Сквозь цепи

Холод от каменных плит проникал через одежду и упирался прямо в кости. Я медленно приходил в себя. Сначала ощущение сырости, потом запах плесени и ужасный металлический привкус во рту.

Где-то над головой… кап. Пауза. Кап. Этот звук, кажется, шёл откуда-то из дальних и тёмных частей темницы, и каждый раз эхом возвращался обратно.

Я открыл глаза. Слабые руны на стенах тлели фиолетово-серым, будто выгорели и вот-вот угаснут. Воздух был тяжёлым. Им приходилось не дышать, а проталкивать в лёгкие.

Подняв голову, услышал как цепи на моих запястьях чуть звякнули. Девочка сидела рядом, опершись плечом к стене. Не шевелилась, только волосы едва колыхались от собственного дыхания. Когда я двинулся, она открыла глаза.

— Ты наконец очнулся. — тихо сказала она. Голос звучал спокойно, но в нём слышалось и облегчение, и усталость.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как рёбра ноют после сна в цепях.

— Сколько… прошло? — спросил я. Даже говорить было тяжело, горло саднило.

Она чуть нахмурилась, считая что-то в уме.

— Не знаю. Здесь время течёт иначе. Руны мерцали уже дважды… или три. Я перестала считать.

Я уловил дрожь в её пальцах, когда она поправляла сползший капюшон. Но голос оставался ровным.

На мгновение в темнице стало слишком тихо. Даже капли замерли. Лишь наше дыхание.

— Ты… в порядке? — спросил у неё я.

Она медленно отвела взгляд, явно не ожидав такого вопроса.

— Сейчас — да. — всё так же негромко ответила она. — Но долго здесь… лучше не задерживаться.

В её словах не было паники. Только странная уверенность. Казалось, что это не первый раз, когда она оказалась в цепях.

Я сжал кулаки, холод металла впился в кожу.

— Если бы мы могли… — начал я, но остановился. Мы. Смешно. Я даже не знаю её имени.

Она вдруг чуть выпрямилась, и стала к чему-то прислушиваться. Закрыла глаза и стала долго молчать.

Я хотел спросить, что происходит, но она тихо подняла руку, чтобы я не издал ни звука.

Прошло несколько секунд.

Потом она открыла глаза и прошептала:

— Их нет.

— Кого? — нахмурившись спросил я.

Она оглянулась в сторону металлической двери.

— Тех… скрытых охотников. Они всегда были рядом: не на виду, но я их чувствовала. Сейчас их уже нет.

Я не поверил сразу.

— Ты уверена?

Она кивнула. И я заметил, как воздух вокруг неё дрогнул. Я почувствовал, как атмосфера вокруг нас сменилась на напряжённую и сосредоточенную.

— Меня научили слушать. — пояснила она после короткой паузы. — Всем, что живо и что притворяется живым.

Слова прозвучали для меня пугающими. Я невольно спросил:

— Кто тебя научил?

Она чуть улыбнулась, хоть и устало.

— Наставница. — и тут же отвела взгляд. — Она… не здесь.

Ответ был коротким, но внутри я ощутил, как любопытство дёрнулось больной жилкой. Кто эта наставница? Почему именно она могла научить такому?

Я хотел спросить ещё, но девочка опередила:

— Если мы будем действовать сейчас, то у нас появится шанс.

— Шанс… на что? — спросил я, хотя уже знал, что услышу.

В её жёлтых глазах отразились слабые руны.

— На побег.

Я замолчал. На миг моё сердце забыло, как биться дальше. Это безумно, но всё же…

Она тихо приблизилась, цепь на её руках едва шевельнулась.

— Я покажу тебе одно заклинание. Скрытность. Оно… не просто делает тебя невидимым. Оно стирает твоё присутствие. Магия теней высшего уровня… если захочешь так назвать.

— Но ты в цепях. — прошептал я. — да и я… не умею…

Она покачала головой.

— Оковы можем снять позже. Сначала ты должен научиться прятать себя и свою ману.

Я почувствовал, как всё сжалось. Эта дрожащая, неконтролируемая сила просыпалась во мне и грозила пожрать всё вокруг, если я ошибусь.

— Я… не могу. — я отвёл взгляд. — Мне едва удаётся сдерживать то, что внутри. Если попробую управлять этим… опять…

Она внимательно посмотрела на меня. И сказала тихо, но отчётливо:

— Ты не умеешь использовать магию правильно. Ты только тянул ману, как зверь тянет воздух, когда тонет. Но можно иначе. Я научу.

