Глава 30.0

Глава 30

Рин-тян проявила больший интерес, чем я ожидал, поэтому я рассказал ей всё, что знал.

— Работа тяжёлая, но у членов оргкомитета спортивного фестиваля есть определённые полномочия. Не знаю, как лучше выразиться, но иногда наши предложения могут реально воплощаться.

— Что это значит?

— Как я уже говорил, мы можем провести соревнование, предложенное членом комитета, или пересмотреть прошлогоднее мероприятие и скорректировать баллы.

— Скорректировать баллы?

— Например, если за эстафету дают слишком много очков, можно часть перенести на другое, менее популярное соревнование.

— Понятно!

Конечно, без одобрения большинства такие изменения невозможны, но, что интересно, система баллов менялась каждый год.

— Думаю, это специально оставлено на усмотрение учеников, чтобы они сами решали.

Что ж, не поэтому ли она хочет в комитет?

Мы только что об этом говорили, но я уже начал это чувствовать.

— Когда я это услышала, то поняла, что могу многое сделать. Я не против быть занятой, если это принесёт результат!

— Да, возможно, твой класс скоро определится с комитетом. Когда тебя назначат, мы встретимся и обсудим детали. Настоящая работа начнётся после экзаменов. Если начать собрания до экзаменов, когда все и так загружены, это гарантированный провал.

Когда я подумал об этом... Даже несмотря на то, что старосту постоянно вызывали на собрания и она была активна в кружке, она всегда блестяще сдавала экзамены.

Откуда у неё столько сил и такта?

— Приятно узнавать новое! Я взбодрилась, так что теперь займусь заданием!

— Ладно.

Наблюдая, как Рин-тян с энтузиазмом берётся за уроки, я ещё раз просмотрел её проверочную работу.

У неё красивый почерк, и ей удалось безупречно записать все уравнения по естественным наукам.

Я слышал, что если ученик чувствует, что хорошо справился с тестом, это может дать резкий толчок вперёд. Думаю, Рин-тян как раз из таких.

— Почему ты так серьёзно смотришь?

— Просто чем больше смотрю, тем совершеннее работа. У тебя красивый почерк, куда лучше моего.

— Правда? Мне стыдно, когда ты так хвалишь.

— Нет, это я понял, что мне тоже стоит поработать над своим почерком.

Мой почерк неряшлив, и я слишком сильно давил на ручку, отчего бумага пачкалась и выглядела ещё хуже. Некоторые говорили, что мои буквы похожи на утиные лапки, так что эту область хотелось бы улучшить.

— Правда? А мне твой почерк нравится. И я легко его читаю!

— Звучит как комплимент, но в моём случае это скорее недостаток...

— Главное, что он разборчив, верно?

— Ха-ха, не ожидал от тебя такой снисходительности.

— Я всегда знала, что Онии-сан специально старался писать для меня понятно. То, что ты мне объяснял, естественно откладывалось в голове.

«......»

Когда она сказала это с улыбкой, я почувствовал, что мне и не нужно его исправлять... или, скорее, что мне уже не удастся его исправить... Рин-тян, ты тот человек, который развращает других.

— Если ты так говоришь, я его никогда не исправлю.

— Точно так же, как Онии-сан всегда принимал меня, я принимаю тебя всего. Теперь понимаешь, почему я так сказала?

— Да, понимаю.

Однако в данном случае это потому, что в Рин-тян действительно нечего отвергать, вот я и отношусь к ней положительно. В то время как мой собственный неаккуратный почерк может вызывать дискомфорт у тех, кто его читает.

Если бы она сказала: «Я расстанусь с тобой, если не исправишь почерк», — я бы точно взялся за ум. Это уж точно.

— Если давать совет, тебе стоит ослабить нажим и стараться не пачкать бумагу.

— Да, постараюсь...

Из-за сильного нажима грифель крошился и размазывался по тетради, делая её чёрной и грязной.

Если так пойдёт и дальше, то и аккуратная тетрадь Рин-тян может пострадать. Этого допустить нельзя.

— Но разве плохо иногда испачкаться? Если часто пачкаешься и замечаешь это, однажды это может исправиться само...!

— А?

— ...?

Прозвучало так, будто тетрадь Рин-тян уже пострадала из-за меня.

— ...Что ж, я потом как следует над этим поработаю.

— Да!

— Раз Рин-тян показала такие хорошие результаты, я постараюсь оправдать твои ожидания не только в учёбе, но и в почерке.

— Да... ах!

Рин-тян отреагировала так, будто только что что-то вспомнила.

— Что такое?

— Я уговорила родителей уехать куда-нибудь на время Золотой недели.

— Правда?

— Да. Раз они будут отсутствовать весь день, я приглашаю тебя в гости.

— Хорошо, тогда я с удовольствием приму приглашение.

— Спасибо! И ещё кое-что...

— Что ещё?

— Кажется, они уезжают уже в эту субботу!

— А, понятно.

— И... у меня предложение. Почему бы Онии-сану не прийти на этой неделе, а не на Золотой?

— Хм, понятно... Погоди, что?!

— Э?

У меня было чувство дежавю от этого разговора.

— На этой неделе?

— Да! Надеюсь, Онии-сан придёт!

— ...Разве это не слишком внезапно?

— Онии-сан, ты же уже в оргкомитете фестиваля, верно? Значит, период сотрудничества уже начался!

— Как это может быть?! Я ещё даже не приступал к работе!

— Хмф!!!

Она надула губы и показала недовольное выражение лица — явный признак, что она не отступит.

— На тестах... я очень старалась, правда?

— Ну, это правда.

— Ты даже обещал выполнить мою просьбу, если я постараюсь...

— Разве мы не использовали это обещание для улучшения моего почерка?

«......»

— ...Ах, точно. К тому же сейчас самое подходящее время. Ладно, я приду к тебе.

— Да! Тогда я приготовлю обед!

О нет. Раз Рин-тян начала настаивать, она не отступит. С её характером и внешностью вряд ли найдётся парень, который сможет ей отказать или проигнорировать её, когда она так настроена.

Я мысленно готовился к Золотой неделе, но теперь внезапно решил, что поеду к ней уже в эти выходные.

Я пытался успокоить себя, что мы просто будем учиться и всё будет в порядке, но мой разум внезапно погрузился в хаос.

— Я приготовлю тебе и ужин!

— О-о.

Сказав это с улыбкой, она снова сосредоточилась на учёбе.