Глава 2.5

Той ночью Кайл так и не смог уснуть: его тяготили мысли о том, что его ждет впереди, какой путь придется пройти и как скоро он сможет увидеть Астрею.

Стук в дверь прервал его мысли. Нежный голос крылатой девушки, доносившийся из-за двери, произнес: "Господин, следующее испытание скоро начнется, подготовьтесь и выходите, я вас сопровожу".

– Да, да, сейчас выйду, – сказал Кайл, вставая с кровати.

Выйдя, он увидел ту же девушку с крыльями, что и вчера.

– Ты теперь всегда будешь меня сопровождать? – спросил ее Кайл.

– К каждому испытуемому приставляют помощника. Меня выбрали в качестве вашего помощника, так что да, теперь я с вами до тех пор, пока вы здесь.

– Раз мы с вами надолго, хотелось бы узнать ваше имя.

– Меня зовут Ирис, – нервно сказала девушка с крыльями.

– Ирис, приятно познакомиться, – сказал Кайл, стараясь улыбнуться. – Надеюсь, мы с тобой сработаемся.

Ирис лишь кивнула, избегая его взгляда. Кайл заметил ее раздражение и решил больше ничего не говорить. Он понимал, что в этом месте, где боги плетут свои интриги, даже у крылатых дев могут быть свои секреты и страхи.

– Куда мы идем? – спросил Кайл, когда они начали спускаться по лестнице.

– К месту первого испытания, – ответила Ирис, ее голос звучал немного более уверенно. – Боги приготовили для вас… неожиданный сюрприз.

– Первое испытание? Но что тогда было там, в лабиринте, и до него, то место, что было усеяно грибами?

– Господин, это было не испытание, а лишь проверка, вступительный тест, чтоб отсеять никчемных людей, что не могут логически мыслить под действием яда.

Кайл нахмурился: "Вступительный тест, неожиданный сюрприз… Звучит не слишком обнадеживающе".

– Ирис, ты можешь рассказать мне, что это за испытание? Хоть немного, чтобы я знал, чего ожидать, – попросил Кайл, надеясь вытянуть из нее хоть какую-то информацию.

Ирис колебалась, словно взвешивая каждое слово. Наконец она тихо произнесла:

– Боги хотят увидеть ваше сердце, господин Кайл. Они хотят понять, что движет вами, когда вы говорите о любви к госпоже Астрее.

– Увидеть мое сердце? – переспросил Кайл, не понимая. – Это как? Будут копаться в моих воспоминаниях?

– Этого я не знаю, господин. Но будьте готовы к тому, что вам придется столкнуться с самыми глубокими своими страхами и сомнениями. Боги не терпят лжи и лицемерия.

Они шли дальше по коридору, украшенному сложными барельефами, изображающими сцены из мифов и легенд. Кайл чувствовал, как напряжение нарастает с каждым шагом. Он не боялся испытаний, но его беспокоило то, что боги могут увидеть в его сердце. Он любил Астрею всем сердцем, но разве этого достаточно? Разве его любовь сможет выдержать все испытания, которые им уготовили?

В конце коридора они остановились перед огромной дверью, сделанной из темного дерева, окованного серебром. На двери были вырезаны изображения переплетающихся корней и ветвей, образующих причудливый узор.

– Мы пришли, – сказала Ирис, ее голос дрожал. – За этой дверью вас ждет первое испытание. Будьте сильным, господин Кайл. И помните, что боги наблюдают за вами.

– Ирис, ты знаешь, почему я не могу использовать силы в этом месте?

– Из-за ауры богов. Ваши силы – это лишь половина силы каждого греха, и раз боги создали грехов из частицы своей силы, как думаете, почему силы здесь не действуют?

– Но разве боги не были запечатаны?

– Ирис рассмеялась: – Ты об этом? Ты одновременно прав и нет. Пусть их физическая оболочка и была запечатана, но они же просто скопление энергии, они просто создадут ее заново и все.

– Тогда что они передали моей сестре, когда мы встретились задолго до моего исчезновения? Она говорила, что боги передали ей свою силу, Астрея ее даже запечатала.

– Если бы они этого не сделали, то мир бы ее просто не признал, разорвав на частицы.

– А, казалось, что Кайл хотел что-то спросить, но Ирис его перебила:
– Хватит! Я тоже не могу рассказать всё. Ваше испытание скоро начнётся.

– Хорошо, – сказал Кайл, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Он глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. – Я готов.

Дверь медленно открылась, и Кайл шагнул внутрь. За дверью оказался не коридор и не комната, а бескрайнее пространство, запаренное густым туманом. Плотный туман окружал его со всех сторон, лишая ориентации. Кайл не видел ничего, кроме серой мглы. Он чувствовал себя потерянным.

