Глава 5.0

– … в общем, мы имеем полученный результат, – закончил Кощей свою пространную речь, и не менее длинные изъяснения. Соня, сквозь сон ощутив как Гриша нервно дёргается, отчаянно пытаясь её разбудить, всё-таки открыла свои глаза.

– Солнце садится, – сообщила девушка, протирая глаза кулаками.

Для парня это был своеобразный сигнал – пора. Скоро, скоро эти тёмные твари-существа активизируются.

Кощей тоже направился к берегу озера вместе с ними, предварительно сняв со своей волшебной палочки пароль, не желая бросать двух своих лучших студентов в беде.

***

Озеро было бы даже красивым, если не плавающие в нём мертвецы. Соня, хотевшая прежде немного погулять по камням, теперь держалась ближе к Григорию. Вода показала им близкий труп, лежавший лицом кверху несколькими сантиметрам ниже поверхности озера. Открытые глаза мертве­ца застилала белизна, как будто их опутала паутина, волосы и одежда обвивали его, подобно дыму. Кощеевич-младший даже бы полюбовался своеобразной красотой, если бы хорошо не понимал одну простую вещь – скоро, как только на небо выплывёт луна и покажутся первые звёзды, зомби оживут, наполняясь до краев мёртвой магией, что пойдёт от земли, и начнут выползать на берег.

Кощей, даже не скрывая брезгливого выражения лица, отошёл от кромки воды и витиевато выругался вслух, поминая родню от корней, и заканчивая «каким-то там» по счёту коленом. Потом ойкнул, закрыв губы ладонями, и оглянулся на Гришу и Соню, которые, в свою очередь, сделали вид – что ничего на самом деле не услышали и всё пропустили. С некоторым облегчением Бессмертный выдохнул.

– Ну тут и грязь! – более-менее цензурно выразился мужчина, с трудом отыскав в себе выражение, – Они вообще, что ли, не чистили?

– Они не умеют, – буднично проговорила Соня, и тут же испугано зажала рот руками. Но слово – не воробей, вылетит – не поймаешь, и Кощей просто в упор уставился на брюнетку. Та смутилась.

– Опять! – со вздохом проговорил директор Дивногорья, – Соня, ну сколько можно вмешиваться?! Это же ЧУЖИЕ СНЫ! Чужая память!

– Я не виновата, – жалобно проговорила девушка, опуская голову к низу, – Что просто собирала информацию!

Кощей недовольно ворчал на её счёт ещё некоторое время, но затем стих. В информации они тут нуждались, да ещё как! Тем временем, солнце упрямо закатывалось за линию горизонта, золотя напоследок горы, и отдавая округе свои последние солнечные лучи на сегодня.

А ночь уже наползала… Медленно – но верно, темнота шла по пятам, скрывая все недостатки прожитого дня в непроглядной ночной тьме.

Озеро начало волноваться…

***

Кощей, Григорий и Соня выбрали место повыше. Сегодня им предстояло пока только изучить природу этого странного явления зомби из воды, совсем для них не типичного (если это, конечно, не крупное кораблекрушение). Хотя в такой «луже» плавать на приличной лодке затруднительно. Ещё нужно определить «источник», который не даёт успокаиваться мертвецам-зомби. Территориально, это точно где-то в озере и на земле… но на более длинные и заумные мысли времени не оставалось – вода бурлила, будто бы кипела. Это значит, что самые первые волны тёмной магии достигли мёртвых, и они обрели первые силы – первое зловонное дыхание ночи. И повсюду, куда ни взгляни, из тёмной воды медленно поднимались неестественно бе­лые головы и руки: Мужчины, женщины и дети с вва­лившимися, незрячими глазами приближались – армия мертвецов, восставших из чёрных глубин. Запах воды смешивался с приторным запахом тления и гниения человеческой плоти.

Зомби не сводили с их компании пустых, матовых глаз; пропитанные водой от­репья и остатки одежд волоклись за ними, запавшие рты плотоядно щерились. Они очень медленно выползали из озёрной воды на сухой берег, на землю, каждую минуту обретая всё новые и новые силы.

