Глава 1.0
Клянусь, я жила достаточно усердно. Так какого чёрта должна выслушивать этот бред?
— Сто миллионов вон в тридцать лет? Пф, вы в каком времени застряли? Сразу видно, что не разбираетесь. Раз исполнилось тридцать, нужно иметь в запасе хотя бы триста миллионов. В наши дни даже квартиры в провинции стоят от трёхсот до пятиста миллионов.
— Кхм! Менеджер…
— А! Точно! Наша ассистентка Со ведь недавно говорила, что накопила сто миллионов! Даже праздничный ужин по этому поводу устраивала, совсем забыл. Я ни в коем случае не имел в виду вас, честно. Sorry, my fault~ (Извините, виноват). Мы же в расчёте, да?
Совсем недавно, когда начальник отдела завёл разговор про «понторезов» на дорогих тачках, этот тип сидел и трясся: «Вы это сейчас на меня намекаете?!»
Зато когда сам лезет не в свое дело, то сразу выдаёт на ломаном английском: «It's my fault?» (Это я-то виноват?).
«Чтоб ты сдох, Ким...»
Если бы не он, я бы не сидела на шестом году службы в ассистентах. И не совершила бы ту позорную ошибку, когда на радостях от накопленных ста миллионов у меня снесло крышу и я раззвонила об этом всем коллегам!
Юра/HR:
Это стопудово камень в твой огород.
Вы:
Да знаю я.
Юра/HR:
Да забей, он того не стоит. Этот лузер когда-нибудь знатно прогорит на харрасменте. Ставлю на это свои 100 миллионов. На него уже пол-отдела зуб точит.
Вы:
Не напоминай про эти 100 миллионов, у меня уже ПТСР от них! По-твоему их так легко заработать? Думаешь, такие деньги на дороге валяются?!
Юра/HR:
Прости...
Пережить разрыв помолвки, оправиться после мошенников и накопить сто миллионов вон… Если это не личный триумф над обстоятельствами, то что тогда? Порой мне кажется, что масштаб этого достижения понятен только мне одной.
— Ассистентка Со, у вас сейчас клавиатура загорится. Потише.
— Ой, простите…
Я неловко улыбнулась ассистентке Чан. Та подошла ближе и прошептала:
— Просто все негодуют, почему менеджером стал Ким, а не ты, Син А. Вот он и пытается тебя осадить. Мелочно, правда?
— …Разве вы двое не дружили?
— Боже. Какие ужасные у тебя фантазии, подруга.
— Ну, вы же из одного университета и, вроде как, должны быть в одной команде…
— Дорам пересмотрела? Откуда в таком месте взяться каким-то «командам»?
И то верно… В компании, где каждый только и думает, как бы поскорее уволиться, о каких «командах» может идти речь? Я дура, раз вообще в это поверила.
Словно прочитав мои мысли, Чан добавила:
— И какой толк оканчивать престижный вуз? Стоит попасть в подобное место, как все тут же, словно сговорившись, деградируют до общего низкого уровня.
«Чан... Ты сейчас скольких людей разом задела?»
Перед глазами промелькнул мой образ студенческих лет. Эх, знала бы я, что буду жить вот так...
Стало до слёз обидно, но за шесть лет работы я отрастила такую броню, что эта печаль лишь слегка царапнула меня и тут же исчезла.
«Теперь стартовый в триста миллионов?! С каких это пор? Я тут кровью и потом едва наскребла сто миллионов! Они там среднее арифметическое с учётом всяких Блэкпинк[¹] и Айю[²] считали?»
Менеджер Ким, конечно, бесячий тип, но он сидит во всех чатах по крипте и недвижимости, так что его информации можно доверять. И точно — стоило мне впопыхах проверить, как оказалось, что цены на квартиры в провинции и правда растут как на дрожжах.
«С ума сойти можно...»
Неужели в этой жизни мне так и не суждено обзавестись собственным жильём? Я ведь даже ипотеку закрыть не в состоянии...
♧
Наступил вечер. Я шла с работы домой.
— [Я же тебе говорил в крипту вложиться! Прикинь, сколько бы сейчас подняла, если бы тогда влила~!]
В ответ на мои жалобы Сок Ын Чу, мой друг детства, буквально взревел в трубку.
