Глава 182.0

Шаги. Шаги.

Под взглядами бесчисленных людей два человека шли навстречу друг другу. Наконец, они встали напротив и обменялись поклоном со сложенными руками.

— Джин Вигён из Клана Джин из Тэвона.

— Пэк Мусон из Хвасана.

Школа Хвасан. И Пэк Мусон.

Резонанс этих двух слов был колоссальным.

Восклицания, вырвавшиеся со всех сторон, мгновенно разрушили тишину.

— Школа Хвасан!

— Пэк Мусон! Пэк Мусон, Одинокий Журавль Хвасана!

Хотя в толпе были и простолюдины, большинство собравшихся сегодня – воины Мурима.

Влияние Школы Хвасан и важность прозвища «Одинокий Журавль Хвасана» были невероятными.

— Надо же, Одинокий Журавль Хвасана, почему он здесь?

— Клан Джин из Тэвона настолько могущественен?

— Подождите, это означает, что Одинокий Журавль Хвасана здесь…

Люди, которые бессвязно болтали, огляделись. Вскоре они обнаружили мужчину и женщину рядом с Пэк Мусоном, и снова раздались восклицания.

— Этот молодой человек, должно быть, «Кулак Падшего Цветка». И правда, габариты у него огромные.

— И «Хвагомбон» тоже здесь! Она даже красива!

— Ух ты! Три Сливы Хвасана!

Чхору и Ынхян выглядели озадаченными, видя такой огромный интерес.

Хотя оба несколько раз выходили в мир боевых искусств со своим Наставником, Истинным Мастером Небесного Меча, они впервые встречали такое ликование.

— Чего? Я так знаменит? Они даже знают мое прозвище?

— Брат Чхору, ты слышал? Кто-то только что назвал меня красивой.

Чхору с серьезным видом ответил:

— Тебе послышалось, не обращай внимания.

— …Бесишь, честное слово.

Эти двое учились вместе с детства и выросли как родные брат и сестра. Джин Вигён тихо рассмеялся, глядя, как они сверкают глазами друг на друга.

— Кажется, у вас хорошие отношения.

— Это просто дети, которые навлекают на себя неприятности из-за своего незрелого характера. Им еще многого не хватает.

— Ха-ха, «Кулак Падшего Цветка» и «Хвагомбон» – выдающиеся восходящие звезды, как же им может чего-то не хватать?

— Вы льстите, – ответил Пэк Мусон с легкой улыбкой на губах. Несмотря на первую встречу, Джин Вигён ему понравился.

Он не знал, было ли это из-за его особой атмосферы, которая успокаивала людей, или из-за знакомых габаритов, напоминающих Чхору.

— Давайте войдем. Это место не слишком подходит для важного разговора, – предложил Джин Вигён.

— Согласен.

Они уже невольно привлекли к себе внимание.

Если в присутствии стольких зевак проскользнет хоть слово о Мече-Звезде, это, несомненно, вызовет переполох.

— Что ж, тогда.

Слегка кивнув, Джин Вигён пошел вперед.

Пэк Мусон, который следовал за ним сквозь потоки взглядов и ликования, вдруг остановился.

Он не чувствовал присутствия своих младших братьев-учеников.

«Что такое?»

Пэк Мусон слегка обернулся и увидел Чхору, который стоял, как железная башня, и пристально куда-то смотрел.

— Второй.

При этом зове Пэк Мусона голова Чхору медленно повернулась.

— Да, старший брат-ученик.

— Что-то случилось?

— Нет. Ничего.

Ынхян, стоявшая рядом с Чхору, внезапно вмешалась.

— Нет. Брат Чхору только что смотрел на какого-то человека.

— Ты знаешь этого человека?

Чхору тут же покачал головой. Его толстое тело слегка заслонило Ынхян.

— С чего бы? Я же все время торчал в главной резиденции, лишь пару раз выходил с Наставником.

— Это… правда.

— У меня просто живот заболел, и я искал уборную.

— Правда?

— Да. Поэтому, могу я отлучиться в уборную?

— Ты только что по малой нужде ходил?

Чхору принял серьезный вид.

— Если сначала решить большую проблему, то малая решится сама, но нельзя решить большую, занимаясь малой, не так ли?

— …Э, да.

В уголке сердца Пэк Мусона было неспокойно. Возможно, из-за слишком гладкого ответа второго младшего брата, который обычно нес всякую чепуху.

— Второй, у тебя случайно нет другого замысла…

Он не успел договорить. Джин Вигён, который остановился, недоуменно спросил:

— Юный герой Пэк. Что-то случилось?

— А, нет. Просто моему младшему брату-ученику понадобилось срочно отлучиться.

— Какая нужда?

— Он… по нужде.

— А.

