Глава 13.0

Отец сидел, не поднимая глаз от своей тарелки. Голос его звучал ровно, он даже не заикался — видимо, долго репетировал этот вопрос про себя. И всё же было ясно, что он спрашивает не просто ради приличия. Я чувствовала, как он то и дело бросает на меня быстрые, тревожные взгляды, словно пытаясь угадать моё настроение.

— Да, меня снова пригласили в поместье Элуиден.

— Кхм-кхм! Кха-кха! — он тут же поперхнулся куском хлеба.

— Вот, выпейте воды.

Приняв из моих рук стакан и осушив его залпом, герцог с трудом выдавил:

— И... зачем на этот раз?

— Маленькому принцу очень понравился мой подарок, и эрцгерцог хочет отблагодарить меня за доброту к племяннику.

— А, тот медальон.

— Да. Я переживала, ведь пришлось покупать его в спешке, но рада, что он пришелся по душе.

Отец еще раз украдкой глянул на меня и пробормотал:

— Наша Шарль всё-таки совсем... не догадливая. Неужели ты думаешь, что дело только в вещи? Им просто было приятно получить подарок именно от тебя.

— Хм... Ну, возможно, и так.

Я ответила равнодушно. Если он оценил мой жест — это замечательно. Всё равно, когда он встретит Ириан, ожерелье из светящегося камня, которое она ему подарит, станет для него самым ценным сокровищем на свете. В оригинале этот мальчишка не мог и шагу ступить без Ириан, заливаясь беззвучными слезами, стоило ей скрыться из виду. А со мной он ведет себя иначе: даже когда я ухожу, он просто машет мне ручкой на прощание.

«Может, тогда на балу он плакал просто потому, что испугался толпы?..»

— Шарль? Почему ты вдруг разозлилась?

— ...Вообще-то, я просто приуныла.

Отец резко вдохнул:

— Кто посмел тебя расстроить?!

— Я сама.

— Что? Почему!

— Просто подумала: «Зачем я это сделала?»

— Шарль... Неужели после встречи с эрцгерцогом твоё сердце снова...

— Нет.

Я резко вскинула голову, обрывая его на полуслове. Отец выдохнул: «Ну, тогда я спокоен», — хотя его глаза подозрительно заблестели.

Когда с завтраком было покончено, я поднялась в спальню и обнаружила там письмо.

— В моем окружении вроде бы нет людей, которые слали бы мне письма...

Неужели я снова где-то напортачила? Перед глазами всплыло то жуткое послание с проклятиями из города Энджел, которое начиналось словами: «Это письмо принесет несчастье...» Я вздрогнула и с опаской повертела конверт в руках, пока не заметила имя отправителя.

— Это же от Ириан?

Кстати, на балу я её так и не видела. Если она не пришла, то точно не из-за отсутствия приглашения — эрцгерцог разослал их всем столичным семьям. Ну, точнее, это сделал дворецкий от имени дома. Я, честно говоря, тоже надеялась, что приглашение придет просто «для галочки», и тогда бы не пошла. Но в итоге всё сложилось как нельзя лучше.

— Что-то случилось?

Я быстро вскрыла конверт и прищурилась.

— Э?

«Многоуважаемой и дорогой леди Шарлиз Риента».

С чего бы это такая благодарность? Озадаченная, я дочитала письмо до конца и медленно кивнула.

— Вот оно что. Дела-а...

Дела и впрямь принимали крутой оборот!

---

Я отправилась в город на встречу с Ириан. Как хорошо, что последние дни я исправно бегала по плацу — две вылазки в город подряд стали бы для моего «бумажного» тела убийственным графиком. Вчера перед едой я хотела сказать, что возьму перерыв до Праздника Святого Причастия, но передумала. Видимо, тренировки начали давать плоды, раз я чувствовала в себе силы.

«Если я так быстро начала приходить в форму... Сколько же лет я вообще не двигалась?»

— Миледи, прошу, выходите.

В карете я клевала носом, поэтому не сразу заметила, что моим сопровождающим снова был сэр Эванс. Раз уж я вчера обещала ему перерыв, нужно было прояснить ситуацию.

— Сэр Эванс, вчера я говорила, что временно прекращаю тренировки.

— Да, миледи, вы это говорили.

— Так вот, я передумала. Продолжим завтра.

— Но... почему?!

В этот момент откуда-то сбоку донесся возглас Ириан:

— Миледи!

— Леди Ириан.

Я поприветствовала её и снова повернулась к рыцарю. Кажется, он что-то сказал?

— Сэр Эванс, вы что-то спросили?

— А... Нет, ничего.

Лицо Эванса стало белее полотна. Я невольно заволновалась.

«Ах, может быть...»

