Астральное перемещение

Изменение было крошечным.

На уровне десятых долей.

Но системы V.A.L.O.R фиксируют даже микросдвиги.

03:12.

В аналитическом секторе загорелся один жёлтый индикатор.

Потом второй.

Не тревога.

Не красный уровень.

А странная, почти стеснительная аномалия в распределении частот сетки.

— Это что…? — сонный оператор протёр глаза. — Кто-то корректирует поле?

Он увеличил масштаб.

Красные точки по городу — те самые микроразрывы — больше не пульсировали синхронно.

Они… чуть сместились.

Как если бы невидимая рука провернула регулятор на долю градуса.

— Это не усиление, — пробормотал он. — И не спад.

Он замер.

— Это смещение.

В другом крыле.

Квартира Ардена и Сиеры.

Он не спал.

Несмотря на “фламинго-терапию”.

Лежал, глядя в потолок.

И вдруг — почти незаметное ощущение.

Как когда меняется давление перед грозой.

Он резко сел.

Сердце забилось быстрее.

Не страх.

Отклик.

— Сиера, — тихо позвал он.

Из соседней комнаты донеслось:

— Если это опять духовный Wi-Fi, я сплю.

— Это не он.

Пауза.

Дверь приоткрылась.

Она выглянула.

— Ты тоже это чувствуешь?

Он кивнул.

— Сетка… изменилась.

Сиера прищурилась.

Закрыла глаза.

На секунду стала абсолютно неподвижной.

И её лицо — впервые за вечер — стало серьёзным.

— Это не она.

— Что?

— Это не почерк Серафима.

Тишина.

— Тогда кто?

Сиера медленно открыла глаза.

— Третий фактор.

И где-то глубоко внутри она поняла.

Не логикой.

Не расчётом.

А интуицией.

— Сириус.

Камера изоляции.

Сириус не спал.

Он лежал с закрытыми глазами.

Но внутри — шёл процесс.

Он осторожно вошёл в состояние.

Не полностью.

Не как раньше.

Не позволил волне подняться выше груди.

Он чувствовал сетку.

Не как структуру.

Как ткань.

Натянутую по городу.

Он осторожно коснулся её.

Не толкнул.

Не дёрнул.

А… сместил.

На долю.

Проверка.

Мониторы над дверью зафиксировали скачок нейронной активности.

В соседнем помещении датчики поля зафиксировали коррекцию фазы.

Сириус открыл глаза.

— Так.

Шёпотом.

— Это работает.

Он медленно сел.

Сосредоточился.

Не усиливать.

Не разрушать.

Просто повернуть частоту в сторону.

Сетка откликнулась.

Не агрессивно.

Скорее… заинтересованно.

Где-то далеко.

В центральном ядре Эхо Нуля.

Серафим замерла.

Она стояла перед панорамным экраном с картой города.

И вдруг — её взгляд стал чуть внимательнее.

— Интересно.

Элиан, стоявший рядом, поднял голову.

— Что?

Она не ответила сразу.

Сетка под её контролем слегка дрогнула.

Не в бунте.

А как будто кто-то проверил, насколько туго она натянута.

— Он проснулся.

Элиан напрягся.

— Кто?

Серафим улыбнулась едва заметно.

— Не солдат.

— И не заключённый.

Она коснулась экрана кончиками пальцев.

— Игрок.

В тоже время камера Сириуса.

Он тяжело выдохнул.

Лоб покрылся холодной испариной.

— Спокойно… спокойно…

Он удерживал фазу несколько секунд.

Потом отпустил.

Сетка вернулась к исходному ритму.

Но не полностью.

Микросмещение осталось.

Он посмотрел на свои руки.

— Правая, значит.

Пульс медленно выравнивался.

В соседнем блоке V.A.L.O.R загорелся оранжевый уровень наблюдения.

Гай, поднятый срочным сигналом, вошёл в аналитический зал.

— Доклад.

— Кто-то вмешался в фазовую синхронизацию сетки.

— Кто?

Оператор замялся.

— Источник… внутренний.

Пауза.

Гай медленно повернулся.

— Камера.

Монитор вывел изображение.

Сириус сидел спокойно.

Показатели — стабильные.

Никаких всплесков.

Никаких перегрузок.

— Он не выходил в пик, — сказал аналитик. — Но корреляция 87%.

Гай молчал.

— Он не усиливает поле, — добавил оператор. — Он его… корректирует.

Тишина.

— Он учится, — тихо сказал Гай.

Квартира Ардена.

Сиера стояла у окна.

Смотрела в ночной город.

— Он не пытается сбежать, — тихо сказала она.

Арден подошёл ближе.

— Ты уверена?

— Да.

Она слегка улыбнулась.

— Это не агрессия. Это осторожность.

Пауза.

— Он пытается не стать триггером.

Арден выдохнул.

— Значит, у нас появился третий вектор.

— Нет, — спокойно сказала Сиера. — У нас появился баланс.

В ядре V.A.L.O.R начали пересчитывать прогнозы.

В центре Эхо Нуля — пересматривать стратегию.

А в изоляционной камере Сириус лёг обратно на кровать.

Усталый.

Но впервые — с ощущением выбора.

Он закрыл глаза.

— Завтра сложнее, — пробормотал он.

Где-то далеко, в структуре сетки, прошёл едва заметный отклик.

Не приказ.

Не контроль.

А… ответ.

И если раньше город стоял между хаосом и доминированием,

то теперь —

между тремя сознаниями,

каждое из которых не хотело быть пешкой.

Ночь стала глубже.

Но равновесие впервые стало возможным.

И вот, в корпусе V.A.L.O.R настало утро, слегка напряжённое для некоторых сотрудников, но всё же не слишком серьёзное.

Каждый занимался своим делом.

Кто то оформлял бумаги.

Кто то писал отчёты.

А вот кто то, слишком сильно хотел протестировать свои способности снова.

Камера Сириуса.

Сириус не собирался никуда выходить.

Он вообще-то собирался “аккуратно протестировать фазу”.

Аккуратно.

Очень важное слово.

Он сел на кровати.

Закрыл глаза.

Сфокусировался.

— Не усиливать. Не ломать. Не геройствовать.

Он коснулся сетки.

Она отозвалась.

Мягко.

Почти дружелюбно.

— Отлично, — пробормотал он. — Мы взрослые люди, мы можем вести диалог.

Он чуть углубился.

Совсем чуть-чуть.

