Решимость Дораса

После того как они покинули руины города Михазоно, Акира отправился в город Кугамаяма, чтобы отвезти Кэрол. Хотя изначально они планировали расстаться там, в итоге провели вместе ещё немного времени.

После того как группа Хикару пригнала кемпинговый автомобиль Кэрол обратно в город, они отправили его к ней домой, используя функцию автопилота. Затем Акира и Кэрол взяли его и направились к окраинам руин Кузусухара.

Окраины были полностью очищены от реликвий и фактически заброшены. Охотники, достаточно сильные, чтобы продвигаться глубже, предпочитали Зону 1, а те, кому это было не по силам, искали другие руины для исследования. Инцидент с националистами также отбил у многих желание приближаться к руинам Кузусухара. Район был практически пуст, что делало его идеальным местом для Акиры, чтобы скрываться до завтрашнего дня, когда он собирался войти в Зону 3.

— Чтобы ты знала, я не собираюсь брать тебя в Зону 3.

— Я знаю.

Наступила ночь. После того как они припарковали автомобиль, они начали готовиться ко сну.

Посреди ночи Акира спал в своём силовом костюме в качестве меры предосторожности, пока Альфа не разбудила его.

«Альфа, что случилось?»

[Кто-то отправил тебе сообщение через общие линии короткой связи.]

Акира нахмурился, изучая содержание. Простое сообщение: предложение о переговорах. В зависимости от результата всё могло перейти в бой. Его просили прийти одному в определённое место. Как телохранителю Кэрол, они надеялись, что он предпочтёт не втягивать её в драку.

«Альфа, сколько там людей?»

[Кроме нас, только один человек, и он же отправитель.]

«Если их цель это отделить меня от Кэрол, они нападут на меня, а не на неё, верно?»

[Да. Каков твой план?]

Альфа взглянула на Кэрол. Акира проследил за её взглядом туда, где Кэрол мирно спала.

«Ну, похоже, они очень хотят не втягивать Кэрол. Можно и принять их предложение.»

Акира попросил Альфу помочь ему незаметно выбраться. Указанное место привело его к заброшенному зданию, где в одной из комнат кто-то ждал.

Это был Дорас.

— Я Дорас. Ты ведь Акира, верно? Прошу прощения за поздний час. Спасибо, что пришёл один.

Он сразу перешёл к главной теме.

— Сначала прошу тебя спокойно выслушать. Возможно, ты чувствуешь облегчение из-за того, что награду за тебя отменили, но у меня плохие новости. С завтрашнего дня за твою голову назначат новую награду. Не от города Кугамаяма, а от "Sakashita Heavy Industry". Пятьсот миллиардов аурум.

Любой другой счёл бы такое нелепое заявление ложью. Но Акира уже знал об этом, поэтому никак не отреагировал.

Дорас внимательно посмотрел на него и продолжил.

— Ты не выглядишь удивлённым. Значит, ты уже знал. В таком случае позволь спросить, ты знаешь, почему "Sakashita Heavy Industry" назначит эту награду?

Акира ничего не сказал. Дорас принял это за подтверждение, и его лицо помрачнело.

— Значит знаешь... Это означает, что пятьсот миллиардов аурум действительно назначены за тебя, а не за клона...

Дорас ошибался не во всём. Однако Акира не чувствовал никакой обязанности объяснять все детали. Он мог продолжать разговор, опираясь лишь на то, что знал Дорас, а не на то, что знал он сам.

— Итак, чего ты хочешь?

— Возможно, я смогу помочь тебе сбежать из экономической зоны под контролем "Sakashita Heavy Industry". В обмен я хочу, чтобы ты оставил Кэрол в покое.

Брови Акиры нахмурились. Это предложение действительно его удивило.

— Что ты имеешь в виду?

— Всё просто. Теперь, когда "Sakashita Heavy Industry" нацелилась на тебя, твой единственный шанс выжить это перебраться в другую экономическую зону под управлением другой корпорации. Тебе будет трудно найти кого-то, кто захочет помочь, поскольку это означает вступить в конфликт с "Sakashita Heavy Industry". Но если ты примешь моё предложение, я готов помочь тебе с этим.

Замешательство Акиры стало только сильнее. В конце концов он обратился к Альфе.

«Альфа?»

[Он говорит правду.]

«Но... почему?»

[Моя догадка в том, что он не хочет, чтобы ты доставлял проблемы Кэрол.]

Даже спросив Альфу, Акира не получил никакой дополнительной информации сверх того, что уже сказал Дорас. Но по крайней мере это прояснило его дальнейшие действия. Если ему не нужно было понимать точный мотив Дораса, ответ был очевиден.

