Заключение под стражу

Глава 16: Заключение под стражу

Во второй половине дня, когда Итан уже оправился от ран, в его комнату с грохотом ворвалась группа рыцарей, выбив дверь. Дерево раскололось, и воздух наполнился пылью, стало трудно дышать.

Их доспехи лязгали, когда они приближались, а сапоги оставляли грязные следы на полу. Ведущий рыцарь, суровый мужчина со шрамом на щеке, направил на Итана свой меч. «Убийца, — рявкнул он, — опустись на колени. Тебе предъявлено обвинение в убийстве невинных мирных жителей. Не сопротивляйся!»

Все рыцари обнажили мечи, и кончики клинков зловеще сверкнули. Выражение их лиц было мрачным, как будто он был каким-то ужасным преступником. Итан в замешательстве огляделся. Когда это он убивал мирных жителей? Это полная чушь! Должно быть, здесь какой-то заговор.

Тем не менее на данный момент он подчинился и опустился на землю. Холодный каменный пол давил на его колени, и он чувствовал на себе тяжесть их осуждения. Это были не обычные рыцари — это были охотники высокого уровня, искусные в бою и неумолимые в своём стремлении к справедливости.

Тётя Грета тоже была позади них. Сцена разворачивалась как какой-то запутанный сюжет. Отчаянные мольбы тёти Греты не были услышаны, а рыцари оставались непреклонными. Их холодные взгляды были устремлены на Итана, и он задавался вопросом, как он стал объектом такого гнева.

Странный пояс, который они использовали вместо наручников, озадачил его. Почему не обычные металлические наручники? Но потом он понял — пояс подавлял его способность использовать Ману. Он был полностью обезврежен, бессилен.

Они вытащили его из комнаты, грубый каменный пол царапал его колени. Клетка, в которую они его бросили, была похожа на гроб, железные прутья смыкались вокруг него. Пока они шли по улицам, любопытные зеваки наблюдали за ними, на их лицах читалось восхищение и презрение.

В его сторону летели гнилые помидоры и камни, и каждое попадание было напоминанием о его предполагаемых преступлениях. Итан держал голову опущенной, избегая зрительного контакта, а его мысли метались. Как он здесь оказался? Возможно, из-за своей глупости — ему следовало раньше принять помощь Арии.

Теперь, когда впереди маячила тюрьма, он сожалел об этом решении.

Перед ним возвышалась внушительная тюрьма, её массивные стены простирались во всех направлениях. От одного вида этого места — более 5000 квадратных метров — у него перехватило дыхание. Это была крепость, предназначенная для содержания самых опасных преступников.

Когда Итан вошёл в тюремные ворота, его вещи были быстро конфискованы. Ну, когда он сказал «вещи», он имел в виду свой титановый меч — единственное, что они сочли слишком опасным, чтобы оставить при нём.

По крайней мере, они позволили ему оставить свою одежду; он почти ожидал, что его заставят надеть какую-нибудь колючую тюремную робу.

Но времени на жалобы на гардероб не было. Стражники затолкали его в тёмный подвал, и их смех эхом разнёсся по холодным каменным стенам.

«А теперь гни здесь, мерзкий убийца», — ухмыльнулся один из них, и в его голосе прозвучала злоба. Они наслаждались его несчастьем.

В подвале было совершенно темно, и ничего не было видно. «Так вот как выглядит настоящая тюрьма?» — подумал он.

«Эй, есть кто-нибудь?» — крикнул он, чтобы проверить, есть ли в подвале кто-нибудь, кроме него.

Казалось, что тёмный подвал сжимается вокруг него, пока он кричит в темноту, надеясь на ответ. И он ответил — ядовитым, гневным голосом, который разрезал воздух, как лезвие.

«Эй, ублюдок! Какого чёрта ты кричишь? Мы все здесь, глупая задница. А теперь заткнись, чёрт возьми, или я отправлю тебя прямиком в ад». Слова эхом отразились от каменных стен, и Итан отпрянул, осознав, что он далеко не один.

Это были не просто обычные заключённые; они звучали мерзко и злобно.

Итан огляделся, выискивая укромный уголок подальше от угрожающих голосов. Устроившись поудобнее, он почувствовал облегчение — они пока не пытались сделать с ним ничего забавного.

Но тут его напугал новый голос, на этот раз ближе. «Эй, парень, почему ты здесь? Какое преступление ты совершил?» Вопрос повис в воздухе, заставив его вздрогнуть.

— Кто там?

«Хе-хе, расслабься, парень. Я твой сосед». За смешком последовала жуткая улыбка.

Смех его соседа эхом разнёсся по тёмному подвалу, и Итан прищурился, чтобы разглядеть его лицо. Тощий старик без рубашки, с лицом, изрезанным временем и невзгодами.

— Так скажи мне, — настаивал он, — в чём дело?

Итан поколебался, а затем решил поделиться. «Я убил грабителя, чтобы защитить то, что принадлежит мне. А тебе-то что, старик?»

Его глаза блеснули, и он наклонился ближе. «О, ничего. Но твоя работа была оправданной, в отличие от некоторых отвратительных насильников здесь».

Он указал на других заключённых, чьи тени танцевали на стенах. «Будь с ними осторожен — они настоящие преступники с извращённой моралью. Они даже детей не пощадили в своих гнилых руках. Отвратительно!»

— Я понимаю. Но почему ты здесь, старик? — спросил Итан, желая узнать ответ.

Старик подошёл ближе и зловеще сказал: «Потому что я ел людей!» Он оскалил свои окровавленные зубы.

Откровение старика поразило Итана, как удар под дых. «Потому что я ел людей!» Его окровавленные зубы сверкнули в тусклом свете, и Итан содрогнулся от этой мысли.

— Поедать людей? — заикаясь, спросил он, чувствуя, как у него сводит живот. От одной мысли об этом его чуть не стошнило, но он подавил тошноту.

Всего несколько минут назад Итан думал, что старик, судя по его праведным речам, должен быть кем-то вроде святого, но теперь его истинная сущность раскрылась, когда он источал угрожающую ауру, заставив Итана усомниться во всём, что он о нём думал.

«Хе-хе!» Смех старика действовал Итану на нервы, как будто тот находил его дискомфорт забавным.

Но тут напряжённую тишину нарушил более низкий голос. «Эй, старый пень, почему ты снова смеёшься? Разве ты не хочешь, чтобы здесь было тихо?» В его словах сквозило раздражение.

Его подчинённые заговорили приглушёнными голосами. «Босс, не провоцируй этого старика. Он ведёт себя странно с тех пор, как его сюда перевели. Он действительно жуткий».

Босс вспылил. «Жутко? Жутко, твою мать! Мы теперь будем бояться старика? Мы ещё не настолько низко пали. Старый пень, — прошипел он, — если я когда-нибудь услышу, что ты шумишь, я заставлю тебя замолчать навсегда».

Улыбка старика не угасла, а стала ещё более зловещей. От его ауры у Итана по спине побежали мурашки.

Ночь тянулась, а помощи всё не было. Его грызло сожаление — он должен был принять предложение Арии. Но теперь, сидя в одиночестве в этой камере, он задавался вопросом, придёт ли она когда-нибудь ему на помощь.

Вздохнув, он понял, что гордость сбила его с пути. Возможно, пришло время забыть о гордости и обратиться за помощью даже к самым неожиданным источникам.