Через некоторое время туман начал рассеиваться, и перед ним предстало его царство демонов, но оно было не в том состоянии, которое он помнил. Всё было разрушено и завалено обломками. Он не увидел ни одной живой души, лишь окровавленные тела. Кайл узнавал лица тех, кто ему служил.

Сердце Кайла сжалось от боли и ужаса. Он упал на колени и закричал от отчаяния: "Что произошло? Кто это сделал? Почему я не смог их защитить?" Внезапно из тумана возник силуэт:
– После того как ты, лорд демонов, исчез, как и твоя жена, святая Астрея, союз разорвали. Началась полномасштабная война. Немногие успели погибнуть до того, как древо разбушевалось. Равновесие сил было нестабильно, и мир начал разрушаться. Тогда боги и создали эту башню – временное место для людей, до тех пор пока новый мир не будет создан.

– Кто ты такой? – прорычал Кайл.
– Это неважно, ведь твоё испытание ещё не началось, а ты уже был готов рвануть в бой, даже не узнав его сути, – сказал силуэт, рассеивая туман окончательно.

В нём скрывался сам Кайл, но это был не он – его двойник, искажённый злобой и ненавистью, глаза которого горели багровым пламенем, а с губ стекала ядовитая слюна.
– Я – твоя тьма, Кайл, то, что ты подавлял всё это время: все твои чувства, страхи, гнев и злоба, всё, от чего ты так глупо отказывался, даже не понимая, что она и есть истинная сила.

– Значит, ты – моё второе "я" и есть моё испытание? – спросил Кайл.
– Не смей называть меня двойником! У меня есть имя – Лакрейн! И ещё, испытанием это не назовёшь. В отличие от тебя, слабака без возможности использовать силы, я мог их применять где хочу, – сказал Лакрейн, рассмеявшись.

– Ты – тьма, тот демон, что мне навязали семеро грехов. Ты всегда будешь демоном, убийцей, разрушителем. Тебе никогда не испытать те чувства, которые так желаешь, поэтому ты и слаб. – Кайл.

– Неужели? – прошипел Лакрейн, и его тело окутала темная аура. – Я покажу тебе, что такое настоящая сила. Ты думаешь, твоя любовь к Астрее сделала тебя сильнее? Она лишь ослабила тебя! Ты стал мягким и уязвимым. А я… я готов на все, чтобы добиться своего. Я убью любого, кто встанет на моем пути, даже если это будет Астрея.

Кайл замер, словно его ударили в грудь. Слова Лакрейна прозвучали как гром среди ясного неба. Он не мог поверить, что кто-то, даже его темная сторона, может говорить такое об Астрее. Ярость вспыхнула в его сердце, заслоняя все остальные чувства.

– Не смей так говорить о ней! – зарычал Кайл, сжимая кулаки. – Ты не понимаешь, что такое любовь. Ты лишь инструмент, созданный грехами, чтобы сеять хаос и разрушение. Но я не позволю тебе осквернить память об Астрее.

Лакрейн лишь усмехнулся, и в его руке появился темный меч, окутанный пламенем.

– Тогда докажи это, – прорычал он. – Докажи, что твоя любовь сильнее моей ненависти. Покажи мне, что ты достоин быть с Астреей. Но помни, Кайл, здесь нет правил. Здесь лишь выживает сильнейший. И я не собираюсь проигрывать.

Кайл почувствовал, как его собственная сила пробуждается в ответ на ярость. Вокруг него возникла светлая аура, контрастирующая с темной энергией Лакрейна. Он знал, что это будет не просто битва, а столкновение двух противоположностей, двух сторон его собственной души.

– Я докажу, – проговорил Кайл, и в его руке появился меч, излучающий чистый свет. – Я докажу, что любовь сильнее ненависти, надежда сильнее отчаяния, а свет сильнее тьмы. И я защищу память об Астрее, чего бы мне это ни стоило.

Они бросились друг на друга, два клинка столкнулись в оглушительном грохоте. Темный меч Лакрейна обрушивал шквал ударов, каждый из которых был наполнен злобой и жаждой разрушения. Светлый меч Кайла парировал атаки, словно щит, отражающий тьму. Искры летели во все стороны, освещая арену битвы.

Кайл чувствовал, как ненависть Лакрейна пытается проникнуть в его разум, соблазняя его темными желаниями и страхами. Но он сопротивлялся, черпая силу в своей любви к Астрее, в воспоминаниях о ее улыбке, ее доброте, ее вере в него. Эта любовь была его якорем, не позволяющим ему утонуть в пучине тьмы.

