"Правосудие"

Город встретил Ника холодным дождём и равнодушным неоном вывесок. Здесь его больше ничего не ждало. Никаких радостных возгласов, никаких тёплых объятий — только серая мгла и собственное отражение в лужах, которое он едва узнавал.

Он вошёл в свой старый дом. В нос ударил запах пыли и застоявшегося одиночества. В этом месте время словно замерло пять лет назад. На столе сиротливо лежали окаменевшие сухари, а в ящике комода, под кипой старых газет, дожидался своего часа «Глок». Тяжёлый, холодный, верный. Ник проверил магазин — полный. Последнее наследство от того налета, который когда-то перечеркнул его жизнь.

Засунув пистолет за пояс, Ник вышел в ночь. У него оставалось только одно незаконченное дело.

Ночной визит

Винсент Хендерсон жил на широкую ногу, насколько это позволял статус «авторитета среднего звена». Он лежал на кожаном диване, лениво пережёвывая пиццу и глядя в экран телевизора, где транслировали очередное бессмысленное ток-шоу. Внезапно экран моргнул и погас. Следом за ним погрузилась во тьму и вся квартира.

— Да чёрт возьми! — прорычал Винс, бросая корку пиццы в коробку. — Третий раз за неделю! Электрики хреновы…

Он тяжело поднялся, ворча под нос проклятия, и направился к щитку в коридоре. Но на полпути замер. В слабом свете уличного фонаря, пробивавшемся сквозь жалюзи, выросла тень. Высокий, поджарый силуэт. В руке — ствол, направленный прямо в грудь Хендерсона.

— Ну надо же, — Винс медленно поднял руки, на его губах появилась кривая ухмылка. — Сам знаменитый Николас Браун почтил меня визитом. Тебя же всё ФБР ищет, Ник.

— Стой на месте, Винс, — голос Ника звучал как скрежет металла по камню.

— Знаешь ведь, я не силен в дисциплине, — Винс резко метнулся в сторону комода, где под ворохом бумаг лежал его револьвер.

Ник среагировал мгновенно. Он не стал стрелять — звук выстрела сейчас был ни к чему. Он бросился наперерез, сбивая Винса с ног. Они повалились на ковер, сцепившись в яростной схватке. Винс был тяжелее и агрессивнее. Ловким движением он выхватил из кармана складной нож. Лезвие хищно щелкнуло.

— Ты сам вынудил меня, старый друг! — прохрипел Винс, занося руку для удара.

Ник перехватил его запястье в миллиметре от своего лица. Вены на лбу вздулись от напряжения. Винс, понимая, что Ник не отпускает руку, просто разжал пальцы. Нож сорвался вниз, метя прямо в глаз. В последний миг Ник дернул головой вправо — сталь с глухим стуком вонзилась в паркет, срезав несколько прядей волос.

Справа под руку подвернулась пустая бутылка из-под виски. Ник не раздумывая схватил её и наотмашь ударил Винса по затылку. Стеклянный звон, вскрик — и тяжелое тело Винса обмякло, придавив Ника к полу.

Старые шрамы

Ник с трудом выбрался из-под друга, тяжело дыша. Он поднял пистолет и навел его на приходящего в себя Винса. Тот тер окровавленный затылок и болезненно щурился.

— Ты всё такой же невнимательный и медленный, Винс, — выдохнул Ник, опуская оружие. — Годы тебя не пощадили.

— А ты всё такой же зануда, — прохрипел Винс, сплевывая кровь.

Они смотрели друг на друга несколько секунд. Напряжение, копившееся годами, вдруг лопнуло. Винс первым сделал шаг вперед и, вместо того чтобы ударить, крепко обхватил Ника за плечи. Ник ответил тем же. В этом объятии было всё: и общее детство в приюте, и первые кражи, и горечь долгой разлуки.

— Рад тебя видеть, живым, — тихо сказал Винс.

— А я-то как рад, — Ник похлопал его по спине.

— Садись, — Винс указал на кресло, направляясь к кухне. — Кофе? Чай? Или чего покрепче, чтобы дырку в моей голове заштопать?

— Ничего не нужно. Время поджимает.

Винс серьезно посмотрел на него: — Весь город гудит, Ник. Говорят, ты примкнул к радикалам. Что ты теперь — лицо международного терроризма?

— Террористы подставили меня. Видео — монтаж, — Ник сжал кулаки. — Они использовали мое лицо, чтобы прикрыть свои задницы.