Чисто посмотреть.

И тут произошло то, что в теории называлось “Астральное перемещение", а на практике — “ой”.

Пол под ним исчез.

Не взорвался.

Не разошёлся трещиной.

А просто…

перестал быть.

На долю секунды всё стало светом.

Потом — влажный воздух.

Запах ржавчины.

Гул труб.

И чьи-то крики:

— ЭЙ! Ты откуда вывалился?!

Сириус открыл глаза.

Он стоял.

На улице.

Но не той, что с небоскрёбами и рекламными панелями.

Это были нижние уровни мегаполиса.

Там, где город не блестел, а протекал.

Где стены дышали конденсатом.

Где неон не светился — он мигал.

Он моргнул.

Посмотрел вниз.

На себя.

— Я… босиком.

Пауза.

Он медленно огляделся.

Два подростка с контейнерами замерли в трёх метрах от него.

Один держал какую-то металлическую палку.

Второй жевал что-то подозрительное.

— Чувак, — сказал первый. — Ты только что… типа… из воздуха вылез?

Сириус посмотрел на свои руки.

Потом на них.

— Технически… да.

Пауза.

Он посмотрел вверх.

Там были километры города.

— Это не моя камера.

Он огляделся ещё раз.

Лужа.

Пар из трубы.

Крысы размером с уверенность правительства.

— Это вообще не мой этаж.

В голове медленно сложилось.

Астральный перемещение.

Он не просто сместил фазу.

Он вышел за пределы физической точки.

— О.

Очень осмысленное “о”.

Подростки сделали шаг назад.

— Он что, из верхних?

— Я не знаю, но он странный.

Сириус поднял палец.

— Секунду. Мне нужно понять, я сейчас физически здесь или это астральная проекция с запахом канализации.

Он вдохнул.

Сделал паузу.

Поморщился.

— К сожалению, физически.

Один из подростков шепнул:

— Он псих.

Сириус посмотрел на них.

— Я не псих. Я научный эксперимент с плохим контролем.

Пауза.

Он попытался “потянуться” обратно к камере.

Ничего.

Сетка ощущалась… далеко.

Как будто он выскочил из диапазона.

— Ладно, — тихо сказал он. — Паниковать не будем.

Он сделал шаг.

И тут же поскользнулся на мокром металле.

С грохотом приземлился на спину.

Подростки синхронно:

— О-о-о-о.

Он уставился в небо.

— Отлично.

Пауза.

— Сбежал из высокотехнологичной камеры, чтобы умереть в луже.

Он сел.

Потёр лоб.

— Так, соберись. Ты не телепортировался. Ты разорвал слой. Это фазовый сдвиг с пространственной проекцией.

Подросток с палкой осторожно спросил:

— Ты одарёный?..

Сириус посмотрел на него.

Очень серьёзно.

— Я идиот.

В этот момент над уровнем пролетел грузовой дрон.

И один из прожекторов скользнул по переулку.

Сириус инстинктивно втянулся в тень.

— Ладно. Если меня засекут… это будет очень неловкий отчёт.

“Заключённый случайно вывалился в трущобы через астральную щель.”

Он представил лицо Гая.

— Нет. Нет-нет-нет. Возвращаемся.

Он закрыл глаза.

Сфокусировался.

На камере.

На холоде металла.

На мониторах над дверью.

На ощущении изоляции.

— Домой. Домой. Домой.

Сетка наконец отозвалась.

Как будто нашла потерянный сигнал.

Мир снова смазался.

Подростки увидели, как он просто…

исчез.

Один медленно повернулся к другому.

— Я завязываю с грибами.

И в ту же секунду Сириус рухнул обратно на кровать в камере.

С глухим стуком.

Мониторы взвыли тревогой.

Пульс — скачок.

Нейроактивность — всплеск.

Он лежал, тяжело дыша.

— Ладно…

Пауза.

— Это было… образовательное мероприятие.

Он поднял руку.

Она дрожала.

— Вывод номер один: я могу выпадать из реальности.

— Вывод номер два: низы пахнут хуже, чем я предполагал.

Он уставился в потолок.

И вдруг начал смеяться.

Тихо.

Почти истерично.

— Отлично, Сириус. Ты хотел баланс.

Пауза.

— Ты получил тур по городу.

За стеной уже бежали шаги охраны.

А глубоко внутри —

способность, которую он пытался контролировать,

довольно урчала.

Как кот, который только что столкнул вазу,

и не совсем понимает, как это произошло —

но определённо хочет повторить.

Сигнал тревоги не просто завыл — он завопил.

В коридоре раздался топот.

— Фиксируем пространственный разрыв!

— Он не покидал камеру физически!

— Тогда откуда всплеск?!

Дверь распахнулась.

Двое охранников влетели внутрь.

Сириус всё ещё лежал на кровати, раскинув руки.

— Доброе утро, — прохрипел он. — Я только что был в туре по нижним уровням. Сувениры не принёс.

— Вы не покидали камеру, — жёстко сказал один.

— Я знаю. Это и пугает.

В аналитическом секторе V.A.L.O.R царил хаос, но организованный.

Гай смотрел на графики.

— Пространственная амплитуда зафиксирована вне координат камеры.

— Это невозможно.

— Он не телепортировался, — тихо сказал Гай. — Он разорвал слой.

Оператор сглотнул.

— То есть?

— То есть он не вышел через дверь. Он вышел через… физику.

Камера.

Сириус сел.

— Смотрите, я понимаю, что это выглядит плохо, — сказал он, потирая затылок. — Но технически я никуда не сбегал.

— Объясните скачок, — потребовал аналитик через динамик.

— Я… поскользнулся.

Пауза.

— В каком смысле?

— В астральном.

Тишина.

— Это не официальный термин.

— Теперь официальный.

Он провёл рукой по лицу.

— Я пытался сместить фазу аккуратно. Честно. Очень аккуратно. Но, видимо, у меня чувствительность как у человека, который впервые трогает регулятор громкости и сразу выкручивает на максимум.

Гай включился в канал связи.

— Где вы были?

Сириус задумался.

— Нижние уровни. Судя по запаху — где-то под промышленным кольцом. Два подростка. Один с палкой. Один с экзистенциальным кризисом.

Пауза.

— Они видели вас?

— Да.

— Вы взаимодействовали?

— Я упал.

В аналитическом зале кто-то тихо кашлянул, пытаясь скрыть смех.

