Свет родной земли

Кью понемногу приходил в себя. Тяжело, его всё ещё давили камни. Первая возникшая в голове существа мысль была о том, цел ли ключ. Ключ!

Метеор стал вертеться, брыкаться, силясь скинуть с себя обломки и выбраться из-под завалов, и в итоге ему это удалось. Сначала он не заметил на себе сумки и жутко запаниковал, но быстро успокоился, всё же увидев её на месте, и с облегчением выдохнул. Но после снова напрягся, решив, что стеклянный шар мог не перенести последних событий.

Создание залезло в сумку, нащупало ключ. Целый. Оно снова тихо выдохнуло, окончательно расслабляясь, и наконец подняло взгляд.

Глазам Кью предстала пара высоких гор, нижняя была плато. Они были частью хребта, по которому тянулась тропа на вершину второй горы. Матушка должна быть там.

Метеор почти у цели, нужно двигаться вперёд. Покровительница просила его сохранять осторожность и не торопиться, но он предпочёл не медлить - мало ли, угорь очнётся или это место окажется гнездом каменных монстров.

Подгоняемое слабым ветром в спину, существо направилось вперёд, в сторону горы.

Это место было ещё более пустым, чем те, которые оно проходило раньше, - здесь не было даже руин, только редкие каменные плиты, создававшие впечатление, будто то кладбище продолжилось здесь.

На горизонте Кью приметил небольшое сооружение. Посещение его не сильно бы сбило создание с курса к тропе, потому оно решило туда заглянуть.

Где-то на полпути существо заметило, что хруст снега немного изменился. Оно опустило взгляд под ноги и ничего не увидело. Но спустя секунду у метеора перехватило дыхание от ужаса: он всё же различил в снегу каменные фрагменты, до неприятного похожие на детали птиц.

Ветер вдруг усилился, принеся с собой снежную бурю, создание чуть не потеряло равновесие. Силуэт башенки теперь стал едва различим, и Кью ускорил шаг, опасаясь, что скоро вообще не сможет его разглядеть.

Оказавшись на довольно небольшом расстоянии от строения, он стал рассматривать его и с удивлением обнаружил, что оно целое. Ни кирпичика не выпало с закруглённой стены, ни трещинки не пробежало по ней. На фоне тех руин, что встречались созданию на пути, башня казалась священной, неприкосновенной.

Метеор обошёл здание вокруг и, толкнув обнаруженную тяжёлую дверь, зашёл внутрь. Стены башни, не превышавшие пяти метров в высоту, были сплошь покрыты иллюстрациями. Они были одновременно похожи на те, что явно рисовала Матушка, и другие, что были в другой башне, которую посещало существо. Состоящие из плавных, но уверенных линий, изображения пестрили деталями, чего нельзя было сказать про иллюстрации в колокольне.

Наконец Кью обратил внимание на содержание иллюстраций.

На стенах строения были изображены широкие поля, окружённые высокими лесами, небо над которыми вместо звёзд заполняло множество небольших светил, за полями раскинулись городки, забитые низенькими прямоугольными домиками. В центре одного из городков площадь, на которой были запечатлены метеоры. Нет, это не они. Те же высокие вытянутые тельца, уши, хвосты, но у этих созданий были руки, волосы были длинней, и от их голов и, видимо, самоцветов исходил тусклый свет. Эти существа были похожи на метеоров, но явно превосходили их.

А напротив этой иллюстрации была другая, не изображавшая пейзажи, а будто являвшаяся портретом. Трон, на нём сидит одно из тех созданий, отличавшееся от остальных множеством хвостов и тремя парами рук, две из которых были сложены на груди и уровне живота, а третья уложена на подлокотники. У него были достаточно длинные непослушные кудрявые волосы, глаза прикрыты, выражая непоколебимое умиротворение.

Хоть это не было похоже на его другие изображения, метеор узнал в нём Зета. Он... Нарисовал это сам? Могло ли это быть его мечтой, тем, к чему он стремился? Если и так, он уже давно сбился с пути. И почему-то Кью всё равно было в какой-то степени его жаль.

Краем глаза он заметил единственный иероглиф, произнести который не смог, но понял, что тот используется для обозначения обратного движения. Не совсем поняв, какое это может иметь отношение к иллюстрациям, существо не придало этому особого значения.

Ветер за стенами башни потихоньку набирает силу, а значит, пора идти дальше, иначе шансов в ближайшее время добраться до колокольни у него не будет.

