Появление опасности

«Как рассказывала Лаврия: после моего ухода, к ней подошла младшая дочь семьи Канделл и пригласила в свой круг общения из знатных дам, семьи которых занимают довольно высокую должность. С ними ей было интересно общаться, так как они знали о светском обществе очень многое.

Таким образом в её жизни и появилась её первая подруга — Лития Канделл.

Со временем мы с ней стали видеться чуть реже, нежели раньше. Выйдя в свет, у неё появились новые знакомые, её приглашали на разные чаепития и так далее. Поэтому-то времени ни на что не хватало. Однако я не жаловался. Мне было достаточно видеться с ней хотя бы один раз в месяц.

Друзья Лаврий поддерживали общение и со мной. Благодаря этому, мой круг общения расширялся каждым днём. Иногда собирались все вместе под ясным небом и в хорошую погоду.

Но дни пролетели так быстро, что пять месяцев с того бала прошли незаметно. А ведь казалось, будто мы только вчера познакомились с Лаврией.

Была середина зимы, холодный период.

Тогда я ходил по комнате думая над подарком на её пятнадцатое день рождения. Но вот незадача: мне оставался один день… Да, я забыл подготовить подарок.

«Может драгоценности? Она ведь их не носит толком… Зеркало? Зачем ей это?! Эм-м… возможно какая-нибудь статуя подойдет? Что за бред я несу… Лучше нужно вспомнить то, что она любит» — рассуждал я, но в голову мне приходил лишь чай.

«Однозначно нужен чайный сервиз! Будет хорошо выглядеть именно в светло бежевом цвете и с розовыми цветочками. Вдобавок и пять видов чая положу».

Я волновался на счёт того, что Франс не успеет найти эти вещи вовремя. И из-за этого не смог толком отдохнуть. После ходил везде сонный…

День рождения проводилось в главном зале особняка. К моему приходу там собралось довольно много людей. Это не был какой-то грандиозный бал, а лишь небольшие посиделки.

— Прекрасно выглядите, леди, в прочем, как и всегда, — встретил я именинницу.

— Оу-у~ ты мне льстишь.

Понятное дело: из гостей там были дочери и сыновья разных графов, маркизов и выше, но так же там был сын маркиза Шарна — Роувен.

В те времена про Роувена ходило множество слухов: мол он свою беременную мать с лестницы столкнул, зверушкам животы вскрывал. С таким человеком в окружении репутация Лаврий должна была рухнуть на землю.

Я попросил Лаврию поговорить наедине:

— Что здесь делает тот парень?!

— Ну не тупи, Рэй, конечно же я пригласила его.

— Ху-у~ Ты имеешь хоть малейшее представление о нем? Какие сплетни распускают люди? Общение с ним может принести тебе только проблемы.

— Рэй, я знаю все сплетни, что ходят в этом королевстве, а о Роувене даже больше, чем ты думаешь. Так что не стоит обо мне беспо…

— Так почему ты его пригласила сюда?, — внезапно перебил я её.

— Мы с ним познакомились на недавнем балу, и мне с ним было интересно общаться, а на другое мне наплевать. Да, он может использовать меня или же покалечить, да даже убить. И я понимаю насколько это опасно, но я хочу рискнуть… Тем более я с ним уже так подружилась. Будет странно, если я внезапно отдалюсь от него, — говорила она.

— Моё дело предупредить. Но будь осторожна!

— Хорошо, спасибо.

Если бы не Роувен, то этот день был бы хорошим, но увы.

В качестве подарка многие дарили украшения и всякие женские вещицы. Мне стало не по себе: «а не будет ли мои подарок выглядеть немного… необычным и… выделяющимся?»

— А что ты мне подготовил, Рэй?, — спросила Лаврия, подойдя ко мне с лучезарной улыбкой.

Я протянул ей огромную коробку, завернутую в розовую ткань.

— Что же там? Интересно-о~ — шепталась толпа позади. От этого мне стало ещё более неловко.

— Осторожно, она тяжелая.

Аккуратно взяв коробку, она начала развязывать узелки ткани. Через шель уже виднелся кусок керамики, где была изображена красивая роза.

— О-о-о боже мой, какая красота! Я давно хотела купить один чайный сервиз из этой коллекции! Спасибо большое, — достав чашку, прыгая от счастья, радовалась Лаврия.

— Не думал, что тебе настолько понравится подарок, — неловко проговорил я.

Все вернулись обратно по домам и вечер закончился. Ещё через месяц был мой день рождения. Я не стал его праздновать. Поэтому подарок я получил только от Лаврий — плед.