— Нет, спасибо.

— Я охотник. Я не стану лгать другому охотнику. Если хочешь, мы даже можем заключить контракт в офисе охотников.

Дорас неправильно его понял. Он находился под впечатлением, что Акира считал его лжецом, что у мальчика сложилось впечатление, будто это ловушка, будто Акира думал, что он просто сопровождает его ради того, чтобы получить награду в пятьсот миллиардов аурум.

Но Акира покачал головой.

— Нет, я знаю, что ты говоришь правду.

— Тогда почему?

— У меня нет причин объяснять. Насчёт моего участия в делах Кэрол тебе стоит говорить с ней, а не со мной. И ещё, не я тот, кто ходит за ней по пятам.

— Понятно.

Дорас принял решение.

— В таком случае ты умрёшь здесь.

Как Дорас и предупреждал, переговоры могли перерасти в бой. Его жажда убийства пропитала воздух.

— Я скажу тебе одну вещь в надежде, что это может изменить твоё мнение. Я не хочу, чтобы Кэрол умерла. Поэтому умереть должен ты.

В глазах Дораса не было ненависти, но его серьёзность не оставляла сомнений.

— Я не знаю, почему Кэрол наняла тебя своим телохранителем, но подозреваю, что есть нечто, о чём я не знаю. Одной лишь силы ей недостаточно. Должна быть другая причина, по которой она выбрала именно тебя.

Акира знал эту причину. А Дорас, который её не знал, продолжил.

— Но я знаю, что ты не подходишь на роль её телохранителя. На самом деле твоё присутствие рядом с ней лишь подвергает её ещё большей опасности.

Дорас бы отступил, если бы считал, что Кэрол наняла лучшего человека для своей защиты. Даже если бы у неё не было денег на столь сильного телохранителя, она могла бы заплатить своим телом. Поэтому Дорас понимал, почему Кэрол не выбрала его.

Но он не верил, что Акира был лучшим телохранителем, которого Кэрол могла получить.

— Я навёл о тебе справки. Ты из трущоб, начинал с первого ранга охотника. Честно говоря, я действительно удивлён, что ты так быстро стал настолько сильным. Твои навыки и талант, без сомнения, настоящие.

В этих словах не было лжи. Дорас действительно считал Акиру сильным после изучения его прошлого. Но именно из-за этого прошлого он считал Акиру опасным.

— Но путь, которым ты достиг этой высоты, усеян ненормальными инцидентами. Каждый из них опаснее предыдущего. Каждый масштабнее предыдущего.

Первый инцидент Акиры был связан со сражением против банды трущоб. Даже тогда, учитывая его ранг охотника, он должен был умереть. И всё же он выжил. Вскоре после этого он оказался втянут в полномасштабную войну между двумя крупнейшими бандами трущоб.

Но на этом всё не закончилось. Затем произошёл инцидент в руинах станции Ёнодзука, затем инцидент в руинах города Михазоно, а затем и последний инцидент в руинах Кузусухара. Акира был вовлечён во все из них. Даже если он просто случайно оказывался там, само его существование, казалось, раздувало инциденты до ненормальных масштабов.

— Хотя я подозреваю, что ты стал настолько сильным лишь потому, что был вынужден выживать в этих инцидентах, как думаешь, сколько людей погибло, оказавшись втянутыми в эти битвы? Я не обвиняю тебя. Я не считаю, что они происходили из-за тебя. Ты просто человек с ужасной удачей, который постоянно находит неприятности, не так ли?

Чем крупнее был инцидент, тем больше людей в него вовлекалось. Даже если настоящей жертвой на самом деле был сам Акира.

— Но теперь, когда я знаю, что ты такой человек, любой, кто окажется рядом с тобой, будет втянут в твои проблемы. В худшем случае они умрут просто потому, что находились рядом с тобой.

Во время миссии по сопровождению межгородского транспорта Акира даже сражался с летающими монстрами. Сейчас же он находился в конфликте с "Sakashita Heavy Industry". Акира продолжал оказываться во всё более крупных сражениях, в таких, где даже высокоранговые охотники могли легко погибнуть.

Дорас не мог позволить подобному случиться с Кэрол.

— Если честно, мне всё равно, умрёт ли из-за этого кто-то, кого я не знаю. Но с Кэрол всё иначе. Я уже опозорил себя как охотник, пытаясь помочь ей. Я не позволю ей умереть по такой глупой причине.

Поэтому Дорас не особо хотел убивать Акиру. Если бы Акира был просто сильным, это не было бы проблемой. Даже если бы Акира был человеком с ужасной удачей, который втягивает в неприятности всех вокруг, пока Кэрол держалась бы от него подальше, Дораса это бы не волновало.

