляя напора, схватил соперника за руку и рывком сбросил его с крыши.

Дизейн приземлился тяжело, на миг потеряв дыхание. Открыв глаза, он увидел, как Маок оказался перед ним. В руках врага блеснул автомат, направленный прямо на Дизейна.

— Где же твоя честь, самурая? — прохрипел Дизейн, поднимаясь на колено, не сводя глаз с врага.

Маок усмехнулся — в уголках губ затаилась горечь.

— Прошли времена гордости и чести, мой друг! — с этими словами он нацелил автомат на Дизейна, намереваясь расстрелять поверженного врага без всяких правил.

Но прежде чем прозвучал выстрел, рядом внезапно возник Арс. С глухим рыком тяжёлым ударом он врезал свой кулак в Маока; тот моментально отлетел к стене. Дизейн и Арс приблизились к лежащему врагу.

— Видимо, и твоё время тоже ушло, — холодно произнёс Дизейн.

— Прости, никаких почестей не будет, — коротко бросил Арс и, сжав огромный молот, обрушил его на голову Маока. Всё было кончено.

Арс тяжело переводил дыхание, затем обернулся к соратнику:

— Диз, нам нужно найти Зарца. Ждать нельзя — битва меняется каждую секунду.

— Полагаю, он где-то рядом с Форцем или движется туда. Если поспешим, ещё успеем соединиться с ним, — ответил Дизейн.

Они двинулись сквозь хаос сражения, беспощадно рубились с врагами на пути к цели. Кровь, сталь, крики, вражьи выстрелы — всё сливалось в единое пламя битвы.

Неожиданно на пути встретилась Анита — она храбро билась против троих тэрэсов сразу, отчаянно защищая себя. Арс бросился вперёд, схватил одного из противников и с дикой мощью разорвал его пополам.

— Моя принцесса, как ты здесь? — с тревогой в голосе спросил Арс, сжимая оружие.

Анита жестами показала, что всё в порядке, но силы были на исходе, и усталость давила, словно груз.

Арс нежно обнял Аниту:

— Всё будет хорошо. Я тебя очень люблю. Ты моя единственная и неповторимая...

Дизейн улыбнулся, и, защищая своих друзей, разрубая всех врагов подряд, произнёс:

— Простите, что прерываю вашу идиллию, но нам нужно двигаться, пока не поздно.

Арс неохотно отпустил Аниту, и втроём они продолжили путь, пробивая себе проход через вражеские ряды, поддерживая друг друга и не позволяя никому пасть.

В это время Зарц и Дайна уже почти добрались до Форца, но дорогу им преградили сразу два ульфанга. Между ними завязалась ожесточённая битва — удар за ударом, не на жизнь, а на смерть.

Тем временем Арс столкнулся с новым врагом: перед ним возник тэрэс, которому хватило наглости нацелить на Арса оба автомата. Но в этот миг из-за спины Арса вихрем вылетел Дизейн — его клинок одним движением разрубил тэрэса пополам. Секунда — и опасность ликвидирована.

Арс мельком глянул вперёд, и его взгляд выхватил силуэты друзей возле Форца.

— Диз! Я вижу их! Они здесь! — воскликнул он.

Арс, пробиваясь сквозь бушующий бой, мощными ударами раскидывал врагов по сторонам, не оставляя им ни единого шанса. Следом за ним, плечом к плечу, двигались Дизейн и Анита, неумолимо разя нападающих огнём и клинками, превращая каждую помеху в прах и дым.

Тем временем битва Зарца и Дайны против двух ульфангов затянулась — враги оказались выносливыми и жестокими. Им всё же удалось одолеть одного из громил, но второй атаковал с бешеной силой. Ульфанг обрушил Дайну на землю, готовясь нанести сокрушительный удар. В тот самый миг руку врага железно сжал Арс — и тут же сокрушительным кулаком опалил ульфанга по лицу.

Дизейн, грациозно скользнув среди бойцов, успел оказаться за спиной врага. Его катана вонзилась в брюхо ульфанга, лезвие с хищным скрежетом вышло наружу, а затем, ловко подпрыгнув, Дизейн взмахнул мечом, и тяжёлая голова врага глухо упала на землю.