Гай не улыбался.

— Ты понимаешь, что это значит?

Сириус посмотрел в камеру наблюдения.

— Да.

Он выдохнул.

— Я могу оказаться где угодно.

— Без контроля.

— Без разрешения.

Пауза.

— И, судя по всему, без обуви.

Вдруг один из техников крикнул:

— Мы нашли остаточный след!

На экране появилась карта мегаполиса.

В самом низу — короткая вспышка.

Гай прищурился.

— Это не просто выброс.

Он посмотрел на данные.

— Он не просто вышел. Он зацепился за сетку как за навигационный слой.

Сириус услышал это через динамик.

— Подождите.

Он медленно встал.

— То есть… если я пойму, за что именно цепляюсь…

Пауза.

— Я смогу выбирать точку?

Молчание.

Очень плохое молчание.

Гай произнёс медленно:

— Теоретически — да.

Сириус моргнул.

— Это же… это же ужасно.

— Почему?

— Потому что я только что чуть не устроил себе спонтанный тур по канализации. А теперь вы говорите, что я могу случайно вывалиться в кабинет кому то?

Пауза.

— Или хуже.

Он замер.

Глаза слегка расширились.

— В центр поля.

В ядро.

Там, где сетка плотнее всего.

Гай сразу понял.

— Даже не думай.

— Я не думаю!

— Ты думаешь.

— Я всегда думаю!

Он провёл рукой по волосам.

— Ладно. Хорошо. Давайте честно. Это было случайно. Я не собирался устраивать себе квест “найди выход через ткань реальности”.

Он посмотрел на свои ладони.

Они всё ещё слегка дрожали.

— Но если я могу разрывать слой… значит, я не просто часть сетки.

Пауза.

— Я её дефект.

В аналитическом зале стало тихо.

Сириус медленно улыбнулся.

Не весело.

Осознанно.

— А дефекты иногда… самые интересные элементы системы.

Гай отключил связь.

Повернулся к команде.

— Уровень наблюдения — максимум.

— Усилить стабилизацию.

— И подготовьте симуляцию.

— Какую?

Гай посмотрел на карту города.

— Если он снова “поскользнётся”, я хочу знать, куда он может упасть.

Камера.

Сириус лёг обратно.

— Отлично, — пробормотал он. — Хотел не взорвать город.

Пауза.

— Теперь главное — случайно не вывалиться на чью-нибудь свадьбу.

Он закрыл глаза.

Глубоко внутри способность тихо пульсировала.

Не хаотично.

С любопытством.

И где-то в самых низах мегаполиса два подростка до сих пор спорили, был ли это призрак, одарёный или сбой в реальности.

А Сириус впервые понял:

он больше не заперт.

Он просто… нестабильно привязан.

Камера снова погрузилась в относительную тишину.

Мониторы мигали стабильно.

Сириус лежал, глядя в потолок.

— Никуда больше не падаем, — пробормотал он. — Никаких разломов. Никаких туров. Мы приличный заключённый.

Он закрыл глаза.

И вот тогда —

он это почувствовал.

Не сетку.

Не город.

Не собственную способность.

А… её.

Это было как холодный палец по позвоночнику.

Как голос, который раньше звучал в темноте камеры.

Спокойный.

Ровный.

Слишком уверенный.

И насмешливый.

Сириус резко сел.

— Нет.

Он сглотнул.

— Нет-нет-нет.

Ощущение усилилось.

Как будто кто-то на другом конце натянул нить.

Не приказ.

Не давление.

Интерес.

Он попытался отступить.

Отцепиться.

Но “Астральное перемещение” уже щёлкнул.

— Ой, только не—

Мир снова смазался.

Без предупреждения.

Без подготовки.

Просто —

сдвиг.

Он рухнул.

Жёстко.

С громким грохотом.

Прямо на гладкую поверхность.

Стол.

Тяжёлый.

Чёрный.

Дорогой.

Какие-то документы разлетелись.

Металлическая ручка покатилась по полу.

Сириус моргнул.

Лежа на животе.

Лицом в бумаги.

— Я официально ненавижу свою способность.

Тишина.

Медленная.

Тревожная.

Он поднял голову.

Кабинет был высоким.

Минималистичным.

Панорамное окно — за спиной кого-то.

Очень кого-то.

Он медленно перевёл взгляд вперёд.

Она стояла по другую сторону стола.

Не голограмма.

Не тень.

Не голос.

Живая.

Реальная.

Эхо Нуля было не просто подпольной легендой.

И его глава —

была не абстрактной силой.

Серафим смотрела на него.

Спокойно.

Без охраны.

Без паники.

Будто к ней на стол каждый день падали заключённые из изоляционных камер.

Сириус застыл.

Он видел её лицо впервые.

Чёткие черты.

Холодный, внимательный взгляд.

И — самое страшное —

узнавание.

Она чуть наклонила голову.

И заговорила.

— Ты быстрее, чем я ожидала.

Голос.

Тот самый.

Он узнал его мгновенно.

Не мозгом.

Нервной системой.

— Это ты.

Он выдохнул это почти шёпотом.

— Конечно, — спокойно ответила она.

Его глаза расширились.

— Ты… ты не просто голос.

— Разочарован?

— Я думал, ты хотя бы абстрактная угроза.

Она слегка улыбнулась.

— Я предпочитаю конкретику.

Сириус медленно сел на её столе.

Оглядел кабинет.

Потом снова посмотрел на неё.

— Я… только что… упал к главе подпольной организации.

Пауза.

— Это худший день контроля в истории контроля.

Серафим обошла стол.

Спокойно.

Без спешки.

— Ты не “упал”.

Она остановилась перед ним.

Слишком близко.

— Ты потянулся.

Он замер.

— Я не тянулся к тебе.

— Нет?

Её взгляд стал чуть острее.

— Тогда почему разлом привёл тебя именно сюда?

Он открыл рот.

Закрыл.

Снова открыл.

— Потому что моя способность — хаос?

— Потому что ты настроен на меня.

Тишина.

Сириус сглотнул.

Он чувствовал её иначе, чем сетку.

Глубже.

Как будто их частоты… совпадали.

— Это не романтично, — быстро сказал он. — Это тревожно.

Она тихо усмехнулась.

— Я рада, что ты это понимаешь.

Он резко встал со стола.

Чуть не поскользнулся на разлетевшихся бумагах.

— Стоп. Стоп. Мне нужно переварить.

