Глава 7.0

— Ну и как тебе твоя личная студия?

Хён Сын тихо пробормотал это, внимательно осматривая комнату.
— Ну… вроде нормально.

На первый взгляд студия была примерно семь пхёнов. К тому же она была полностью оборудована, в ней была не только хорошая звукоизоляция, но и вся необходимая техника. Один только дорогой мастер-клавишный синтезатор на 88 клавиш сразу бросался в глаза, а по расположению колонок и стен было видно, что на её создание ушло немало усилий.

Больше всего его внимание привлёк диван, стоящий прямо по центру. Длинный, с неожиданно мягкими подушками. Всё-таки для человека, который часто не спит ночами, хороший диван просто необходим.

Хотя по сравнению с его студией до регрессии…

Но всё равно видно, что постарались обустроить её как следует.

Для человека, вернувшегося на 12 лет назад, это был максимум, на что можно было рассчитывать.

Господин Ким прищурился, глядя на Хён Сына.

Что с ним такое? Даже если не радуется, мог бы хоть как-то показать, что доволен.

Его спокойная, сдержанная реакция, будто ему вообще нет дела до всех этих усилий, немного разочаровывала.

Разве парень чуть за двадцать не должен быть в восторге от собственной студии?

Почему-то это немного выбивало из колеи.

Фух…

Хён Сын даже начал его слегка раздражать.

Господин Ким сжал кулак. Незаметно приблизившись, он сделал вид, будто хочет слегка дать ему подзатыльник, и тихонько постучал рукой по задней стороне монитора.

— Менеджер!

Вздрогнув, господин Ким спросил:
— А? Что такое? Что-то случилось?

— Всё видно в мониторе.

Господин Ким неловко почесал затылок.
— Ха-ха… просто монитор большой и чёткий, вот и видно всё.

Хён Сын молча покачал головой.

За последние дни их отношения немного изменились, они даже начали обращаться друг к другу по имени.

Честно говоря, первое впечатление было не самым приятным.

Широкие плечи, тяжёлый взгляд из-под густых бровей, от него исходила подавляющая аура.

Неудивительно, что он стал руководителем крупного отдела в агентстве.

Но после нескольких встреч господин Ким начал думать, что, несмотря на первое впечатление, Хён Сын на самом деле неплохой человек.

В конце концов…

Будет хорошо иметь такого человека на своей стороне.

— А, точно.

Господин Ким вдруг что-то вспомнил и нарушил тишину:
— Я позже позвоню, сможешь ненадолго зайти в офис?

— Зачем?

— Ненадолго только, я уже сделал тебе пропуск и визитки.

Хён Сын прищурился.
— Уже?

Он не мог поверить, что прошло всего несколько дней после подписания контракта, а пропуск и визитки уже готовы.

Отец будет рад, когда увидит…

Нехотя Хён Сын кивнул.
— Хорошо, тогда позвоните.

Но сейчас ему хотелось просто ещё раз осмотреть студию.

Всё-таки…

Похоже, в этой жизни он наконец начинает новый путь как композитор.

***

Спустя некоторое время Хён Сын уже направлялся в главный офис LS Entertainment, в самом центре престижного района Сеула. Одного взгляда на здание хватало, чтобы почувствовать давление.

Но Хён Сын шёл по центральному холлу совершенно спокойно.

Ещё бы. До регрессии его агентство входило в тройку лучших, о которой он всегда мечтал. У него были доли, и ему даже дали неловкий титул почётного директора.

Когда всё идёт вверх, остальное уже не имеет значения…

Была ещё холодная поздняя зима. В капюшоне и чёрной куртке, с наушниками, Хён Сын уверенно направился к лифту.

Он замечал взгляды, но сотрудники были заняты своими делами, и никто не пытался заговорить.

Он так думал, пока вдруг не раздалось:

— Эй!

Резкий голос прозвучал в наушниках. Хён Сын обернулся. Перед ним стояла девушка с высоко поднятым подбородком. Даже в солнцезащитных очках он сразу её узнал.

Со Джини?

Она дебютировала в 16 лет в группе из четырёх человек Street Girls.

Группа распалась меньше чем через год, но Со Джини продолжила свой путь. Позже, начав сольную карьеру, она поставила рекорды и стала настоящей сенсацией.

Но этот успех был недолгим.

Со временем её популярность начала угасать.

Её резкий характер и грубая манера речи приводили к постоянным скандалам.

В какой-то момент новые песни перестали даже набирать нормальные просмотры.