Зарц не скрывал радости — он бросил Арсу руку, тот крепко обнял командира:

— Арс, ну неужели! Как я рад видеть вас всех снова, не поверите! — в голосе Зарца дрожали и облегчение, и усталость.

— Ну, давай, и меня обними, — улыбаясь, подмигнул Дизейн, шагнув к Дайне с раскинутыми руками.

— Пожалуй, удержусь, — отмахнулась Дайна, ухмыляясь. — Кто-то должен сдерживать врагов, пока у вас тут сеанс обнимашек.

— Так, — вмешался Арс, — какой план?

— К Форцу. Надо двигаться к нему, — решительно произнёс Зарц.

Майор Форц был в самом центре сражения: бойцы умирали рядом, но никто не оставлял своего командира. Его усталый, мятущийся взгляд только на миг задержался на группе, спешащей к нему сквозь хаос.

— Зарц? — в голосе Форца мелькнула надежда.

— Майор, нам нужно обсудить кое-что важное, — быстро начал Зарц.

— Кажется, сейчас не самое подходящее время, — устало бросил Форц, не переставая отбиваться от врагов.

— Если коротко: у нас есть шанс выбраться из окружения, — проговорил Зарц. — Есть место, где мы сталкивались с мощным пулемётным огнём. Если пробиваться туда клином, это единственный выход.

— Прекрасно, будто я сам не понимаю, — хмыкнул Форц. — Да, я думал об этом ещё несколько часов назад. Только вот вопрос — кто сейчас пойдёт снова в то место, где едва не погиб? Даже если чудом вырвемся, что дальше? Нас снова могут окружить. Выйдем ли мы победителями или умрём, как глупцы?

— Если обрушить пару зданий в проходах, окружить нас сразу будет сложно. Им придётся карабкаться по завалам, выигрывая нам время, — предложил Зарц.

— В таком случае мы можем не просто бежать, а выйти строем и устроить им бойню на подступах! Но тогда защитные укрытия у нас исчезнут... — Форц на миг задумался и тяжело вздохнул: — Впрочем, чёрт с ним, пусть это будет наш последний шанс. Погибнем — значит, так и надо. Но хотя бы попытаемся.

— Шанс пусть и мал, но он есть, — твёрдо сказал Зарц.

Форц коротко кивнул и, выпрямившись, прошёл вперёд. Его глаза загорелись боевым огнём. Увидев неподалёку небольшой холм, он вскарабкался на него, чтобы быть ближе к своим бойцам — и к смерти, если придёт.

— Защитить майора! — громко бросил Зарц. — Ни один тэрэс не должен даже подумать прицелиться в него!

Герои заняли оборону, готовые отдать свою жизнь ради своего командира.

Солдаты, поднявшие головы на оклик Зарца, молниеносно приготовили оружие и начали внимательно осматривать позиции противника, готовясь к новой волне атаки. Дизейн, Дайна и Арс сразу же ринулись разбираться с врагами, оказавшимися поблизости, превращая каждый короткий миг в смертоносный вихрь клинков, стали и крови. Анита, заняв точку повыше, методично начала отсекать тэрэсов меткими выстрелами из снайперской винтовки — каждый залп уносил новую жизнь врага.

В этот момент Форц возвысил свой автомат над головой и закричал, чтобы его слышали даже сквозь адский грохот сражения:

— Солдаты, бойцы, друзья!...

Враги мгновенно вскинули автоматы, нацелив их на фигуру майора. Но, прежде чем они смогли выстрелить, снайперы уже работали — хэдшоты следовали один за другим, сбивая тэрэсов словно мишени.

— ...Мы можем сдохнуть здесь или попытаться выйти из этого ада! Те, кто готов — за мной! — крикнул Форц, заглушая свист пуль.

Он первым рванул к тем самым зданиям, на которые указывал Зарц, разряжая автомат по врагам, что вставали на пути.

— Арс, нужны громилы — завали с ними проход, — коротко бросил Зарц.

— Я всё понял! — уже на бегу ответил Арс, отбирая самых мощных.

— За Форцем! Вперёд! — рявкнул Зарц.

Сорвавшись с места, бойцы выстроились в боевой клин, пробивая коридор сквозь ряды противника. Дизейн и пара отважных солдат прикрывали тыл, эффективно сдерживая наступающих тэрэсов быстрой и меткой пальбой. Арс же спешно собирал вокруг себя громил, чтобы в нужный момент обрушить завалы и закрыть отход своим.

