hikari-сан в отличной форме

— Сегодня ты просто великолепна, hikari-тян! Даже больше обычного! На полную мощность, да?

— Она ещё красивее стала!

— Значит, она всё ещё может превзойти собственные пределы...

— Её милота пробудилась! Это снова будет хитовая работа!

— Величайшая в мире...!

Место действия — знаменитая студия, которой пользуется сама CandyCandy. Сегодня я снова был в отличной форме и фотографировался перед светло-голубым бумажным фоном, окружённый стробами, софтбоксами и множеством другого фотооборудования. Это была моя первая работа после выздоровления от простуды. На этот раз мы снимали интернет-рекламу. Пока камеры были направлены на меня, а персонал хвалил мою безупречную работу, я плотнее запахнул вокруг себя белую накидку. Персонал завил мои пушистые янтарные волосы, а на мне была накидка с пушистым мехом по краю и мини-юбка того же цвета. К ним добавили длинные коричневые ботинки со шнуровкой и серьги с мотивом снежинки. То, что нас снова не выгнали на мороз, было для меня огромным плюсом: после простуды я всё ещё приходил в себя.

Сегодняшняя тема — «Снежная фея». Рекламировали шоколадный торт, который должен выйти к грядущему зимнему сезону, так что график на сегодня был довольно плотным. Съёмочная команда хотела, чтобы проект шёл гладко... а раз я вернулся к работе как hikari, то не сбивался ни на миг и выдавал только лучшие кадры. Можно сказать, я стал ещё лучше, чем раньше. На этом этапе я уже вполне могу называть себя богиней.

— Отличная работа, hikari-тян! В благодарность я пришлю тебе шоколадный торт, потом попробуй.

— Большое спасибо!

Ветеран-фотограф, мужчина, продолжил:

— На прошлой неделе ты выглядела немного не в себе. Догадываюсь, случилось что-то хорошее?

Всё это было благодаря Амамии-сан и всем остальным, кто переживал за меня, но объяснить такое я, разумеется, не мог, поэтому отделался расплывчатым ответом.

— Ну, я всё-таки самая милая в мире!

— О, какая надёжность!

— Милота решает всё!

Между съёмками мои завитые волосы немного распустились. Но беспокоиться не о чем.

— Так-так! Я поправлю тебе волосы, иди сюда, hikari!

В углу студии Кокоро-сан позвала меня к себе, держа в руках плойку и средства для укладки. Хотя ростом она была всего сто сорок пять сантиметров, одевалась она в жёсткую панк-моду со сплошными черепами. Правда, сегодня её вишнёво-красные волосы, которые она покрасила по прихоти, были собраны в боковой хвост чёрной резинкой. В сочетании с силой макияжа и её детским лицом она каждый раз, когда я её вижу, выглядит всё моложе. В этом она просто монстр. Как школьница начальных классов. Лоли-фея.

— Хм... Мне кажется, ты только что мысленно меня обругал. Или мне послышалось?

— Вы что, эспер?

Никакая она не фея. Монстр.

— В общем! Позаботьтесь о моих волосах, Кокоро-сан!

— Хмф... Ладно уж. Оставь это мне! Заодно посмотрю макияж!

Я сел на пластиковый стул рядом с ней, и она тут же взялась за работу. Она двигала плойкой так, будто это волшебная палочка, и мои волосы в мгновение ока снова легли красивыми завитками.

— А-а... мои завитые волосы просто великолепны. И стилист отлично справился с образом Снежной феи. Я всё-таки самая милая.

— Ха-ха-ха, сегодня ты прямо на полную катушку, да?

Когда я hikari, моя психика находится в сильнейшем состоянии.

— Но вам не кажется, что Амамии-сан этот наряд тоже очень подошёл бы?

— О да! На фоне снега! Её белая кожа сияла бы ещё ярче.

— Великолепная мысль. Вы гений.

— Кстати о Сидзуку-тян: как там дела с прослушиванием? Я вообще никак в этом не участвую, но как прошёл первый тур?

Похоже, Кокоро-сан до сих пор немного переживала из-за того, что дала Амамии-сан предложение, а всё обернулось суматохой с прослушиванием.