Он нанес ответный удар, отбрасывая Лакрейна назад. В его глазах горел праведный гнев, а в голосе звучала непоколебимая решимость.

– Ты ошибаешься, Лакрейн, – выкрикнул Кайл, – думая, что тьма – это всё, что есть. Ты был ослеплён болью и гневом, забыв о свете, который всегда был в тебе. Астрея верила в ту сторону меня, что была наполнена тьмой, в ту сторону, что тобою стала.

Лакрейн рассмеялся, его смех был полон яда и отчаяния. – Вера? Любовь? Это всё слабость, Кайл! Мир жесток, и только тьма может дать тебе силу, чтобы выжить. Астрея… она была наивной дурой, и её вера погубила её.

Эти слова, словно хлыст, ударили Кайла. Ярость снова вспыхнула в нём, но на этот раз она была направлена не на Лакрейна, а на саму несправедливость мира, на боль, которую он причинял. Он собрал всю свою силу, всю свою любовь и боль и вложил её в один сокрушительный удар.

Меч Кайла засветился ярче солнца, и он обрушил его на Лакрейна. Тёмный меч не выдержал, рассыпавшись на осколки тёмной энергии. Лакрейн отшатнулся, его глаза были полны изумления и ужаса. Свет проникал в него, обжигая, но в то же время освобождая. Кайл видел, как тьма, окутывавшая его брата, начала рассеиваться, обнажая лицо, полное боли и раскаяния.

– Я… я не понимаю, – прошептал Лакрейн, хватаясь за грудь. – Что ты сделал?

– Я напомнил тебе, кто ты есть, – ответил Кайл, опуская меч. – Ты не тьма, Лакрейн. Ты часть меня, что стала новой личностью. В глазах Лакрейна появились слёзы. Тьма отступала, позволяя свету прошлого пробиться сквозь пелену боли.

– Кайл… прости меня, – проговорил Лакрейн, его голос был слабым и дрожащим. – Я был ослеплён ненавистью. Я думал, что только тьма может защитить меня, но я ошибался. Ты был прав… любовь сильнее.

Кайл протянул руку и коснулся щеки Лакрейна. – Я знаю, – сказал он. – Я всегда знал, что ты где-то там, под всей этой тьмой.

Лакрейн слабо улыбнулся, и его тело начало растворяться в свете. – Спасибо, Кайл, – прошептал он. – Спасибо, что освободил меня. Береги Астрею… и живи за нас обоих.

С этими словами Лакрейн исчез, оставив Кайла одного посреди разрушенного царства. Свет вокруг него начал меркнуть, и туман снова начал сгущаться. Кайл знал, что испытание ещё не закончено, но он чувствовал себя сильнее, чем когда-либо. Он победил свою тьму, и теперь ничто не могло его остановить. Туман полностью рассеялся, и перед ним возникла Ирис, она не видела произошедшее, но знала, что испытание окончено.

– Господин, вы успешно справились с испытанием, – сказала Ирис, – теперь вам следует отдохнуть и подготовиться к следующему.

Кайл лишь кивнул в ответ. Он знал, что ждет его впереди, но сейчас он был уверен: он справится с любыми трудностями.

– Но что будет с этим местом? – спросил Кайл, оглядывая преображающееся царство.

– Лишь воспоминание о мире, что когда-то существовал. Как вам уже и сказали, все, кто жил на этой планете, теперь временно проживают в этой башне. Конечно, за исключением грехов, у каждого из которых есть своя башня, и демонов, чьи сердца поглотили грехи. Они живут временно в своих башнях.

– Понимаю, – ответил Кайл, чувствуя тяжесть ответственности за судьбу этих душ.

Ирис и Кайл молча вернулись обратно к двери, которая теперь выглядела не такой пугающей, как прежде. Она открылась, и они оказались в комнате освещенной светом, кровать стала на вид мягче чем та что была у него в комнате и столы и стулья из гнилых деревяшек стали из дерева лучшего качества с мягкой обивкой комната была освещенном мягким золотистым светом.

– Это ваша новая комната отдохните здесь, господин, – сказала Ирис – Вам нужно восстановить силы перед следующим испытанием. Я вернусь за вами, когда придет время.

Кайл вошел в комнату и опустился на кровать. Он чувствовал усталость, но в то же время и прилив сил. Битва с Лакрейном многому его научила. Он понял, что тьма – это не враг, а часть его самого, которую нужно принять и контролировать. И что любовь – это не слабость, а величайшая сила, способная победить даже самые темные силы.