Люди, внимательно прислушивавшиеся к разговору, тихо усмехнулись. Чхору неловко почесал затылок.

— Прошу прощения.

— Ничего. Вы, должно быть, устали от дорожной усталости, пока добирались до нашей основной ветви. Отдохните хорошенько.

Поколебавшись, Пэк Мусон кивнул. В конце концов, важный разговор предстоял только им двоим. Было лучше дать им отдохнуть, чем заставлять их зевать рядом.

— Великий Герой Джин разрешил, так что иди.

— А я, старший брат… то есть старший брат-ученик? Мне тоже?

— Да. Ты не хочешь?

— Нет. Я просто хочу остаться рядом со старшим братом-учеником.

Джин Вигён мягко улыбнулся в ответ на энергичное кивание Ынхян.

— Тогда договорились. Юный герой Пэк?

— А, да. Пойдемте.

Пэк Мусон пошел вперед с озабоченным выражением лица. Но вскоре он отбросил сомнения.

«Не может же случиться что-то за такой короткий промежуток времени?»

* * *

К Чхору, который смотрел, как удаляется свита, подошел воин Клана Джин из Тэвона.

— Я провожу вас до уборной.

— Какая уборная?

— Что?

— Вокруг одни горы, можно просто справить нужду у дороги. Разве не так?

Люди вокруг разразились громким смехом.

Существовало негласное предубеждение, что выходцы из Девяти Школ и Одной Банды будут высокомерными и невежливыми, но прямолинейные слова Чхору словно открыли всем нутро.

— Верно, конечно, верно!

— Хоть это и окраина, но горный ландшафт здесь красивый, так что наслаждайтесь пейзажем, пока справляете нужду!

— Эй, «Кулак Падшего Цветка»! Раз уж мы встретились, могу я порекомендовать тебе хорошее место?

Чхору расхохотался.

— Ухаха! Хорошее место, отлично. Но я не хочу идти туда, где ссал ты. Вместо этого, дай-ка посмотреть…

Чхору оглядел людей и ткнул пальцем в одного человека.

— Как насчет того, чтобы этот брат провел меня?

Мужчина средних лет, который с ошалевшим лицом смотрел на Чхору, испуганно вздрогнул.

— Я, ты обо мне?

— О вас, верно.

Цвет лица мужчины средних лет, У Хвантхэ, стал цвета экскрементов.

* * *

— Притормози. Отсюда пойдем медленно.

— Почему?

— Разве ты не видишь, что изо рта коня идет пена? И если мы прибудем запыхавшиеся, любой подумает: «А, эти ублюдки опоздали».

— Это почему-то убедительно.

Мы медленно ослабили поводья. В это время со склона холма стала открываться панорама Клана Джин из Тэвона.

— Кстати, тут собралось очень много народу.

— И не говори. Насколько я слышал, столько людей они не приглашали.

Толпа, которая, по приблизительным подсчетам, превышала сотни, разбила лагерь перед главными воротами Клана Джин из Тэвона.

Хотя расстояние было немалым, доносились тихие возгласы ликования.

«Неужели там приехал какой-то кумир».

Я сосредоточил свою внутреннюю силу на ушах. Мой слух, ставший во много раз острее обычного, уловил каждое восклицание.

Хёк Муджин, который молча наблюдал за мной, спросил:

— Что случилось? Прибыл какой-то важный гость?

— Что-то вроде «Хвасан-младший-ученик» и «Три-сливы-руки-рубленые»?

— …Это что, прозвища?

— Не знаю. Так услышал.

Из-за приличного расстояния слух тоже имел свой предел.

Но все равно, что это за прозвища? «Три-сливы-руки-рубленые», они что, враждуют со Школой Хвасан?

Тут Чхонпун, который лежал на лошадиной шее, открыл рот.

— Благодетель. Говорят «Одинокий Журавль Хвасана» и «Три Сливы Хвасана».

— А, вот как?

— Да. Я ясно слышал.

С такого расстояния?

Поскольку это сказал Чхонпун, который был самым сильным из нас, это, вероятно, правда.

— Понятно.

В отличие от меня, который просто кивнул без особого восторга, Хёк Муджин чуть не свалился с коня от изумления.

— О-Одинокий Журавль Хвасана! Три Сливы Хвасана!

— Знамениты?

— Не просто знамениты! Это же прямые ученики Истинного Мастера Небесного Меча, Главы Секты Школы Хвасан!

— То есть, не знать их – это идиот?

— Воин не может их не знать!

— А, вот как?

Я слегка указал назад. Чхонпун с круглыми глазами аплодировал.

— Вау, какие классные прозвища. А откуда они?

— …

— …

— Может, из Шаолиня?

Он что, сумасшедший?

Это были слова, сказанные младшим братом-учеником Главы Секты Школы Хвасан.