— Так что если ты собираешься продолжать втягивать Кэрол во всё это, то другого выбора нет, ты должен умереть.

Если он не мог держать Кэрол подальше от источника проблем, логичным выводом было устранить сам источник.

Акира кивнул, показывая, что понимает мотивы действий Дораса. Он знал, что Кэрол уже несколько раз едва не погибла просто потому, что наняла его телохранителем. Акира, который всё это время молча слушал, наконец заговорил.

— Если так, то скажу ещё раз: не лучше ли тебе пойти к Кэрол и попытаться убедить её вместо того, чтобы говорить это мне?

— Я пытался. Но это не сработало.

— Понятно.

Акира понимал, что Дорас сделал всё возможное, чтобы избежать такого исхода. Но это не означало, что он мог просто принять доводы Дораса.

Акира не мог. Или, скорее, он не мог отрицать, что каким-то образом часто оказывался в центре крупных инцидентов. Он также понимал, что лучший способ уберечь дорогого тебе человека от неприятностей это держаться от него подальше.

Но понимать что-то не означает, что это легко сделать. После того как он выбрался из переулков трущоб, у него появилось множество вещей, которых раньше не было. Из-за этого он утратил силу человека, которому нечего терять, и, если честно, не хотел терять эту силу.

Именно поэтому он стремился обрести абсолютную силу, которая заменит её и превзойдёт. Это отчаяние и было источником его нынешней силы. Решив сразиться с Дорасом, он надеялся, что эта сила действительно существует внутри него.

Дорас заметил, как изменилась атмосфера вокруг Акиры. Это означало, что переговоры закончились. Дальше был бой.

— Если позволишь, у меня есть предложение. Давай не будем использовать огнестрельное оружие. Если мы будем стрелять здесь, мы определённо разнесём всё вокруг. Я благодарен, что ты пришёл один, но если мы начнём стрелять, она определённо это заметит. Было бы хорошо, если бы она держалась подальше и не вмешивалась, но...

— Согласен.

Была высокая вероятность, что вместо бегства Кэрол попытается помочь Акире. Дорас, естественно, предпочёл бы избежать такого. Его незаконченная фраза подразумевала именно это. Судя по ответу Акиры, он был согласен.

Дорас первым положил свои винтовки на пол. Акира последовал его примеру, бросив винтовки из рук и также настроив дополнительные руки на освобождение остального оружия.

— Спасибо. Будет ли приемлемо, если я использую глушащий дым? Он довольно мощный, и должен скрыть наш бой от других.

Акира кивнул. Дорас достал дымовую шашку и небрежно бросил её на пол. Дым быстро распространился по комнате.

Если состав был оптимизирован под устройство сбора информации Дораса, это поставило бы Акиру в невыгодное положение. И всё же Акира кивнул, поставив безопасность Кэрол выше возможности сражаться в невыгодных условиях. Дорас оценил это.

— Я знаю, что ты силён. Сильнее меня.

Дорас вытащил клинок правой рукой. Всё его тело было обращено к Акире в естественной стойке, а кончик клинка по-прежнему указывал в пол. Акира наблюдал за этим движением и заговорил.

— Но недостаточно силён, чтобы гарантировать, что ты не сможешь утащить меня за собой.

Акира тоже обнажил клинок и занял стойку. Он уже заметил, что Дорас не собирался заканчивать всё ничьей. Он был готов отбросить собственную жизнь ради убийства Акиры.

«Альфа, сначала позволь мне сделать это самому.»

Даже Акира не был настолько глуп, чтобы просить не помогать ему лишь ради того, чтобы ответить на решимость Дораса, сражаясь исключительно своими силами. В конце концов, ему нужно было остаться в живых, чтобы отплатить Альфе.

Но он всё же решил выбрать лучший компромисс, на который был способен, чтобы ответить на решимость Дораса. Он хотел сражаться и победить без поддержки Альфы. Приняв решение, Акира сосредоточился и обострил свои чувства.

[Хорошо.]

Альфа решила уважить эту просьбу, сведя свою поддержку к минимуму.

Глушащий дым продолжал распространяться. Учитывая, что оба использовали силовые костюмы, повышавшие их физическую силу до сверхчеловеческого уровня, даже их бой на клинках был бы заметен снаружи здания. Им нужно было подождать достаточно долго, чтобы дым покрыл всю область.

Они ждали молча. Когда Дорас решил, что этого достаточно, он спокойно заговорил.

— Давай начнём.

Это стало сигналом к началу боя.