Последними двигались те, кто своими телами и огнём обороняли отход главных сил от врагов. Каждый шаг давался с боем, свежие раны и потери не останавливали этих биксальтов.

Армия тэрэсов, увидев стремительный натиск и железную решимость бойцов Форца, начала колебаться. Кого-то охватила паника — некоторые бросились врассыпную в поисках спасения. Но опасный Терейтай выдвинулся вперёд, поднимая своих бойцов, возвращая им уверенность и хладнокровие.

Риктос, в полном безумии погони, гнался за своим врагом, на ходу ведя преследование и чудом избегая встречных пуль и смертоносных ловушек.

Терейтай выделился из массы, поднял автомат:

— Ну что ж, Форц, давай! Готовься! — бросил он вызов.

Вместе с ним его бойцы навели оружие прямо на приближающихся противников.

Зарц остановился, вскинул прицел и быстро выстрелил в Терейтая. Терейтай едва успел отшатнуться — пуля его не зацепила, но сразила тэрэса, стоявшего рядом. Тот рухнул, и на секунду смятение настигло всю линию. В голове Терейтая вспыхнула мысль: «Этот выстрел чуть не лишил меня жизни…» Такое замешательство случалось и раньше, но почему-то именно сейчас оно стоило ему всего. Терейтай, растерянный и ещё не оправившийся от шока после едва не угодившей в него пули, замешкался. Его взгляд на миг расфокусировался, а когда он вновь попытался отдать приказ — было уже слишком поздно.

Вся армия застывала в ожидании команды стрелять, но Терейтай словно окаменел, не в силах произнести ни слова. И вдруг из боевого клина вырвался кто-то из белых мундиров — тяжёлый молот сверкнул в воздухе и с оглушающим треском обрушился на Терейтая. Его отбросило к стене здания, удар выбил дыхание. Пошатываясь и цепляясь за незримую надежду, он пополз в сторону, лишь бы уцелеть в этом кромешном аду.

Тэрэсы растерялись. Они открыли яростный залповый огонь, но их пули опоздали: Форц и Зарц уже прорвались сквозь окружение, вырываясь из смертельного кольца — теперь им ничто не угрожало.

Армия белых мундиров отходила, оставляя город позади. Форц, не сбавляя хода, трансформировался в свою боевую альт-форму и помчался вперёд, на защиту тех, кто остался прикрывать прорыв. Вслед за ним устремились все, кто мог идти, кроме солдат из группы прикрытия, принявших последний бой, чтобы удержать врага.

— Бойцы, стоять! — скомандовал Дизейн. — Дайте своим немного времени для отступления!

Форц забрался на возвышение, где прежде стояли вражеские пулемётные установки, рассекавшие их штурм в самом начале битвы. Он вновь принял облик боевой альт-формы и окинул город взглядом стальной маски. Следом за ним, выбравшись из уличного лабиринта, трансформировались остальные бойцы — в их рядах не было страха, только усталость и воля к победе.

— Так, быстро выстройтесь! Не собирайтесь в кучу! — громко отдавал приказ Зарц, удерживая строй.

Но тут он услышал жёсткий голос Октопримуса:

— Зарц, ты молодец, что проявил себя в этой неразберихе, но командование предоставь тем, кто по званию выше.

Не отвлекаясь, Дизейн с группой прикрытия продолжал отстреливать тэрэсов, осторожно маневрируя и следя за тем, чтобы не попасть в своих — ведь отряд Арса ещё не покинул город.

— Громилы, стройтесь! Приготовьте свои орудия, чтобы перекрыть выход! Фэлон, не мешкай! — крикнул Арс своему главному громиле, пока тот прикрывал их от огня врага.

Фэлон, не раздумывая, ринулся к узким проломам между зданиями. Перед ним уже виднелись враги, разбежавшиеся по улицам; он видел, как противник начинает ускорять шаг — времени почти не осталось.

— Арс, заваливай выход! Я успею! — прокричал Фэлон, встречая врага грудью и готовясь закрыть путь тэрэсам вместе со своими товарищами.

