«Франческа»

— Франческа?

Леонардо, пришедший к Книжной полке Мудреца, негромко стукнул каблуком по полу и огляделся.

Я точно чувствую её присутствие здесь.

О том, что Франческа, похоже, пришла сюда, он узнал благодаря сбору сведений через один из своих навыков, который был наложен на неё с её же согласия — ради её защиты. Именно поэтому Леонардо немного удивило, что она явилась сюда в его отсутствие.

Почему она не стала скрывать поиски, которые, казалось бы, хотела утаить от меня?..

Завершив визит в королевский замок, Леонардо сразу направился сюда.

Неужели она увидела ту книгу?

До назначенного времени ещё оставалось немало, но в этой библиотеке находилась одна книга, которая давала более чем достаточную причину приехать за Франческой раньше.

Всё-таки надо было сжечь всю эту библиотеку дотла. Хотя, наверное, даже пытаться было бы бесполезно.

С такими мыслями он вдруг заметил:

— М-м…

На длинной скамье у камина спала девочка, которую он искал. Леонардо едва заметно задержал дыхание, но, поняв, что она всего лишь спит, выдохнул. Насколько он видел, рядом с ней не было ни одной книги.

— Простудишься, Франческа…

Наверное, она устала искать и прилегла здесь отдохнуть. Леонардо опустился на колено рядом с ней и тихонько погладил её по щеке.

— Леонардо?..
— Да. Доброе утро.

На самом деле он хотел просто забрать Франческу отсюда.

Пропуск, выданный домом Ломбарди, наверняка был особым разрешением только на один раз. И всё же он понимал: как бы ни пытались остановить Франческу такими мелкими уловками, она непременно найдёт способ их преодолеть.

— Ты что-то искала? Тогда я помогу.
— Я…
— Расскажи мне, чего ты хочешь.

Он спрашивал её ласково, хотя на самом деле всё понимал.

Я ведь у тебя всё это…

Именно тогда он заметил.

Что это?

На красном ковре лежал осколок такого же красного драгоценного камня. В тот самый миг, когда Леонардо обратил на него внимание, Франческа медленно приподнялась и ладонью подхватила его подбородок.

— Леонардо…
— …!

И попыталась поцеловать его.

Леонардо невольно распахнул глаза и схватил Франческу за тонкое запястье. С силой отстранив её, он остановил поцелуй, и Франческа издала совсем тихий звук:

— А…

Её небесно-голубые глаза дрогнули, словно от обиды.

— П… прости, Леонардо.
— Франческа...
— Прости… Тебе должно быть неприятно от того, что я вдруг пытаюсь тебя поцеловать…

Услышав это извинение, произнесённое голосом почти на грани слёз, Леонардо улыбнулся.

— Неужели ты думаешь, что я мог бы отвергнуть что-то, подаренное мне тобой?

У его уха сияла прекрасная серьга с камнем — чёрным, словно ночь, и мерцающим, как звёзды. Она была сделана из того же необработанного камня, что и чёрная роза на серьге, подаренной им Франческе. А на ушах самой Франчески покачивались красная и чёрная розы — символ собственнического желания Леонардо.

— Леонардо… Тогда почему?..
— Если бы передо мной действительно была моя Франческа, тогда другое дело. Но, к сожалению…

Не ослабляя хватки на её запястье, но удерживая так, чтобы не оставить синяков, Леонардо улыбнулся.

— «Ты», находящаяся под внушением Крестани, — не Франческа.

— Ф-ф...

«Франческа» перед ним приняла выражение лица, какого Леонардо никогда у неё не видел: чарующе-порочное и искренне веселое.

— Фу-фу-фу… Фу-фу, фу-фу-фу… Ахаха!

Она заливисто рассмеялась, склонила голову набок и заглянула Леонардо в лицо. Но в ней не было того ясного сияния, похожего на прозрачный свет.

— Леонардо и правда любит «меня», да?

Леонардо отпустил её руку, и Франческа изящно убрала её.

— Даже если ты понял, что я под внушением, мог бы ничего не говорить.

Она мило склонила голову, но с её прекрасной улыбки не сходило выражение настоящей злодейки.

— Тогда я, возможно, сделала бы для тебя всё что угодно — как твоя милая Франческа.

— Вот как. Понятно.

Настоящая Франческа никогда не произнесла бы таких слов.

— Даже с той же внешностью и тем же голосом… Достаточно того, что дух внутри не принадлежит Франческе, и она становится совершенно другим существом.

Тогда Франческа поднялась с длинной скамьи.

— Всё, конец. Мне нужно идти к господину Крестани.
— …………
— Фу-фу. Может, убьёшь меня здесь, пока ещё можешь?

Солнечная улыбка сияла на её лице, а голос звучал почти невинно.

— Раз я теперь противостою тебе, значит, я уже не твоя милая «я», верно?
— Ну и мерзость. Память-то вы используете настоящую, вот что делает это особенно гадким.
— Даже если я скажу тебе это, ты всё равно не сможешь исполнить. Как бы искусно я ни ранила тебя, как бы ловко ни ломала, ты не сможешь меня уб…

Леонардо протянул руку и, наоборот, сам взял её за подбородок.

— Твой план не сработает.

— А?

Франческа едва заметно нахмурилась.

— Человек, который не является Франческой, не сможет меня ранить.

— Лжец.

— Ха-ха.

Глядя на неё — такую милую лишь голосом и обликом, — Леонардо мягко улыбнулся.

— Прости, что не могу даже сделать тебе одолжение и попытаться тебя убить, «Франческа».

Леонардо знал, какой была девушка, ставшая для него единственным прекрасным светом во всём мире.

— Потому что «ты» не могла молча позволить Крестани себя подчинить.

Франческа сама когда-то сказала ему почти то же самое:

— Леонардо не может просто молча попасть под внушение Крестани! Потому что это же Леонардо. Он никому не проиграет.

Теперь Леонардо прекрасно понимал, с какими чувствами она тогда произнесла эти слова:

— Если Леонардо и оказался бы под внушением, то только потому, что у него был бы какой-то план, и он сам позволил бы этому случиться.

Он до сих пор ясно помнил её голос — голос, который верил в него прямо и без тени сомнения.

— Ты не та девушка, которая молча отдаст свой благородный дух. У тебя была какая-то цель. Поэтому ты выбрала это.

— О чём ты говоришь? Быть такого не может…

— Я от тебя не откажусь. Твоя сила не может проиграть Крестани.

Он заглянул ей в глаза цвета неба так близко, что, казалось, мог бы поцеловать.

— Разве не так?

Эти слова были обращены не к той, что сейчас гневно смотрела на Леонардо. Леонардо говорил Франческе — той, что должна была спать где-то глубоко внутри.

— Моя милая Франческа.

Она резко отбила его руку, и Леонардо тихо рассмеялся.

— Я обязательно верну Франческу. А до тех пор… да.

С улыбкой, какой он никогда не показывал настоящей Франческе, Леонардо сказал:

— Мы враги. Что ж… попробуем поиграть в воспроизведение этой вашей игры?

Твёрдый взгляд девушки был устремлён прямо на Леонардо.

Конец четвёртого тома.