Дорас сократил дистанцию одним шагом. Хотя между ними было несколько шагов, Дорас, казалось, сделал один шаг и преодолел всё расстояние, будто само пространство подчинилось его воле.

Более того, он сделал это настолько естественно. Будто просто сделал обычный шаг вперёд, не показывая ни малейшего признака атаки. Акира видел его движение, но оно не выглядело атакой, поскольку в стойке Дораса не чувствовалось намерения убить.

Но в действительности Дорас приблизился к Акире словно пуля, даже если для Акиры это выглядело как простой шаг вперёд. Всё потому, что Дорас мог двигаться с той же скоростью, что и сжатое восприятие времени Акиры, маскируя это под неагрессивное движение.

В том пространстве, где находились только они двое, не было никаких объектов, которые можно было бы использовать как ориентир для оценки реальной скорости движения. Если в такой ситуации оба обладали одинаково ускоренным восприятием времени, то независимо от того, насколько быстро двигался противник, обоим казалось бы, что они сражаются на обычной человеческой скорости.

Начало боя это момент, когда человек наиболее сосредоточен на движениях противника и отсекает ненужную внешнюю информацию, но это лишь усиливало иллюзию манёвра Дораса.

Хотя враг приближался и взгляд Акиры был прикован к нему, он не мог распознать это как атаку из-за того, как именно Дорас её выполнил. Лишь когда Дорас оказался прямо перед ним и уже собирался нанести удар клинком, Акира наконец это заметил.

Акира отпрыгнул назад. Клинок скользнул по полу и описал дугу прямо перед его глазами. Он быстро восстановил равновесие и приготовил клинок, после чего рванул вперёд, поскольку Дорас, казалось, всё ещё восстанавливался после той атаки.

Но это тоже оказалось ловушкой. Пока тело Дораса всё ещё двигалось по инерции после промаха, он внезапно остановился и, оставаясь в той же не естественной стойке, приблизился к Акире так, словно двигался против законов человеческого тела.

Такое было возможно лишь благодаря поддержке его силового костюма. Силовой костюм создавал под его ногами поле силовой брони, чтобы генерировать противодействующую силу и намеренно перенаправлять его тело по желанию. Благодаря этому он мог двигать телом, не используя мышцы ног, полностью сохраняя свою стойку.

Дорас сделал то же самое во время первого движения. В обычных условиях было бы невозможно преодолеть несколько шагов дистанции, не оттолкнувшись от пола. Но благодаря этой технике Дорас мог двигаться так, словно скользил по полу, и преодолевать расстояние за один шаг.

Дорас обрушил клинок на Акиру. Он выполнил этот удар из той же несовершенной стойки, что и предыдущий промахнувшийся удар. Казалось, будто изменились лишь его координаты, а сам он просто перенёсся к Акире.

На этот раз Акира заблокировал удар своим клинком. Хотя ощущалось это так, будто он остановил выстрел из пушки, его клинок выдерживал сражения в Зоне 3, так что смог выдержать столкновение, не сломавшись.

Акира немедленно попытался атаковать клинком в другой руке, но было уже поздно. Дорас снова отступил в той же стойке, словно скользя по полу.

Акира бросился следом. Он оттолкнулся от пола, устремил тело вперёд и нанёс горизонтальные удары. Хотя Дорас оставался вне досягаемости клинков, того же нельзя было сказать о последовавших ударных волнах.

Как опытный охотник, Дорас имел опыт сражений против самых разных видов оружия. И всё же противник, способный отправлять рубящие удары на расстоянии, встречался редко. Ему отчаянно не хватало опыта против подобного способа атаки.

Однако Дорас был достаточно быстр, чтобы блокировать и уклоняться от атак, которые прежде считал невозможными.

Но Акира не остановился. Он обрушил ещё больше дальнобойных рубящих ударов под разными углами. Дорас сумел уклониться от каждого из них, и каждый раз это ощущалось так, словно он чудом избегал смерти.

После этого Дорас шагнул вперёд для атаки. Его чувства ещё сильнее обострились, пока он следил за дальнобойными ударами Акиры. Он уже решил отбросить собственную жизнь, чтобы забрать Акиру с собой.

Но Акира ловко уклонился от этого удара. Пусть он был охотником гораздо меньше времени, чем Дорас, но с точки зрения опыта он уже пережил бесчисленные битвы, где находился на волоске от смерти.

Дорас рванулся в слепую зону Акиры, двигаясь так, чтобы тому было трудно следить за ним взглядом. Но благодаря манипуляциям с разрешением восприятия он не упускал даже малейшего движения.