Он указал на неё.

— Ты появлялась у меня в камере как голос.

— Да.

— Ты — Серафим.

— Да.

— Глава “Эхо Нуля”.

— Да.

— И я только что телепортировался к тебе без разрешения.

— Похоже на то.

Он провёл рукой по лицу.

— Я хотел не взорвать город.

Пауза.

— А оказался на столе у антагониста.

Она чуть приподняла бровь.

— Антагониста?

— Сюжетно. Ничего личного.

На секунду в её глазах мелькнул интерес.

— Ты смешной.

— Я в шоке.

Он вдруг понял ещё кое-что.

Ощущение не исчезло.

Разлом всё ещё был открыт.

Тонкая трещина в пространстве позади него.

— Я… не закреплён.

Она заметила это сразу.

— Да.

В кабинете стало чуть холоднее.

— Если ты не вернёшься сам, тебя начнут искать.

— Уже ищут, — пробормотал он.

Она подошла ближе.

Её присутствие ощущалось иначе, чем в камере.

Не как голос в темноте.

Как центр гравитации.

— Ты хотел равновесия, — тихо сказала она.

Он посмотрел на неё.

— Я хотел выбора.

— Тогда смотри на меня.

Он посмотрел.

И в этот момент понял —

его способность не просто сорвалась.

Она выбрала.

Он оказался не где угодно.

Не в рандомной точке города.

А здесь.

Перед ней.

Сириус медленно выдохнул.

— Это очень плохой знак.

Серафим едва заметно улыбнулась.

— Или очень хороший.

Трещина за его спиной медленно стягивалась, как рана.

Сириус это чувствовал.

Ещё минута — и его выбросит обратно.

Или… не выбросит.

Серафим смотрела на него спокойно.

Без спешки.

Будто время в её кабинете текло иначе.

— Ты правда не понимаешь, как это работает? — тихо спросила она.

— Если бы понимал, я бы не приземлялся людям на мебель, — сухо ответил он.

Она чуть усмехнулась.

— Астральное перемещение — не телепортация.

— Спасибо, это я уже заметил.

— Это смещение по эмоциональному вектору.

Он замер.

— По… чему?

— Одарённые не двигаются по координатам, — сказала она. — Они двигаются по значимости.

Пауза.

— По тому, что внутри них сильнее всего резонирует.

Он нахмурился.

— Я не “резонировал” на трущобы.

— Ты возможно испугался потери контроля.

Он открыл рот.

Закрыл.

— А низы мегаполиса — место, где контроль минимален.

Тишина.

Он медленно перевёл взгляд.

— Это была не случайность.

— Нет.

Она сделала шаг ближе.

— И это тоже не случайность.

Он замер.

— Я не хотел к тебе.

— Но ты думал обо мне.

Сириус почувствовал, как уши начинают предательски нагреваться.

— Я анализировал угрозу.

— Конечно.

Она подняла руку.

И прежде чем он успел отступить —

её ладони легли ему на щёки.

Тёплые.

Настоящие.

Не голос.

Не проекция.

Живая женщина.

Сириус буквально перестал дышать.

— Э-э…

Его мозг, который только что обсуждал фазовые сдвиги, внезапно вышел из чата.

— Ты сейчас очень громко думаешь, — спокойно сказала она.

— Я… нет… я не…

Он покраснел.

Прямо физически.

— Это… это нарушение дистанции.

— Ты упал ко мне на стол, — мягко заметила она. — Думаю, дистанция уже неактуальна.

Он сглотнул.

— Это была техническая ошибка.

— Нет, Сириус.

Её взгляд стал внимательнее.

— Это была эмоция.

Она чуть наклонилась ближе.

Он замер окончательно.

— Способности Одарённых усиливаются не концентрацией.

— А чем?

— Чувством.

Тишина.

— Сильный страх.

— Сильная злость.

— Сильная привязанность.

Она убрала одну ладонь, но вторая всё ещё удерживала его лицо.

— Память.

— Травма.

— Желание.

Сириус почувствовал, как сердце бьётся слишком быстро.

— Я не… — он запнулся. — Я не желал…

Она чуть улыбнулась.

— Ты хотел ответа.

Пауза.

— И ты хотел меня увидеть.

Он замолчал.

Потому что отрицать это было… сложно.

Он правда хотел.

Понять.

Убедиться, что это не иллюзия.

Что голос — реальный.

Что Серафим — не просто идеология.

А человек.

— Когда эмоция достигает порога, — тихо продолжила она, — способность ищет кратчайший путь к источнику резонанса.

Он медленно моргнул.

— И я… резонирую с тобой?

— Да.

Ответ прозвучал слишком спокойно.

Его уши стали красными уже окончательно.

— Это звучит… очень неправильно.

— Это звучит опасно, — поправила она.

Трещина за его спиной начала усиливаться.

Он это почувствовал.

Возврат близко.

— Ты не случайный дефект, — сказала она. — Ты точка пересечения.

Он посмотрел ей в глаза.

— И ты не боишься, что я разорву твою систему?

Она чуть склонила голову.

— Я боюсь только неконтролируемых эмоций.

Пауза.

— А ты сейчас слишком смущён, чтобы быть разрушительным.

Он резко моргнул.

— Я не смущён.

— Ты красный.

— Это… освещение!

Она тихо рассмеялась.

И в этом смехе не было холода.

Только интерес.

Трещина вспыхнула ярче.

Сириус понял — секунды.

— Если мои способности зависят от эмоций… — быстро сказал он, — тогда мне нужно научиться их глушить.

— Нет.

Она убрала ладонь.

И шагнула назад.

— Тебе нужно научиться их понимать.

Мир начал смазываться.

Кабинет дрогнул.

— Сириус, — сказала она напоследок.

Голос — тот самый.

Но теперь он видел лицо.

— В следующий раз попробуй прийти осознанно.

И его выдернуло.

Камера.

Кровать.

Сигнал тревоги.

Он лежал, тяжело дыша.

Щёки всё ещё горячие.

— Это… — он закрыл лицо руками. — Это катастрофа.

Пауза.

— Я телепортировался к главе “Эхо Нуля”…

Мониторы фиксировали повышенный пульс.

Нейроактивность — нестабильная.

Но внутри —

способность больше не казалась хаосом.

Она казалась компасом.

И это пугало куда сильнее.

Сигнал тревоги в камере продолжал надрываться.