— Ты ничего мне о себе толком-то не рассказываешь. Было сложно выбрать подарок, но вот… — произнеся, она протянула мне черную, вязанную вещь. — На Севере заметно холоднее, нежели здесь, в столице. Поэтому когда будешь ездить в свои земли… там например, по делам, то бери этот плед.

«Как мило с её стороны …Неужели она сама его связала?».

— Я безмерно счастлив получить такой подарок, — обняв её, принял я его.

Середина весны — то время, когда кругом огромные лужи, что преграждают путь.

Лаврия решила познакомить меня лично с Роувеном, чтобы мы с ним узнали и другие стороны друг друга. Эта встреча осталась в моей памяти надолго.

Вместе с Лаврией мы шли к саду. Коридоры тянулись один за другим. Навстречу к нам пришел этот идиот.

— Здравствуй, Рэй. Приятно с тобой познакомиться. Надеюсь мы поладим, — протянув руку, поприветствовал он. Наше рукопожатие вышло очень формальным.

— Идите гуляйте, а я принесу чай!, — оставила нас Лаврия.

— Но ведь это могут сделать слуги…

Пришлось продолжить путь с ним наедине.

— Слушай, я конечно понимаю, что это всего лишь болтовня людей, но правда ли, что ты столкнул…

— Да, правда, — не замешкавшись, быстро ответил он, не дав мне договорить.

«Как и ожидалось… Плохо».

— У меня нет прав указывать Лаврий что ей делать. Так что просто хочу попросить тебя не подставлять её и не затруднять ей жизнь.

— О, я понял! Ты ревнуешь Лаврию ко мне. Ну-у, не унывай. Я ведь всего лишь инструмент в ваших отношениях, с помощью которого вы осознаете свои чувства к друг-другу. И ты сам это понимаешь. Поэтому, можешь не воспринимать меня, как своего противника, — кинув свой взгляд на пол, — Она любит тебя — закончил Роувен.

«Что за бред он несёт?! Я ведь вовсе не про это говорил. Сумасшедший» — подумал я, после сказанных им слов.

— Чушь, это не так, — отмахнулся я.

— Ну пусть будет по твоему. Кстати, она очень много говорит о тебе, — с фальшивой улыбкой сказал он.

Разговаривая с ним, я и не заметил, как мы уже прошли мимо самого сада.

Ничего больше интересного в тот день не произошло, лишь неловкая атмосфера между нами.

Но по какой-то причине, сразу после того дня Лаврия стала всё больше приглашать Роувена в гости и делать «посиделки» с нами двумя. Возможно чтобы мы поладили. Но рядом с ним я чувствовал себя некомфортно. Только и делал, что запивал чаем закуски и смотрел на них, даже не мог проронить и словечка. Мне казалось, будто я чужой в этой троице.

— И что было дальше?

— Так вот, я шла по тропинке и увидела её высочество. Она говорит мне с грозным видом: сегодня ты лишишься головы! Тогда то я и просыпаюсь, — непрерывно разговаривали они.

— Кхм… извини, Лаврия, что перебиваю, но у меня есть неотложные дела. Поэтому придется оставить вас, прошу простить.

Я встал изо стола и ушел не оглянувшись. Когда я был у ворот, Лаврия подбежала и с обеспокоенностью спросила:

— Скажи, Рэй, почему ты уходишь? Какова причина?

— Я ведь сказал: дела появились.

— А если честно?

— …

Я промолчал… ну не мог же я сказать что-то в роде: я не хотел бы видеть тебя рядом с ним, так как он мне не нравится и кажется подозрительным.

— Неужели ты чувствуешь себя третьим лишним?, — внезапно предположила она.

Лаврия обо всём догадалась. И вероятнее всего, она знала это с самого начала, и лишь ждала, когда я ей скажу.

— Можно и так сказать… Просто мне не очень приятна компания Роувена, — признался я.

В ответ, она лишь виновата опустила голову.

— Прошу прощения за мою оплошность и неосмотрительность. Впредь я буду принимать во внимание твои чувства и не буду приглашать вас в одно время.

— Спасибо за понимание… И перестань, очень непривычно слышать то, как ты разговариваешь более… более серьезно. Да и это явно не то, за что надо просить прощения.

— Х-хорошо. Если что, я тебе после напишу… Тогда до встречи?

Как же я счастлив слышать слова «до встречи» и понимать, что есть человек, с которым можно провести время.

— До встречи…, — расплываясь в улыбке, попрощался я.

«На душе не спокойно, но в тоже время так тепло» — странное чувство, не правда ли? Неужели это и есть… любовь?… Роувен был прав?».