Дорас продолжил наступление и нанёс боковой удар клинком. Одновременно с этим он перевернул своё тело вверх ногами, так что удар внезапно пришёл с противоположной стороны. Но сжатое восприятие времени Акиры уловило этот высокоскоростной удар, и он успешно заблокировал его, одновременно проведя контратаку.

Дорас мог быть перевёрнут вверх ногами, но Акира уже привык сражаться, полностью используя все три измерения пространства. Несмотря на это, хотя Дорас был ограничен боем либо в обычном положении, либо в перевёрнутом, он всё же сумел удерживать позицию, пока они обменивались ударами.

Это действительно было так, как сказал Дорас, Акира определённо был сильнее него. Единственная причина, по которой бой не закончился мгновенно, заключалась в различии их целей.

У Дораса была одна цель: убить Акиру, даже если придётся пожертвовать собственной жизнью. Но Акира должен был победить Дораса и при этом выжить сам. Это означало, что Дорас был готов идти на больший риск, тогда как Акира нет.

Дорас всё ещё оставался бы жив, даже если бы Акира отрубил ему голову. Он мог даже управлять своим телом через силовой костюм, чтобы забрать Акиру вместе с собой. Даже если бы Акира уничтожил его мозг, силовой костюм продолжал бы действовать в режиме автопилота, используя команды, которые Дорас уже ввёл заранее. Он бы позаботился о том, чтобы его тело продолжало сражаться даже после смерти.

Разумеется, Акира мог просто убить Дораса и одновременно уничтожить его костюм. Но для такого удара ему требовалась идеальная возможность. Иначе ему пришлось бы в какой-то степени принять на себя атаку Дораса, а это могло закончить бой ничьей.

Акира должен был победить и остаться в живых. Чтобы сделать это, он не мог позволить себе рисковать так же, как Дорас.

С другой стороны, Дорас продолжал искать тот единственный шанс убить Акиру, даже если для этого ему самому пришлось бы погибнуть. Он мог позволить себе сильнее сосредоточиться на атаке и меньше вкладываться в защиту.

Всего один удар. Если Акира не заблокирует его полностью, его отбросит назад, и этого будет достаточно, чтобы открыть брешь для добивающего удара. Акире нужно было либо полностью блокировать его, либо уклониться. А это означало меньше возможностей для контратак.

Бой продолжался. Стены, пол и потолок постепенно покрывались следами от ударных волн, вызванных их сражением.

Хотя их клинки не были полностью окутаны энергией, тонкая энергетическая оболочка повышала их остроту. Но даже эта небольшая оболочка требовала постоянного большого потока энергии. Поэтому каждый раз, когда они размахивали клинками, энергия распространялась дальше первоначальной длины лезвий.

Если бы они использовали огнестрельное оружие, как и говорил Дорас, они бы изрешетили всё вокруг пулями. Только благодаря использованию клинков сопутствующий ущерб оказался значительно уменьшен.

Чтобы выдерживать ударные волны, им также приходилось направлять значительное количество энергии в свои силовые костюмы. Избежать прямого попадания клинка могло быть легко, но полностью уйти от ударных волн было трудно. Более того, эти ударные волны были достаточно мощными, чтобы оставлять следы разрезов на здании старого мира. Даже мощной силовой броне продвинутых силовых костюмов требовалась дополнительная энергия для усиления защиты.

Поскольку Дорас мог позволить себе меньше беспокоиться о том, останется ли он жив, он довёл свой силовой костюм до предела возможностей своего тела, расходуя значительно больше энергии, чем Акира, чтобы поддерживать силовой костюм в состоянии максимальной производительности.

Разумеется, это создавало колоссальную нагрузку на его тело. Даже малейшее движение могло привести к перелому костей. Только благодаря лекарствам, которые он принял заранее, он мог продолжать сражаться.

Но это также означало, что время Дораса было на исходе. Как только действие лекарств закончится или как только он исчерпает свою энергию, он умрёт. Сам Дорас знал, что за эти шестьдесят секунд боя ему придётся выложить всё без остатка. При таком темпе действие лекарств закончится раньше.

В таком случае оставался только один выбор: закончить этот бой прежде, чем это произойдёт. Удар, который создаст достаточно большую брешь для смертельного удара, если попадёт. Но он всё равно умрёт, поэтому ему нечего было терять. Он должен был действовать, пока ещё мог. Приняв решение, он бросился за Акирой, который отпрыгнул назад, уклоняясь от удара.

В отличие от прежнего, когда он двигался словно скользя по пространству, на этот раз он оттолкнулся от пола и обрушил клинок со всей своей силой.

Его чувства обострились до предела. Время почти остановилось. И тогда Дорас увидел, как Акира поднял левый клинок, чтобы заблокировать атаку, одновременно используя клинок в правой руке для контратаки.