К тому времени, когда Хён Сын был активен как композитор, Со Джини уже исчезла из индустрии.

— Здравствуйте!

Сотрудники, проходя мимо, узнавали её и здоровались.

— Угу…

Она лишь сухо кивала, не улыбаясь.

— Ты сотрудник или стажёр?

Спросив это, она осмотрелась, но люди уже разошлись.

— Я с тобой говорю.

Со Джини подошла ближе, явно раздражённая.

— Сотрудник.

Дзинь!

Двери лифта открылись. Хён Сын прошёл внутрь мимо неё.

— Как-то коротко здороваешься.

Она зашла следом, поддразнивая.

— Сама такая.

Хён Сыну это начало казаться детским, он нажал кнопку четвёртого этажа.

— Ты же меня знаешь, почему не поздоровался?

Он вздохнул и пожал плечами.

— Разве мало в жизни всякой ерунды?

Честно говоря, он особо не интересовался Со Джини, поэтому не понимал, почему её репутация так упала.

Но было очевидно, что с таким поведением она только ухудшает своё положение в индустрии.

Лучше бы люди молились, чтобы не стать такими…

Несмотря на яркий макияж, она выглядела очень молодой, ей было всего около 23 лет.

Но взгляд у неё был холодный и резкий.

Хён Сын на мгновение задумался.

— Эй!

Дзинь!

Лифт остановился на четвёртом этаже.

— Ну всё.

Она легко толкнула его в плечо и пошла вперёд.

Каблуки эхом раздавались по коридору.

Со Джини остановилась перед ним и слегка наклонила голову. Их взгляды пересеклись, но Хён Сын молча смотрел на неё.

— Считай это предупреждением. В следующий раз здоровайся первым.

Понимая, что дальше будет только хуже, Хён Сын развернулся и пошёл в другую сторону.

— Да кто он вообще такой?

Со Джини раздражённо топнула каблуком.

Но Хён Сын уже скрылся за углом. Ему хотелось догнать её и схватить за ворот, но он сдержался.

Певцы часто становятся нервными перед альбомом, но у Со Джини причина была глубже.

Она направилась в студию звукозаписи в конце коридора.

Если этот альбом провалится, мне конец…

Скрывая тревогу, она снова надела очки.

Ей вспомнилась вчерашняя запись, где её раскритиковали и отправили обратно.

Со Джини сжала пересохшие губы, глубоко вдохнула и тихо прокашлялась.

— Господин Чжу Чжи Тэ, это Джини. Я захожу.

Как будто открывая врата ада, она дрожащей рукой взялась за ручку двери.
— Вот, держи.

Господин Ким протянул Хён Сыну стопку новых пропусков и визиток.

— Теперь ты официально эксклюзивный композитор LS Entertainment.

Он похлопал его по плечу.
— Рассчитываю на хорошую работу.

— Взаимно.

После этого господин Ким провёл его по офису, показал этажи, отделы, крышу и кафе.

Наконец они дошли до главного объекта.

— Вот это наш центр благополучия сотрудников.

— То есть столовая?

— Другие компании нам завидуют.

— Значит, завидовать особо нечему.

— Эй, почему ты всегда так смотришь на всё?

Хён Сын покачал головой.
— Я лучше посмотрю студию записи.

— Студию? Конечно, сейчас покажу.

— Наша студия — предмет зависти всех компаний…

Но Хён Сын уже пошёл вперёд.

— Эй, не туда!
— Вот, это самая маленькая студия…

Господин Ким начал объяснять, открывая дверь, и в тот же момент тяжёлая звукоизолированная дверь распахнулась, выплеснув наружу звук.

Застигнутый врасплох, господин Ким выпалил:
— Ой, простите! Я не знал, что у вас идёт запись.

— Господин Ким, давно не виделись. Какими судьбами? — мужчина сначала нахмурился, но, узнав его, тут же широко улыбнулся и поднялся с места.

— Мы пришли представить нашего нового композитора, и я, похоже, невольно вам помешал.

— А, ничего страшного. Я как раз собирался сделать перерыв. Осматривайтесь спокойно.

Одним лёгким нажатием он выключил музыку. Это был господин Чжу Чжи Тэ.

— Спасибо за понимание.

Слегка поклонившись, господин Ким сказал:
— Хён Сын, поздоровайся. Это один из лучших композиторов в LS.

Хён Сын вежливо поклонился.

Почти не узнал… он всё ещё выглядит таким молодым.

Хотя в прошлой жизни Хён Сын не был близко знаком с господином Чжу Чжи Тэ, они несколько раз пересекались.