Фэлон, стоя на своём последнем рубеже, уже знал — это его финальный бой. Взгляд твёрдый, хватка крепкая. Он развёл пламя из пулемёта, не позволяя тэрэсам приблизиться ни на шаг, превращая свой барьер в осыпь свинца.

— Завалить здания! — рявкнул Арс, оборачиваясь к своим.

Громилы подняли оружие и нацелили стволы в фундамент полуразрушенных построек, но на секунду замешкались — ждали, что Фэлон вот-вот выйдет с позиции.

Фэлон обернулся, его голос был спокоен и упрям:

— Я не смогу их долго сдерживать, заваливайте проход! Огонь! Огонь, слышите?! Огонь!!!

Арс опустил взгляд, вскинул руку в прощальном жесте:

— Прощай, боец... Огонь!

Залп прошёлся по хрупким стенам — камни, балки, обломки посыпались вниз. Арс замер, наблюдая, как Фэлон в одиночку отражает натиск врага и в последний момент взрывает себя вместе с вражеской группой, окончательно закупорив путь преследователям.

Проход рухнул, погребая и героев, и врагов под грудой развалин.

— Уходим! — скомандовал Арс.

Его отряд, не теряя ни секунды, трансформировался и помчался мимо бойцов группы Дизейна.

На атакованной линии Форц обратился к Зарцу:

— Зарц, передай своему бойцу приказ отходить. Мы прикроем!

— Приём, Дизейн, выводи солдат! — быстро передал Зарц по связи.

— Понял, принял. Уходим, бойцы! — отозвался Дизейн.

Солдаты Дизейна добили последних врагов, пытавшихся прорваться к проходу, пока лавина камня надёжно не перекрыла завал. Затем они тоже трансформировались и с ревом устремились вслед своим, спеша на вершину.

Форц, главные командиры и оставшиеся солдаты поднялись на высоту — все были настороже, ожидая, что кто-то из врагов всё же полезет через обвал. Но время шло, а противник почему-то не появлялся.

На вершине Арс и Дизейн собрались рядом, их бойцы выстроились в боевой порядок, готовые к отражению любой атаки. Тишина была настолько напряжённой, что казалось — от каждого вдоха в небе дрожит воздух.

Но опасность не спешила приходить.

Тем временем среди бойцов проходило молчаливое прощание с павшими. Каждый, кто стоял на страже новой линии обороны, прекрасно понимал: это ещё не конец.

Риктос, дыша яростью и нетерпением, обвёл взглядом поле боя:

— Где Терейтай? Терейтай! — крикнул он в хаосе.

— Здесь, командир! — раздался голос Терейтая из-за ближайших развалин.

— Почему враг смог прорваться? — в голосе Риктоса прозвучала сталь.

Терейтай замялся, но Риктос не дал ему времени на оправдания:

— Мне плевать на объяснения! Бросайте силы на вершину. Остальные — в обход завала!

— Командир, думаю, лучше действовать осторожнее: не ломиться скопом, а выходить поочерёдно, усложняя им оборону, — попытался возразить Терейтай.

— Я уже всё продумал, — отрезал Риктос. — Сейчас мы создадим видимость штурма через завал, отвлечём их внимание. Как только растянут свои силы, группа слева обходит и открывает огонь, а справа наступаем, чтобы вступить в рукопашную. Потом попробуем их окружить или просто прорвём оборону в лоб. Так или иначе, я хочу стереть Форца и всех его бойцов с лица Сайкваза.

— Может, лучше не окружать, а давить их постепенно? Под натиском они могут и сами побежать, — осторожно предложил Терейтай.

— Нет! — Риктос взглянул сурово. — Я решаю — ты выполняешь. Эта операция по моему плану. А в рукопашную поведёшь атаку лично ты, Терейтай. Это приказ.

— Но...

— Даже не обсуждается! Вперёд!

Тэрэсы быстро распределялись: одни готовились штурмовать завал, другие — заходить с флангов. Серо-чёрное полчище биксальтов рождало внушающий страх гул.

А армия белых мундиров и остатки сайдзов, затаившись за наспех возведёнными баррикадами, ждали. Все замерли в предвкушении нового кровавого витка битвы.

И вот среди обломков на вершине разрушенных зданий начали мелькать силуэты — тени врага выползли на свет. Первые тэрэсы, стиснув зубы, карабкались наверх и тут же попадали под перекрёстный огонь. Их тела с глухим стуком скатывались вниз, оставляя на завале кровавые следы. Белые мундиры стреляли слаженно и беспощадно, держа противника на расстоянии.

