Снова и снова

Глава 98. Снова и снова

В голове у Ньяу всё туманно перемешалось.

Вдобавок ко всему, каждая клеточка её измученного тела взрывалась такой дикой, непрекращающейся болью, что со временем это страшное ощущение просто притупило все остальные чувства. Зрение окончательно размылось — она больше не могла разглядеть даже то, что находилось прямо перед её носом.

Но даже в таком критическом состоянии она просто не имела права опустить руки и прекратить борьбу. Эта мысль преследовала её, подобно нерушимому проклятию.

Если она сдастся сейчас, погибнут бесчисленные невинные люди, а ведь вся вина за этот кошмар целиком и полностью лежала на её плечах. Если бы тогда, в том злополучном бою, ей удалось защитить Героя Элигиона, ситуация никогда не зашла бы так далеко. Ньяу свято верила, что её священный долг — сражаться до самого конца, чего бы ей это ни стоило.

Ведомая этой отчаянной решимостью, волшебница попыталась подняться. Перебитые ноги наотрез отказывались подчиняться, но она пересилила себя и, превозмогая страшную муку, оперлась на свой деревянный посох, используя его как костыль. Она думала лишь об одном: если ей удастся хотя бы удержаться на ногах, она сможет продолжить бой. Эта слепая вера была последним, за что ещё цеплялся её угасающий разум.

— Умри.

Внезапно до её слуха донесся глухой, леденящий душу рокот.

Повелитель Демонов Зога стоял прямо перед ней. Он был так близко, но истощенная Ньяу оказалась слишком слаба, чтобы вовремя заметить его приближение.

«Ах, неужели это мой конец?..» — промелькнуло в её мыслях. Израненная девушка отчетливо осознала, что у неё больше не осталось сил для сопротивления. Смерть была неизбежна.

В это мгновение перед её внутренним взором пронеслась целая вереница воспоминаний. Лица любимых родителей, безмятежное детство, проведенное под сенью эльфийских лесов, суровые, но увлекательные годы в академии магии, первые шаги на поприще авантюристки и, наконец, ожесточенные сражения бок о бок с верными товарищами против полчищ Повелителя Демонов.

Однако ярче и отчетливее всего в её памяти вспыхнул образ Киски.

Если задуматься, то время, которое ей довелось провести рядом с ним, казалось ничтожно коротким по сравнению со всей её жизнью. Но Ньяу ни капли не сомневалась: не будь рядом Киски, её дух сломался бы уже очень давно, и она ни за что не смогла бы продолжать эту бесконечную войну.

Поэтому она была твердо уверена, что до сих пор стоит на ногах исключительно благодаря ему.

«Киска, спасибо тебе... Спасибо от всего сердца».

Мысленно, в самой глубине своей души, она изливала ему всю скопившуюся благодарность. Встретив этого юношу, Ньяу познала столько искренней, чистой любви. Не ощути она этого прекрасного чувства, её земное существование было бы куда более серым и безрадостным. И теперь, благодаря этой встрече, она могла умереть с улыбкой на губах, чувствуя себя по-настоящему счастливой.

И всё же, если бы ей позволили проявить эгоизм и загадать последнее, самое заветное желание, она бы попросила лишь об одном — увидеть его ещё хотя бы разок.

— Успел в самый последний момент.

До её ушей донесся знакомый, до боли родной голос.

Для Ньяу это стало невероятным, потрясающим до глубины души поворотом событий. Ведь его здесь быть никак не должно! Она лично, со всей строгостью приказала Киске немедленно покинуть поле боя. Единственное, чего она страстно желала, — чтобы он выжил и спасся. Так почему же этот дурак вернулся в самое пекло, прямо туда, где свирепствовал Повелитель Демонов?

— Зачем?.. — только и смогла вымолвить потрясенная Ньяу.

— Потому что я хочу быть рядом с той, кого люблю больше жизни, — предельно четко и твердо заявил Киска.

В то же мгновение Ньяу окончательно и отчетливо всё поняла. Да, она была безумно, без памяти и безвозвратно влюблена в этого человека.

◆

Слава богу... Какое счастье. Ньяу всё ещё жива. Пускай её тело изувечено и покрыто страшными ранами до такой степени, что она могла испустить дух в любую секунду, сам факт того, что её сердце бьется, уже был для меня величайшим чудом.

— Ты ещё кто такой? — Повелитель Демонов Зога медленно перевел свой тяжелый взгляд на меня и сухо спросил.

Вообще-то мы сталкивались лицом к лицу уже несколько раз, но он вел себя так, словно видел меня впервые. Похоже, в его глазах я был настолько ничтожной букашкой, что тратить на меня память было выше его достоинства.

