Опасные вопросы

Что творилось на Гриффиндоре, когда Невилл Лонгботтом вдруг начал общаться со слизеринцами, лучше и не описывать. Особенно в те моменты, когда он отходил в сторонку с Крэббом и Гойлом и, размахивая руками, что-то пояснял. С Грейнджер и Уизли он поссорился окончательно и только говорил: "Слава Мерлину, я живу с нормальными парнями!" Судя по всему, фразу он подцепил у Дурсля, ну а Финниган с Томасом с большим интересом смотрели разворачивающийся спектакль.

В то время, как мальчишки колошматили набитый песком с опилками мешок, директор слушал рассказ Минервы МакГонаггал.

— Я навестила этот пансион, — сказала она. — Очень достойное место, но... Гарри там нет.

— Как нет?..

— Его куда-то перевели. Врачебная тайна... Я могла бы легилиментить сотрудников, но...

— Не стоит, право. Хм! Не иначе, кузен постарался... — пробормотал Дамблдор и попросил: — Северус, мой мальчик, найди Гарри! Петуния ведь тебя помнит, скажет, куда делся ребенок!

— Петуния и на порог меня не пустит, — ответил тот мрачно.

Ему совершенно не хотелось лезть в чужую жизнь, тем более, Дадли Дурсль, несмотря ни на что, его не раздражал. Бывали ученики и похуже! Этот показывал нормальный средний уровень... а чего еще ожидать от магглорожденного? Вдобавок он был исключительно вежлив, не обижался на злые замечания и низкие оценки, плевать хотел на факультетские баллы, а к неизбежным отработкам относился с философским спокойствием. Правда, как-то спросил, нельзя ли заказать маггловское средство для мытья посуды, потому что оттирать котлы просто так слишком долго, это время можно было бы потратить на что-то более полезное... но спросил явно всерьез, а не в насмешку. Услышал, что зельям с маггловской химией лучше не соприкасаться во избежание неожиданных последствий, понимающе кивнул и продолжил драить лабораторную посуду с абсолютно отсутствующим видом. Он не особенно дружил с однокашниками, зато вдруг спелся с прихвостнями Малфоя и — вот неожиданность! — Лонгботтомом. На прямо заданный вопрос Крэбб с Гойлом честно ответили: ну да, ходим тренироваться, а нельзя разве? Малфой сделал бровки домиком и обиженно сказал, что его приятели занимаются, а ему на них смотреть весело, вот и все! Можно было бы написать Люциусу и спросить, в чем дело, но профессор не стал.

Ну а вообще для гриффиндорца мальчик был очень спокоен и... Снейп не смог подобрать подходящего определения. Дурсль был опасен, вот что пришло ему на ум. Он походил на медведя, обманчиво неповоротливого и добродушного. Но вот дразнить медведя не следует: огромный и вроде бы медлительный зверь может догнать лошадь, свалить дерево... Не стоит с ним связываться.

— Ты лучше знаешь маггловский мир, вот и поищи. А я поговорю с мальчиком, — сказал Дамблдор, прервав его мысли, и Снейп молча кивнул...

...Дадли, явившись по директорскому вызову, которого ожидал уже давно, встал навытяжку, скосил глаза к носу и отрапортовал:

— Студент Дурсль по вашему приказанию явился, сэр!

— Присаживайся, — сказал директор. — Чашечку чая с лимонными дольками?

— Прошу извинить, мне нельзя сладкого, сэр! Инсулинонезависимый диабет, сэр, думаю, вы понимаете, что это такое, — коварно ответил Дадли и залюбовался выражением лица директора.

Врал он, по выражению Вернона, как дышал. А поскольку, по выражению того же Вернона, перед лицом начальства надлежит иметь вид лихой и малость придурковатый, то Дадли решил прикинуться солдафоном, но проявлять при этом свойственную солдатам смекалку. А лихости ему и так было не занимать.

— Ну, просто чайку... — переварил фразу Дамблдор.

— Благодарю, не стоит, на ночь мне нельзя пить чай, он давление повышает, — выдал Дурсль. — Разрешите уточнить, по какому поводу я получил вызов от вас, сэр? Я нарушил какое-то правило, сэр?

— Ну что ты, мой мальчик! Просто я хотел поговорить с тобой, но дел у меня столько, что случай представился только теперь. Ничего, если я украду четверть часа твоего сна?

— Сэр, — с достоинством сказал Дадли, — я ложусь ровно в полночь и встаю в шесть утра. Можете украсть хоть целый час... сэр!

— А почему ты меня так называешь?

— Привычка, сэр. Из прежней школы и скаутских лагерей. Но если вам угодно, я буду называть вас господином директором.

— Называй, как тебе удобнее, я просто поинтересовался, — засмеялся Дамблдор. Напротив него сидел рослый, широкоплечий, коротко стриженный мальчишка с тяжелым взглядом. Никакого шрама на лбу не наблюдалось. — Как тебе в школе?

— Забавно, сэр, — ответил тот, — все эти призраки, полтергейст... кстати, вы не знаете, отчего он так боится моей палочки? Она, конечно, странная, но все же от других он не шарахается.

— А что у тебя за палочка? Какой материал? — заинтересовался директор.

— Композит. Терновник для корпуса и мореный дуб для рукояти, отделка из слоновой кости, сердцевина из волоса кентавра.

— Можно взглянуть?

— Пожалуйста, сэр, — Дадли подал палочку на вытянутых руках, но Дамблдор ее не коснулся, а посмотрел с некоторым подозрением. — Мастер Олливандер сказал, она подержанная. А кому принадлежала, он не знал. Или не захотел говорить.

— Тяжелая вещь для мальчика твоего возраста...

— Это верно, сэр, увесистая и норовистая. Но я ведь вырасту и подучусь тому-этому, — прищурился мальчик и вдруг перешел в атаку: — Сэр, время позднее, может, перейдем к делу? Вы наверняка хотели спросить про Гарри, так?

— Именно, — кивнул тот. — Мы... гм... искали его, но...

— Я сообщил родителям, — предвосхитил вопрос Дадли, — и его перевели в другую клинику. А насчёт остального... у него синдром Дауна. И я не хочу, чтобы на моего кузена, который только-только научился не писаться в штаны, смотрели посторонние люди. Извините, сэр, это больная тема в нашей семье.

— Да, но... — начал было Дамблдор, но ученик снова перебил:

— Оставьте Гарри в покое, пожалуйста, сэр. Не трогайте нашу семью. Я обязан отучиться — и я это сделаю, но на моем кузене опытов ставить не будут!

— С чего ты взял такое? — поразился Дамблдор.

— Слухи ходят, сэр, — туманно ответил Дадли. — Что и с Лонгботтомами работали, и Гарри хотят привлечь... не выйдет, вот что.

Директор часто заморгал. Об опытах он не слыхал, но если Отдел тайн тайно, тьфу ты...

— Ну что ты, мы просто хотели удостовериться, что твоему кузену хорошо, — улыбнулся он.

— Ему хорошо, сэр, — ответил мальчик, — насколько вообще может быть хорошо при таком диагнозе.

— Спасибо, Дадли, тебе пора в гостиную, не то мистер Филч тебя непременно оштрафует!

— Благодарю, сэр! — ответил Дурсль и ушёл, посмеиваясь: после стычки с Мерри миссис Норрис не очень-то задиралась и не спешила за завхозом. Мерри была крупнее, злее, моложе и отвоевывала себе территорию, так что с ней следовало считаться...

— Что ж делать-то? — спросил он сам себя и задумался.