Сириус лежал на койке, глядя в потолок.

— Я просто хотел полежать, — пробормотал он. — Просто. Полежать.

Дверь камеры с глухим щелчком открылась.

И в проёме показалась целая делегация.

Не охрана.

Хуже.

Командование.

Вперёд шагнул Генерал Гай — массивный, суровый, с выражением лица “кто трогал реальность”.

Справа — Генерал Мицуро, идеально собранная, холодная, как клинок.

Слева — Генерал Кэйлин, который выглядел так, будто пришёл не разбираться, а читать нотации космосу.

Позади — Генерал Белиал, с лёгкой, подозрительно довольной улыбкой.

И чуть поодаль — Генерал Сиера.

Рядом с ней — Арден, который выглядел так, будто уже знает, что сейчас будет неловко.

Сириус медленно сел.

— О.

Пауза.

— У вас совещание в моей комнате, да?

Генерал Гай посмотрел на датчики.

— Объясни.

— Что именно? Моё существование или последние пять минут?

Мицуро холодно произнесла:

— Зафиксирован астральный скачок.

Кэйлин добавил:

— И энергетический резонанс вне сектора.

Белиал скрестила руки.

— И ты исчезал.

Сириус поднял палец.

— Технически — я отсутствовал.

Гай сделал шаг вперёд.

— Куда ты делся?

Сириус задумался.

Очень быстро.

Очень нервно.

— Я… эм… исследовал городскую инфраструктуру.

Тишина.

Арден медленно прикрыл глаза.

— Он врёт.

— Я не вру! — возмутился Сириус. — Я просто… креативно структурирую правду!

Мицуро прищурилась.

— Ты был в нижних секторах?

— Был.

— Потом?

Он замолчал.

Секунда.

Две.

— А потом… сменил локацию.

— Куда? — сухо спросил Кэйлин.

Сириус почесал затылок.

— В офис.

Пауза.

— Чей? — хором.

Он выдохнул.

— Теоретически гипотетического врага.

Молчание стало таким плотным, что его можно было нарезать ножом.

Белиал наклонила голову.

— Ты упал к Серафиму.

Он вздрогнул.

— Я не падал. Я… мягко десантировался.

Гай тяжело выдохнул.

— Ты телепортировался к главе “Эхо Нуля”.

— Звучит хуже, когда вы это так формулируете.

Арден посмотрел на него.

— Ты понимаешь, что это стратегический кошмар?

— Я понимаю, что это социальный кошмар, — буркнул Сириус. —Просто, подумаешь! Упал на стол Серафиму!

Тишина.

Белиал моргнула.

— Ты… что?

— Неважно!

Мицуро холодно спросила:

— Контакт был физический?

Сириус резко выпрямился.

— Это звучит очень подозрительно!

Гай медленно потёр переносицу.

— Ответ.

— Возможно.

— Насколько “возможно”?

— Ладони. Щёки. Всё прилично! Никто не погиб!

Кэйлин отвернулся, скрывая смешок.

Белиал откровенно улыбнулась.

— Невероятно.

И тут к нему подошла Сиера.

Молча.

Она не выглядела раздражённой.

Скорее… внимательной.

Она протянула руку и коснулась его шеи, где находилась артерия.

Просто чтобы проверить пульс.

И в этот момент —

что-то щёлкнуло.

Не разлом.

Не тревога.

Ощущение.

Знакомое.

Тонкая вибрация под кожей.

Как отголосок того же резонанса.

Сириус резко посмотрел на неё.

Сиера моргнула.

— Пульс повышен.

Он не ответил.

Потому что он почувствовал это.

Та же частота.

Тот же внутренний отклик.

Но слабее.

Не как у Серафима.

Но… схожий.

Сиера убрала руку.

— Ты что-то почувствовал?

Он замер на долю секунды.

Решение было быстрым.

— Нет.

Слишком быстро.

Арден прищурился.

— Ты сказал это слишком быстро.

— Я всегда быстро говорю! Это моя защита!

Гай скрестил руки.

— Сириус.

Он посмотрел на всех.

Пятеро генералов.

Арден.

И он.

В центре.

— Ты становишься нестабильным.

Сириус криво усмехнулся.

— Я становлюсь эмоциональным.

Мицуро холодно произнесла:

— Это хуже.

Он вздохнул.

— Вы не понимаете. Это не сбой.

Он на секунду задумался.

— Это… навигация.

Гай посмотрел на него внимательно.

— Ты хочешь сказать, что твоя способность выбирает точки по эмоциональному якорю?

Сириус медленно кивнул.

Тишина.

Кэйлин выдохнул.

— Отлично. У нас ходячий компас чувств.

Белиал хмыкнула.

— Романтический телепорт.

— Я ненавижу вас, — простонал Сириус.

Сиера всё ещё смотрела на него.

Слишком внимательно.

И он снова почувствовал слабый отклик.

Он сделал вид, что не заметил.

Потому что если он скажет —

начнётся анализ.

Допрос.

Связи.

А он сам ещё не понял, что это было.

Гай наконец сказал:

— С этого момента ты под наблюдением.

— Я и так в камере.

— Усиленным.

Сириус упал обратно на койку.

— Отлично. Может, прикрутите ремни к реальности?

Белиал усмехнулась.

— Если снова упадёшь к ней — постарайся не флиртовать.

Он закрыл лицо руками.

— Я не флиртовал. Я паниковал.

Арден тихо добавил:

— Это было слышно даже по датчикам.

Сириус простонал.

— Можно мне новую способность? Желательно без эмоций.

Сиера тихо сказала:

— Таких не бывает.

И на секунду их взгляды встретились.

Снова — лёгкий внутренний отклик.

Как намёк.

Как незавершённая формула.

Он отвёл взгляд первым.

Потому что если его способность действительно компас —

то он только что обнаружил вторую точку на карте.

И это было… очень, очень неудобно.

Камера постепенно опустела.

Сначала вышел Кэйлин, всё ещё тихо посмеиваясь.

За ним — Белиал, бросив напоследок:

— В следующий раз приземляйся аккуратнее.

Мицуро ушла молча, но с таким видом, будто уже пишет доклад на десять страниц.

Арден задержался на секунду.

— Ты в порядке?

— Смотря по какой шкале, — вздохнул Сириус. — По шкале “не падал к врагу” — нет.

Арден хмыкнул и ушёл.

Сиера вышла последней.

Перед тем как дверь закрылась, она на секунду обернулась.

