Глава 4.0

***

Белые простыни заполняли все пространство вокруг. В воздухе витал слабый аромат цветочных духов. На полу были разбросаны мятые подушки и одеяла. Комната напоминала одну большую кровать. Глаза Евы резко распахнулись. Девушка обвела комнату взглядом, а затем осмотрела себя. Белое платье резко контрастировало с ее черными локонами, ниспадающими с плеч до самых колен. Она осторожно прикоснулась холодными пальцами к лицу. В голове была сплошная путаница. Когда она впервые попыталась подняться, ноги отказались повиноваться. Мышцы дрожали, суставы казались слишком жёсткими, а сама кожа — чужой оболочкой. Она осела обратно на пол, раз за разом, пока не поняла, что ей нужно опираться на стены. Неожиданно для себя, Ева порадовалась маленькой победе, но ее дыхание все еще было слишком тяжёлым. Оно требовало контроля — нужно было вдыхать и выдыхать, иначе голова начинала кружиться.

Еще одним препятствием на пути Евы стало равновесие - раньше ей не нужно было о нем заботиться, но теперь любое неосторожное движение могло заставить мир перед глазами перевернуться.

Наконец Ева облокотилась на стену и неуверенноподнялась на дрожащие ноги. Она медленно убрала руки со стены и встала в нелепой позе, стараясь удерживать равновесие. Ей показалось, что все тело налито свинцом.

«Что это за сила такая? Он действительно!.. Как он посмел обратить меня в мирянина?!» — девушка поморщилась, но в то же время ее интерес к Исааку только возрос. Она презирала жителей миров, относилась к ним как к паразитам. Но Исаак был известен своей благосклонностью к мирянам. Хотя это лишь одна из его многочисленных странностей. Может ли быть такое, что его сила связана с мирами куда более тесно, чем Ева себе представляла? Мысли девушки бурлили.

«Способность переместить Внешнего Бога в уязвимое смертное тело…» — это были ее первые мгновения в теле из плоти и крови. Слышать ушами, видеть глазами, чувствовать кожей – все это было ново для нее. И ничего, кроме дискомфорта она не ощущала.

«Как миряне так живут?» — у нее болела голова, казалось, все ее существо стремиться вырваться, разорвать оковы, но невидимая стена упорно преграждает путь. Ева снова села на мягкие подушки.

Она заглянула в узкую щель в стене, что была почти у самого потолка. За окном сияло темно-синее небо, которое украшали яркие огни. Их было даже слишком много для такого маленького неба. И все же оно было недостаточно темным для нее, но, несмотря ни на что, прекрасным. Девушка незаметно для себя на секунду затаила дыхание.

Ева привыкла рассуждать спокойно. Но она не знала, как успокоить это ужасное чувство страха в груди, ускоряющее ее сердцебиение. Оно было отнюдь не из приятных. Ей хотелось спрятаться в укромное темное место, как прежде. В ее милую черную пустоту. Укутаться ею и ни о чем не думать, полностью очистив свой разум.

«А что, если…Исаак с самого начала задумал все это?» — озарило ее. Она стала бурно обдумывать все, стараясь сбежать от накатывающих паники и страха. Что, если они просто попали в ловушку, спланированную безумцем? Их уверенность и нехватка времени сыграли с ними злую шутку.

«Надо найти Кая и близнецов и выбираться отсюда!», —девушка огляделась вокруг в надежде найти оружие или хотя бы его подобие. Высокая и тяжелая дверь не поддавалась. Она раскидывала в стороны подушки и простыни, ощупала стены, пол. Она же в тюрьме! Между изящными бровями девушки образовалась складка.

— А ты живее, чем я себе представлял. Уже привыкла?— в дверях бесшумно появился молодой мужчина. Он оглядел ее с ног до головы. На нём был небрежно завязанный халат, приоткрывавший мускулистый торс, а слегка влажные волосы ещё не успели высохнуть. Его лицо в тот же момент озарила теплая улыбка, образовавшая ямочки на щеках. По спине девушки пробежали мурашки, она крепко сжала кулаки.