Метеор выскочил из здания и тут же чуть не оказался снова внутри, едва не прибитый дверью. Кое-как выбравшись из строения, он поплёлся дальше, ориентируясь на оставшуюся позади башню.

По пути существо несколько раз чуть не сбилось с курса, ведь было уверенно, что пошло левее изначального маршрута, но в конце концов оно всё же добралось до начала тропы - деревянных ступеней. Они сильно выбивались из общей картины и поначалу ввели Кью в ступор, а затем в ужас. Лестница выглядела хрупкой, хлипко держащейся на ограниченном количестве креплений, в лучшем случае прикрученных к отвесной скале, в худшем - приклеенным к ней, давно прогнившей и в общем совсем ненадёжной. Как её ещё не снесло бурей? У неё даже никакого элементарного ограждения не было.

Несколько секунд создание стояло перед лестницей в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу, но, оглядевшись, решило, что поиск иных путей мог занять у него слишком много времени и, мысленно повторив молитву, с которой переносилось в колокольню, сделало первый шаг.

Каждая деревянная ступень отзывалась протяжным скрипом, а некоторые приправляли его ненадёжным хрустом, от каждого из которых у метеора самоцвет в пятки уходил, но на удивление его нога так ни разу и не осталась без опоры под собой. Ветер впечатывал метеора в ледяную каменную поверхность, а иногда едва не сдувал его назад. Всё-таки, издалека лестница выглядела чуть более надёжной.

Ход времени был неуловим, потому было трудно сказать, сколько существо так шло, несколько минут или всё же часов, когда оно, оказавшись на приличной высоте, упёрлось в тупик - как Кью и ожидал, всё же какую-то часть лестница унесло. Разворачиваться и ползти обратно желания особого не было.

Присмотревшись, создание заметило, что на месте тупика лестница всего на полметра поднималась над какой-то будто даже более надёжной поверхностью. Может, всё-таки отсюда оно сможет выйти к ступеням выше или найти обходной путь? Метеор тихо вздохнул, всё больше поражаясь своей беспечности и наивности, и спрыгнул с лестницы.

С каждым шагом он всё меньше сомневался в правильности своего решения, повинуясь призрачному ощущению, будто спонтанность должна не погубить все его планы, а наоборот, помочь поскорее их осуществить. Скоро существо заметило лежащие на снегу разбитые в щепки доски, очевидно, некогда являвшиеся утраченным фрагментом лестницы. А ещё через некоторое время нарисовался горизонт. Путём несложных размышлений Кью пришёл к выводу, что смог выйти на плато.

Приглядевшись, он заметил недалеко от себя почти заметённую снегом тропинку, на которой оказался в следующую же секунду и по которой продолжил свой путь. Тропа вывела его к другой лестнице, вырубленной в горе, к которой прилегало плато. Это уже внушало бо́льшую надежду. По всей лестнице были разбросаны покосившиеся каменные плиты, которые невообразимым образом всё же подавили надежду существа, сменив её какой-то тревогой.

И не зря - за спиной Кью вдруг раздался рокот каменного угря. В следующую секунду существо уже неслось вверх по лестнице навстречу ледяному ветру. Судя по ставшему громче рокотанию, угорь был не один.

И вот создание попало в поле зрения каменной твари, красный прожектор замигал, и вдруг оно шмыгнуло под ближайшую каменную плиту. Мигание прекратилось, угорь стал озираться в поисках притихшей жертвы. Не теряя время зря, пока тот ищет его ниже по лестнице, метеор рванул вперёд к следующему укрытию, подгоняемый приближающимся китоподобным монстром.

Но как бы существо не спешило, он заметил его и с громким рыком приготовился впечатать его в лестницу. Оно чудом успело отскочить за плиту, после ощутив сильную дрожь камня под ногами, сопровождаемую характерным грохотом. Настало затишье. Похоже, монстр его потерял.

Медленно, перебежками от плиты к плите, от укрытия к укрытию Кью добрался до вершины горы. Здесь не было метели, того шквалистого ветра, даже небо было светлей. И храм на горизонте. Тот самый храм, в который он переносился разумом. Храм, в котором заключена Матушка. От которого у него есть ключ. Пройти каких-то сто метром по почти ровной поверхности, и он окажется у самой цели.

Матушка стояла по центру колокольни, подняв голову ко своду. Тихо напевая незамысловатую мелодию, она неспеша выводила удерживаемой невидимой силой кистью простые линии, которые составляли очередное пророчество.

