Глава 18.0

— Е Личжу.

Перед ней стоял высокий, статный мужчина в чёрном халате. Ткань выглядела очень дорогой, тёмный узор на ней переливался, словно рябь на воде.

Е Личжу увидела, что лицо его по-прежнему холодно и бесстрастно, будто он и не придаёт этому значения. Он лишь небрежно произнёс её имя и развернулся, словно собираясь уйти, оставив его висеть в воздухе.

Она испугалась, что он сейчас уйдёт. Подняв лицо, она посмотрела на него своими чарующими глазами и тихо проговорила:

— Та самая Личжу, что из стихотворения: «На лотосе росинка сверкает, словно жемчужина драгоценная»

— Запомнил, — сказал Ти Сяо.

Она чуть заметно улыбнулась.

Он развернулся и вышел.

По мере того как он отдалялся, к Е Личжу вернулось то гнетущее чувство бессилия.

Значит, это и впрямь Ти Сяо на неё так влиял.

Она откинулась на мягкую подушку и прижала пальцы к вискам. Её клонило в сон, сознание затуманилось, и в конце концов она крепко уснула.

---

Проснувшись, Личжу покачала головой. Юйша вошла из соседней комнаты, помогла ей поправить одежду и причёску.

Личжу лениво смотрелась в зеркало:

— Который час? Скоро пора будет ехать домой?

— В полдень будет пир во дворце Чжаоян, — ответила Юйша. — Когда вы с госпожой пообедаете, можно будет возвращаться. Наставница Ланьсинь куда-то отлучилась, но перед уходом объяснила мне, как пройти в Чжаоян. Мы можем доехать до императорского сада, а оттуда обойти.

Личжу кивнула.

В императорском саду она вышла из паланкина. Юйша поддержала её под руку и сказала:

— Молодой господин всё ещё с наложницей Шэн. Похоже, похоже она к нему расположена

Е Цзяю был умным и послушным ребёнком, взрослые любили таких детей.

Но Е Личжу не верила, что наложница Шэн испытывает к нему искреннюю привязанность.

Скорее всего, она видит в нём фигуру в своей игре.

---

Когда они шли по дорожке, Е Личжу услышала голос, незнакомый, и в то же время знакомый:

— Юная госпожа Е.

Она медленно обернулась. Это был второй принц Чжао Тэ.

Сегодня его сбросила лошадь, но, к счастью, он был достаточно ловок, чтобы не получить серьёзных травм, только несколько царапин. Теперь он мог передвигаться без труда.

Она поклонилась:

— Ваше Высочество второй принц.

На губах Чжао Тэ заиграла горькая усмешка:

— Сегодняшнее происшествие... надеюсь, юная госпожа Е не слишком надо мной смеялась.

— Лошадь оказалась норовистой, — ответила Е Личжу. — Ваше Высочество, не стоит принимать это близко к сердцу.

Слова её были мягкими, но Чжао Тэ видел, она не питает к нему тёплых чувств, даже невольно отступила на шаг.

— Боюсь, это ты принимаешь близко к сердцу, — тихо сказал он. Понизив голос, он добавил с ноткой горечи, — Юная госпожа Е, с тех пор как я спустился с плаца, у меня на душе тяжело.

Надо сказать, все члены императорской семьи были хороши собой. Чжао Тэ был строен, прям, как сосна, и благодаря своему высокому положению обладал врождённой аурой. Он отличался от наследного принца: тот был мягок и остроумен, а в чертах Чжао Тэ сквозило что-то порочное.

Е Личжу отлично понимала, зачем он разыгрывает перед ней эту трагедию. Неужели он принял её за наивную девочку, которую легко очаровать?

Хотя она и не видела свет, и не знала многих людей, она достаточно хорошо понимала ситуацию.

В душе она горько усмехнулась, но на лице её ничего не отразилось:

— Возможно, вы ушиблись о седло. Если у вас тяжело на душе, покажитесь лекарю. Ваше Высочество, императрица, должно быть, уже заждалась. Ваша покорная слуга откланивается.

Чжао Тэ дал ей понять всё, что мог, так ясно, как только возможно, но она оставалась холодна. Ему стало неловко.

Он сделал шаг вперёд:

— Юная госпожа Е, как-нибудь...

Она отступила на два шага:

— Ваше Высочество, прошу вас соблюдать приличия.

Мягкость в её глазах померкла.