— Исаак, — с рыком вырвалось у Евы. Он прошел через комнату и быстро достиг девушки. Она попятилась назад пока не уперлась в холодную каменную стену. Мужчина навис над ней. Его голубые глаза внимательно осматривали каждый миллиметр ее лица. Он улыбнулся и кивнул своим мыслям.

— Как я и предполагал…прекрасна. Наши потомки будут сильнейшими во всех вселенных! — безумная улыбка окрасила его лицо. Он прикрыл лицо ладонью, скрывая румянец на щеках от сцен в голове, которые желал сотворить в жизнь.

В то же время девушку с каждой секундой мутило все больше. Казалось, само его присутствие рядом влияло на нее. Он попыталась оттолкнуть его от себя, но тот и не сдвинулся с места. Ей казалось, что ее руки уперлись в огромную гору, которую невозможно сдвинуть с места.

— Какие потомки? Ты же знаешь, что это противоестественно. Верни…мое тело назад! Реальное тело, а не этот мусор, – с трудом пробормотала она, согнувшись почти пополам из-за боли в мышцах. Исаак лишь слегка рассмеялся в ответ.

— Глупышка, тебе надо было бежать, когда зараженных стало слишком много. Хотя я знал, что твоя гордость не позволит тебе поступить так. Сбежать, поджав хвост… это не твоя стратегия, — его голос был неимоверно нежен, но в то же время испускал яд, — именно на это я и рассчитывал, — прошептал блондин и слегка прикусил ее за кончик уха.

Она подняла руку и с отвращением посмотрела на бледные пальцы, дрожащие от напряжения. Ноги подкосились.

— Каково это? — раздался насмешливый голос сверху.

Исаак стоял рядом, возвышаясь над ней, словно вершитель судеб. В его глазах светилось самодовольство. Он медленно склонился, рассматривая ее, словно редкий экспонат в коллекции.

— Ты, что пожирала миры, что глядела на смертных, как на пыль под ногами... — Он ухмыльнулся, вытягивая руку, чтобы легонько провести пальцем по ее щеке. — Каково это, Ева? Быть одной из них?

Ева резко отдернула голову, но даже это движение далось ей с трудом. Она не ответила. Внутри все кипело, но тело… тело не подчинялось. Она стиснула зубы, пытаясь подавить раздражение, но он, конечно же, заметил.

— Тебе больно? — продолжил Исаак, медленно шагая вокруг. — А если я сделаю вот так?

Его сапог с силой вдавился в ее ногу, заставляя ее застонать. Она прикусила губу, но не смогла сдержать судорожного вдоха. Боль была резкой, всепоглощающей, чуждой ей раньше.

— Интересное ощущение, правда? — Он присел перед ней, склонив голову набок. — Это хрупкость. Это слабость. Теперь ты понимаешь, каково это — быть смертной тварью, на которых ты даже не смотрела.

Ева молчала. Слова застревали в горле, а ярость клокотала внутри.

— Но знаешь, что самое забавное? — Исаак усмехнулся и наклонился ближе, его губы почти касались ее щеки. — Ты теперь не только одна из них. Ты даже хуже. Они привыкли к своей слабости. А ты? Ты сгоришь в собственной беспомощности.

Ева стиснула кулаки, ногти впились в ладони, но силы ударить его у нее не было. Пока что.

Исаак усмехнулся, его взгляд был наполнен тем насмешливым интересом.

— А ведь люди, несмотря на свою слабость, живут… и даже счастливы, — он говорил спокойно, почти задумчиво. — Они строят города, влюбляются, мечтают, даже зная, что однажды их время истечёт. Разве это не забавно?

Ева, стиснув зубы, молча смотрела на каменный пол, но он видел — она слушает.

— Они находят смысл в своей конечности, — продолжал Исаак, скрестив руки на груди. — Они принимают боль, потому что без неё не бывает радости. Они умирают, потому что знают — это делает их жизнь ценнее. А ты, богиня хаоса, что скажешь? Где твой смысл теперь, когда ты одна из них?