Соня старательно начертила на камне нужные символы которые бы огородили их от зомби. Кощей, подумав, кое-что добавил от себя, плюс вдобавок сделал вокруг камня опоясывающий круг. Григорий уже мчался к мертвецам с тускло мерцающей косой наперевес, тоже собираясь проконтролировать уничтожение самых первых мертвецов из всех.

Как и всегда – с одного удара. Вот только те не рассыпались в прах как обычно и бывало, а упали серо-белой грязной жижей. Откровенно – зрелище было не из приятных, и гораздо больше внушало отвращение, чем обычное уничтожение ходящих гундосящих и слабо стонущих мертвецов, которые падали пеплом и пылью. Соня, тем временем, заставила с помощью своих сил второй ряд уже более осознанных мертвецов повернуть обратно к воде. Возникла удачная всем неразбериха.

– Ищите артефакты! – приказал им Кощей, и девочка с мальчиком кинулись в рассыпную. Гриша махал косой направо и налево, и волей-неволей зомби в большинстве своём кинулись преследовать именно его.

А Соня искала…

Соня упорно искала источник излучения мёртвой магии.

***

– Соня! – отчаянно завопил Гриша, уже с трудом сдерживая поток и напор мертвецов.

– Ищу! – отозвалась спокойно брюнетка. – Нашла! – торжествующе воскликнула она наконец-то определяя злосчастное место. И принялась быстро-быстро рыть землю.

– Сонь! Заклятие! – напомнил ей криком Кощей, который в этот раз помогал парню отодвигать и уничтожать бредущую куда глаза глядят мёртвую нечисть.

– Твою… сейчас! – один жест, и из земли вырвалось нечто непонятной формы, тщательно просыпанное землёй, и потревоженное червями и личинками. Соня была не из брезгливых – сновидения бывают всякие, в том числе и очень… извращённые, и быстро начала приводить предмет в порядок, отряхивая от налипшей земли и выскабливая пальцами червей. Вскоре нечто обрело форму, и стало явно женскими жёлтым черепом. – Тут череп! – крикнула она, стряхивая с него последнюю личинку.

– Тащи! – проорал Гриша, в итоге вместе с Кощеем отступая и вскакивая на относительно защищённый камень. – Быстрее!

Соня, крепко держа череп в руке, опрометью кинулась к камню, на пути заставляя мертвецов резко передумать о решении напасть на неё. Несмотря на свои обширные знания о некромагии, та была лишь «прикладным» искусством в её деятельности – спецом по праву считался Гриша. И именно он должен был решать судьбу извлечённой из земли кости.

Кощей протянул ей руку, и Соня крепко ухватилась за его протянутую ладонь. Мужчина поднял её на камень, и только здесь она относительно перевела дух. Гриша тут же принялся рассматривать череп что она принесла, а зомби продолжили свой дальнейший бесполезный путь, даже не пытаясь прорваться к камню, а старательно обходя его. Но всё равно зрелище было жуткое – они стояли на этом островке будто на скале посреди бушующего моря. Поток мертвяков не иссякал…

Григорий только присвистнул, разглядывая принесённую «черепушку»:

– Женская. Череп женщины, рожающей мёртвого ребёнка. Сильная и дорогая штука.

– Уничтожай, – проговорил Кощей, глядя на кость со смесью омерзения и жалости. – Неприятности нам не нужны. Особенно здесь, с чужими.

Гриша, как раз-таки наоборот хотевший оставить трофей себе, вздохнул, поняв что спорить с директором-отцом бесполезно, и направил поток уничтожающей энергии в руку, сжимающую кость. Та громко треснула и осыпалась прахом. С явным сожалением мальчик перевернул ладонь и дал праху улететь с руки от порыва ночного ветра.

– Так-то, – назидательно проговорил мужчина. Бессмертник-младший только с грустью посмотрел на него, но ничего не сказал.

***

Всё закончилось перед рассветом. Луна успела уйти, и слепо мечущиеся мертвецы, чуя постепенный приход утра, потянулись обратно в воду. За несколько минут до рассвета их нестройные ряды снова очутились в воде.

Соня уютно задремала на Гришиных руках, так как Спящая Царевна восстанавливала во сне все силы. Сам парень клевал носом, но всё время спохватывался и просыпался. Кощею вообще была неведома усталость, и он просто весь остаток ночи просидел рядом со своими сонными студентами.