— Она легко прошла первый тур, так что не волнуйтесь.

— О-о-о! Именно этого я и ждала!

Значит, она тоже не знала? Хорошо, что я ей сказал.

— Рекомендовать её я не могу, потому что не хочу быть предвзятой, но передай ей, пожалуйста, что я за неё болею. Я всё ещё хочу снова заняться её волосами!

Когда Амамия-сан впервые надела особый наряд, именно Кокоро-сан сделала ей причёску. От этого даже немного тянет ностальгией. Тогда она ещё ходила в очках... а мы с ней были просто обычными одноклассниками. Многое изменилось, я уверен. В хорошем смысле, конечно.

— Я ей передам, Кокоро-сан.

— Буду благодарна!

И на этом она закончила поправлять мне волосы и макияж. Даже разговаривая со мной, она управилась за рекордное время. Профессионал, ничего не скажешь.

— Но всё же редко вижу вас в студии, Кокоро-сан. Разве вы не можете оставить такие поправки другим ассистентам?

Для такой популярной и востребованной Кокоро-сан обычный порядок был такой: она помогала с макияжем, превращала меня в hikari и быстро уходила. Следующая сцена уже ждёт её.

— По расписанию у меня сегодня есть немного времени. А президент сказала, что заедет, так что я хотела поздороваться, пока есть шанс.

— Подождите, Мисора-нэсан приедет?

И тут...

— Вхожу!

Как по заказу, Мисора-нэсан ворвалась в студию, громко цокая каблуками. С появлением харизматичной CEO Candy in the Candy весь персонал вокруг нас тут же выпрямил спины и стал серьёзнее. У неё были полудлинные каштановые волосы и лицо, с которым она сама могла бы работать моделью. На ней была светло-голубая рубашка и узкая серая юбка. Образ вроде простой, но классический office casual она носила безупречно, положив одну руку на бедро. В свободной руке она держала бумажный пакет из известной зарубежной кондитерской. Даже я о ней знал. Грудь, натягивавшая рубашку, могла соперничать даже с президентской. А исходящая от неё аура была аурой абсолютной властительницы, так что, возможно, они с президентом одного поля ягоды.

— Это президент CandyCandy! Я впервые вижу её вживую!

— Она же ездила в командировку на переговоры в... Британию? Францию?

— Разве не в Америку? Наверное, только что вернулась после обсуждения зарубежных филиалов CandyCandy.

— У неё безумная харизматичная аура!

На неё сыпались восхищённые взгляды. Для меня она была просто кузиной, которая временами могла вести себя немного эгоистично, так что видеть такое всё ещё было странновато.

— Отличная работа на сегодняшней съёмке. Я ищу Ко... hikari-тян. Кто-нибудь её видел?

Она огляделась, похоже, имея дело ко мне.

— Прези! Сюда!

— А, Кокоро.

Кокоро-сан помахала рукой и показала Мисоре-нэсан дорогу. Эти двое были в CandyCandy с самого основания и достаточно близки, чтобы вместе выпивать. Хотя если бы я увидел, как Кокоро-сан пьёт пиво, то, наверное, сообщил бы о ней, решив, что она несовершеннолетняя. По слухам, такое уже случалось несколько раз.

— Давненько, нэсан.

— Я всё-таки была за границей. Но вернулась ко второму туру прослушивания. Вот тебе сувенирные дораяки.

— Это дораяки?!

Поскольку персонала рядом с нами не было, я общался с ней просто как Коки. Я принял бумажный пакет, сидя на стуле, и меня действительно встретили дораяки. Хотя надпись на пакете была на правильном английском. Разве это место не славится... макаронами или фруктовыми пирожными? Почему дораяки?

— Сейчас японские сладости за границей вообще довольно популярны. А когда я услышала, что одно из моих любимых мест делает твои ненаглядные дораяки, просто не могла не купить!

— С-спасибо...

Я бы предпочёл макароны или фруктовые пирожные... Но сказать ей этого не могу. Она всё ещё думает, что я обожаю дораяки. Я даже не успеваю это исправить. Просто съем их вместе с Амамией-сан... Так я смогу отплатить ей за визит ко мне, когда я болел.

— Так ты сюда только сувениры передать пришла?