— Меня зовут Киска. Буду весьма признателен, если ты потрудишься запомнить хотя бы это.

— Вот как. Что ж, вынужден тебя огорчить. У меня железное правило: я никогда не запоминаю имена мелкой сошки.

— Понимаю.

Я тихо, горько усмехнулся.

Все мои мысли были заняты исключительно спасением Ньяу, и я бросился наперерез Повелителю Демонов, совершенно не раздумывая о последствиях. Но если взглянуть правде в глаза — разве у меня были хоть какие-то реальные силы, чтобы противостоять этому монстру?

«Хозяин, разрешите дать вам один дельный совет?» — внезапно раздался в голове вкрадчивый голос.

— Что там, Кукловод?

«Вам ни за что его не одолеть. Моя настоятельная рекомендация — сдавайтесь».

— ...Я и сам это знаю.

Собственно, я и без него прекрасно это понимал, но когда Кукловод озвучил мою же мысль вслух, мне пришлось с тяжелым сердцем признать это окончательно.

— Ньяу, у меня есть к тебе одна просьба. Сможешь сделать кое-что?

— Да... Что нужно?

Я быстро объяснил ей, какое именно заклинание необходимо применить.

— Поняла.

Ньяу согласно кивнула, крепче сжала свой посох и принялась лихорадочно плести магическую формулу.

— Магия Воды, Третий Уровень: Туманная туманность!

В то же мгновение из навершия её посоха бурным потоком хлынул густой, непроглядный туман, стремительно заполняя пространство.

— Опять эти ваши паршивые фокусы?! Ах вы, ублюдки!.. — взревел Повелитель Демонов Зога. Поняв, что его снова пытаются лишить обзора, он с яростными проклятиями ринулся прямо на нас.

До того момента, как плотная белая пелена окончательно скроет нас из виду, неизбежно оставалась небольшая задержка. А это означало, что мне кровь из носу нужно было выдержать его первый натиск. Принять удар всего один-единственный раз.

Используя возможности «Паразитического меча-кукловода», я изо всех сил попытался перехватить и увести в сторону летящий кулак Зоги. Однако физическая мощь Повелителя Демонов оказалась настолько неописуемо огромной, что под её весом я едва не был раздавлен прямо на месте. Из-за этого я не стал пытаться заблокировать удар намертво, а сосредоточил всю до капли энергию на том, чтобы просто скользнуть по касательной и отклонить траекторию его кулака.

Кое-как, на грани человеческих возможностей, мне удалось это сделать.

Теперь оставалось последнее — раствориться в нахлынувшем тумане.

Пока мы возились с Зога, крепостные стены были окончательно прорваны, и передовые отряды армии демонов огромным потоком хлынули прямо на городские улицы. Хуже того, поскольку во время нашей схватки с владыкой некому было координировать оборону против воздушных сил врага, огромные ящеры полностью захватили контроль над небом, безнаказанно выжигая кварталы сверху.

Поэтому не будет никаким преувеличением сказать, что столица, Ларрихмонд, уже пала. Продолжать сопротивление в этой точке было абсолютно бессмысленно, это никак не изменило бы суровую реальность. Всё, что я мог сделать сейчас, — крепче прижать к себе Ньяу и поскорее отступить.

◆

— Проклятье! Чтобы вас черти драли! — яростно взревел Повелитель Демонов Зога, и его дикий крик эхом раскатился по округе.

Он бесцельно метался среди белой пелены, всматриваясь в каждый клочок тумана, но ни Киски, ни эльфийской волшебницы нигде не было и в помине.

«Похоже, эти твари всё-таки сумели сбежать», — с раздражением подумал Зога.

На какого-то там сопливого мальчишку Киску ему было глубоко плевать, но вот оставлять в живых Ньяу было крайне опасной оплошностью, которая в будущем могла принести немало головной боли. Впрочем, уйти далеко на своих двоих они бы точно не смогли.

— Слушай мою команду! — громогласно скомандовал Повелитель Демонов. — Собрать всех свободных драконов и высших демонов! Прочесать каждый метр и найти сбежавшую эльфийку!

В его распоряжении всё ещё оставались огромные, практически нетронутые силы. Обнаружение беглецов было лишь вопросом времени.

◆

— Фух... Думаю, если мы забрались так далеко в чащу, то здесь нас временно не найдут...

Кое-как добравшись до глубокого леса, я без сил рухнул на землю, чувствуя себя полностью опустошенным. Однако собственное состояние волновало меня меньше всего — все мои мысли занимала Ньяу.