Он-то их и пробудил, веля идти и досыпать, так как им предстояли ещё сегодня и обычные занятия.

***

В этот раз Григория разбудила сама Соня, уже тщательно собравшаяся и приодевшаяся. Царевна выбрала для первого дня нежно-фиолетовое платье, и нитку чёрного жемчуга, подарок ей от Гриши на День Рождения. Сзади висел рюкзак.

Гриша обречённо кивнул, и после того, как оделся сам и взял учебники, они вместе с девушкой покинули свои комнаты, направляясь на завтрак.

***

Там они сели за первый попавшийся стол, и тут обнаружили что это стол колледжа Гриффиндор – ведь следом за ними пришла вчерашняя староста, Гермиона. Рядом с ней маялся рыжий и долговязый подросток, который громко жаловался на расписание. Гриша решил тоже посмотреть его, и понял, что это расписание кардинально отличается от их – здесь и предметов было меньше. История магии, сдвоенное зельеварение, прорицания и сдвоенная защита от Тёмных искусств не показались пареньку таким уж большим испытанием. Соня вообще посмеялась над предметом – и зачем тут здешние маги практикуют прорицания, когда лишь один процент имеет настоящие способности к вещим снам, гаданиям и гороскопам?

Взявшись за руки, они пошли на урок Истории магии. Он, опять же, оказался у них с львиным факультетом.

***

История магии была, по общему мнению, самым скучным предметом из всех, что когда-либо преподавались в мире волшебников – так рассказал им Дин Томас. Профессор Бинс, учитель-­призрак, вообще вдохновил Соню, и она серьёзно задумалась о том чтобы рассказать Арчи и Марлен, их призраку Дивногорьского замка, что здесь тоже обитают его «коллеги», да ещё и очень большом количестве, и, вдобавок, они ещё и преподают.

Соня от монотонного профессорского голоса моментально заснула, даже не попытавшись вникнуть в его речь, а Гриша терпеливо записывал факты и цифры. Предмет был довольно интересен, хоть и преподавание его далеко не блистало. Задние ряды веселились и преспокойно играли в «виселицу» на уголках пергамента, а передние дремали или просто тупо пялились в пространство.

Затем наступило время зелий.

***

Зелья вёл приятный толстый мужчина с поистине роскошными усами, чем-то отдалённо похожими на моржовые. Его звали Гораций Слизнорт, который радостно поприветствовал новичков за столом.

Зелья студенты знали если не идеально, то просто потрясающе, так как постоянно прибегали к их помощи, а тут волей-неволей научишься всему – то сам где-то на перемене поцарапаешься, то «подгоришь» на уроке магического домоводства, то попадешь под действие замораживающей магии Алёны, то чего-то резко заболит… Так что зелья на «отлично» знала даже неуёмная Варвара Краса-Длинная Коса. Один из основных предметов. Гриша отлично знал к тому же как готовить и по-настоящему опасные зелья и яды.

Соня безошибочно наизусть отбарабанила рецепт зелья удачи у доски, а Гриша с удовольствием поделился с профессором тремя вариациями фирменного «настоя напитка Живой смерти», так как мертвяков можно было уничтожить не только его косой, и он тоже прибегал к специфическим зельям. Остальные же студенты дружно провалили урок, так как зелье ни у кого не было «готовым» по-настоящему. Но двое дивногорских студентов твёрдо знали – что одно чёткое следование рецепту на доске не даёт гарантии того, что ты идеально его сваришь. Нужно твёрдо знать и основы, и компоненты, и дозы, а ещё – взаимодействие тех или иных элементов друг с другом.

Самой удручённой из всех выглядела староста. Гермиона решительно не понимала, почему двое студентов не смотрят в учебник вообще. Её зелье тоже застыло на половинчатой стадии.

На прорицаниях Соня пришла в полнейший шок.

Мало того – женщина точно плохо владела своим предметом, к тому же девочка решительно пару раз её поправляла. Да ещё от Трелони пахло знакомым всем «фирменным» алкоголем. Гриша метко определил, что пьёт прорицательница исключительно неразбавленный бренди.