— Non, non! Мне нужно было кое-что сказать тебе насчёт второго тура прослушивания.

На вопрос Кокоро-сан Мисора-нэсан нарочито помахала указательным пальцем вправо-влево. А потом сбросила бомбу.

— В качестве особого гостя во время второго тура появится hikari!

— ...Что?

Что она... имеет в виду? Очное собеседование второго тура пройдёт в главном офисе CandyCandy: пятьдесят претенденток, прошедших первый отбор, явятся лично, одетые в наряды, продающиеся в CandyCandy. Там же кандидаток спросят, почему они хотят стать партнёршей hikari или почему вообще хотят быть моделями. После этого будет лёгкая проверка походки и позирования... а остальное — на волю богов. Третий тур станет финальным и сократит число кандидаток до трёх-четырёх. Последний этап — фотопроба, где кандидатки покажут модельные навыки так, будто это настоящая съёмка. Если будет признано, что у них есть качества партнёрши hikari... они проходят. Для этого к отбору присоединится известный фотограф, работающий с CandyCandy, и вместе со стилистами будет оценивать кандидаток. Кроме того, планировалось, что CEO, то есть нэсан, лично их поприветствует. Иными словами, она судья, палач, CEO и бог. Если в этом будет участвовать hikari, значит...

— То есть ты хочешь, чтобы hikari тоже была судьёй?

Кокоро-сан задала вопрос, который заполнял мою голову, пока я был слишком занят попытками догнать происходящее. Я должен быть судьёй?! Нет, похоже, не так.

— Не совсем. Во втором отборе выбирать буду только я. Если они хотят пройти, им придётся прорваться через меня!

Она сказала это и выпятила большую грудь.

Поскольку она верит в собственное вдохновение больше всего на свете, единственным судьёй второго тура будет она. В конце концов, прослушивание для поиска партнёрши hikari и выбранная победительница могут сильно повлиять на будущее компании. Именно поэтому она хочет сама проверить лучших кандидаток... наверное. Судить всех одной, учитывая число участниц, будет ещё той задачей, но, зная её, она будет справедлива ко всем. Когда она работает как CEO, ничто не может её сломить. Но... зачем тогда я?

— Я хочу, чтобы ты сказала что-нибудь ободряющее участницам, прошедшим первый тур. Немного разогрела атмосферу, понимаешь?

— А, вот что ты имела в виду. Чтобы их воодушевить?

Это близко к тому, чем я занимался на культурном фестивале. Тогда всё просто!

— Все кандидатки ведь правда тобой восхищаются. Возможность встретиться с тобой и услышать вдохновляющую речь наверняка поднимет их мотивацию.

Кокоро-сан сказала совершенно справедливую вещь. Старалась не только Амамия-сан. Мечта каждой — стоять рядом с hikari. Когда я думаю об этом так, мне и правда нужно выпрямиться. Я снова понял, что не могу позволить себе потерять уверенность. Просто жалко, что от тяжести этих ожиданий я чувствовал себя так, будто мне врезали в живот. Хотя я бы предпочёл мягкий кошачий удар от Амамии-сан!

— На втором отборе я выложусь на все сто!

— Рада это слышать.

Даже сжав кулак, я оставался самым милым.

---

— Что?! Значит... я получу священное откровение от самой hikari-сан...?!

— Ну... если свести к сути, да.

Когда я рассказал Амамии-сан то, что узнал о втором туре, она вдруг стала использовать слова вроде «получу» и «священное откровение», чего я никак не ожидал услышать в обычной жизни. Это что, какая-то религия, к которой она принадлежит? Я невольно вспомнил песочную картину, которую Фукасэ-кун из нашего класса сделал во время фестиваля. Сейчас её разместили на какой-то странной выставке. Вообще-то Амамия-сан всегда могла поговорить с hikari, если бы захотела. Я же прямо здесь. Но, похоже, она говорила об официальных случаях. Не понимаю.

— И всё же... сколько времени прошло с тех пор, как мы вот так вместе убирались?