Я осторожно склонился над лежащей на траве девушкой, чье тело было покрыто ужасающими ранами.

— Эй, Ньяу... Ты как? Слышишь меня?

Но стоило ей приоткрыть бледные губы, как из них вырвались полные тихого отчаяния слова:

— Киска... Похоже, Ньяу уже не спасти...

От этих слов у меня внутри всё так и похолодело. Я внимательно осмотрел её: на теле не было ни малейших следов применения исцеляющих чар, она по-прежнему оставалась в ужасающем состоянии. Магия Ньяу наверняка могла бы затянуть эти раны, будь у неё хоть немного сил, но сейчас её внутренний резерв был практически полностью пуст.

— Неужели... Неужели твоя мана окончательно иссякла после того, как я попросил тебя активировать «Туманную туманность»?..

Пытаясь вырваться из лап Повелителя Демонов Зоги, я сам взвалил на неё эту обязанность, и теперь меня душило страшное чувство вины: а что, если именно это заклинание выкачало из неё последние крохи жизни?

— Нет, это здесь ни при чем... — слабо выдохнула Ньяу, и на её лице появилась едва заметная, грустная улыбка. — «Туманная туманность» почти не требует маны... Так что воспользовалась бы я ей или нет, исход всё равно был бы один.

Я с замиранием сердца смотрел на неё, совершенно не понимая, как она находит в себе силы улыбаться в такой жуткий момент.

— Повелитель Демонов Зога... Он ведь наверняка сразу же отправил своих ищеек на наши поиски. Скоро они будут здесь.

Я попытался выдавить из себя какую-нибудь глупую шутку, чтобы разрядить обстановку, но слова намертво застряли в горле. Из глубин лесной чащи уже доносился отчетливый, леденящий душу рев драконов. Крылатые твари кружили над деревьями, методично прочесывая чащу в поисках нашей маленькой группы.

— У меня совсем не осталось маны, чтобы сражаться... А в таком состоянии я не могу даже сделать шаг и буду для тебя лишь обузой. Поэтому... Киска, оставь Ньяу здесь и спасайся сам. Главная цель Повелителе Демонов — это я, так что если ты бросишь меня, они вполне могут закрыть глаза на твой побег.

— Нет... Я ни за что не сделаю этого! — выкрикнул я. Сама мысль о том, чтобы оставить её одну умирать в этом лесу, казалась мне немыслимым кощунством. — Нет, нет, нет и ещё раз нет! Я ни за что на свете тебя не брошу!

Слезы сами собой покатились из моих глаз, крупными каплями срываясь вниз и разбиваясь о пожухлую листву.

— Ну пожалей ты мою седую голову, не будь таким упрямым... — на лице Ньяу появилось виноватое, растерянное выражение.

— Нет! Я не смогу... Я хочу быть только с тобой, Ньяу!

— Мне достаточно... просто услышать эти слова, — тихо прошептала она и, с трудом приподняв дрожащую руку, нежно коснулась моей щеки.

Я тут же перехватил её ладонь, крепко сжав в своих руках. Пальцы Ньяу были ледяными. Этот страшный, замогильный холод безжалостно напоминал о том, что её земное время стремительно утекает, отчего слезы хлынули из моих глаз с еще большей силой.

— Послушай... Можно я спрошу тебя об одной весьма странной вещи?

Я искренне удивился, к чему клонится разговор в столь критический момент, но послушно притих, приготовившись слушать.

— Скажи мне, Киска... У тебя ведь есть какой-то скрытый способ... полностью перевернуть эту безнадежную ситуацию в нашу пользу?

В этот момент у меня внутри всё сжалось. Я отчетливо понял, что она имеет в виду мою уникальную способность — «Сохранение и Сброс».

— Почему... почему ты спрашиваешь об этом?

— Ну, это всего лишь женская интуиция... Мне просто показалось, что ты скрываешь от меня какой-то очень важный секрет.

Вот оно как. Похоже, Ньяу видела меня насквозь.

— У меня действительно есть одна сила... Сила, достойная настоящего героя. С её помощью я могу отмотать время назад и сделать так, будто всего этого кошмара никогда не происходило.

— Вообще всего? Включая гибель Героя Элигиона?

— Я не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, но... скорее всего, да.

Услышав мой ответ, Ньяу забавным жестом поджала губы, погрузившись в глубокие раздумья.

— Ты... не веришь мне?

— Ну что ты, вовсе нет. Просто это настолько выходит за рамки привычного понимания магии, что я до сих пор под глубоким впечатлением.