– Гриш, – брюнетка после урока выглядела недовольной, – Ну как так?! – всплеснула она руками. – Ничего не знает, а преподает!

– Сонь, успокойся, – сказал парень успокоенно, беря у неё из рук тяжёлый портфель, – Это же твоя специфика, а эту «красотку стрекозу» тут явно держат из жалости.

Только после этих слов царевна успокоилась, а затем их догнала Гермиона, и полно рассказала о прошлогодней травле всех преподавателей Министерством, и то, что учительницу инспектор довела до алкоголизма. Директор пытался после лечить её, но тщетно. Держали Трелони действительно только лишь из жалости – так точно подтвердились Гришины слова.

Потом краткий обед, и снова на уроки – теперь уже на защиту от тёмных искусств, которую большая часть народа уже боялась как огня. И всё из-за преподавателя…

***

А его стоило бояться.

Из классной комнаты вышел Северус Снейп – изжёлта-бледное лицо обрамлёно сальными чёрными во­лосами. Толпа, весело гомонившая в коридоре, перед дверью моментально затихла.

– В класс! – приказал Снейп.

Перешагнув порог, Гриша осмотрелся. В комна­те было темнее, чем обычно, потому что занавески на окнах были задёрнуты и класс освещался лишь свеча­ми. На стенах красовались новые картины, в основ­ном изображавшие людей в мучениях, со страшны­ми ранами или невероятно искажёнными частями тела. Ученики рассаживались молча, нервно огля­дываясь на зловещие картины.

Соня тут же поняла, чем может покараться её внезапный сон, и пыталась отчаянно держаться.

– Пока что просто послушайте меня. И попро­шу не отвлекаться. – Излишне предостерёг преподаватель. – Тёмные искусства, – говорил Снейп, – Многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними – всё равно что сражаться с мно­гоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову – на её месте тут же вырастает новая, ещё более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно… Следовательно, ваша защита, – чуть громче продолжал Снейп, – Должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те Искусства, которые вы тщитесь одолеть. Эти картины, – он на ходу махнул рукой в их сторону, – Дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия «Круциатус» (он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли), испытав­шим поцелуй дементора (на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами) или спровоцировавшим нападение инфернала (кровавая каша на земле).

Гриша едва успел спрятать свою улыбку. Ну они что – совсем идиоты что ли? Доводить зомби «до ручки» может только чистой воды самоубийца. Умный давно бы убежал… или нашёл в кармане зажигалку. Эти существа ненавидят ещё и огонь, но огненная магия – затратная по энергии. Единственные, кто не боятся этих существ – это такие как они с Соней. Кстати, Соню он постоянно будил тем, что наступал ей каблуком ботинка по ноге, когда девчонка упрямо пыталась повесить голову и заснуть.

– … полагаю, вы абсолютно незнакомы с невер­бальными заклинаниями. В чём состоит преимущес­тво невербальных заклинаний?

Тут же в воздух взметнулись три руки – Сони, Гриши и Гермионы. Снейп не торопясь оглядел класс, убедился, что больше выбора у него нет, и сказал отрывисто:

– Очень хорошо. Мистер Кощей!

Гриша встал, и проговорил:

– Противник не знает заранее, какое именно заклинание или проклятие вы собираетесь осуществить, – сказал парень. – Это даёт вам преимущес­тво во времени и более сильную манёвренность в действии или противодействии.

– Хорошо. – Скупо принял ответ профессор. – Вы правы в своём ответе. Сейчас, вы разделитесь на пары. Один партнёр попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, отвести от себя порчу. Приступайте.

Учитывая, что и Соня, и Гриша умели это с довольно юного возраста, так как Кощей не терпел чересчур громких голосов, да и считал выкрикивание заклинаний глупым, поэтому все учились «невербалике» сразу.

Снейп особо на них даже не обратил внимание, в основном едко комментируя действия гриффиндорцев, в особенности Рональда Уизли. Парень просто полыхал праведным гневом, хотя Гриша подумал что придирки Северуса Снейпа вполне даже справедливы. Так что задание было даже лёгким для них.

После окончания последнего урока ребята почти сразу пошли спать. Пара-тройка часов здорового сна им точно перед рабочей ночью не помешает…