Мы стояли в классе после уроков. В последнее время солнце садилось быстрее, чем прежде, и за окном темнело намного раньше, чем летом. После того как все остальные из нашего класса ушли, мы взялись за дежурство. В нашей школе вполне обычно, что дежуришь с кем-то, кто изначально не был назначен, или вообще один. Сегодня этим должен был заниматься я, но Амамия-сан предложила помочь.

— И правда, прямо ностальгия.

— Да.

Амамия-сан держала в руках веник и подметала пол. Я закатал рукава и стирал с доски историческую хронологию. В зависимости от времени года от этого тоже бывает довольно холодно, но пачкать рукава не хотелось. Я уверен, что в ближайшее время снова не простужусь. На следующей неделе у нас выпускные экзамены за триместр, а как только они закончатся, наконец начнутся зимние каникулы. А потом — Рождество и сразу после него второй тур прослушивания. Если говорить о сложности испытания, то, думаю, второй тур может оказаться тяжелее третьего. Добраться до третьего — значит выйти на финальную прямую, где нужно просто отдать всё, что есть, но во втором туре придётся отбросить куда больше кандидаток. Амамия-сан держала веник и задумалась. Наверное, у неё были особые чувства из-за всей этой ситуации.

— Ты ведь иногда помогал мне, когда я дежурила, да? Когда я это замечала, мне всегда хотелось поблагодарить тебя... Но тогда мне не хватало смелости. Я всё время надеялась, что мы сможем стать друзьями...

Я впервые услышал, что она чувствовала в те времена. Она хотела подружиться со мной... Как же это мило?

— Сначала мы были просто одноклассниками, да?

— Да... А потом, чем дольше мы встречаемся, тем сильнее я, наверное, израсходовала всю свою удачу...

— Ничего, наверняка ты получила её много от меня!

То, что я могу быть вот так рядом с Амамией-сан, значит, что я уже израсходовал всю удачу на остаток жизни. Но это нормально. Лучшего обмена быть не может. Я тоже вернулся мыслями в прошлое — к тому времени, когда Мисора-нэсан попросила меня найти партнёршу для hikari. Значит, во втором туре они с Амамией-сан наконец впервые встретятся, да?

— Ты уже решила, что наденешь на второй тур?

— Да. Я выбрала кое-что после обсуждения с Конацу-тян и Хибари-сан. Я пыталась добавить туда и собственный выбор, но...

— Н-ну, чувство стиля всегда можно развить потом!

Я попытался поддержать её эмоционально, закончил стирать всё с доски и проверил, как заперта одна из дверей. Ну, её модный вкус довольно... эксцентричный. Непревзойдённый, я бы сказал.

— Для наряда на наше рождественское свидание... я тоже попросила совета у них двоих и у президента! Это будет такой образ... что у тебя расплавится мозг!

— М-мой мозг?!

Не ожидая от неё таких слов, я чуть не двинул головой вперёд и не разбил оконное стекло. Откуда у неё такие знания? Наверняка от президента!

— А, точно... Мы ведь так и не решили ничего насчёт свидания. Хочешь куда-нибудь пойти?

— Мне всё равно куда, если я буду с тобой...

И теперь я чуть не уронил вазу для цветов. Я всего лишь хотел сменить в ней воду, но ещё не успел её схватить, так что всё обошлось. Такое чувство, будто с того дня, когда я заболел, она стала в тысячу раз милее. У её милоты, клянусь, нет предела.

— Эм, тогда... можно я составлю план?..

— С-с радостью!

— Тогда я возьмусь за это изо всех сил!

Ох, чёрт. Надо по дороге домой купить журнал с местами для свиданий. Тот, где в этом месяце на обложке Нидзииро. Спецвыпуск по случаю сезона. Можно ещё спросить Микагэ, у него с девушкой куда больше опыта... но эти двое не нормальная пара. На первое свидание они пошли в кафе с рептилиями. Терзаясь тяжестью возложенной на меня обязанности, я схватил вазу с цветами и уже собирался выйти из класса, как...

— Амамин! Харэ-кун! Хермес! Хермес ми!

— Ух ты?!

В класс внезапно ворвалась Райка, и я едва успел от неё увернуться. Вода из вазы немного выплеснулась. Что делает эта дурочка? И ещё: это не «Хермес». Это «help me».