— Я так и знал, — Винс кивнул, прикладывая лед к затылку. — Если страна начнет разваливаться, ты будешь первым, кто бросится её спасать, даже если она тебя ненавидит. Не то что я… Я просто плыву по течению. Работаю на одного большого босса мафии, выбиваю долги. Скукотища. Кстати, тебя не видели?

— Я зашел через черный ход. Чисто.

— Смотри мне… — Винс помедлил, его голос стал тише. — Кстати, а как там Генри? Вы же всегда были как сиамские близнецы.

Тишина в комнате стала осязаемой. Ник отвел взгляд в окно, где капли дождя чертили кривые линии на стекле. — Он погиб, Винс. На войне. Прямо у меня на руках.

Винс замер. Он медленно опустился на стул, и вся его бандитская спесь вмиг испарилась. — Черт… Жаль это слышать. Вы ведь… вы ведь были не разлей вода.

— Знаешь, Винс, я не просто так пришел, — Ник прервал затянувшуюся паузу. — Мне не к кому больше идти.

— Несложно догадаться, учитывая, что ты не вспоминал обо мне пять лет, — беззлобно поддел его Винс.

— Прости. Но сейчас у меня есть план. Мои глаза открыты, и я знаю, кто за этим стоит. Ты — единственный, кому я могу доверять. Ты единственный, кто остался мне родным.

Винс расплылся в широкой улыбке, в которой снова проснулся тот самый авантюрный мальчишка из трущоб. — О-о-о да! Мне как раз осточертел этот долбаный телик. Выкладывай свой сумасшедший план.

Сделка в тени

Ник говорил полчаса. Он рисовал схемы, объяснял логистику и цели. Когда он закончил, Винс долго молчал, барабаня пальцами по столу.

— Ты сбрендил, — наконец произнес он.

— Знаю. Но всё просчитано до секунды. Нам просто нужно оборудование и люди, которым плевать на закон.

— Оборудование… — Винс задумался. — На черном рынке сейчас затишье, но… Стой. Есть одни ребята. Мой давний знакомый Бен и его подручная Кэрол. Они искали пару отчаянных парней для одного дельца. Думаю, их профиль нам подойдет.

— Вот видишь.

— Ник… — Винс серьезно посмотрел другу в глаза. — Мне нельзя в тюрьму. Я там не выживу.

— Всё будет как по маслу. Помнишь, в детстве? Кто обдумывал планы, пока вы с Генри лезли на рожон?

— И то верно, — усмехнулся Винс. — Мы-то с ним вообще дуб дубом были в стратегии. Ладно, черт с тобой, я в деле.

Через час они уже стояли в глубокой тени заброшенного переулка в промышленном районе. Воздух здесь пах мазутом и сыростью. Из темноты вышли двое. Впереди шел невысокий, но жилистый мужчина с цепким взглядом — Бен. Рядом с ним, засунув руки в карманы кожаной куртки, шагала Кэрол, чьи глаза хищно блеснули в свете фар проезжающей вдалеке машины.

— Это вы? Насчёт ограбления? — голос Бена был тихим, но властным.

— Да, — Винс вышел вперед. — Я и мой товарищ. Нам нужны деньги, вам — профи.

— Винс, сколько лет… — Бен прищурился, вглядываясь в спутника Хендерсона.

Кэрол внезапно напряглась, её рука медленно скользнула за пояс. — Бен, посмотри на него. Это же тот парень из новостей. Николас Браун.

Бен замер. Напряжение в переулке можно было резать ножом. — Точно. Ты тот самый Ник Браун? Который работает на террористов?

Ник почувствовал, как сердце забилось быстрее. Это был момент истины. Если он скажет «нет», ему не поверят. Если скажет «да» — пути назад не будет. Он посмотрел Бену прямо в глаза.

— Да, — твердо ответил Ник. — Я работаю на них. И поверьте, у меня есть то, чего нет ни у кого из ваших парней.

Бен оскалился в подобии улыбки. — Тогда ты точно не из фбровских крыс. Они бы скорее сдохли, чем признали такое. Идёмте… Здесь стены имеют уши. Поговорим внизу.

Группа скрылась в неприметной двери подвального помещения, и тяжелая железная дверь захлопнулась, отрезая их от остального мира. Игра началась.