Пока всё хорошо. Покровительница видит, что Кью спасся от каменного угря, которого сам пробудил, что он поднялся по деревянной лестнице, что преодолел плато и уже поднялся к храму. Он... Всё же поспешил, ослушавшись Матушку, но она не злилась. Правда, где-то внутри у неё сидела нарастающая тревога

И вдруг эта тревога нашла свой отклик в пророчестве, повергнув покровительницу в ужас. Кисть со стеклянным звоном упала и покатилась по полу, оставляя за собой золотой переливающийся след. Матушка не верила в это, просто отказывалась верить. И могла только злиться на себя, потому что была в этой ситуации абсолютно бессильна. Счёт идёт на секунды. Кью не успеет.

Торжествуя, метеор поспешил к храму. Уже с этого расстояния он видел тяжёлые высокие двери, а немного приблизившись, различил и полусферическое отверстие на стыке дверей. Через некоторое время Кью смог разглядеть и символы на ободе отверстия под стеклянный ключ.

Существо стремительно приближалось. Двадцать метров, шестнадцать, десять... Оно ускорилось и вдруг краем глаза заметило какое-то движение.

Метеор не успел повернуть головы, как ощутил мощный толчок в грудь, отозвавшийся зверской болью, и оторвался от земли. Он приземлился спиной на крупный камень и, утягиваемый инерцией, съехал с него, протащившись ещё несколько метров по снегу. Треск! - изумруд, не выдержал столкновения с камнем, разлетелся. В глазах стремительно темнело, сознание быстро покинуло существо.

Когда оно вернулось, Кью уже не чувствовал своего тела, но ощущал нечто подобное стремительному полёту. Вслед за сознанием вернулось зрение, и он чуть не ослеп - вокруг него быстро кружились белые огоньки. Спустя несколько секунд они вдруг пропали, и метеор смог различить далеко внизу поля, покрытые белоснежной травой и редкими искроцветами. Скоро они пропали, сменяясь высоким лесом, испещрёнными сетью ручейков золотого света. Но скоро и лес исчез, уступив место городкам.

Пёстрые низенькие домики, аккуратные узкие улочки вдруг сменились большой площадью в центре городка. Вдруг Кью направился именно к ней и с грохотом приземлился, едва не потеряв сознание снова.

Снова вспыхнул ослепительный свет, заставив создание зажмуриться и закрыться от него руками. Руки!

Оно снова распахнуло глаза и уставилось на свои тоненькие ручки. Разглядывая их, Кью даже не заметил, как к нему подошёл другой метеор, на которого тот даже внимания не обратил. Поражённое своей догадкой, существо схватилось за головой. Волосы! Длинные, прямые, спутанные волосы! Которые будет проще срезать, чем попытаться расчесать...

Наконец, существо подняло голову и посмотрело на подобное себе создание.

– Привет, – оно село рядом с Кью.

Кью отодвинулся, глядя на него с недоверием.

– Кто ты? Где мы находимся? – сразу спросил он, хотя на первый вопрос ответ уже знал.

– Я - Огма, звезда. А ты, наверное, Алькор, – незамедлительно ответило создание.

Повисло молчание. Видимо, на второй, более интересующий Кью вопрос ответа не последует.

– Алькор? – он немного сменил курс допроса.

– Да. Тебе, наверное, пока более привычно имя Кью. Вернее, номер, – Огма усмехнулся. Или усмехнулась? Существо пока не могло с уверенностью определить пол звезды, да и пока не видело в этом особой нужды. На последовавший немой вопрос Кью создание ответило без задержки, – Особенных звёзд, сумевших приземлиться в Харсартсе, можно было пересчитать по пальцам, потому их Матушка назвала по буквам местного алфавита, от «эй» до «зет»...

Дальше Алькор слушать не стал, погрузившись в размышления. Речь Огмы звучала заученной, будто звезде пришлось рассказывать это далеко не первый раз.

– Я... Я ведь не последний, да? – перебил создание Кью, – Там ведь остался ещё хоть кто-то, правда? – в его голосе слышалось отчаяние.

«Кто-то должен помочь Матушке, раз я не смог,» – думал Алькор.

– Ну, да, ты не последний, – после короткой паузы ответила звезда, – В Харсартсе остался ещё Мицар.

В глазах Кью загорелась надежда, но она очень быстро угасла.

– Хотя тебе было бы привычнее назвать это Зетом. Боюсь, вернётся он нескоро...