— Что случилось, Конацу-тян? Я думала, ты занимаешься с Хибари-сан в библиотеке.

— Я сбежала от Хибарин!

Амамия-сан прислонила веник к ближайшей парте и подбежала к ней. Пока её молниевидный аксессуар сиял в свете ламп над нами, Райка прыгнула в объятия Амамии-сан. Как и следовало ожидать, её, видимо, хорошенько гоняли перед грядущими экзаменами. Потому что, зная её, она рискует провалиться по всем предметам. А если так и случится, её любимую камеру Пикари-сан конфискуют. То же самое уже происходило прошлым летом. Она правда ничему не учится, да? Чтобы до этого не дошло, Хибари занималась с ней.

— ...Я нашла вас, Конацу-сэмпай.

— А-а-а, вот и она!

— У вас хватает смелости обращаться со мной как с монстром, сэмпай...

Следом в класс вошла Хибари. Её длинные волосы будто встали дыбом, словно она была Медузой со змеиными головами. Стоп... Это страшно. Она в ярости!

— Ч-что случилось?

Я думал, они мирно и весело занимаются вместе. Но когда я спросил, острые глаза Хибари блеснули ещё сильнее.

— Я объясняла этой дурочке... что будет важно на предстоящих экзаменах! А она разрисовала конспект, который я для неё сделала!

С резким хлопком она раскрыла тетрадь формата A4. По страницам, где были старательно и с любовью записаны формулы, поверх всего были нарисованы дудлы с ДораДораяки-куном. Причём довольно хорошие. А у персонажа ещё и появился пузырь с репликой: «Амамин! Удачи на прослушивании!» Она что... ребёнок из начальной школы?!

— Ну... я не могу винить Хибари за злость.

— Но... я рада, так что не могу на неё сердиться.

Амамия-сан приняла тетрадь и стала листать страницы. Мы с Хибари смогли только криво улыбнуться. Правда, сама Хибари ни секунды не теряла и схватила Райку за руку.

— Теперь я злюсь, так что ты пройдёшь адский курс из ста задач по математике. Пока не решишь всё правильно, домой не уйдёшь. Так что лучше предупреди семью.

— А-а-а! Прости меня, Хибарин!

— Ни за что.

Я и не знал, что у Хибари столько силы: она потащила Райку из класса. «Амамин, Харэ-кун! Помогите!» — кричала та, прося помощи, но я лишь поднял руки. Будь благодарна Хибари, что она зашла так далеко. Просто учись нормально, ну правда.

— Эти двое прямо как буря, честное слово...

Как только они ушли, в класс вернулись мир и покой. Сейчас они что-то вроде комедийного дуэта. Особенно после культурного фестиваля.

— А, она забыла тетрадь. Думаешь... можно я сфотографирую этого ДораДораяки-куна?..

— Не думаю, что тебе нужно чьё-то разрешение. Он тебе настолько понравился?

Она раскрыла тетрадь и один раз кивнула. Наверное, поставит его фоном на телефоне до самого дня прослушивания. Справедливости ради, меня тоже приободрила карта Таро «Солнце», которую дала Хибари. Она в каком-то смысле ощущается как талисман.

— Ну что, давай заканчивать уборку?

— Угу!

За окнами по улицам уже проносился холодный зимний ветер. День прослушивания в канун Рождества медленно приближался.

### Сторона A. Амамия-сан и ночь перед битвой

Я привыкла жить в нашем старом двухэтажном деревянном доме, но когда зимой на крыше скапливается снег, потолок всегда поскрипывает, и мне немного страшно, что он может провалиться. Хорошо, что прогноз погоды сказал: в этом году сильного снега не будет. Правда, завтра он всё-таки может пойти. Значит, будет белое Рождество, да? Ещё одна ночь — и настанет второй тур прослушивания. До сих пор не верится.

— Фу-у... Как хорошо.

Все мои мысли были о прослушивании, пока я наслаждалась тёплой ванной. Волосы я завязала полотенцем.

— Фу-у...

Я вытянула руки и ноги, а вокруг плавали белые пузырьки. Эти соли для ванны и правда очень выгодная покупка. Особенно с их пенным молочным ароматом. Ванная в нашем доме старая и маленькая, и сама ванна тоже не то чтобы большая, но я люблю вот так расслабляться.