Дорас решил, что это ошибка. Он подумал, что Акира пытается отклонить удар, понимая, что полностью уклониться невозможно, но отвести его одной рукой было невозможно. Даже если бы Акире это удалось, он потерял бы равновесие и не смог бы вложить достаточно силы в ответный удар. Более того, возникшей бреши было бы достаточно, чтобы Дорас нанёс добивающий удар.

«Я наконец-то поймал его!»

Дорас обрушил клинок. В момент соприкосновения колоссальная сила породила ослепительную вспышку.

А в следующее мгновение оба клинка Акиры и клинок Дораса разлетелись на куски.

«Что!?»

Всё действительно произошло так, как и предсказал Дорас. Акира не мог заблокировать этот удар одной рукой. Сам Акира это понимал. Он отвёл клинок Дораса одной рукой, одновременно вторым клинком ударив по клинку Дораса сверху.

Хотя клинок Дораса был обоюдоострым, прочность его сторон не была одинаковой. Энергия концентрировалась только на одной стороне. Во время боя Акира заметил это и решил, что сможет уничтожить клинок, ударив по другой стороне.

Разумеется, это неравенство существовало лишь долю мгновения, и Акира воспользовался ей благодаря своему сжатому восприятию времени и предельной концентрации.

Когда клинки разлетелись на части, и Акиру, и Дораса отбросило назад. Но между ними существовала значительная разница: если Дорас вообще не ожидал такого исхода, Акира знал, что это произойдёт. Поэтому Акира восстановился быстрее, стремительно сократил дистанцию и направил обломок своего клинка в сторону Дораса.

Дорас увидел чёрный клинок, несущийся к его жизни, и понял, что для него всё кончено.

«Я проиграл... Неудивительно, что Кэрол не выбрала меня...»

Слишком поздно. Теперь он уже не мог даже свести всё к ничьей. Дорас понял, что проиграл. Теперь он никак не сможет помочь Кэрол.

Но этот исход также принёс ему спокойствие. Когда Кэрол ранее отказалась от его помощи, это было не потому, что она сомневалась в его искренности, а просто потому, что ему не хватало силы для этого. Дорас встретил приближающуюся смерть без сожалений.

Но произошло нечто неожиданное. Клинок Акиры остановился прямо перед глазами Дораса.

Дорас нахмурился.

— Что ты задумал?

— Давай заключим сделку.

Акира говорил с предельно серьёзным выражением лица. Как и следовало ожидать, Дорас не мог понять, о чём говорил Акира, учитывая, что всего несколько минут назад тот отказался от его предложения.

— Разве ты не отказался заключать сделку со мной раньше?

— Я отказался от твоего предложения, поэтому сделаю своё. Хочешь умереть здесь и сейчас или умереть, защищая Кэрол — выбирай сам.

Дорас молча встретился взглядом с Акирой. Акира продолжил.

— Я не стану притворяться, будто мне всё равно. Будет полезнее, если ты умрёшь, защищая Кэрол. Но я не стану тебя заставлять. Да и это не то, к чему можно принудить. Но ведь ты собирался убить меня, чтобы помочь Кэрол, верно? Теперь, когда ты не можешь убить меня, можешь использовать жизнь, которую так охотно готов выбросить, чтобы вместо этого защищать Кэрол, не так ли?

Дорас ничего не сказал. Взгляд Акиры стал жёстче.

— Если ты ничего не скажешь, тогда, полагаю, ты предпочитаешь умереть здесь?

Дорас всё так же молчал. Он уже принял свою смерть, поэтому умереть здесь его устраивало. Но по какой-то причине Акира дал ему шанс сохранить жизнь. Честно говоря, Дорас не мог понять почему.

Молчание продолжалось, пока Дорас пытался понять истинную причину поступка Акиры. Судя по тому, что после столь долгого молчания Дорас всё ещё оставался жив, было очевидно, что Акира предпочитал сохранить ему жизнь.

Тогда следующий вопрос заключался в том, что именно Акира мог получить от этого. Что собой представлял этот загадочный человек, который осмелился остаться в городе Кугамаяма после того, как вступил в конфликт с "Sakashita Heavy Industry"? Дорас смотрел на Акиру так, словно пытался заглянуть сквозь его глаза прямо в его мысли.

Поскольку Акира не был особенно искусен в переговорах, именно он первым нарушил молчание.

— У меня нет скрытых мотивов. Я просто хочу, чтобы вместо меня ты защищал Кэрол.

Будто Акира признавался в чём-то, что давно его тревожило.