Ева медленно подняла на него взгляд. В её глазах не было страха, только ярость и холодная решимость.

— Говоришь, слабость приносит счастье… — её голос прозвучал низко, почти шёпотом, — поэтому ты, обладая силой, мечтаешь стать смертным?

На мгновение на лице Исаака промелькнула тень чего-то… неуловимого, того, что он старался скрыть ото всех. Но затем он рассмеялся.

— Ах, Ева, — покачал он головой. — Ты действительно думаешь, что я завидую им?

— Ты боишься, — прошептала она, впиваясь в него взглядом. — Боишься, что твоя сила — это ограничение. Но от чего она тебя отделяет?

Его улыбка на мгновение застыла, но затем он вновь выпрямился, стряхнув с себя это ощущение.

— Возможно, — спокойно ответил он. — Но знаешь, в чём разница между нами? Я могу выбирать. А ты… — он вновь наклонился, глядя ей прямо в глаза. — Сейчас ты — лишь часть той пыли, что раньше презирала. И у тебя нет выбора.

Ева стиснула кулаки. Но внутри неё уже что-то клокотало, пробуждаясь.

Исаак посмотрел на нее и направился к двери.

— Я скоро вернусь, будь готова, — задорно бросил он, прежде чем закрыть дверь.

Растерянное выражение лица девушки тут же сменилось на холодное. Внутри нее бушевала буря. Ее догадка оказалась верна: он все спланировал!

Она впервые за долгое время ощутила себя маленькой и слабой. Он знал ее! Знал и вертел, как ему вздумается. Отвращение к нему было велико, но больше она ненавидела себя. Из-за ее глупости Кай и близнецы оказались в опасности, да и самой ей грозило попасть в рабство.

— Отребье, — фыркнула Ева то ли ему, то ли самой себе.

Девушка услышала быстрый топот со стороны двери. В комнату ворвались приспешницы Исаака, одетые в одинаковую одежду. Они не отвечали на вопросы девушки, смиренно глядя в пол. Их глаза не показывали желания жить, они потеряли ту искру, что имеют все живые существа. Еване стала докучать им и послушно следовала вдоль длинных коридоров. Одна из девушек указала на приспособления для мытья и попросила лечь в ванную. Трое из них остались за дверью, а две прислуживали Еве. Они натирали тело девушки сперва мылом, смывая теплой водой, а после втирали душистые масла. От такого резкого запаха в носу Евы пощипывало. Ее глаза исследовали комнату. Она заметила небольшое окно прямо над ванной.

Ева изобразила скуку. Она недовольно дернула рукой, не давай прислужнице мыть ее.

— Я в силах сделать…это сама, — громко заявила она. Девушки заметно растерялись. Старшая, стоявшая чуть поодаль от Евы, сказала что-то на своём языке младшей. Та покорно опустила голову и попыталась вернуться к работе.

Ева еще сильнее нахмурилась. Но в тот же миг в комнату зашла рыжеволосая девушка. Заметив Еву, ее глаза сверкнули. Она обратилась к прислужницам и указала на дверь. Те послушно удалились. Простояв так пару секунд, она вновь повернулась к Еве.

— Одевайся скорее и следуй за мной. Только тихо! Я здесь, чтобы помочь тебе сбежать, — строго наказала девушка. Ева молчаливо последовала за ней, прихватив бритву, оставленную прислужницами с собой. Следуя за девушкой, она не сомневалась. Цепляться нужно было за любую возможность.

По тайным проходам для слуг они незаметно покинули замок. Незнакомка ловко обходила все точки патруля. Другой же пришлось постараться, чтобы следить за всеми своими конечностями. Ее ноги все еще слегка дрожали, но они обе игнорировали это.

— Осталось пройти через ворота. Там тебя уже ждут твои напарники. Красноволосый успел выбраться без моей помощи, — она подмигнула, — Я проследила, чтобы все было в порядке. Но будь осторожна с теми стражниками. Они из мирян, его влияние на них еще выше, чем на обычных слуг. Ты ведь тоже это почувствовала? Его силу, когда он рядом… — казалось она вспомнила что-то неприятное, ее лицо слегка потемнело.