И Сириус опять почувствовал этот слабый, странный отклик.

Щёлк.

Тихий.

Как эхо.

Дверь закрылась.

Тишина.

В это время Генерал Гай быстрым шагом направлялся к верхнему уровню.

К главе.

Доклад был… неловким.

Коротко что было:

— Он астрально сместился, — сухо сказал Гай.

— Дважды.

— Во второй раз — к Серафиму.

— Да, лично.

— Да, физически.

— Нет, не по нашей инициативе.

Пауза.

— Да, я понимаю, как это звучит.

Он закончил отчёт с выражением лица человека, который предпочёл бы воевать с армией, чем объяснять пространственные падения заключённого.

Камера.

Сириус лежал, уставившись в потолок.

— Ладно.

Пауза.

— Разберём по пунктам.

Он сел.

Скрестил ноги.

— Пункт первый: моя способность — эмоциональный компас.

— Пункт второй: я случайно телепортировался к главе подпольной организации.

— Пункт третий: я покраснел.

Он закрыл лицо руками.

— Сосредоточимся.

Он вспомнил лицо Серафим.

Чёткие черты.

Спокойный взгляд.

Потом — лицо Сиеры.

И вдруг он замер.

Медленно убрал руки.

— Подождите.

Он нахмурился.

— Это же…

Он прокрутил в голове.

Структура лица.

Линия скул.

Манера смотреть — слегка сверху вниз, но без высокомерия.

И голос.

Голос.

Он резко сел ровнее.

— Нет.

Пауза.

— Нет-нет-нет.

Он начал нервно ходить по камере.

— Они похожи.

Очень похожи.

Не одинаковые.

У Серафим глаза холодные, светлые.

У Сиеры — темнее.

Волосы разные.

Стиль разный.

Но…

— Интонация.

Он остановился.

— Ритм речи.

Он закрыл глаза.

Вспомнил, как Серафим сказала: “Ты быстрее, чем я ожидала.”

Потом — как Сиера тихо произнесла: “Таких не бывает.”

Одинаковая пауза перед ключевыми словами.

Одинаковая лёгкая насмешка.

Он медленно открыл глаза.

— Это сейчас паранойя или сюжетный поворот?

Он сел на край койки.

— Ладно. Допустим, совпадение.

Он поднял палец.

— Но способность.

Когда Серафим коснулась его — сильный резонанс.

Когда Сиера коснулась — слабый.

Но схожий.

Как одна и та же мелодия в разных тональностях.

Он уставился в стену.

— Это либо родственники.

Пауза.

— Либо я сейчас раскрываю заговор уровня “всё гораздо хуже”.

Он нервно усмехнулся.

— Пожалуйста, пусть это будут просто двоюродные сёстры с одинаковой дикцией.

Он лёг обратно.

— Нет. Стоп.

Он сел снова.

— А если…

Он замер.

— А если моя способность не просто реагирует на эмоции.

— А на… структуру поля.

Он медленно вдохнул.

— Что если Сиера тоже связана с сеткой.

Пауза.

— Или…

Он сглотнул.

— Серафим связана с нами ближе, чем кажется.

Он снова вспомнил, как его разлом “выбрал” её.

Не случайно.

По резонансу.

Он закрыл глаза.

— Ладно.

Пауза.

— Вариант первый: я схожу с ума.

— Вариант второй: они связаны.

— Вариант третий: я опять куда-нибудь свалюсь, пока думаю.

Он резко лёг, прижав руки к бокам.

— Не думать. Не думать. Не думать.

Тишина.

Через секунду:

— Но если они правда похожи…

Он прикрыл глаза.

И тихо пробормотал:

— Пожалуйста, только не говорите мне, что я эмоционально настроен сразу на двух стратегически опасных женщин.

Пауза.

Он посмотрел в потолок.

— Это даже не драма. Это катастрофа с элементами романтического триллера.

Мониторы над дверью фиксировали нестабильную активность.

Но не скачок.

Пока.

Сириус тяжело вздохнул.

— Завтра я либо раскрою заговор.

Пауза.

— Либо снова упаду к кому-нибудь на стол.

И в глубине его способности тихо, едва заметно,

пульсировали

две почти одинаковые частоты.

Ночь в жилом блоке штаба медленно становилась глубже.

Система автоматически приглушила свет в коридорах, оставив мягкое голубоватое освещение для ночного режима сотрудников.

Каждый жил в своей квартире — но в одном здании, потому что «оперативная близость повышает эффективность реагирования», как любил говорить глава штаба.

И никто не спорил.

Хотя Гай всё ещё считал это скрытой формой психологического надзора.

Квартира Гая и Кэйлина.

Кофемашина тихо щёлкнула в темноте кухни.

— Я говорил, что она сама включается, — шёпотом сказал Гай.

— Ты сейчас разговариваешь с кофемашиной в три часа ночи, — ответил Кэйлин, даже не открывая глаза с дивана.

— Она духовно нестабильна.

— Это техника.

— Ты не понимаешь.

— Я очень хорошо понимаю.

Гай стоял возле окна.

Смотрел вниз — на ночной город, который казался почти мирным.

— Ты думаешь о том, что произошло сегодня? — тихо спросил Кэйлин.

Гай не ответил сразу.

Потом сказал:

— Да, это странно что он смог выбраться из такой защищённой камеры.

Пауза.

— И вернуться.

— Ты не веришь в «эмоцианальный компас» как категорию состояния?

— Я верю в статистику.

Он обернулся.

— Это выглядит как подготовленный сценарий.

Кэйлин открыл глаза.

— Ты так думаешь?

— Я думаю, что да.

Гай провёл рукой по лицу.

— Меня пугает, что я уже привык к этому.

Квартира Мицуро и Белиал.

Мицуро сидела за столом, проверяя отчёты в планшете.

Белиал лежала на диване вверх ногами, держа кружку чая.

— Я ненавижу подпольные организации, — сказала Мицуро.

— Ты ненавидишь всё, что существует больше трёх дней, — заметила Белиал.

— Сегодня особенно.

Пауза.

— Она меня бесит..

Белиал закрыла глаза.

— И почему такая как она вообще стала генералом?!

— Ну..её так то выбрал камень, что поделаешь.

Мицуро сжала край стола.

— Это меня и бесит!

Тишина.

— Мне не стыдно.

— Я знаю.

Пауза.

— Но?

Мицуро выдохнула.