Прежняя Шарлиз, даже если бы ей послышался шум ветра, закатила бы истерику в духе: «Ты точно что-то буркнул! Хочешь сказать, у меня проблемы со слухом?!»

— Видимо, мне послышалось.

Я ободряюще улыбнулась и похлопала его по плечу, давая понять, что гнева не будет. После чего направилась к Ириан.

— Что же ты не подождала внутри?

— Всё в порядке, я и сама только что пришла.

Мы зашли в кофейню. Вышколенный официант, чьи движения были настолько отточенными, что он казался механическим, проводил нас к столику. Только когда принесли десерт и я отправила в рот первый кусочек, Ириан заговорила. Несмотря на её воодушевленное лицо, она терпеливо ждала — сразу видно наставницу, которая позже будет обучать Сашу этикету.

— Стоило пойти слуху, что вы похвалили мои картины, как продажи резко выросли!

Куда делась та колючая, словно взъерошенная кошка, девушка? Ириан призналась в этом, застенчиво потупив взор. В письме было написано нечто подобное:

«День, когда я случайно встретила вас, стал счастливейшим в моей жизни. Я буду усердно трудиться, чтобы никогда не посрамить ваше имя».

Я знала, какой счастливой и окруженной заботой жизнью жила Ириан в оригинале как супруга эрцгерцога. Поэтому, отложив вилку, я осторожно спросила:

— Ириан, а ты не думала о замужестве? Ну, за какого-нибудь красавца, который будет любить только тебя?

— Хм... — Ириан тихо рассмеялась. — Я не хочу замуж, миледи. Мои родители, конечно, очень любят друг друга, но я... я другая.

— Вот как...

— Я хочу всю жизнь посвятить живописи. Знаю, это трудный путь, но всё же.

— Думаю, у тебя всё получится.

— Что?

— У тебя уже появились ценители. Я видела наброски, которые ты прислала вчера — твой навык растет на глазах.

Кекс, который я жевала, оказался настолько вкусным, что я на мгновение впала в ступор. Нужно будет купить такой Саше. Невероятно вкусно! Поймала себя на мысли, что если бы Ириан ела его слишком быстро, я бы начала смотреть на неё волком от жадности.

— Да, миледи.

Ириан сияла. Я вспомнила, что она была сильной женщиной — даже когда её выставляли за дверь, она продолжала ходить по домам, пытаясь продать свои работы.

— Я рада, что не поверила слухам о вас.

— ...Не знаю, что именно ты слышала, но скорее всего, это правда.

Шарлиз была дочерью герцога, так что никто не стал бы выдумывать о ней небылицы на пустом месте. Скорее наоборот, люди думали: «Неужели она правда на такое способна? Наверняка слухи преувеличены». Но нет, она действительно вытворяла всё это!

— Вы еще и такая скромная.

— Нет, Ириан, я серьезно.

— Вовсе нет. Я ведь общаюсь с вами лично и вижу, какой вы человек.

«Да нет же, ты ошибаешься...»

Пока мы болтали, и я отвечала на её восторженные вопросы, небо окрасилось в оранжевые тона заката. Ириан с сожалением посмотрела на сумерки и вдруг воскликнула:

— Ах! Совсем забыла спросить, вы ведь пойдете на службу в Праздник Святого Причастия?

— Да, собираюсь.

— Значит, наша следующая встреча будет не скоро.

Она хочет встретиться снова? Я замерла с кусочком торта в руке.

— У меня слишком много работы, вряд ли получится выбраться в собор.

Темные круги под глазами выдавали её усталость, но стоило ей заговорить о живописи, как на лице снова расцвела улыбка. Глядя на неё, я задала немного глупый вопрос:

— Тебе так сильно нравится рисовать?

— Конечно! Очень!

На щеках Ириан проступили ямочки. Глядя на эти ямочки, которые появляются только в моменты абсолютной радости, я подумала: если счастье, которое должно было прийти к ней лишь через два года, освещает её лицо уже сейчас, то, возможно, всё не зря.

«Впрочем... сюжет окончательно пошел под откос, да?»

О да, еще как.

«Неужели в этом мире нет никакой силы притяжения сюжета?»

Я была в таком шоке от легкости перемен, что хотелось крикнуть в небо. Ждала, что во сне явится какой-нибудь бог со словами: «Это ты тут ломаешь причинно-следственные связи?!» Но вместо этого я каждую ночь спала как убитая. Наверное, из-за утренних пробежек.

Благодаря моим предсказаниям на тренировочном поле — или, как я это называла, сеансам чтения лиц — я даже сблизилась с рыцарями. А когда я выходила в сад, садовники наперебой рассказывали мне о цветах — о некоторых из них мне даже захотелось рассказать Саше.

В общем, мои дни текли мирно и безмятежно.

Так наступил день Праздника Святого Причастия.