Ева внимательно слушала. Ее подозрения ни на долю не развеялись.

— Почему ты мне помогаешь? – не могла не спросить ее девушка. Та застенчиво улыбнулась, но, увидев, выражение лица Евы, с отчаянной улыбкой ответила:

— Когда ты выберешься, собери столько сил, сколько возможно… и вытащи меня отсюда, — прошептала она.

***

Перепрыгнуть через забор оказалось самым легким из всего, что пришлось сделать за этот день. Из-за деревьев ей активно жестикулировал высокий мужчина с длинными красными волосами. Рядом стояло двое детей – девочка и мальчик лет двенадцати. Их волосы были криво срезаны, но яркие голубые глаза сияли даже издалека.

— Как вы выбрались? — Ева подошла к ним. Она ясно ощущала знакомую энергию от этих людей. На самом деле, Ева могла бы почувствовать их раньше, приблизься они еще на пару метров к замку.

— Оказалось, одежда слуг легко воспламеняется, но замки плавятся еще быстрее… — усмехнулся Кай. У него были резкие черты лица и длинные рыжие, практически красные, волосы, достающие ему до пояса. Ева обернулась и оглядела детей.

Тана и Гипнос оказались в телах двух мальчиков. Их лица были покрыты веснушками, а карие глаза казались наполнены мудростью.

— Наши способности!.. — радостно начал Гипнос, но его перебила Тана.

— Наши способности в этом жалком мирке многократно усилились! — с удовольствием заявила девочка.

— Я могу управлять любым живым существом, полностью. Тана управляет мертвыми, никто не отличит их от живых, пока тела не начнут гнить. Мы просто «попросили» их вывести нас, а заодно «прибрали» за старшим братом! — снова перехватил инициативу Гипнос. Тана показала ему язык и отвернулась.

Ева ожидала такого. Она застала влияние близнецов на миры еще в момент их рождения. Девушка кивнула, не забывая их похвалить:

— Молодцы. Как только выберемся!.. — Ева сжала кулаки.

— Насчет этого, — вмешался Кай, — близнецы обнаружили кое-что, заслуживающее внимания, — он жестом пригласил девушку за ним.

— Да, тот милый прислужник перед смертью с удовольствием посоветовал нам, обходить подвал. Он сказал, что там чрезвычайно опасно. После такого мы с братом не могли не зайти туда по дороге. И нас ждал большой сюрприз, сестра! — Тана горделиво рассказывала историю, продолжая вприпрыжку следовать за Каем.

— Это хорошо, но разве нам сначала не стоит подумать над способом выбраться из этих тел? — задумчиво пробормотала Ева.

— Об этом можешь не переживать! — заявил Гипнос, зевнув в полный рот, — достаточно умертвить тело, и его жалкая оболочка больше не сможет сдерживать нашу энергию.

— Да, но в это время важно находиться как можно дальше от Исаака! Именно его сила сделала возможным наше пребывание здесь, — предупредила Тана.

Они прибыли к другой стороне замка. У стен стояли дозорные, Ева напряглась, готовясь вступить в бой, но была остановлена Каем.

— Они мертвы.

Близнецы прошли вперед. Дозорные ломанными движениями открыли дверь, ведущую в подземелье.

«И это значит «никто не отличит мертвых от живых»?..» — Ева покосилась на мертвецов. Их глаза закатились, пальцы рук были скрючены, они слабо шатались, провожая компанию. Гипнос заметил странный взгляд Евы.

— Их мышцы охладевают. Вскоре они не смогут двигаться. Только если я или Тана не заставим их кровь циркулировать по венам, — пояснил он.

Спустившись вниз, Еве в лицо ударил запах сырости и затхлости. Дышать стало тяжело. Но девушка совершенно не обратила на это внимания. Ее взгляд был направлен на стонущих от боли людей за решетками. Нет, это были не люди. Это Внешние боги!