Возвращение домой

Том 3. Глава 17: Возвращение домой

Закатное солнце играло на ветках деревьев, которые обрамляли границу кланов. Лия и Рен шагали бок о бок, их разговор затих, оставляя место тишине, которая была утешительной.

Подойдя к границе, они остановились. Рен первым нарушил молчание.

— Вот и всё, — сказал он, уставившись вперёд, словно пытаясь разглядеть что-то невидимое за линией деревьев.

Лия посмотрела на него боковым зрением. Её пальцы теребили рукава плаща, сердце ныло.

— Да, — согласилась она, но голос выдал её — дрожал, едва слышимый.

Рен повернулся к ней и коротко усмехнулся.

— Хватит прятать глаза. Скажи уже, что думаешь, Лия.

Она подняла взгляд, в котором смешались страх, неуверенность и еле заметная тень благодарности.

— Просто… Я бы хотела, чтобы всё было иначе. Чтобы мы могли идти вместе дальше.

Рен хмыкнул и качнул головой.

— Иногда нужно расстаться, чтобы понять, что это была не ошибка, а необходимость, — ответил он и посмотрел прямо на неё. — Ты сильная. Даже если сейчас сомневаешься в этом, однажды поймёшь.

— А ты? — тихо спросила она. — Уверен ли ты в своих словах, Рен?

Вместо ответа он улыбнулся той мягкой улыбкой, которую Лия видела уже не раз. Без слов, но с полным пониманием.

Рен наклонился к ней и неожиданно заключил её в объятия. Его руки были крепкими, но не давили — в этом было больше нежности, чем силы.

— Береги себя, Лия. Для нас обоих, — шепнул он и отпустил её, как если бы хотел запомнить этот момент.

— И ты… — дрогнувшим голосом ответила она, не в силах сказать больше.

Рен развернулся и направился вглубь леса, уходя в сторону своего клана. Она долго смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась между деревьями.

Лия глубоко вдохнула, отгоняя слёзы, и, сжав руки в кулаки, шагнула через границу.

---

Лес клана Тансэку встретил её знакомой прохладой и мягким шорохом листвы. Здесь каждый уголок, каждый треск веточки казался ей родным. Но вместе с этим чувствовалась странная чуждость.

Она двигалась быстро, стараясь не производить лишнего шума. Невидимые глаза могли следить за ней, и меньше всего на свете Лия хотела столкнуться с кем-то из членов своего клана.

Каждая пройденная тропа, каждый изгиб леса напоминал ей детство, тренировки, моменты, когда она смотрела на мир с беззаботной радостью. Но сейчас воспоминания давили, как тяжёлая пелена.

Лес редел, и, проходя мимо очередного большого дуба, она вдруг услышала радостный голос:

— Лия!

Она замерла на месте. Перед ней стоял Хару — её друг, его улыбка была ярче солнечного света.

— Хару… — она выдохнула его имя, но тут же внутри что-то дрогнуло. Как он встретил её?

Не успела она осмыслить это, как Хару бросился к ней и заключил её в объятия.

— Ты жива! Ты вернулась! Все думали, что с тобой случилось что-то ужасное, — сыпал он словами, осматривая её, чтобы убедиться, что она в порядке.

Лия, чуть улыбнувшись, мягко высвободилась из объятий.

— Я в порядке, Хару. Но не спрашивай, где я была, хорошо? Это… долгая история.

Его лицо тут же сменилось с радости на озабоченность.

— Как это — не спрашивать? Ты исчезла во время битвы! Никто не знал, где ты, даже наши мастера.

— Это лучше для всех. Ты должен мне поверить, — Лия приложила руку к его плечу, глядя ему в глаза.

Хару нахмурился, но увидел в её взгляде что-то, что заставило его замолчать.

— Хорошо, — наконец, проговорил он. — Но если тебе будет нужна помощь…

— Спасибо, Хару. Ты хороший друг, — ответила Лия, на секунду позволив себе слабую улыбку.

Она ушла, пока он не успел сказать ещё что-то, и направилась к своему дому.

На сердце было тяжело: радость возвращения смешивалась с глухим страхом. Она не знала, как её встретят.

Подойдя к двери, она застыла на мгновение. В голове крутились воспоминания о матери, её тёплом смехе и добрых глазах, о вечерах, когда семья собиралась за столом. Лия всегда считала этот дом своей тихой гаванью, но сейчас боялась, что что-то изменилось.

Она решительно постучала в дверь, хотя знала, что это её дом. Несколько секунд тишины, а потом за дверью послышались быстрые шаги.

Дверь открылась, и на пороге появилась её мать — Харуко. Её лицо сначала застыло в шоке, а потом залилось слезами.