Сомнение вспыхнуло во мне почти с болью. Зачем ей это? Почему она верит в меня и хочет мне помочь?

— Почему ты думаешь, что у меня получится?

Она опустила взгляд, пальцы невольно сжались в кулак.

— Потому что ты такой же.

Эти слова прозвучали едва слышно, но в них было больше смысла, чем просто ответ.

Я почувствовал, как в груди поднимается что-то горячее: страх, надежда — всё вместе.

— Когда приступим? — нервно спросил я.

Она медленно, почти незаметно улыбнулась: не радостно, а так, словно впервые за долгое время позволила себе назвать надежду вслух.

— Сейчас.

Девочка придвинулась ко мне ближе, почти касаясь плечом. Я почувствовал едва уловимое тепло её кожи. Она медленно выдохнула, собираясь с мыслями.

— Слушай внимательно. — сказала она чуть тише обычного. — Я покажу тебе заклинание, но если ты не удержишь ману, то ничего не получится, и нас заметят, или хуже.

— Понял. Я постараюсь. — пробормотал я, отводя взгляд. — Моя мана, судя по всему, берёт чужую извне. Я не могу её использовать.

Она коротко кивнула, не перебивая. Лишь задумавшись посмотрела куда-то в сторону стены.

— Ты не умеешь ею пользоваться. — спокойно признала она. — Не контролируешь источник. Ты позволяешь собственной силе искать чужую вокруг себя и экономно пользоваться лишь ей. Это может быть эффективно, но опасно.

Я сжал кулаки, чувствуя, как оковы на запястьях впиваются глубже.

— И как мне контролировать этот источник? Если я удерживаю, всё выходит из-под контроля.

— Мне говорили, что подобным навыком владели первые предки драконов. Однако сейчас таких уже нет. Это будет трудно, прошу, постарайся. — с искрой в глазах ответила девочка.

Я повернул голову. Она смотрела прямо в глаза. Ни тени сомнения. Эта девочка явно старалась довериться мне. Я её не подведу.

— Закрой глаза. Не используй ману. Просто почувствуй что-то яркое, как сферу. Не снаружи, не в воздухе, не в этой темнице и уж точно не во мне. Загляни внутрь самого себя. Там, глубже собственной груди, чуть ниже сердца.

Я хотел усмехнуться, ведь звучало слишком просто. Но всё-таки закрыл глаза.

Темница исчезла. Осталась только тяжесть, шум в ушах и слабая дрожь пальцев.

Я пытался искать эту сферу внутри. Мне казалось, что мана отзывалась где-то снаружи. Невидимые струны тянулись к стенам, к девочке, к рунам. Они шептали неизвестным языком, звали меня.

— Не туда. — прошептала она, словно читая мысли. — Отрежь всё внешнее. Всё, что не является твоим.

— Легко сказать… — подумал я раздражённо, но попытался. Представил, как отсекаю каждый путь. Один за другим. До тех пор, пока не наступила тишина.

Я почувствовал слабое, но плотное свечение.

— К-кажется нашёл. — тихо сказал я, удивившись увиденному.

— Хорошо, теперь держи. Не тянись наружу, а только к нему.

Я слушал её голос. Мана в теле дрогнула, словно испугавшись моего взгляда, потом, успокоилась.

Девочка осторожно коснулась моих пальцев. Её рука была холодной, но прикосновение — увереннее, чем мои мысли.

Приступим к самому заклинанию. — сказала она. — Скрытность. Твоя цель — не исчезнуть, а стать незаметным. Ты прячешь не тело, а собственное присутствие, ману, дыхание. Тянись от найденного ядра вверх. Представь, как ты закрываешь себя оболочкой, но не через силу, а из пустоты. Как тень, что не бросает света.

Я попытался, хоть мне и трудно было понять её мысль. Свет внутри меня колыхнулся, чуть не рванувшись наружу. Я сжал зубы, стараясь изо всех сил удерживать поток.

— Тише. — прошептала она. — Не дави. Просто… отпусти лишнее.

Я сделал глубокий вдох, затем медленный выдох.

Внутри стало темнее. Мне казалось, я погасил огонь и оставил лишь затухший костёр.

— Вот так. — сказала девочка, и в голосе мелькнуло удовлетворение.