Хёк Муджин, который долго молчал, наконец заговорил:

— Одинокий Журавль Хвасана, Три Сливы Хвасана. Вы не слышали о них?

— Хвасан – хорошо! Слива – еще лучше!

— …А, ну да.

Все-таки форма временна, но класс вечен.

«Это что-то вроде: „Папа хорош, а мама еще лучше“?»

Может, в его мозгу Хвасан ассоциируется с папой, а слива – с мамой?

Пока я размышлял о структуре мозга Чхонпуна, Хёк Муджин, кое-как придя в себя, сделал вывод:

— В любом случае, они жутко знамениты.

— Понятно.

— Понятно.

— …И это вся ваша реакция?

— А какую реакцию ты хотел?

— Обычная реакция – как у меня.

— Я должен был упасть с коня от удивления?

Хёк Муджин, снова сев в седло, произнес пламенную речь:

— Именно так. Это же ученики Истинного Мастера Небесного Меча! Будущее Школы Хвасан!

— Понятно. Нешуточно.

Я повернул голову к Чхонпуну.

— Как зовут вашего дедушку?

— Мэ. Чон. Хак. Мэ Чонхак.

— А прозвище?

— Звезда Меча.

— Муджин, ты слышал?

— Да.

Хёк Муджин, который ошалело кивнул, пришел в себя. Чувствовалось его рвение во что бы то ни стало донести величие Одинокого Журавля Хвасана и Трех Слив Хвасана.

— Мэ Чонхак, Звезда Меча, не считается. Это как взрослый, который вмешивается в детскую драку.

— Так каков вывод?

— Одинокий Журавль Хвасана – это уже мастер, который превзошел статус восходящей звезды. Если так пойдет, он без проблем станет будущим Главой Секты. А двое других из Трех Слив Хвасана – предмет зависти среди молодых воинов Мурима.

Это действительно впечатляет. Судя по разговорам о восходящей звезде, они еще довольно молоды, но их считают по меньшей мере мировым классом.

— А почему у меня нет особого восторга?

— Ну… не знаю.

Хёк Муджин задумался, и выражение его лица внезапно потускнело.

— Теперь, когда я думаю об этом, у меня тоже нет такого уж сильного трепета в груди.

— Да?

— Да. А ведь когда-то Одинокий Журавль Хвасана был моим кумиром.

Чхонпун внезапно вмешался.

— Может, это из-за дедушки Чока?

— Что?

— Э?

— Он же очень сильный. И хочет взять Благодетеля в ученики.

Последняя фраза была чушью, но первая – правильным ответом.

Если Звезда Меча Мэ Чонхак был чем-то на облаке, кого трудно представить даже в воображении, то Король Огня Чок Чхонган был чудовищем, явившим свою реальность.

После встречи с чудовищем размером со стоэтажное здание, появление чудовища размером с четырехэтажный торговый центр, естественно, вызывает меньше эмоций.

— И еще…

Чхонпун медленно продолжил, глядя прямо на меня.

— Благодетель достаточно силен.

— …Что?

— Я искренен.

Что-то защекотало в уголке сердца… но это были неоспоримые факты.

Это была не уверенность в том, что я не уступлю Одинокому Журавлю Хвасана, если мы прямо сейчас сразимся.

«Это уверенность в том, что я смогу быстро его догнать в ближайшем будущем».

Пройти путь от третьесортного, который не знал даже боевых искусств, до мастера пикового уровня всего за несколько месяцев.

Трудно даже представить, насколько я вырасту через год, через два.

Для меня Одинокий Журавль Хвасана – всего лишь этап на пути, а не непреодолимая преграда.

— Спасибо за добрые слова.

Чхонпун ответил с ясной улыбкой:

— Не за что. Дедушка сказал, что за низкоуровневыми бойцами, чья воля недостаточно тверда, нужно постоянно присматривать.

— …

Вот блядь, это была психологическая поддержка.

В тот момент, когда я охвачен внутренним конфликтом, желая расколоть макушку Чхонпуна, раздался крик:

— Эй, эй, Юный Герой Чхоль!

— Ха, этот старик говорит «Юный Герой Чхоль». А минуту назад обзывал тупой башкой?

— Н-нет, Великий Герой Чхоль! Я только что совершил грубое нарушение этикета!

— Совершил? Вершил? Ршил? Шил? Ты что, опять назвал меня коровой?

— И-и-ик! Это уже слишком! Сколько мне лет…

— Да, почтенный. Давайте поднимемся и поговорим.

Молодой человек огромных габаритов, напоминающий Джин Вигёна, и мужчина средних лет, которого он волочил за собой.

Молодой человек, который собирался свернуть на подножие горы у холма, остановил свой шаг, увидев нас.

— Эй, брат, у тебя есть ко мне какое-то дело?

Это он мне говорит, да?