— Лия? — прошептала она, словно боялась, что перед ней только иллюзия.

— Мама, — мягко ответила Лия, с трудом сдерживая собственные слёзы.

Её мать, не дождавшись объяснений, бросилась вперёд и крепко обняла её. Её плечи тряслись от рыданий.

— Ты жива… Ты жива! Мы все думали… Господи, Лия, что с тобой произошло?! — слова путались в спешке, смешиваясь со всхлипами.

Лия крепко прижала мать к себе, пытаясь её успокоить.

— Прости, мама. Я не могла раньше вернуться. Но теперь я здесь, всё хорошо.

Она знала, что её слова звучат сухо и недостаточно объясняют, но она не могла сейчас рассказать всю правду.

Мать отстранилась, её глаза бегали по Лии, осматривая каждую часть её лица, словно убеждаясь, что это не сон.

— Мы думали, что ты умерла… Твой отец… О, Лия, он пытался всех собрать, организовать поиски, но потом… — она замолчала, боясь нагнетать атмосферу.

— Он… он дома? — быстро спросила Лия, пытаясь сменить тему.

Харуко покачала головой и вытерла слёзы.

— Нет. Он снова весь в работе. Знаешь же, каким он бывает. Ему, кажется, трудно осознать горе, потому он зарывается в свои дела.

Лия грустно улыбнулась. Это действительно было похоже на отца.

— Ну, это ничего, мама. Он… поймёт, когда вернётся, — заверила Лия.

— Но ты голодная, должно быть. С дороги… Подожди, я тебе сейчас что-нибудь приготовлю! — торопливо сказала мать, оживляясь, как будто только занятость могла ей помочь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Не надо, мама, правда. Я просто хочу отдохнуть. Можно мне немного побыть в своей комнате?

Мать замерла, внимательно посмотрела на Лию и кивнула.

— Конечно. Но если что-то понадобится — сразу зови меня, хорошо?

Лия лишь кивнула и направилась по знакомому коридору к своей комнате.

Зайдя внутрь, она ощутила, как на неё навалилась усталость. Её маленькая спальня была такой же, какой она оставила её в последний раз. Постель аккуратно заправлена, на столе стояли её записи, а на стене висел амулет, который она сделала ещё в детстве.

Закрыв за собой дверь, Лия медленно присела на кровать. Она сняла обувь и плащ, не сводя глаз с амулета. Воспоминания накрыли её волной — как она проводила здесь дни, мечтая стать сильнее, путешествовать, защищать свой клан…

Она прикрыла глаза, тяжело вздохнула и легла на кровать, уставившись в потолок. Мысли о Рене, Такаши, испытаниях и всё ещё непредсказуемом будущем роились в голове, сплетаясь в бесконечный клубок. Но постепенно среди этого хаоса стала вырисовываться одна сцена.

Рен. Его слова, его присутствие. Как он обнимал её, когда они уходили из Храма.

Лия закрыла глаза ещё крепче, пытаясь прогнать нахлынувшие воспоминания. Но чем сильнее она старалась не думать об этом, тем яснее перед её глазами вставал тот момент. Как его руки мягко и уверенно сжали её плечи, словно пытаясь передать ей свою силу. Тёплый шёпот успокоительных слов, лёгкое тепло его дыхания рядом с её ухом.

Её щёки начали медленно краснеть.

— Глупый Рен… — прошептала она, скорее для себя, чем всерьёз осуждая его.

Он всегда был рядом, поддерживал и верил в неё, даже когда она сама сомневалась. Но теперь… то, как он смотрел на неё, как обнял в тот момент, когда она плакала, — это было слишком. Слишком лично, слишком искренне.

"Может, ему просто стало меня жаль? Да, вот и всё. Не стоит искать здесь какого-то смысла…"

Но её собственные мысли её же и предавали. Тёплая, едва уловимая улыбка промелькнула на её губах, несмотря на смущение, прокатившееся по всему телу.

Лия оттолкнулась от кровати и села, закрыв лицо руками.

— Нет, хватит! Ты ведёшь себя как ребёнок, — тихо пробормотала она, но её сердце всё ещё билось быстрее, чем хотелось бы.

Она поднялась, сделала несколько шагов по комнате, чтобы отвлечься, но всё равно вернулась к кровати и тяжело плюхнулась обратно.

"Он… на самом деле стал мне близким. Может быть, даже слишком близким."

Эти мысли впервые заставили её задуматься о том, что могло бы быть, если бы не обстоятельства. Если бы их жизни были другими, если бы их пути не оказались такими опасными и трудными. Но Лия быстро отогнала эту мысль, прекрасно понимая, что всё это — только мечты.

И всё же, несмотря на внутренние уговоры не думать об этом, тепло его объятий не давало ей покоя.