Заброшенное здание на окраине промышленной зоны казалось скелетом огромного зверя. Внутри пахло гнилым деревом и ржавчиной. Как только Ник и Винс переступили порог, тишину разрезал резкий щелчок взводимого курка.

— Ни с места, — голос Кэрол был холодным, как лед. Ствол её пистолета смотрел Нику прямо в переносицу.

— Эй, Бен, что за дела?! — Винс вскинул руки, его лицо покраснело от возмущения. — Мы пришли к тебе с делом, а ты встречаешь нас как легавых!

Бен вышел из тени, его шаги гулко отдавались от бетонного пола. Он не ответил. Молча и методично он обыскал Ника, а затем и Винса, выворачивая карманы и проверяя лодыжки на наличие скрытых ножей или жучков.

— Понимаешь, Винс, — процедил Бен, отходя на шаг и пряча найденный у Ника «Глок» себе за пояс. — Прошло слишком много лет. Люди меняются. Кто-то становится крысой, кто-то — фанатиком. Я не доверяю никому, кто дышит.

— Ну ты и сволочь, Бен, — выплюнул Винс. — Это не по воровскому кодексу. Мы свои.

— Срать я хотел на твой кодекс, — Бен сплюнул на пол. — Кодекс не кормит и не защищает от тюрьмы.

Ник, сохраняя ледяное спокойствие, встретился с Беном взглядом: — Подумай логически. Я — самый разыскиваемый человек в стране. Винс — бандит, у которого в кармане только дыра и долги. Куда нам идти? Нам нужны деньги, Бен. Огромные деньги, чтобы исчезнуть или… чтобы переписать правила игры.

Кэрол чуть опустила ствол, взглянув на напарника. — Бен, нам тоже нужны эти бабки. Больше никто не подпишется на Citigroup. Эти двое — наш единственный шанс.

Бен долго молчал, вглядываясь в лицо Ника, пытаясь найти там подвох. Наконец он кивнул Кэрол. Пистолет исчез в кобуре. — Ладно. Но предупреждаю: если я хотя бы на секунду почую вонь предательства — я вышибу вам мозги раньше, чем вы успеете извиниться.

План в тумане

Они сгрудились на засаленной кухне вокруг старой карты. Воздух был наэлектризован.

— Заходим втроем, — чеканил Бен.

— Стоп, — перебил Ник. — Нас четверо.

— Ты думаешь, я дам вам двоим бесконтрольно разгуливать с сумками? — Бен криво усмехнулся. — Винс остается в машине. Он — наш билет отсюда. Будет ждать у заднего входа с заведенным движком. Ты и Кэрол идете к центральному хранилищу, я беру на себя кассы и зал. План ясен?

— Как швейцарские часы, — ответил Ник, хотя внутри него уже зрел совсем другой сценарий.

Через полчаса Ник проверял снаряжение в полумраке комнаты. В дверь негромко постучали. Бен вошел, его вид стал менее агрессивным. — Могу зайти?

— Зашел уже, — буркнул Ник, затягивая бронежилет.

— Слушай… — Бен замялся, глядя в пол. — Извини за прием. У нас с Кэрол… жизнь не сахар. Я просто хочу помочь ей выбраться из этого дерьма. Она мне как сестра.

— У каждого из нас свои призраки, Бен, — отрезал Ник.

— И всё же… зачем? — Бен посмотрел на него с любопытством. — Зачем ты предал свою страну? Зачем тебе эти деньги? Если не хочешь — не говори.

Ник на секунду замер. В его глазах отразилась вся боль последних месяцев. — Эта страна не просто предала меня. Она стерла мою жизнь. Растоптала всё, что я любил. Эти деньги — не просто бумага. Это топливо для моего пути. Я хочу уйти так далеко, чтобы даже их радары меня не достали.

Бен подошел и тяжело похлопал Ника по плечу. — Ну, теперь мы в одной лодке, приятель. Выходим через двадцать минут.

Кровь и нажива

Citigroup встретил их стерильным блеском мрамора и криками ужаса. — Всем лежать! Не с места, или в зале станет очень мокро! — взревел Бен, выпуская очередь в потолок. Грохот выстрелов в замкнутом пространстве оглушал.

Посетители повалились на пол. Ник и Кэрол, не теряя ни секунды, перемахнули через стойку. — К внутреннему хранилищу! — скомандовал Ник.

Перед массивной стальной дверью сейфа Кэрол выхватила электронный планшет и набор отмычек. Ее пальцы порхали над клавиатурой. — Отойди, дай профи поработать, — бросила она.