— Я понимаю причины твоих действий. Если я не хочу, чтобы дорогие мне люди оказались втянуты в мои проблемы, я могу просто держаться от них подальше. В конце концов, я действительно доставил Кэрол проблемы.

Акира это понимал, но это не означало, что у него хватало решимости сделать это.

— Но я не хочу делать это сам.

Если бы, чисто гипотетически, Шизука сказала ему, что больше не хочет иметь с Акирой ничего общего, потому что это слишком опасно, Акира опустил бы голову, извинился и полностью прекратил бы всякие контакты с Шизукой.

Но Шизука никогда не просила его об этом. Это было одновременно и правдой, и оправданием для Акиры не разрывать их отношения. Всё было просто потому, что Шизука никогда не просила его оставить её в покое.

Он понимал, что Шизука никогда не скажет ему такого, и понимал, что пользуется добротой Шизуки. Но ещё сильнее этого было его нежелание потерять те дорогие ему вещи, которые он обрёл после того, как выбрался из переулков трущоб.

После этого короткого признания, похожего на исповедь, от Акиры, который был неуклюжим переговорщиком, Дорас более или менее понял, о чём тот думает, и ответил.

— Ты слишком жадный.

— Да, знаю.

Акира знал, что быть связанным с ним означало постоянно ходить по краю опасности. На Шизуку напал фальшивый Акира, и её спасли только благодаря Рейне и остальным. Лучшим способом обеспечить их безопасность было бы полностью оборвать связи или оставаться рядом и защищать их двадцать четыре часа в сутки.

Но Акира не хотел делать ни того, ни другого. Более того, он надеялся сохранить своё нынешнее положение. Поэтому он не мог отрицать слова Дораса о том, что он слишком жадный.

Дорас тяжело вздохнул.

— Ладно, меня всё устраивает, пока ты не пытаешься что-то скрывать. Не то чтобы я тоже хотел умирать. Если уж мне суждено умереть, то лучше умереть, защищая Кэрол. Я согласен.

— Спасибо.

Акира тоже тяжело вздохнул и опустил обломок клинка, который всё это время находился в одном дыхании от глаза Дораса.

«Я действительно стал сильнее. Всё прошло удачно.»

Акире удалось победить противника, который был готов пожертвовать своей жизнью, не убивая его. Он не смог сделать этого в бою с Юминой. Теперь, когда он узнал, что стал достаточно сильным для такого, он смог немного простить себя за то, что лишил Юмину жизни.

Тем временем Альфа наблюдала за Акирой со своей обычной улыбкой.

Теперь, когда бой был закончен, Акира принял несколько лекарств, собрал свои винтовки и покинул здание. Непосредственно перед тем, как выйти наружу, Акира легко заговорил с Дорасом.

— Ну, я понимаю, что сейчас снова веду себя жадно, но я по-своему стараюсь. Иначе я бы ведь не пришёл сюда один, верно?

[Да, именно так.]

— Да, именно так.

Альфа и Дорас произнесли одно и то же одновременно, причём с улыбкой. Но затем Дорас добавил.

— Более того, неважно, насколько ты жаден, если у тебя есть сила для этого. Я не вижу в этом проблемы. Ты выиграл бой, а я проиграл, а значит, у тебя действительно есть сила быть настолько жадным. Думаю, ты каким-то образом справишься и с наградой от "Sakashita Heavy Industry".

Дорас говорил небрежно, словно просто поддерживал обычный разговор. Он не придавал своим словам особого значения. Но Акира кивнул и сказал.

— Да, вообще-то у меня уже есть план, как разобраться с этим завтра.

Обычно было бы невозможно заставить "Sakashita Heavy Industry" отменить уже назначенную награду. Но, судя по тому, насколько прямо и спокойно Акира это сказал, Дорас понял, что тот действительно говорил серьёзно. Как и ожидалось, скрыть удивление он не смог.

— Подожди, ты же шутишь?

— Остаётся только надеяться, что всё пройдёт хорошо.

— Ты должен был сказать это раньше...

Если бы он знал это, не было бы никакой необходимости сражаться. Хотя Дорас также понимал, что, даже скажи Акира это до боя, он бы всё равно не поверил. Так что, по крайней мере, этот бой не был полностью бессмысленным. И всё же ему хотелось, чтобы Акира сказал это заранее.

Пытаясь отбросить эту мысль, Дорас сменил тему.

— Кстати, Акира, сколько раз ты делал это с Кэрол?

Кэрол доверяла Акире настолько, что выбрала его своим телохранителем. Поэтому Дорас предполагал, что Акира был одним из её постоянных клиентов. Судя по тому, как в его случае Кэрол каждый раз повышала цену, ему было интересно, насколько сильно она поднялась в случае Акиры.

