Глава 117.0

Глава 117

— Не неси чушь. Они не могут очистить даже одного моего слугу.

Я произнесла это с крайним высокомерием.

— Естественно. На это способна только я.

— Хейли!

— Можешь рыть свой подкоп сколь угодно глубоко. Хоть до самого ядра земли. Думаешь, это поможет тебе сбежать из тюрьмы? Что? Осадную башню построишь? Смешно. Ну давай, возведи ее так, чтобы до облаков доставала.

Я не упустила момента, когда его взгляд испуганно дрогнул. Для того, кто думал лишь о побеге через туннель, мои слова, должно быть, прозвучали как гром среди ясного неба.

— Выйдешь, когда я скажу. Даже не думай, что сможешь выйти отсюда с гордо поднятой головой, словно король. Ты выползешь из-под грязной сырой земли, как дождевой червь.

— И что ты прикажешь мне делать?! — взорвался от гнева Микеллан.

Оттолкнув преградившего ему путь Дориана, он подошел ко мне вплотную.

— Ты знаешь, каким человеком был мой отец. Уж кто-кто, а ты знаешь. Знаешь, сквозь какую жестокость пришлось пройти матери, чтобы защитить меня, и на что пришлось пойти мне, выросшему в этом кошмаре, чтобы сберечь ее и корону!

— Понятия не имею, — ответила я, ковыряя в ухе. — С какой стати это должно быть поводом брать на себя твои грехи?

— Ты… — пробормотал Микеллан почти шепотом, — тебе ведь неведом страх. В этом мире.

«Тебе ведь было все равно, заклеймят ли тебя преступницей или будут тыкать пальцем, называя злодейкой?» — словно спрашивал он.

— А я боялся своего отца. Боялся, что он начнет издеваться надо мной так же, как над матерью. Боялся, что однажды ее внезапно не станет, а я сам в один прекрасный день превращусь в такого же ублюдка, как он.

— То есть… ты так сильно этого боялся, что решил свалить все на меня — ту, которой вообще ничего не страшно?

— Хейли.

— Слышь.

Как смешно.

— Ты же говорил, что мы похожи. Что каждый раз, глядя на меня, видишь свое отражение и чувствуешь родство душ. Говорил, что уж кто-кто, а я тебя пойму, так?

Любому бреду должен быть предел.

— Но почему же ты тогда такой трус?

Похожи, как же. Ни черта подобного.

— Жалкий ублюдок.

* * *

— Трусливый король ведет себя как тиран.

Марис вспомнил слова, которые отец говорил ему в детстве.

Рожденный наследным принцем и живший как наследный принц, он вырос среди бесконечных советов и нравоучений о том, как стать хорошим королем. При виде него сотня людей рвалась дать сотню разных советов.

Из-за этого он с детства приобрел циничный взгляд на вещи, и в последнее время, глядя на Микеллана, часто размышлял об отцах, рожденных королями, и их детях.

Отец Мариса, нынешний король Каснатуры, обладал мягким и кротким нравом, но в воспитании детей был строг. А после исчезновения Асты стал еще строже. Если бы что-то случилось и с единственным оставшимся Марисом, королевский дом Каснатуры мог бы пошатнуться, поэтому по отношению к сыну он был суровым отцом.

— Кажется, я понимаю, какая это удача — иметь хорошего отца. Особенно для тех, кто близок к трону.

— Для всех так. Не обязательно быть королевских кровей.

— Я имею в виду, что король — это тот, кто ведет за собой множество людей, поэтому это так важно.

Марис мирно беседовал с Хейли.

— Похоже, у тебя правда был хороший отец.

— Отец всегда говорил мне быть смелым мужчиной. И осторожным королем. Когда я спросил, не противоречат ли эти качества друг другу, он ответил, что король именно таким и должен быть…

— К чему такие сложности. Действуй смело или осторожно в зависимости от ситуации. Так бы и сказал.

— Верно.

Пришло известие, что работы по подкопу близятся к завершению. Хейли, встречавшаяся прошлой ночью с Микелланом, сидела в покоях Мариса и смотрела в окно.

По улице все еще торопливо сновало множество людей с лопатами и инструментами.

— Даже как-то совестно.

— О чем ты?

— Перед теми людьми.

Хейли показала пальцем на мужчин с лопатами.

— Кажется, я заставила их копать впустую.

Тут адъютант с грохотом прибежал, распахнул дверь и крикнул:

— Ваше высочество! Говорят, скверна пришла в движение!