Господин Чжу Чжи Тэ славился дружелюбным характером, отличной репутацией и умением делать хиты.

— Здравствуйте. Я Мин Хён Сын. Рассчитываю на хорошую работу.

— Если буду слишком вмешиваться, буду выглядеть как старик, так что можешь вести себя свободно.

— Хорошо, вы тоже не стесняйтесь.

— Тогда рассчитываю на сотрудничество.

Их первая встреча прошла на удивление легко… пока из студии не вышла Со Джини, выглядящая полностью вымотанной.

Что за… Почему этот псих снова здесь?

Глаза Со Джини расширились от удивления, когда она увидела, как Хён Сын спокойно разговаривает с господином Кимом и смеётся вместе с господином Чжу Чжи Тэ.

— Снова встретились, — с лёгкой усмешкой сказал Хён Сын.

Разве не прошло всего полчаса с их довольно неприятной первой встречи?

— А, Со Джини, ты записываешься?

— Ну, как видите.

— Кстати, вы, похоже, уже знакомы.

— Эм… просто совпадение…

Со Джини сжала губы, надеясь, что Хён Сын не станет поднимать лишние темы.

— Можно я тихо понаблюдаю за записью?

Её внезапная просьба удивила Хён Сына.

Что он вообще задумал?

Хочет показать, на что способен, прямо во время записи?

— Ну… думаю, можно, — легко согласился господин Чжу Чжи Тэ.

Хён Сын с безразличным выражением посмотрел в сторону студии. К счастью, ничего из того, чего он опасался, не произошло, никто не стал ничего говорить господину Киму или господину Чжу Чжи Тэ.

— Со Джини, возвращайся.

Она сразу же зашла обратно.

— Давайте начнём с припева, — тихо сказала она, надев наушники и слабо кивнув.

Из колонок заиграл минус — поп-трек с цепляющим «денежным» хуком.

Неплохо…

В целом, трек был нормальный.

Хён Сын оглянулся и заметил, что господин Ким кивает в такт, явно увлёкшись.

Но затем начались проблемы.

— Ещё! Ещё! Ещё!

Музыка резко оборвалась.

— Пой мощнее!

Господин Чжу Чжи Тэ крикнул, останавливая запись.

— Я же сказал, не пой так!

Сразу стало понятно, почему вначале он выглядел таким мрачным.

Его это действительно выводило из себя.

Если композитор умеет правильно направлять эмоции, даже резкость может помочь, но его подход совершенно не тот.

Заставлять певицу подстраиваться под песню вместо того, чтобы подстроить песню под неё — всё равно что надевать на человека неподходящую одежду.

— Хм.

Хён Сын посмотрел на Со Джини.

Иногда её голос слишком дрожал, плечи были зажаты, шея напряжена.

Она боялась.

По-настоящему боялась этой записи.

— Нам тут больше нечего смотреть.

— Пойдём?

— Да, атмосфера совсем не та.

Даже если результат уже ясен, это не повод вмешиваться.

Коротко поклонившись господину Чжу Чжи Тэ, Хён Сын и господин Ким вышли из студии.

— Господин Чжу Чжи Тэ обычно такой нервный во время работы?

— Строгий — да, но что бы так… не припомню.

Хён Сын наклонил голову:
— То есть раздражён здесь только один человек?

Поняв, что он говорит о Со Джини, господин Ким сразу ответил:
— На самом деле её прошлый альбом полностью продюсировал господин Чжу Чжи Тэ, но он провалился. Если и этот не зайдёт, её карьера сильно пострадает, вот она и на нервах.

Ослабив галстук, добавил:
— Он очень талантливый, а в итоге застрял с Со Джини… думаю, ему самому сейчас тяжелее всего.

— Хм… — тихо произнёс Хён Сын.

Он понимал состояние господина Чжу Чжи Тэ, но не мог согласиться с его методами.

Если что-то не получается, бессмысленно срываться на инструмент или бросать его — от этого лучше не станет.

— В любом случае ситуация неприятная. Если Со Джини снова провалится с альбомом, контракт ей не продлят…

Хён Сын задумался.

Честно говоря, общий звук был неплохой.

По его мнению, у неё был потенциал. Даже если интонация хромает, сама основа хорошая.

По сути, она как инструмент, который можно раскрыть.

— Тогда… могу я попробовать?

Выход был только один.

— В смысле?

— Уже и так проблем хватает.

— Я попробую сам заняться записью.

Если начать заново и всё перенастроить, возможно, всё получится.