Я стала сплетницей
Глава 7.0

Глава 7.0

Я стала сплетницей Том 2.0 Глава 7.0

«Окна в комнате были открыты. Из них дул слабый ветерок. А аромат только что заваренного чая заполнил всё пространство.

Мне всегда нравилось находиться в такой атмосфере. Поэтому меня само по себе тянуло в этот особняк. Ведь здесь я мог укрыться от дел герцогства и просто отдохнуть.

Однако работа сама себя не сделала бы. Так что, увы, не часто я здесь бывал. Даже успевал соскучиться по этому месту.

— Я, наконец, привела себя в порядок. Как я выгляжу?, — пришла Лаврия.

На ней в тот день было бело-розовое летнее платье ниже колен с узорами цветов азалий, а волосы аккуратно собраны в пучок. И весь этот образ дополнял её зонтик от солнца.

— …Просто изумительно. От тебя невозможно отвести взгляд.

— Благодарю~

— Раз уж ты готова, то только вперёд, — протянул я ей руку.

Она сразу же взялась за мою протянутую руку, даже на миг показалось, что прямо вцепилась в неё.

— И куда же мы пойдём?, — посмотрев на меня, поинтересовалась она.

— На одну интересную постановку пьесы.

— Чудно!

Мы сели в мою карету и уехали. Дорога заняла где-то меньше пол часа.

Приехав, мы заняли свои места. До начало оставалось около десяти минут.

— Какой сюжет у этой «постановки пьесы»? О чем там говорится?, — поинтересовалась она.

— В общем, история про молодую девушку, на которую свалилась огромная ответственность за младшего брата и сестру после смерти матери.

— Довольно необычно, учитывая, что в последнее время всё крутится вокруг одной только любви между возлюбленными.

Вдруг занавес открылся и заиграла музыка. Зал стих в ожиданий, а затем на сцену вышла главная героиня. Рядом с ней хромая шагала больная мать.

— Матушка, может хотя бы сегодня вы отдохнете? Ибо ваше здоровье оставляет желать лишь лучшего!, — помогла дочь сесть матери на деревянный стул.

— Ну милая моя, а кто же вас прокормит то, если я не буду работать? Быть может ваш отец, который целыми днями то и дело, что пьёт?, — нежным голосом проговорила та.

— Нет, я не это имела ввиду… просто… Тин и Кира почти твоего лица не видят. Можно сказать, что ты даже дома не бываешь!

— Ты и сама понимаешь: я ничего не могу с этим поделать, — покачала она головой.

Дальше нам показали, как их мать, пытаясь вернуться домой в дождливую ночь, сильно заболела. Её сильно лихорадило и она ослабла настолько, что не могла выпить лекарства.

В ту ночь главная героиня Мари потеряла свою единственную опору в жизни. Однако она решила взять себя в руки и, наконец, найти работу. Хоть это и было сложно из-за её возраста, она не сдавалась ради брата и сестры.

Ближе к середине спектакля девушка встретила парня по имени «Рон». По началу он во многом ей помогал, а после, даже признался ей в любви:

— Мари, я люблю тебя. Так дай же мне возможность лицезреть твою прелестную улыбку каждый день и… давай убежим с тобой из этого места куда-то далеко-далеко!

— …Что? О чём ты говоришь? Не смей даже заикаться об этом! Я не смогу оставить Тина и Киру одних. Они ведь совсем малы.

На этом моменте Лаврия заплакала. Возможно её тронуло то, как Мари готова была отдать своё счастье взамен на счастье своей «семьи».

В самом конце нам показывают, как со временем брат и сестра расходятся, оставляя сестру: каждый строит свою жизнь, покидают дом и выбирают свою судьбу. Из-за этого Мари чувствует себя поистине одинокой.

— …Рэй, как думаешь, я могу стать такой же замечательной сестрой для Элизий?, — после спектакля спросила Лаврия.

— Я считаю, что ты уже прекрасно справляешься со своими обязанностями старшей сестры.

— Но Мари ведь сделала столько значимых вещей для своих младших, не то, что я.

— Нашла из-за чего переживать, — вздохнул я. — Элизия и так-то живёт в достатке с обеими родителями… И к тому же, ты живешь отдельно от них. Вот и не можешь часто общаться с ней. В этом явно нет твоей вины.

— Наверное, ты прав… Ладно, давай поскорее вернёмся домой.

— Ну как же? День ещё не закончился.

— Но ведь уже вечер. Да и я вся заплаканная. Не хотелось бы, чтобы меня такую кто-нибудь увидел.

— Можешь не волноваться по этому поводу. Я знал, что ты будешь много плакать, поэтому забронировал для нас всё кафе «Мишель», — самодовольно произнёс я.