— Хватит уже трындеть про свою крипту...
— [А тебе пора завязывать с этим старомодным убеждением, что крипта — это азартные игры. В наше-то время разве можно с такими взглядами жить?]
— Я считаю человеческий труд священным, а его ценность несоизмеримой...
— [Ты что, в каменном веке застряла? Тут гуманоиды уже на низком старте, какой нафиг "священный труд"? Про ИИ-революцию не слышала, первобытная ты наша?]
На самом деле, мне всё было известно. Про ИИ-революцию в том числе.
OpenAI, Nvidia, Tesla, Gemini, Perplexity и другие.
Следя за новостями, я также регулярно инвестировала по стратегии усреднения.
Просто именно перед Сок Ын Чу я корчу из себя эдакого благородного учёного-отшельника, которому чуждо всё мирское.
«Да потому что я ему завидую до безумия!»
Мой друг детства, Сок Ын Чу, является тем самым везучий подонком. Благодаря своей «блестящей инвестиционной стратегии», он стал представителем движения FIRE[³] и добился успеха своими силами в раннем возрасте.
Мой друг прямо таки герой мифа о везении XXI века: в те времена, когда о криптовалюте никто и не слышал, он из любопытства вложил десять миллионов вон, которые вернулись к нему в виде десяти миллиардов.
Наблюдая за таким парнем в непосредственной близости, я чувствовала такую зависть и ущемлённое самолюбие, что даже и близко не хотела подходить к крипте.
Он ведь всего лишь сопливый мальчишка из соседнего дома, которым я помыкала ещё с начальной школы!
«Сок Ын Чу, какой же ты неблагодарный ублюдок».
Когда он был последним в списке успеваемости по всей школе, я с огромным усердием подделывала его табель в Фотошопе.
Когда он хотел набить на спине лицо своей девушки, я бегала за ним с домашними обедами, пытаясь отговорить.
«И где благодарность!? Он мог позвать меня в крипту хотя бы на четверть так же настойчиво?»
Ын Чу, после такого предательства ты ещё смеешь считать себя моим другом!?
— Я забрала деньги с первоначального взноса и закрыла вклад.
— [Да ну, серьёзно?!]
— Настроение на нуле... Фух...
— [Это не дело, Син А. Ты где? Пойдём посидим где-нибудь? Дождь как раз. Самое то, чтобы стресс снять.]
— Скинь лучше денег на карту, раз утешить хочешь...
— [Давай, я лучше сделаю подарок? Есть ли то, что ты хочешь?]
«Есть. Все твои активы».
— Ха... Как же это жалко.
— [Что жалко? Я же тебе подарок предлагаю, чего ты бесишься?!]
— Да не ты. Я про себя. Я жалкая.
Син А, Син А.
С каких это пор ты стала так помешана на деньгах? У тебя ведь были и мечты, и цели. Столько вещей, которые ты хотела сделать. С какого, чёрт возьми, момента тебе стали важны только деньги? Когда ты стала такой никчёмной?
— Я так в тебе разочарована...
— [...Чего? Так ты про меня или нет?]
В тридцать лет я не должна была быть такой. В моём воображении взрослая Син А была куда более...
— А-а-а, мамочки!!!
«Это ещё что такое?!»
— Дядь, вы что творите?!
«Человек тут, понимаешь, набрался смелости, поймал сентиментальное настроение, а вы тут с какого перепугу оказались?!»
В дождливых сумерках остановки какой-то бездомный скорчился и рыдал навзрыд. На нём было что-то вроде мешковины, и на мгновение я чуть не умерла, приняв его за призрака.
— [Что там? Со Син А! Ты в порядке?! Живо скидывай адрес!]
— Всё в порядке. Ын Чу, я перезвоню!
— [Эй, не вешай трубку! Эй!]
Я осторожно сделала шаг вперёд.
— Извините...
Стояла тёмная дождливая ночь.
Я понимаю, что нужно быть настороже, но...
«Сколько же дней этот человек голодал?»
Его вид мог растрогать даже самого чёрствого жителя Сеула.
Лицо, бледное от болезни, лохмотья вместо одежды, едва прикрывающие тело... А непрекращающийся плач, доносившийся от него даже в эту секунду, был и вовсе душераздирающим.