— Но... я очень боюсь потерять всё то, что связывает нас сейчас, — признался я, и мой голос задрожал. Мне действительно было до безумия страшно. Мы ведь только-только переступили черту, став друг для друга кем-то гораздо большим, чем просто возлюбленные. И лишиться всех этих общих воспоминаний в один миг было для меня невыносимой пыткой.

— Киска, я люблю тебя.

От этих внезапных, тихих слов моё сердце пропустило удар. Я слышал это признание уже далеко не в первый раз, но каждый раз внутри меня всё переворачивалось от смущения и нежности.

— Я тоже очень сильно люблю тебя, Ньяу.

В ответ волшебница ласково посмотрела мне прямо в глаза и тихо попросила:

— Поцелуй меня.

Я бережно кивнул. Ньяу была настолько слаба и истощена, что не могла даже самостоятельно приподняться. Я аккуратно подхватил её под затылок, помогая устроить голову повыше, и нежно прильнул к её маленьким, мягким губам.

— Ещё разок... — прошептала она, едва мы отстранились друг от друга.

Повинуясь её тихой просьбе, я вновь запечатлел на её губах долгий, трепетный поцелуй.

— И ещё разок...

Я снова поцеловал её.

— И ещё...

Она повторяла эту нехитрую просьбу снова и снова, словно никак не могла насытиться моей близостью, а я лишь послушно и преданно продолжал целовать её, омывая её лицо своими слезами.

И вот, после какого-то по счету поцелуя...

— Сколько бы раз нам ни пришлось начинать всё сначала... Сколько бы кругов мы ни прошли... Ньяу дает тебе нерушимую клятву: я обязательно, всенепременно снова влюблюсь в тебя, Киска.

От этих слов мою грудь затопило такое невероятное, щемящее тепло, что перехватило дыхание. Я не имел ни малейшего понятия, сколько ещё временных петель и кошмарных кругов ада ждет нас впереди. Возможно, нам придется пережить невообразимое, пугающее количество сбросов. Но теперь я твердо знал: в каждой новой жизни она обязательно посмотрит на меня и скажет, что любит.

— Ох, я...

Но стоило мне начать фразу, как тело Ньяу в моих руках внезапно обмякло, словно из него в один миг улетучились абсолютно все остатки жизненных сил.

— Эй, Ньяу!.. Слышишь меня?!

Я принялся судорожно трясти её за плечи, но она никак не реагировала, со стороны напоминая человека, погрузившегося в глубокий, беспробудный сон.

— Нет, нет, нет, только не это... Пожалуйста, умоляю, открой глаза!..

Я без остановки тормошил её безвольное тело, но все мои отчаянные попытки докричаться до неё были тщетны.

— О боже... Нет...

Мне до безумия не хотелось признавать очевидное. Я судорожно проверял её пульс снова и снова, надеясь доказать самому себе, что я ошибся, что это просто глубокий обморок. Но сколько бы раз я ни прикладывал пальцы к её холодной коже, суровая реальность оставалась неизменной. Ньяу больше не дышала.

◆

Я потерял счет времени, пока сидел там, погруженный в глубокий, разрывающий душу траур. Намертво вцепившись в безжизненное тело любимой эльфийки, я застыл каменным изваянием, не в силах сделать даже мизерное движение.

— Так вот вы где спрятались, крысы, — раздался над головой надменный голос.

Я медленно повернулся на звук. Чуть поодаль, лениво опираясь на оружие, стоял сам Повелитель Демонов Зога. Хуже того, вокруг нас плотным кольцом уже выстроились многочисленные высшие демоны и боевые драконы. Нас полностью окружили, отрезав малейшие пути к отступлению.

Впрочем, в тот момент мне было уже абсолютно плевать на собственную жизнь. Если эти твари хотят прикончить меня — пускай делают, что им вздумается. Мне было всё равно.

— Эй, малявка, живо отдай мне эту девку, — приказал Зога, протягивая руку к телу Ньяу.

Об этом не могло быть и речи. Я ни за что на свете не позволил бы этим грязным монстрам осквернить её тело. Собрав последние силы, я наотмашь полоснул по его протянутой руке, заставив отпрянуть.

— Ну и хрен с тобой. Всё равно я собирался пустить тебя на корм червям, — безразлично процедил он. С этими словами Повелитель Демонов поудобнее перехватил клинок. Этот меч разительно отличался от того колоссального двуручника, которым он размахивал на крепостной стене.

Без малейших колебаний Зога резким, профессиональным движением обрушил лезвие прямо на меня.

В ту же секунду фонтан брызнувшей во все стороны крови намертво застелил моё зрение сплошной, ярко-алой пеленой. И вся эта кровь до последней капли принадлежала мне.