— Правда? Так что же ты раньше не сказал?, — удивилась она. — Шевели ногами! У них там началась продажа кое-какого сорта чая и новых десертов, которые я ещё не попробовала!

Перед входом в кафе нас встречали сотрудники и сопроводили до нашего места. Для блюда же нам подали рагу и тушенное мясо.

— Не думала, что здесь могут подавать горячие блюда.

— Я просто дополнительно заплатил им, чтобы они приготовили это.

— А-а~ так вот в чём дело, — сказав, задумалась она.

Я не стал перебивать её мысли и ждал, пока она не вернётся в реальность.

— Рэй, а давай после того, как поедим, мы прогуляемся на улице Фарвен, где обычно проводят фестивали.

— К тому времени будет слишком темно… и улица Фарвен — улица для простолюдинов. Мы там будем привлекать не нужное внимание. Так что давай в следующий раз.

— Я могу не дожить до следующего раза…

— О чём ты?

— Ничего. Просто предположила, — отвела взгляд Лаврия.

— Точно? Ты не больна какой-то смертельной болезнью?!, — испугался я.

— Не неси всякий бред! Говорю же: «просто предположила».

После, мы ели в тишине. Слышался лишь тихий звон столовых приборов о фарфор.

— Лави, у тебя есть мечта?, — тихонько спросил я.

— Конечно, их полно, — непонимающе посмотрела она на меня.

— А ты знала, что сегодня будет звездопад?

— Ну-у… читала в одной газете о звездопаде, но не знала, что он именно сегодня… И когда же он должен начаться?

— С минуты на минуту.

Лаврия вдруг нахмурилась и покачала головой. Встав изо стола, она подошла ко мне и схватила мою руку, параллельно проговаривая:

— Ох-х~ ну что за идиот мне достался? Мы же сейчас все пропустим! Пойдём скорее на крышу взбираться. Там будет лучше видно небо.

Мы успели придти как раз до начала:

Ночное небо тогда было тихим и глубоким, а звёзды мерцали холодным светом. И в этот момент одна из них сорвалась с места, оставляя за собой тонкую линию. А за ней ещё одна, и ещё.

— Смотри, Рэй, мы ничего не пропустили!

— Вижу.

Небо словно ожило. Огненные нити прямо-таки вспыхивали!

Звездопад хоть длился недолго, но каждый след оставлял невероятное ощущение.

Я подошёл к Лаврий сзади и наклонившись, слегка обнял.

— Я люблю тебя, Лави, безумно люблю.

— И я тебя, — повернувшись ко мне, ответила она на мои слова.

Услышав это, я сразу же отстранился от неё и встал на одно колено. Достал из кармана маленькую коробочку и посмотрел в её глаза, в которых скрывалось солнце, словно за облаками.

— …Лаврия Дайдлер, раз наши чувства взаимны, то… готовы ли вы сейчас связать вашу судьбу с моей и быть со мной до конца наших дней?

После сказанных слов она была в недоумении. Она закрыла своё лицо от смущения и заикаясь, еле ответила:

— …Рэй, я… я даже не знаю что ответить на это… Д-да… да и ещё раз да!

Аккуратно взяв её нежную руку, я надел на палец кольцо.

Любуясь сверканием кольца, Лаврия расплывалась в улыбке.

— Невероятно красивый камень.

Она внезапно повернулась ко мне и вновь обоняла меня.

— Ты сделал меня самой счастливой, любимый. Спасибо тебе, — прошептала она и поцеловала в щеку.

Хоть и изначально я решился на предложение из страха потерять Лаврию, сейчас я понимаю: даже если бы этого страха не было, рано или поздно я всё равно попросил бы её стать моей спутницей жизни. Ведь для счастья ничего другого мне и не нужно было.

Она — центр моей вселенной.

Ближе к одиннадцати часов вечера мы вернулись к особняку Лаврий. Я вышел из кареты первым и подал ей руку, помогая спуститься.

— Лави, слушай, нам нужно бы поговорить кое о чём наедине.

— Хорошо, давай тогда в саду, где я обычно устраиваю чаепития, — устало сказала она. — Ну, и о чём ты собирался поговорить?

— Как ты смотришь на то, чтобы ты переехала ко мне после церемонии помолвки?

В её глазах промелькнула некая искра, излучающая надежду.

— …Хорошо-о, но мы должны переехать в поместье, что находится на твоих землях. Как можно дальше от столицы! Это — моё единственное условие.

— Как пожелаешь, — улыбнувшись, поцеловал я тыльную сторону её руки.

«Интересно, почему она так быстро согласилась…?».

— Ещё увидимся, — заходя в особняк, помахала она на прощанье».