Чтобы подготовиться к завтрашнему дню, нужно закончить уход за кожей и поскорее лечь спать... А! Я же ещё не закончила разбирать бельё. И раз завтра меня не будет дома до вечера, наверное, надо приготовить что-нибудь на обед.

Как и я, все мои младшие дома из-за зимних каникул. Младшие сестрёнки завтра пойдут на рождественскую вечеринку, так что им обед можно не готовить. Вчера я постирала много вещей... но зимой их трудно сушить в помещении...

Ладно, как только всё закончу, сразу спать!

Под водой я сжала кулаки. Возможно, лягу позже, чем планировала, но я не смогу расслабиться, если буду знать, что не всё сделано.

— ...Интересно, что сейчас делает Харэма-кун.

Я посмотрела в окно, думая о любимом парне. Ночное небо снаружи словно становилось всё больше и больше. Раз он заботится о красоте даже тщательнее меня, он, наверное, уже спит. В конце концов, завтра на прослушивании будет hikari. Это будет волнительно в самых разных смыслах.

О чём бы меня ни спросили... я отвечу честно и искренне.

Так я решила. Но если продолжать думать о прослушивании, я только сильнее занервничаю, поэтому сменила направление мыслей. Подумать о чём-нибудь другом... Может, о свидании с Харэмой-куном после прослушивания?

Я сказала, что мне всё равно куда, если я буду с ним, но... и-интересно, куда мы пойдём... Какой план свидания он придумал?

Как бедная девушка, я даже не могу представить себе канун Рождества, проведённый с парнем. Может, стоило купить журнал с советами и популярными местами... Зато я приготовила ему подарок-сюрприз!

— Надеюсь, он обрадуется.

Я глубже опустилась в воду, на миг представляя это. Честно говоря, подготовить подарок и одновременно наряд для прослушивания было немного тяжело. Но в нём — все мои чувства.

А-а если ему понравится... может, он меня обнимет? И-или даже поцелует...?!

Из моих губ вырвался визг, и в тесных стенах он отозвался особенно громко. Я никогда не могу нормально о таком думать, зато фантазировать, пожалуй, умею на высшем уровне.

— У-у-у... Жарко...

Нервозность перед прослушиванием исчезла, но теперь у меня по другой причине закружилась голова от жара. Я быстро выбралась из воды и вытерлась, чтобы потом из-за этого не страдать.

---

— А, Сидзуку-нэ! Ты наконец вышла из ванны? Долго же ты там была, да, Мио?

— Мы уже разобрали бельё. Правда, Касуми?

— Что?!

Я надела пижаму и вошла в гостиную, вытирая волосы, а младшие сёстры встретили меня таким докладом. Сейчас они, похоже, играли в игры, значит, закончили раньше. Пижаму с ДораДораяки-куном, которая была на мне, я вообще-то чудом выиграла в лотерее.

— Завтра у тебя важная битва, так что не переживай о домашних делах и спи. Отплатишь нам тем, что пройдёшь!

— Точно. Если старшая сестра станет партнёршей hikari, я смогу хвастаться перед всеми подругами!

— Вы двое...

От их доброты у меня чуть не выступили слёзы. Когда я рассказала им, что иду на прослушивание, они всё это время меня поддерживали. Даже помогали тренировать походку и позирование. Чтобы научиться ходить, я смотрела много видео с hikari-сан, но... движение рук, осанка, постановка ноги... навыки, позволяющие вести взгляд зрителей, — всё это я старалась вжечь себе в память. Для позирования это тоже было необходимо, но в основном я просто восхищалась тем, насколько потрясающая hikari-сан. Каждый раз, когда я ошибалась хоть в чём-то, сёстры указывали на мои ошибки и показывали новый взгляд. Эти девочки очень честные и искренние, почти до жестокости. Они меня не щадят.

— А ещё повеселись на свидании с Харэ-нии.

— Если что, не отпускай его.

— Можешь и утром вернуться домой.

— Точно.

— Чт...?!

Когда они сказали это таким тоном, будто действительно так думают, я не смогла сдержать лёгкий вскрик. Н-не отпускать его?! Вернуться утром?!