Лицо адъютанта было странным. Принося дурную весть, он улыбался до ушей, да еще и поигрывал бровями, глядя на Хейли.

— Все так радовались, что подкоп вот-вот дойдет до стены подземного хранилища и откроется проход. Но тут скверна, окутывавшая замок, потекла, словно туман, и хлынула прямо в прорытый рабочими туннель!

— Хм.

— Говорят, сразу же прилетела птица с приказом от короля Микеллана: ничего не предпринимать и ждать, пока скверна не стабилизируется. Вот только реакция чиновников Холта не предвещает ничего хорошего.

— В смысле?

— Они заявили: раз Орден не может справиться со скверной вокруг замка лорда, пусть немедленно убирается из королевства Холт…

На этих словах адъютант хлопнул себя по лбу и вошел внутрь. Оглядев коридор, он плотно закрыл за собой дверь и пробормотал:

— Госпожа Зевс, что же вы такое натворили?

Вслед за ним Марис тоже посмотрел на Хейли.

В пурпурном платье, черной шляпе и с вуалью, она уверенно сидела в покоях Мариса, словно хозяйка, и пила чай. Тот самый чай с пряным ароматом, от которого Марис наотрез отказался.

Хейли улыбнулась, приподняв уголок губ:

— Да так, одним рабом стало больше.

26. Разгар весны — В сердце распустился черный цветок.

Ну и зрелище.

— Запускай!

Подумать только, я своими глазами вижу, как провиант заворачивают в огромные тюки, кладут в катапульту и перебрасывают через крепостную стену.

— Впечатляющее зрелище.

Марис озвучил мои же мысли и скрестил руки на груди.

— Видимо, потому что там заперт король. Внутри наверняка полно еды, к чему такая суета?

— Но ведь есть вещи, которые нужно доставлять снаружи.

— И тем не менее.

— Если в Холте есть силы, мечтающие о мятеже, сейчас идеальный момент. Почему никто не устраивает переворот?

Я сказала это совершенно искренне, но Марис от удивления потерял дар речи и замялся.

— Как же легко ты бросаешься словом «мятеж».

— Война, гибель, резня, катастрофа, крах, ненависть, подстрекательство…

Я каждый день видела эти слова в интернете, а здесь их даже произносить вслух боятся. Видимо, они еще не познали прелесть анонимности.

— Запускай!

Катапульта зашвырнула внутрь еще один тюк. И сколько же они туда грузят. Микеллан ведь заперт не в пустом столетнем замке, как я. У него полно подчиненных, да и еды с припасами наверняка хватает.

— Из Грандиса прибыл гонец. Пойдешь послушать вместе со мной?

— Разве наследному принцу можно таскать за собой первую встречную и позволять ей слушать такие важные вещи?

— Ты же кандидатка в кронпринцессы.

Надо же, Марис начал шутить.

По пути в его покои я болтала без умолку, отшучиваясь, что на самом деле мне безумно нравится его адъютант, и мы даже договорились пожениться, если оба состаримся, так и не найдя себе пару.

Разумеется, Марис ничего не ответил и лишь улыбнулся.

Гонец из Грандиса сообщил, что Аста благополучно добралась до лагеря Сирила, где гарнизон Ниеве устроил ей горячий прием. А также передал, что с молчаливого согласия короля Ниеве другие семьи давят на главу дома Бандишион, из-за чего на севере вскоре может вспыхнуть гражданская война.

Гражданская война, значит.

Я успокоила Мариса, сказав, что до этого не дойдет.

— Какая к черту гражданская война, когда вот-вот появится демон.

— Демон?

— Скоро все поймут ценность гарнизона.

Демон появится где-то на севере.

Я была той самой читательницей, которая купила все платные главы оригинала и, чтобы не было жалко потраченных денег, вчитывалась в каждую букву. Но даже я не могла запомнить все детали сюжета. Тем более этот демон был осторожным: он в одиночку копил силы в зараженной зоне, а потом внезапно появлялся где-то на севере.

Откуда мне знать, где именно.

— Так вот почему ты настаивала на создании северного гарнизона.

— Нет.

— Ты прорицательница?

— Говорю же, нет!

Глядя на нашу шутливую перепалку, проходящие мимо рыцари с улыбкой молча кланялись.

С некоторых пор среди расквартированных в Министрии каснатурских рыцарей меня стали называть тайной возлюбленной Мариса.