Ответный урон был ничтожен — защита работала безупречно, и в рядах защитников теряли очень мало бойцов.

Слева, готовя обход, собрался свой отряд под началом Лигмана. Этот командир не отличался храбростью или славой: просто удача вывела его вперёд, и вот теперь вся левая фланговая атака зависела от его решений. Глаза Лигмана лихорадочно метались, но он знал — права на ошибку нет.

Лигман подавил волнение голосом командира:

— Сейчас все выбегаем и открываем огонь по врагу! Держите строй, не сбивайтесь в кучу — иначе сами себе помешаете! Вперёд, быстро, быстро!

В следующий миг по позициям Форца раздался плотный огонь. Белые мундиры стали терять бойцов — грохот выстрелов и крики боли пронзили линию обороны.

— Они растерялись, разделились на две части! — выкрикнул Терейтай, наблюдая за смятением в рядах противника. — Не теряем момент, в атаку!

Тэрэсы вырвались вперёд, набирая скорость — рёв моторов гремел, как грозовой раскат. Зарц насторожился, услышал этот рык стали и топлива, взглянул в сторону надвигающейся опасности.

— Форц, у нас гости! — коротко бросил он в юзент.

— Чёрт... Нам не хватает сил, — пробурчал Форц с глухой решимостью.

Белые мундиры тут же перестроились, разделившись на три группы — теперь каждая отвечала за свой сектор атаки. Слаженность и привычка к бою позволяли держать строй даже под нарастающей угрозой.

Арс вынес вперёд тяжёлый пулемёт, уверенно вышел из укрытия и открыл шквальный огонь по наступающим бойцам Терейтая, сдерживая их.

— Ха-ха! Если это конец, то я заберу вас с собой! — крикнул Арс, и в его голосе звенела смесь безумия и отваги.

К нему подошла Анита — быстро и ловко подала новые ленты к пулемёту. Арс взглянул ей в лицо, ничего не сказал, но его глаза благодарно сверкнули. Анита улыбнулась в ответ — почти заразительно, упрямо, как искра надежды в желтизне зарева.

Кто-то крепко положил руку Арсу на плечо. Он обернулся — и увидел Дизейна. В усталых глазах того светилась нерушимая уверенность.

— Не погибнем, брат. Не сегодня, — спокойно сказал Дизейн.

Трансформировав свои руки в смертоносные автоматы, Дизейн встал плечом к плечу с Арсом, ведя шквальный огонь и помогая сдерживать натиск врага. Со стороны Аниты бесстрашно подоспела Дайна, мгновенно встав рядом с друзьями и поддержав их. В эту минуту сплочённость казалась нерушимой, а сам Зарц, хотя и не мог сейчас спуститься к ним, всей душой был рядом со своей командой — болью в каждом выстреле, надеждой в каждом взгляде.

Но напор тэрэсов не ослабевал. Бойцы Лигмана бросились в атаку бегом, а тэрэсы, перебравшиеся через завал, уже без препятствий могли ломиться к укреплениям. Прошло совсем мало времени — и левый фланг Лигмана соединился с силами, прорвавшимися через баррикаду. Теперь они представляли собой одну лавину, грозно надвигаясь на защитников Форца.

Терейтай вёл своих бойцов, и до рукопашной схватки оставались какие-то мгновения. Но вдруг с неба, подобно молниеносному предупреждению судьбы, сверху спустился воин — чья поступь тут же остановила Терейтая. Боец, гнавшийся рядом с ним, успел только трансформироваться, но в тот же момент был разрезан надвое прямо в полёте, ослепляющей вспышкой стали.

Откатившийся солдат обернулся назад, растерянно взглянув на белую армию Форца.

— Линсад? Линсад! — закричал Арс, узнав силуэт.

Но Линсад, словно воплощённый яростный вихрь, не услышал призыва — он рванулся вперёд, один против всех, разя каждого, кто осмеливался приблизиться. Арс отбросил опустевший пулемёт, бросился на помощь другу, и за ним, не раздумывая, устремились остальные бойцы.