Но Акира дал неожиданный ответ.

— Ни разу. Ни единого.

— Что? Шутишь?

— Нет, я серьёзно. С чего бы мне лгать о таком?

Дорас был настолько потрясён этим ответом, что задал вопрос чисто рефлекторно. Однако, похоже, Акира действительно говорил правду.

— Почему?

— Что значит "почему"?

— Она тебя не приглашала?

— Приглашала, а я отказался.

— Но почему?

— Да хватит уже с этими "почему"... Что сказать? Я слышал, что это может вызвать зависимость, как наркотик. Разве это не звучит пугающе?

Акира коротко рассказал о другом мужчине, который стал зависим от Кэрол, о Бабалоде. В конце истории он добавил, что не хотел бы закончить так же.

— Понятно...

Хотя Дорас кивнул, полностью убеждённым он не был.

«Неужели дело в том, что она не может доверять человеку, который готов купить её за деньги? Тогда, выходит, у меня с самого начала не было ни единого шанса...»

Это объясняло, почему Кэрол доверяла Акире, но не ему. Если говорить просто, независимо от того, насколько он был силён, Кэрол никогда не смогла бы полностью ему доверять. Это напомнило ему, что Кэрол временами могла быть довольно хитрой, и он тяжело вздохнул.

◆

Кэрол проснулась и запаниковала, обнаружив, что Акиры нет в машине. Затем Акира вернулся, приведя с собой Дораса. На самом деле Кэрол проснулась именно потому, что почувствовала их присутствие.

— Акира, куда ты ходил? И почему ты вместе с Дорасом?

Кэрол растерянно посмотрела на Акиру, а он непринуждённо ответил.

— Да, он сказал, что хочет умереть, защищая тебя, поэтому я привёл его сюда.

— Что?

Кэрол перевела взгляд на Дораса. Дорас даже не покраснел. Он выглядел как человек, которого против воли втянули в неприятную историю.

— Ну, всякое произошло. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я просто хочу защищать тебя по собственной воле. Если тебе это не нужно, тогда просто убей меня. Так подойдёт, Акира?

— Ну да, если Кэрол готова зайти настолько далеко, то, думаю, ничего не поделаешь.

Хотя Дорас уже доказал, что получил разрешение Акиры, всё ещё было непонятно, как вообще всё дошло до такого. По крайней мере, Кэрол поняла, что по сути Акира нанял Дораса для её защиты. А если именно Акира его нанял, то независимо от того, что на самом деле произошло, Кэрол не могла просто отказаться.

— Не в этом дело. Просто я правда удивлена, поскольку всё произошло так внезапно.

— Понятно.

Дорас сказал только это.

Но Акира уже направился к кровати.

— Тогда я спать. Если хотите узнать все подробности, оставьте это на потом. Спокойной ночи.

Акира ничего больше не объяснил и просто лёг спать.

Кэрол всё ещё выглядела растерянной и повернулась к Дорасу.

— Так что произошло?

— Пожалуйста, спроси Акиру позже. Я тоже охотник. Рассказывать другим подробности сделки, которую я заключил с другим охотником, противоречит моим принципам.

Последнее слово относительно того, кому и что рассказывать, оставалось за Акирой. Раз Дорас так сказал, Кэрол решила, что дальше расспрашивать его бессмысленно.

Дорас сел на диван и вздохнул.

— Ну, я заключил с ним сделку, чтобы защищать тебя. Это всё, что я могу сказать.

— Понятно.

Кэрол понимала, что Дорас не лжёт.

— Тебе тоже не стоит поспать? Я слышала, завтра будет много дел.

— Ты права. Тогда я тоже пойду спать. Спокойной ночи.

— Да, спокойной ночи.

Кэрол вернулась в кровать и задумалась над тем, как Дорас оказался её телохранителем. Но в итоге, прежде чем заснуть, она так и не смогла придумать ни одного правдоподобного объяснения.

На следующее утро Кэрол попыталась спросить Акиру о том, что произошло. Акира сказал, что посреди ночи получил сообщение. Поскольку, похоже, Дорас хотел умереть, защищая Кэрол, он и привёл Дораса обратно с собой.

Только это он и сказал.

Но Кэрол ясно понимала, что за этим скрывается что-то ещё. Сам Дорас отказывался что-либо говорить и просто перенаправлял все вопросы к Акире, а сам Акира, как обычно, ужасно плохо умел что-либо скрывать. И всё же в конце концов Кэрол тоже не стала больше спрашивать.

Независимо от правды, Акира, похоже, был готов рассказать только это. Более того, пока не выглядело так, будто его обманули или произошло что-то подобное, Кэрол это устраивало.