Я открыл глаза. Всё оставалось тем же, что и прежде. Но я почти не чувствовал дыхания той девочки. И самое странное — не ощущал себя ярким пятном в темноте этой темницы. Как будто стал частью самой атмосферы и окружения, не являясь чем-то отдельным.

— Это только начало. — произнесла она. — Теперь тебе необходимо поддерживать это заклинание. Старайся резко не реагировать и не проявлять сильных эмоций. Сейчас мы будем рвать цепи.

Я кивнул. И впервые за долгое время не почувствовал боли и страха за собственную силу. Только тихое, упругое тепло внутри.

Но где-то глубоко внутри меня всё равно возникал вопрос: кто научил её этому? И почему она здесь?

Девочка осторожно посмотрела на меня — её глаза, словно два ярких огонька, казались ярче окружающих темницу рун.

— Готов? — спросила она тихо.

Я кивнул, чувствуя, как сердце забилось сильнее.

— Тогда не двигайся. И не паникуй, ладно? Если начнёшь волноваться, то заклинание просто рассыплется.

— Ладно, постараюсь.

Она закрыла глаза, и я заметил, как по её губам пробежало едва слышное шептание. Руны на её запястьях вспыхнули, и тонкая дымка тени скользнула к моим оковам.

Металл начал вибрировать. Сначала слабо, потом сильнее. От него пошёл холод, а потом, вдруг — тихий, почти жалобный щелчок.

Оковы распались, а девочка открыла глаза и чуть улыбнулась.

— Видишь? Не так уж сложно, если не бояться.

— Ты… — я сглотнул, глядя, как она переходит к своим цепям. — Сколько заклинаний ты знаешь?

— Не много. Наставница обучила меня малому, а в остальном я импровизировала.

Поверить не могу, что можно вот так легко создавать заклинания такому ребёнку. Неужели она что-то вроде гения?

— И насколько же легко тебе удаётся придумывать новое?..

— Возможно это кажется сложным, но немного поразмыслив, осознаёшь лёгкость. — она пожала плечами, будто это что-то обыденное. — Пойми, магия не враг. С ней можно дружить и просить помощи мысленно.

Почему она говорит об этом, как о живой сущности? Странно всё это.

Щелчок. Её цепи разом ослабли и упали на камни.

Я не успел ничего сказать — сверху раздался стук. Кто-то шёл по коридору.

Девочка резко шепнула:

— Быстро! В угол! — и схватила меня за руку.

Мы юркнули в самый тёмный угол темницы, где руны почти не доставали своим светом. Я чувствовал её дыхание и быстрый ритм сердца.

Дверь медленно приоткрылась. Сквозь щель проник тусклый свет факела.

— Эй! Что за… — грубый голос сорвался в темноту. Стражник заглянул внутрь, оглядел пустое пространство, где ещё недавно сидели два ребёнка, и громко выругался.

— Проклятье… Грёбаные дети! — он шагнул вперёд, осмотрел пол, затем поднял взгляд. — Если Фаустен узнает, он мне голову снимет!

Он дёрнул цепи, убедился, что они пусты, и, выругавшись, рванул обратно в коридор, громко крича:

— Все подъём! Заключённые исчезли!

Когда шаги стихли, мы выдохнули почти одновременно.

— Получилось… — прошептал я.

— Пока что. — ответила девочка серьёзно, и её взгляд снова стал холодным и собранным. — Дальше надо быть ещё тише. Понял?

Я кивнул, всё ещё ощущая странное напряжение внутри. Только теперь я понял, что всё это время удерживал заклинание.

Это странно...

Моя мана всегда бушевала, жила своей жизнью, жадно тянулась к любой чужой энергии. Но сейчас — тишина. Она слушалась, словно кто-то убрал стену, не дающую мне дышать.

Я сжал кулаки.

Как? Даже родители не знали, как мне помочь…

— Эй, — тихо сказала девочка, глядя на меня. — Всё в порядке?

— Да… просто странно. Обычно я не могу контролировать силу, а теперь получилось само.

Она задумалась, потом ответила:

— Может, ты просто никогда не пытался спокойно это сделать?

Я удивлённо посмотрел на неё.

— Что?

— Когда боишься своей силы, она боится тебя в ответ. Попробуй не держать её. Просто… дыши вместе с ней.

Она сказала это так просто, что я не знал, как ответить. Это звучало абсурдно, ведь она не может знать изначальной истории. Я уверен, что проблема не в моём страхе.

Но где-то глубоко внутри, впервые за долгое время, я почувствовал, что моя сила — это не враг.