Но Линсад был не единственным, кто снизошёл с небес. Следом за ним из воздуха посыпались и другие герои — Версис, Намир и солдаты поддержки, обрушившись на поле боя словно вестники решающего мгновения. И в тот миг даже самые ожесточённые солдаты и крепкие воины Форца поднимали головы к небу, захваченные неожиданно новой надеждой.

Форц, вмиг ощутив прилив адреналина и исполненную победы силу, только рассмеялся:

— Да, да, да! Ха-ха-ха!

Над изранённой армией Форца завис огромный боевой корабль. Он заслонил собой небо, бросив на поле битвы зловещую тень. Среди тэрэсов вспыхнула паника: кто-то, охваченный ужасом, попятился назад, другие в яростной бессмысленности открыли по громаде огонь, но все их выстрелы лишь беспомощно рассыпались по силовой броне корабля.

Зарц заметил: в одной из боевых капсул находится Джес. На его лице впервые за долгое время появилась счастливая улыбка — радость от того, что его товарищи пришли вовремя.

Риктос тем временем едва вскарабкался на завалы, предвкушая, как увидит наконец гибель легендарного Форца. Но только поднялся — и замер.

— Чёрт… — вырвалось у него сквозь зубы.

Боевой корабль открыл огонь по врагу, обсверкивая поле сиянием вспышек и точным залпом. Тэрэсов захлестнул страх: они бросились в паническое бегство, воины растекались по улицам, сталкивались, сбивали друг друга, не смея оглянуться.

Терейтай рванулся в сторону города в отчаянной попытке укрыться среди руин. Лигман, не раздумывая, последовал его примеру. Даже Риктос слетел с завала и исчез в пыльной кутерьме. Тэрэсы так и не вступили в рукопашную схватку — поглощённые ужасом, они бежали прочь, оставляя своих погибших и раненых.

Форц наблюдал за этим исходом спокойно — и даже не помыслил преследовать противника.

Когда поле боя очистилось от врага, корабль мягко снизился к земле. Из люка по трапу сошли биксальты — Джес, сияющая от гордости и облегчения, и вместе с ней генерал Лэйв.

Форц шагнул навстречу:

— Генерал Лэйв...

Генерал с улыбкой махнул рукой:

— Не стоит благодарностей, майор! Но, скажу по-честному, если бы не мы, твоей заднице пришёл бы конец. Ха-ха! Ладно, не будем терять времени. Сейчас я скину на твой юзент следующую цель для ваших операций. Но сперва — разрешаю отдых. Два дня вам хватит, чтобы перевести дух, прежде чем снова идти в бой.

Форц устало вздохнул:

— Армия? Генерал, от моей армии остались одни чудом выжившие бойцы. Следующее задание для нас может стать последним.

Генерал Лэйв хлопнул его по плечу:

— Не переживай, Форц. Не только вас отправлю — будет подкрепление. В сражении мы будем плечом к плечу, майор.

— Мне нужно не просто подкрепление, — жёстко сказал Форц. — Мне нужны настоящие солдаты, готовые идти до конца.

— Солдат у меня нет, — ответил Лэйв. — Но скоро придёт новая волна, среди них выберу тебе самых лучших. Кавайз набирает силу, обычные биксальты идут за ним, с каждой битвой к нему присоединяются остатки других армий. Форц, у тебя три дня. Отдыхайте.

Генерал развернулся и, не оборачиваясь, ушёл на борт корабля.

Форц молча постоял в тени уходящего с поля генерала. Его взгляд скользнул по выжившим усталым лицам — героям этой битвы.

Он медленно развернулся к своим бойцам:

— Солдаты... у вас есть три дня. Отдыхайте, — сказал Форц и, почувствовав невыразимую тяжесть на душе, устало пошёл прочь от линии обороны.

Зарц сразу двинулся к своей группе — столь дорогим друзьям, едва вернувшимся из сражения. На лицах облегчение и усталость перемешались с нервным огоньком победы.

Дайна, улыбаясь сквозь усталость, первой нарушила тишину:

— О, командир, смотрите, кто под конец битвы к нам прилетел, — кивнула в сторону Линсада.

Зарц внимательно посмотрел на друга:

— Так что же это было, Линсад? Что за задание?

Линсад бросил короткий, отстранённый взгляд и покачал головой:

— Я не могу об этом рассказать.

