Взаимные амбиции

​Полгода спустя, раннее утро.

Солнце ярко сияло, небо было глубокого лазурного цвета, а в вышине парили чайки. Деревья, окружавшие поместье семьи Ван, покачивались на ветру, а в их ветвях щебетали птицы, оживляя спокойную атмосферу.

​Задний сад.

Перед открытой площадкой у павильона Ван И стоял с прикрытыми глазами. Его руки образовали круг, словно он обнимал невидимый столп, подпирающий небеса. Ноги были слегка разведены, колени приподняты, а пальцы ног крепко впивались в землю. Ци текла по его телу, разум следовал за энергией; он пребывал в состоянии «пустоты, но не пустоты», когда дух спит, но намерение бодрствует. Его тело ритмично вибрировало в такт изменениям внутренней силы.

​Это была его уникальная стойка — «Свая Хунъюань» (Первозданная свая). Используя возможности Чертога Эволюции Дао и философию «возвращения десяти тысяч законов к единому», он объединил техники всех шести томов, полученных от Хуана. Эта стойка питала кровь и Ци, укрепляла фундамент и через вибрации совершенствовала физическое тело.

​Янь Чжэньдун сидел в павильоне, потягивая вино и наблюдая за юношей. За последние полмесяца его сердце уже онемело от шока. От ученика, которого нужно было вести за руку, до мастера, создающего собственные методы внутренней закалки — талант Ван И заставлял трепетать. Янь понимал: будь они в одном ранге, он, мастер уровня Анцзинь, не продержался бы долго против него. С такой скоростью Ван И мог достичь уровня Минцзинь меньше чем за год.

​У входа в сад появился Чан Вэя, сопровождая старика.

Тот был одет в зеленый халат с вышивкой и черную шапку. В конце его седой косы висела монетка, а на лице всегда играла добрая улыбка. Несмотря на возраст, его походка была твердой. Это был Ли Юань, владелец гостиницы «Юэлай», человек с огромными связями. Его скрытая личность была еще более внушительной: он был могущественной фигурой, которую уважали как в законном мире, так и в криминальных кругах.

​Ли Юань с подозрением и восхищением смотрел на стойку Ван И. Она казалась естественной и завершенной. Скрыв любопытство, он громко рассмеялся:

— Ха-ха-ха, юный друг, я снова пришел тебя побеспокоить...

​Ван И открыл глаза, медленно вышел из стойки и вежливо поклонился:

— Старейшина Ли, о чем вы говорите? Ваше присутствие — честь для меня. Пройдемте в дом.

​Гостиная восточного крыла.

Ван И усадил Ли Юаня за стол «Восьми Бессмертных». Чан Вэя принес чай и бесшумно удалился.

— Старейшина Ли, давайте сегодня окончательно всё решим, — сразу перешел к делу Ван И.

​Причина, по которой сделка затянулась на полмесяца, заключалась не в цене. Оба вели свою игру. Ли Юань пытался прощупать прошлое юноши, ища выгоду. Ван И же метил на связи старика, планируя использовать его как фундамент для своего влияния в Фошане.

​Ли Юань глубоко посмотрел на юношу:

— Юный друг, с такой выдержкой ты рожден для великих дел. Будь у моего третьего сына хотя бы тридцать процентов твоего характера, я бы умер спокойно.

​За полмесяца зондирования старик был искренне покорен темпераментом Ван И. Спокойствие, достоинство и поразительная прозорливость шестнадцатилетнего мальчика заставляли даже этого тертого жизнью волка диву даваться.

​Ван И налил изумрудно-зеленый чай в фарфоровые чашки. Ли Юань вдохнул аромат:

— Чистый запах орхидеи. Словно в чайном саду Цзяннаня весной. Твоя семья тоже занимается чаем? Может, нам стоит сотрудничать?

— Старейшина Ли, вернемся к главной теме, — улыбнулся Ван И.

​Старик поставил чашку и заговорил прямо:

— Хорошо. Я продам тебе «Юэлай», но при условии, что за мной останется двадцать процентов доли. Если согласен, я сделаю большую скидку на общую цену.

​В глазах Ван И мелькнуло удивление. Он не ответил сразу, задумчиво потирая чашку. Ему было всё равно на эти двадцать процентов, он мог бы отдать их и даром. Но Ли Юань был не так прост.

Плюс был очевиден: через Ли Юаня он получит доступ к сети осведомителей и нужным людям.

Минус: придется всегда быть начеку, ведь старик — опасный партнер.

​Однако, решив, что это значительно ускорит его планы, Ван И решил, что игра стоит свеч. Грядут большие перемены, и ему нужны были не просто здания, а влияние.