— Я не думаю что такая как она, вообще заслуживает место генерала.

Белиал тихо сказала:

— Мы все так думаем.

Мицуро посмотрела в окно.

— Я не люблю её.

— Ты очень очевидно не любишь её.

— Но…

Пауза.

— Я не хотела, чтобы она умерла когда нибудь.

Белиал отпила чай.

— Я тоже.

В камере.

Сириус лежал.

Глаза открыты.

Потолок изучен до атомного уровня.

— Спать, — сказал он себе.

Пауза.

— Просто спать.

Мозг ответил:

А ДАВАЙ ПРОАНАЛИЗИРУЕМ ДВУХ ПОХОЖИХ ЖЕНЩИН С РЕЗОНАНСОМ.

— Нет.

Он перевернулся на бок.

— Не думать о Сиере.

Пауза.

— Не думать о том, как она посмотрела.

Пауза.

— И не думать о том, что она похожа на Серафима.

Его способность тихо пульсировала.

Как будто такая: “О, ты думаешь? Отлично.”

— Нет. Мы не делаем глупостей. Мы взрослые. Мы контролируем эмоции.

Он закрыл глаза.

И вспомнил, как Сиера коснулась его шеи.

Щёлк.

Тот же отголосок.

— Это совпадение, — пробормотал он.

Он сел.

— Или это судьба.

Пауза.

— Нет, звучит драматично. Отменяем.

Он лёг обратно.

— Просто интересно. Просто научный интерес.

Тишина.

Он представил, как она сейчас спит.

Спокойно.

В своей комнате.

Нормально.

Без падающих людей сверху.

Его способность:

“Интересно, да?”

Сириус резко открыл глаза.

— Не смей.

Поздно.

ЩЕЛЧОК.

Мир снова сложился гармошкой.

Штаб-квартира.

Поздний час.

Арден только вернулся.

Позже обычного.

Снял куртку.

Тишина.

Подозрительно мирная.

— Сиера? — тихо позвал он.

Никаких взрывов.

Никаких сломанных стульев.

Никаких философских баталий с холодильником.

Он приподнял бровь.

— Подозрительно.

Он заглянул в её комнату.

Сиера спала.

Спокойно.

Одеяло до плеч.

Лицо расслаблено.

Арден тихо выдохнул.

— Вот бы всегда так.

Он закрыл дверь.

Пошёл на кухню.

Налил воды.

И в этот момент—

В комнате Сиеры пространство над кроватью тихо треснуло.

Без грома.

Без спецэффектов.

Просто — разлом.

И оттуда выпал Сириус.

С глухим “БУМ”.

Прямо.

На неё.

Сиера проснулась мгновенно.

И закричала.

— ЧТО ЗА—

Сириус тоже закричал.

— Я НЕ СПЕЦИАЛЬНО!!!

Они запутались в одеяле.

Он пытался подняться.

Она пыталась понять, почему на ней лежит мужчина из камеры изоляции.

— Ты что, из потолка выпал?!

— Технически — да!

— Сириус?!

— В наличии!

В коридоре раздался грохот.

Арден.

Он ворвался в комнату.

— ЧТО ПРОИСХОДИТ—

И замер.

Картина:

Сиера лежит на кровати.

Сириус на ней.

Одеяло в хаосе.

Оба растрёпанные.

Оба красные.

Секунда.

Две.

Три.

Арден медленно моргнул.

— Я… даже не знаю, с чего начать.

Сириус попытался встать.

Но запутался в одеяле и снова рухнул.

На этот раз лицом в подушку.

— Это эмоциональный компас! — крикнул он оттуда. — Я не контролирую направление!

Сиера села, пытаясь отдышаться.

— Ты только что свалился на меня во сне!

— Я знаю! Это был неосознанный научный эксперимент!

Арден медленно закрыл лицо рукой.

— Почему он всегда падает?

— Я бы тоже хотел знать! — простонал Сириус.

Сиера посмотрела на него.

И вдруг поняла.

— Ты… думал обо мне.

Тишина.

Сириус замер.

— Это не звучит так, как ты думаешь.

— А как это звучит?

— Как стратегический анализ!

Арден хмыкнул.

— В полночь? В кровати?

Сириус сел.

Волосы растрёпаны.

Одеяло обмотано вокруг ноги.

— Я пытался спать!

Сиера скрестила руки.

— И вместо этого телепортировался ко мне?

Он посмотрел на неё.

И снова — щёлк.

Тот самый отклик.

Сильнее, чем в камере.

Он быстро отвёл взгляд.

— Это не личное!

Арден сухо заметил:

— Он так же говорил про стол Серафима.

Тишина.

Сиера резко повернулась к Сириусу.

— ....

Сириус закрыл глаза.

— Я ненавижу свою жизнь.

Арден вздохнул.

— Отлично. Теперь у нас любовный треугольник с элементами астральной физики.

— НЕТ НИКАКОГО ТРЕУГОЛЬНИКА! — одновременно выкрикнули Сириус и Сиера.

Пауза.

Они посмотрели друг на друга.

Слишком близко.

Слишком неловко.

И в этот момент разлом за спиной Сириуса начал снова мерцать.

Он побледнел.

— О нет.

— Что “о нет”? — спросил Арден.

— Я ещё не стабилизировался.

Пространство дрогнуло.

Сириус посмотрел на них.

— Если я сейчас исчезну — это не побег!

ЩЕЛЧОК.

И он пропал.

Тишина.

Сиера моргнула.

Арден посмотрел на пустое место.

Потом на неё.

— Ты всё ещё уверена, что он не нестабильный фактор?

Сиера медленно выдохнула.

И тихо сказала:

— Он не нестабильный.

Пауза.

— Он эмоциональный стал!

Арден приподнял бровь.

— На что?

Сиера посмотрела на место, где он только что был.

В комнате повисла тишина.

Пустое место над кроватью ещё слегка “воняло” астральной энергией.

Арден стоял у двери.

Сиера сидела на кровати.

Одеяло перекручено.

Волосы растрёпаны.

Ночь разрушена.

Спокойствие — тоже.

Арден осторожно кашлянул.

— Ну… по крайней мере он больше не лежит на тебе.

Сиера медленно повернула к нему голову.

Очень медленно.

С выражением лица “ты только что сделал хуже”.

— А ты, — спокойно сказала она, — что забыл в моей комнате?

Арден моргнул.

— Я… ворвался, потому что ты закричала?