Дизейн попытался разрядить обстановку, протянул вперёд руку с сжатым в кулак символом сплочённости:

— Да брось, Линсад. Мы же одна команда!

Но Линсад неожиданно не ответил на этот жест солидарности. Его рука молниеносно перехватила кисть Дизейна, и в то же мгновение из предплечья Линсада выскользнуло холодное лезвие.

— Э-эй! — воскликнул Зарц, ошеломлённый неожиданной вспышкой.

В происходящее вмешалась Версис — она стремительно подбежала и схватила Линсада за руку, удерживая его.

— Линсад, спокойно… Всё хорошо. Это свои, это друзья, — твёрдо сказала она, глядя ему в глаза.

Очнувшись, Линсад с трудом отпустил хватку, приглушая напряжение внутри.

— Простите… Это… неважно, — выдохнул он, не находя в себе сил объяснить внезапный порыв.

— Версис, хотя бы ты скажи нам, что случилось, — не сдавался Зарц, обращаясь к девушке с надеждой.

Версис отвела взгляд; в её голосе звучали усталость и горечь:

— Прости, Зарц, я не могу этого рассказать. Никто из нас не сможет. Всё, что произошло там… было омерзительно и неправильно. После всего этого никому из нас не хочется служить этим белым мундирам — вообще никогда.

К команде на огромной скорости подкатил Намир, его тело ещё не успело полностью принять привычную форму — последние колёса втягивались в ноги. Намира занесло, он едва удержал равновесие, но вовремя затормозил, остановившись прямо перед друзьями.

— Ого! Видели? Прямо как в кино, — сияя, воскликнул Намир.

Зарц усмехнулся:

— Намир, брат, давай в обычную альтформу. И расскажи наконец, что там случилось, а то никто говорить не хочет.

Намир, не торопясь, потянулся:

— И вот, вновь стань человеком, прими форму обычную… Ла-ла-ла-ла-ла, — затянул он, театрально превращаясь обратно.

Зарц покачал головой:

— Опять земные передачи смотришь?

— Ага, пока летели, как раз поймал их сигнал, — подмигнул Намир.

— Значит, расскажешь теперь, что происходило?

Намир пожал плечами:

— Прости, брат. Нет, не могу.

В этот момент Арс обошёл его сзади и попытался подшутить — хлопнуть по спине, но Намир среагировал мгновенно: перехватил руку Арса, прыгнул ему на спину и приставил к его голове дуло автомата. Атмосфера моментально накалилась: Анита развернулась и навела своё оружие на Намира, а следом появилась Джес. Увидев сцену, она, не раздумывая, нацелила автоматы на Аниту.

— Да что здесь, чёрт возьми, происходит?! Зарц?! Линсад?! — взорвалась Джес.

Зарц вздохнул:

— Поверь, я сам не понимаю. Арс, ты зачем хотел его ударить?

— Я не хотел его бить, просто хотел слегка хлопнуть по спине, ну, ради шутки.

— Ладно… Намир, отпусти его. Намир? — мягко, но настойчиво проговорил Зарц.

Линсад, наблюдая за всем, произнёс:

— Он в боевом наркозе.

— В боевом наркозе? — переспросил Зарц.

— Это состояние, когда биксальт, находясь в бою, не различает своих и чужих. Его рефлексы работают только на защиту и атаку — всё остальное не имеет значения.

Дайна задумалась:

— Почему же тогда он не прострелил Арсу голову?

— Потому что Арс не сопротивляется, не создаёт угрозу. Это срабатывает на подсознательном уровне, — спокойно пояснил Линсад.

Джес тяжело вздохнула:

— Может, уже хватит этого цирка?

Линсад кивнул:

— Намир, отставить.

Намир словно очнулся — отпустил Арса и легко соскочил на землю:

— О, как вовремя! А, Анита, может, ты опустишь стволы?

Анита опустила оружие, и Джес сделала то же самое. Напряжённость в группе спала, всё возвращалось к прежнему состоянию.

— Ну, вроде бы всё, — выдохнул Зарц.

Намир вдруг оживился:

— Может, пойдём перекусим? У меня силы на исходе.

Зарц широко улыбнулся:

— Отличная идея, Намир.

Друзья, хоть и потрёпанные в схватке, но сплочённые как никогда, отправились на заслуженный отдых.