— Т-такие вещи юным девочкам говорить нельзя!

В роли их наставницы я легонько стукнула обеих по голове.

— Ай!

— Больно!

Они обе надулись, но, по-моему, на них слишком сильно влияют все эти романтические сериалы! Я только что остыла, а они снова заставляют меня гореть!

— Нэсан, мы с Арарэ завтра пообедаем чем-нибудь простым, так что иди спать и... А?! Почему ты красная?! У тебя жар?!

— Щёки как яблоки! Яблочные щёки!

Рэй-кун и Арарэ спустились по лестнице и тут же запаниковали. Я даже ничего не сказала, а Рэй-кун уже начал метаться: «Это из-за Харэмы-сан?! Он что-то сделал?!» Как он такой проницательный?! То есть я думала о Харэме-куне, но... дело не в этом!

— С-со мной всё в порядке!

Я замахала руками перед лицом, пытаясь согнать жар из тела, как вдруг услышала, как открывается входная дверь, а вместе с этим протяжное: «Я дома-а~». От этого я честно застыла.

— Мама?!

— Да, это ваша любимая мама.

Мы бросились к входу и встретили нашу маму, Амамию Аманэ. У неё были очень короткие чёрные волосы, на плечи накинуто чёрное пальто, а под ним виднелась стройная фигура. Даже в нашем районе она известна как естественная красавица, которой почти не нужно стараться. Вообще-то она работает медсестрой в частной больнице, поэтому обычно по ночам на работе. Я думала, сегодня будет так же, но...

— У меня сегодня вечером и завтра выходной, а я забыла сказать. По дороге домой зашла в комбини, так что держите.

— Ура-а, вкусняшки!

В отличие от меня, мама во всём довольно расслабленная, и это видно по тому, как она выражается. Она передала эко-сумку Касуми, которая радостно подпрыгивала, увидев внутри снеки. Так поздно уже нельзя такое есть!

— Через два дня у нас каждый год домашнее Рождество, так что понятно, почему ты взяла выходной... но почему сегодня?

— Просто по настроению?

Младшие сёстры встали слева и справа от неё и, глядя снизу вверх, задали вопрос. Я тоже не думала, что увижу её сегодня, так что мне самой было любопытно. Мама вошла внутрь, положила ладонь мне на голову и мягко взъерошила волосы.

— Ва-а!

— У нашей дорогой Сидзуку завтра важный день, вот я и захотела поучаствовать в сегодняшнем стратегическом совещании, — уверенно усмехнулась она.

— Стратегическое совещание перед завтрашним важным днём... Ты преувеличиваешь.

— Конечно нет. Я просто так рада, что ты наконец стала увереннее в себе и даже идёшь на прослушивание, чтобы стать партнёршей hikari.

— Мама...

Когда в средней школе те люди назвали меня уродиной, я начала бояться взглядов окружающих. Поэтому носила те очки и всегда держала голову опущенной. Моя семья, должно быть, всё это время переживала за меня и присматривала. И даже сейчас они всеми силами поддерживают меня перед завтрашним прослушиванием.

— Спасибо вам всем.

Я передала им благодарность от всего сердца. Я правда очень их люблю.

— Ну-ка, не будем сейчас сентиментальничать! Нужно обсудить твои планы на завтра! Мио, принеси мне из холодильника пива!

— Мама! Нужно дать ей поспать перед завтра.

— Знаю! Всего на несколько минут.

— Тогда зачем тебе пиво?!

— Потому что я хочу выпить.

Она направилась в гостиную, всё ещё в пальто. Обычно роль человека, который одёргивает маму, достаётся Рэй-куну. Сон, конечно, важен, но я тоже хочу побыть с ними ещё немного. Чтобы завтра не нервничать.

— И ещё, Сидзуку, я всё ещё жду знакомства с твоим парнем! Приводи его, когда я буду дома!

— Харэ-нии правда хороший парень. Да, Мио?

— Я могу отдать ему Сидзуку-нэ, Касуми.

— Я... я его ещё не признал!

— Я лю Харэ-ниитя!

Я... я его обязательно приведу. Но только после того, как прослушивание закончится!