— И?

— И… это логично?

Она встала.

Подошла к нему.

— Ты стоишь. В моей комнате. В три часа ночи.

— Потому что на тебя с потолка упал человек!

— Это детали.

— Это не детали!

Она ткнула пальцем в его грудь.

— Ты что, ждал за дверью?

— Нет!

— Может, подслушивал?

— Нет!!

— Может, вообще решил проверить, сплю ли я?

— Сиера, я принёс воду!

— О, так теперь ты контролируешь мой водный баланс?!

Арден застыл.

— Что.

— Вдруг я не хотела воды?

— Я не предлагал тебе воду!

— Вот именно!

Он открыл рот.

Закрыл.

Снова открыл.

— Я просто… прибежал на крик!

— Ты прибежал слишком быстро.

— Я был в коридоре!

— Подозрительно удобно.

— Это штаб-квартира! Я тут живу!

Она скрестила руки.

— Но не в этой комнате.

Пауза.

Арден посмотрел на неё.

Потом на кровать.

Потом на потолок.

— Хорошо. Допустим. Я лишний.

— Наконец-то осознание.

Он тяжело вздохнул.

— Можно хотя бы убедиться, что ты в порядке?

— Я была в порядке. Пока не получила Сириуса в лицо.

Арден закашлялся, скрывая смешок.

Она прищурилась.

— Тебе смешно?

— Немного.

— Отлично.

Она подошла к двери.

Распахнула её.

— Вон.

— Сиера—

— Вон.

— Я просто—

Она мягко, но решительно подтолкнула его к выходу.

— Ты что вообще забыл в моей комнате?!

— Я уже ответил!

— Повтори!

— Ты закричала!

— А если бы я просто… потянулась?!

— Так не кричат!

— Ты эксперт по моим крикам?!

— Нет!

— Тогда почему такой уверенный?!

Он вышел в коридор.

Она продолжала наступать.

— Всё. Достаточно. Спокойной ночи.

И — БАМ.

Дверь закрылась прямо перед его носом.

Арден уставился на неё.

Тишина.

Он постоял пару секунд.

— Я… буквально спасал ситуацию.

Из-за двери раздалось:

— Никто не просил спасать!

— На тебя упал человек!

— Он не считается!

— Он не считается?!

— Он… временное астральное явление!

— Он весит как нормальный человек!

— Арден!

— Всё, молчу!

Он отступил на шаг.

Потёр переносицу.

— Я просто хотел воды…

Из комнаты донеслось глухое:

— Иди спи!

Он развернулся и пошёл к себе.

Бормоча:

— В следующий раз пусть падает сколько хочет. Я даже не встану.

В комнате Сиера прислонилась к двери.

Выдохнула.

Провела рукой по лицу.

— Нормальная ночь, — пробормотала она. — Абсолютно нормальная. Просто мужчина телепортируется ко мне сверху, снова. Ничего особенного.

Она посмотрела на потолок.

— Только попробуй ещё раз.

Пауза.

Тишина.

Никаких разломов.

Она легла обратно.

Натянула одеяло.

Закрыла глаза.

Через десять секунд.

— Если он ещё раз упадёт — я его реально выкину в окно.

Где-то в пространстве очень тихо пульсировала астральная частота.

Как будто смеясь.

Ночь обещала быть длинной.

Камера Сириуса снова погрузилась в почти абсолютную тишину.

Свет в коридоре за прозрачной преградой был приглушён до холодного ночного режима. Мониторы над дверью монотонно фиксировали показатели жизнедеятельности.

Пульс — стабилен.

Температура — стабилен.

Активность мозга — слегка повышена.

Сириус лежал на кровати.

Глядя в потолок.

И пытался понять одну очень важную философскую проблему.

— Почему, — медленно сказал он, — я постоянно оказываюсь в местах, где не планировал быть.

Пауза.

Он поднял руку и посмотрел на ладонь.

— Я буквально стоял в камере.

Он перевернул ладонь.

— Потом подумал о Сиере.

Пауза стала очень тяжёлой.

— И упал.

Он закрыл лицо рукой.

— Я — астральная катастрофа.

Он сел на кровати.

— Это даже не контроль способности.

Он медленно поднялся и начал ходить по камере, заложив руки за спину.

— Значит так.

Он остановился.

— Способность активируется при сильных эмоциональных триггерах.

Он посмотрел в сторону стены.

— Воспоминания.

Пауза.

— Желание переместиться.

Он нахмурился.

— Я не хотел перемещаться.

Ещё пауза.

Он медленно произнёс:

— Я думал о ней.

Он скрестил руки.

— Это не считается.

Он сел обратно.

— Это случайность.

Он кивнул самому себе.

— Абсолютно научно подтверждённая случайность.

Тишина.

Он вдруг склонил голову.

— Подождите.

Он резко выпрямился.

— Я же не контролировал координаты.

Он медленно посмотрел на свои руки.

— Я просто… подумал.

Он замолчал.

Очень надолго.

— Это плохо.

Пауза.

— Или очень плохо.

Он поднялся и подошёл к панели наблюдения.

Приложил палец к стеклу.

Разряд мягко прошёл по коже.

— Если я могу перемещаться к человеку, о котором думаю…

Он тихо усмехнулся.

— То это крайне неудобная способность для социальной жизни.

Он постоял ещё немного.

Потом сказал в пустоту:

— Я надеюсь, ты не смотришь.

Пауза.

— Я сейчас не имею в виду конкретно тебя.

(Он обращался к Серафиму)

Он вздохнул.

— Хотя, возможно, именно тебя.

Он вернулся к кровати.

Лёг.

Смотрел в потолок.

Через несколько секунд пробормотал:

— Я случайно оказался на столе подпольного лидера.

Пауза.

— И теперь я эмоционально травмирован.

Он закрыл глаза.

— Завтра я буду тренировать контроль.

Тишина.

Мониторы тихо пикнули.

Система зафиксировала стабилизацию мозговой активности.

Сириус перевернулся на бок.

И очень тихо добавил:

— Но если я снова упаду на неё… я скажу, что это был стратегический манёвр.

Пауза.

Он почти уснул.

И в полудреме пробормотал:

— Хотя она всё равно скажет, что я просто тупо упал.

Ночь в камере была холодной.

Но странное ощущение внутри груди, которое появлялось каждый раз, когда он думал о голосе Серафим…

Сегодня почему-то не уходило.