— Вы в порядке? Вам нельзя здесь оставаться...
— Со Син А!
— Мама! — я вскрикнула от неожиданности и резко обернулась.
Уличный фонарь выхватил из темноты силуэт молодого человека с зонтом, стоящего неподалёку. Шлёпая сланцами, ко мне приближался мой младший брат с вечно свирепым лицом — Со Чхон Сон.
— Ты что здесь забыла? — поинтересовался он явно раздражённым голосом.
Из-за работы в полиции его график постоянно сбивался, а с прошлого месяца, когда в округе пошли серийные убийства, ему вдобавок пришлось взять на себя контроль за моим возвращением домой. В общем, дел у моего братца было по горло.
— Ты хоть знаешь, сколько раз я тебе звонил? С кем ты там так долго болтала? Парень, что ли, появился?
— Это был Ын Чу... Кхм, забудь. Лучше посмотри на этого человека. Скорее.
Только тогда Чхон Сон, вскинув бровь, подошёл ближе. Он машинально сунул мне в руки зонт и схватил бездомного за плечо.
— Дядь, это полиция. Вам плохо?
Раз уж прибыл «оплот народа», мне пора проваливать?
Видимо, брат подумал о том же и кивнул мне:
— Иди первая.
— Заберёшь его в участок?
— В такую погоду он просто умрёт, если его здесь оставить.
— Хм, поняла.
Из-за чёртовой сверхурочной работы время и так было позднее.
Вскоре приехала патрульная машина, и я отправилась домой, оставив за спиной бездомного под дождём и занятых полицейских.
♧
«М-да...»
Я-то думала, что на этом моя история с тем несчастным бездомным и закончилась.
Я мельком взглянула на наручные часы. Пять утра. Час, когда людей, идущих на работу, очень мало.
Если только вы не такой человек, как я, которая начала практиковать «магию утра», вдохновившись вчерашним заявлением менеджера Кима про триста миллионов, — все остальные в это время только-только просыпаются.
«И почему этот дядечка всё ещё здесь?»
Разве вчера его не забрала полиция? Он выглядел как голодный Жан Вальжан[⁴], но при свете дня стал похож на Голлума[⁵] перед самой смертью.
«Вообще-то я не из таких... Ладно. Буду считать, что совершаю добрый поступок. Такой роковой женщине с тяжелой судьбой, как я, нужно время от времени подправлять карму».
— Послушайте... вот, возьмите. Вы, кажется, долго голодали, так что если съедите что попало на пустой желудок, вам станет плохо. Лучше поешьте это.
Стоило открыть крышку, как потянуло приятным ароматом и поднялся белый пар. Это была жидкая каша из овса с добавлением горсти белого риса и яйца.
«Прощай, мой обеденный ланч-бокс...»
И вот, в тот самый момент, когда я собиралась уйти с тяжелым сердцем:
— Это ведь вы помогли мне вчера вечером, барышня?
— Что? Ой, ну я бы не сказала, что прямо помогла...
— Вы зонтик оставили. Чтобы я укрылся. А сами под дождём пошли.
«И когда он только успел заметить, если всё время плакал?»
Пока я замешкалась, бездомный пошарил в своих лохмотьях, достал треснувшие очки и надел их. В тот же миг его облик поразительно изменился.
Из Голлума при смерти, потерявшего всё состояние, он превратился в «интеллигентного» Голлума при смерти, потерявшего всё состояние!
— И тот молодой полицейский вчера. Похоже, ваш старший брат, я остался у него в долгу.
— Младший брат, — тут же поправила его я. — Это я его старшая сестра. Со Чхон Сону двадцать шесть, мне тридцать. Между нами целых четыре года разницы, дядя.
— О? Прошу прощения. Я плохо разбираюсь в людях, не сразу понимаю. Видимо, зря годы прожил.
— Оно и видно.
— ..?
— Ой, нет-нет! Я ляпнула, не подумав. Просто утро, на пустой желудок... Я не это хотела сказать. Имела в виду, что вы выглядите как человек, который слегка... оторван от общества... Ну, знаете, как учёный. Как будто много учились, работали исследователем или типа того.