Через сорок секунд послышался мелодичный «писк», и многотонная дверь медленно, словно нехотя, поползла в сторону. — Так просто? — искренне удивился Ник.

— В жизни всё просто, парень, — Кэрол хищно улыбнулась, заходя внутрь. — Это мы, люди, любим всё усложнять. Смотри… сколько здесь бумаги… Мы богаты!

— Собирай всё! Живо! — прикрикнул Ник.

Они лихорадочно набивали мешки пачками стодолларовых купюр. По четыре тяжелых сумки на каждого. Кэрол смеялась, ее глаза горели лихорадочным блеском. — Наконец-то! Теперь заживем! Слышишь, Ник? Свобода!

— Прости, Кэрол, — тихо сказал Ник. — Но не в этот раз.

Кэрол не успела даже обернуться. Мощный удар прикладом в затылок отправил её в глубокий нокаут. Она рухнула на горы денег, так и не поняв, что произошло. Ник быстро перехватил её сумки и выбежал в зал.

— Где Кэрол?! — заорал Бен, отстреливаясь от подоспевшего наряда полиции через разбитые витрины.

— Мне жаль, Бен! — Ник перекрикивал сирены. — Копы прорвались с черного хода, её зажали! Валим, пока нас не окружили!

— Плевать на девчонку! — прорычал Бен, в котором мгновенно испарилась вся его «семейная» забота. — Забирай мешки и к выходу!

Они выскочили на улицу под град пуль. Винс уже подогнал машину к самому крыльцу, визжа шинами. Закинув деньги в багажник, Бен обернулся к Нику, тяжело дыша. — Черт… мы сделали это! Мы богаты! Я не ошибся в тебе, Ники! Ты чертов гений!

— Боюсь, ты ошибся во всем, Бен, — голос Ника стал пугающе спокойным.

Грянул выстрел прямо в ногу Бена. Бен вскрикнул, его правое колено взорвалось болью. Пистолет вылетел из его руки, и он повалился на асфальт, хватаясь за рану. — ТВОЮ МАТЬ! Ты что творишь, ублюдок?! За что?!

— Ты преступник, Бен. И ты, и Кэрол, — Ник стоял над ним, глядя сверху вниз холодными глазами. — Ты должен ответить перед законом.

— Ты… ты такой же, как мы! — хрипел Бен, корчась от боли. — Ты вор и предатель! Я найду тебя! Я вырву тебе сердце!

— Кэрол… — Ник покачал головой. — Ты сказал, что она тебе как сестра, но бросил её в сейфе, даже не оглянувшись, как только запахло жареным. Ты — мусор, Бен. А мусору место на свалке. Или в камере. У меня на эти деньги другие планы. Они пойдут на войну с настоящими ублюдками.

Ник сел в машину. Винс вдавил педаль в пол, и автомобиль сорвался с места, растворяясь в лабиринте переулков за секунду до того, как площадь заполнили синие и красные огни.

Эпилог:

Четырьмя часами ранее: в полумраке дома, Ник и Винс сидели за столом. — Значит, мы выходим с деньгами, — Винс затянулся сигарой, выпуская густой дым. — А что с Кэрол и Беном?

— Они хищники, Винс. Оставь их на воле — и они снова начнут убивать и грабить. Им нельзя оставаться на свободе.

— Ты убьешь их? — прямо спросил Винс.

Ник посмотрел на свои руки. — Нет. Не мне их судить. Но я сделаю так, чтобы закон, который охотится на меня, наконец-то занялся теми, кто этого заслуживает.

На следующее утро Ник сидел в небольшом убежище, глядя в экран телевизора. — …ограбление банка Citigroup было пресечено полицией. Двое грабителей задержаны на месте, — вещала дикторша. — Личности еще двоих устанавливаются. Это была дерзкая операция, но правосудие восторжествовало…

Винс подошел со спины, положив руку на плечо другу. Он видел, как изменился Ник. В его взгляде больше не было сомнений. Была только цель. — Ну что, Ник… Теперь у нас есть ресурсы. Приступаем к настоящему плану?

Ник медленно поднялся. На столе перед ним лежал шлем, покрашенный в агрессивно-красный цвет. Символ его новой жизни. Символ того, что Николас Браун умер, а на его месте появилось нечто иное.

— Пора, — ответил Ник. — Город хотел монстра? Он его получит.