Такая юная, хрупкая девушка, которую, казалось, можно раздавить одной рукой, вдруг стала холодной и отстранённой.

Е Личжу верила в Будду. Хотя она и не достигла полного очищения от мирских желаний, хотя в ней жили все шесть страстей, она казалась человеком, которому любовь и страсть неведомы.

— Мужчина и женщина не должны касаться друг друга. Вы перешли черту.

Обида и досада в душе Чжао Тэ поутихли.

Он снова взглянул на неё.

Прежде ему казалось: красавица — это великая редкость. Но какой бы ни была женщина, она в конце концов падёт перед властью, будет зависеть от такого мужчины, как он. Тем более Е Личжу выросла в глухом монастыре, наверняка она недалёкая и неискушённая.

Но сейчас она была холодна и чиста, словно богиня. В её глазах не было ни желания, ни расчёта.

Чжао Тэ сложил руки в поклоне:

— Я был невежлив.

Раз она дорожила своей репутацией, он обязан был уважать её.

Она слегка покачала головой и ушла.

---

Когда Е Личжу скрылась из виду, Чжао Тэ холодно произнёс:

— Выходи.

Из густых зарослей неподалёку вышла девушка в роскошном наряде из облачной парчи.

Это была Чжэн Иньэр, старшая дочь генерала Сюаньвэй.

Генерал Сюаньвэй имел низкое происхождение и обязан был своим положением милости императора, поэтому он был ему безгранично предан. А император благоволил ко второму принцу, так генерал стал сторонником Чжао Тэ. Однако принц боялся, что однажды тот переменит верность, и всё думал, как бы его привязать покрепче, а потому со всеми, кто был близок к генералу, обходился подчёркнуто мягко.

Но Чжэн Иньэр не так поняла его поведение и решила, что принц к ней неравнодушен. Чжао Тэ знал, что Иньэр девушка опасная, и, если он напрямую разубедит её, она разгневается. Поэтому он оставил всё как есть.

До возвращения Е Личжу Чжэн Иньэр считала себя особенной. Но теперь она видела, как Чжао Тэ подошёл к Личжу и разговаривал с ней даже более заботливо, чем когда-либо с ней самой. Лицо Иньэр побагровело от злости.

Она сама его дурачила, не давала никакого обещания, но и не желала, чтобы он оказывал внимание кому-то другому.

Днём на плацу Чжэн Иньэр впервые увидела Ти Сяо. Он был так величествен, так не похож на других мужчин, она влюбилась с первого взгляда. Прослышав, что он направился сюда, она поспешила за ним и случайно наткнулась на разговор Е Личжу с Чжао Тэ.

— Барышня Чжэн, вы подслушивали? — спросил Чжао Тэ.

— Я просто случайно оказалась здесь. Никто не подслушивал, — ответила Иньэр. — Эта девушка дочь канцлера Е?

Чжао Тэ хорошо знал нрав Чжэн Иньэр. Она была тщеславна, холодна и чудовищно ревнива. Любую она старалась принизить. Всё его обхождение с ней было лишь данью уважения её отцу.

И тут ему пришла в голову мысль.

Он мог бы использовать Чжэн Иньэр в своих целях.

Она не выносила, когда кого-то хвалили при ней, и при этом была коварна. Многих знатных девушек, равных ей по положению, она уже успела принизить.

Если она возьмётся принижать Е Личжу, а он явится и спасёт её...

— Это и впрямь дочь канцлера Е, — сказал Чжао Тэ. — Её зовут Е Личжу. Она держится очень достойно, более прилично, чем большинство столичных девиц. Наложница Шэн и императрица обе к ней благоволят.

Чжэн Иньэр стало досадно: никогда ещё Чжао Тэ не расточал при ней таких похвал.

— Неудивительно, что Ваше Высочество так мягко с ней разговаривали, — усмехнулась она. — Не у каждого есть лицо, чтобы удостоиться благосклонности второго принца.

Она постоянно говорила с подковыркой. Чжао Тэ это в ней и не любил. Но сейчас он никак этого не показал.

Внезапно Чжэн Иньэр изменилась в лице.

Из-за зарослей она увидела, как Ти Сяо прошёл со своей свитой.

Вся вспыхнув, она постаралась скрыть смущение и, обращаясь к Чжао Тэ, сказала:

— Ваше Высочество, уже поздно. Ваша покорная слуга откланивается.