— О... Как вы узнали?!
...Серьёзно? Я ляпнула первое, что пришло в голову, просто потому, что он постоянно поправлял свои толстые очки.
— Ну... просто у вас на лице написано. Мол, «у меня за плечами долгие годы учёбы».
— Вот как. Значит, это заметно...
Бездомный мужчина впал в ступор. Вид у него был почему-то опустошённый.
Прошло несколько минут в этой невыносимо неловкой тишине. И как раз в тот момент, когда прозвучал звук уведомления о прибытии автобуса — для меня, INFP[⁶], это стало спасением — бездомный снова заговорил:
— Вы, случаем, не знаете компанию под названием «Квера»[⁷]?
«Чего? У меня на лице написано, что я первобытный человек, который не интересуется ИИ и индустриями будущего? Так, что ли?»
— А есть те, кто не знает «Кверу»? «Сонджа», «Никс», «Квера». У меня может не быть их акций, но знания-то имеются. Стереотип о том, что красивые девушки глупы — это просто предрассудки. Кто в наше время не знает тройку лидеров Коспи[⁸]?
Я вспылила, задетая его словами, но мужчина никак не отреагировал. Он лишь смотрел куда-то вдаль.
— Моё имя... Пак Мин Су.
— А? Да. А я — Со Син А.
— Пак Мин Су... Не припоминаете?
— Ну, имя у вас хорошее. Немного распространённое, конечно...
— Правда не знаете?
«Да что он от меня хочет?»
— Не знаете. Ну конечно. Даже если слышали моё имя, наверняка не поймёте, к чему это я вдруг...
«Хорошо, что ты и сам это понимаешь, дядя».
— На самом деле, я — основатель компании «Квера».
«Так он всё-таки больной!»
— Знаю. Миру известен совсем другой человек. Но тот подлец... тот мошенник не был мне даже соучредителем. Он всего лишь подлый предатель!
«Совсем больной...»
Пока я раздумывала, как бы потихоньку отойти на безопасное расстояние, бормотание бездомного Пак Мин Су перешло из обычного нытья в какую-то «дарк-стадию».
— Потенциал «Кверы» не на том уровне. Что тот тип вообще смыслит в квантах? Если бы я мог вернуться в то время, так просто бы его не оставил. Я бы ни за что их...
«Что происходит? Мне страшно. Спасите! Когда же приедет автобус?»
И в этот момент на краю дороги замелькала синяя тень...
«Наконец-то он едет!»
Я поспешно сделала шаг навстречу автобусу, которому сегодня была рада, как никогда.
Но...
— А?
«Это... не автобус?»
Ярко-синий грузовик, знакомый каждому корейцу, величественно летел сквозь предрассветный ветер.
— Судьба этой страны, а может и всего мира, изменилась бы... Если бы только я мог вернуться в то время!
«А? По-подождите. Что-то тут не так...»
Поток слов, изливавшийся от бездомного, больше не имел значения.
— Дядь? Дядя! Двигайтесь, живее!
Чёртов Пак Мин Су! Не стой истуканом! Сейчас не время нести чепуху! Если мне не кажется, то этот грузовик несётся прямо на...
Би-и-и-и-и-и-и-и-и-ип!
Примечания:
[¹] — южнокорейская гёрл-группа.
[²] — популярная южнокорейская певица, автор песен, модель и актриса.
[³] — движение, которое стремится к финансовой независимости и раннему выходу на пенсию.
[⁴] — главный герой романа Виктора Гюго «Отверженные». Бывший каторжник, осуждённый на пять лет за кражу хлеба для семьи своей сестры и отбывший в общей сложности девятнадцать лет.
[⁵] — персонаж Дж.Р.Р.Толкина, который был представлен в "Хоббите" и продолжении "Властелина колец". Ниже его внешность при смерти:
[⁶] — тип личности по методике MBTI (Майерс-Бриггс), также известный как «Посредник». Расшифровывается как Introverted (интроверсия), Intuitive (интуиция), Feeling (чувствование), Perceiving (восприятие).
[⁷] — отсылка на реально существующую компанию в области квантовых вычислений, QuEra.
[⁸] — KOSPI — основной фондовый индекс Южной Кореи. В него входит более 700 компаний.