В логове тигра

— Пожалуйста! Приди! Ко мне! Сегодня! Мне нужно! Кое-что! Тебе! Сказать!

Отбросив свой кричащий образ, И Чжин обрушил на судей мощный, тяжелый голос. Горящий взгляд и неистовый вокал превратили восторженный текст признания в любви в нечто, больше похожее на угрозу. Один из судей даже поперхнулся и закашлялся.

— О, о~ Мое сердце трепещет только для тебя~

Песня «Трепет не скрыть» — тротовый танцевальный хит, выпущенный три года назад. Благодаря бодрому ритму, быстрому темпу и приставучему припеву её полюбила вся страна, несмотря на специфику жанра. Хоть это и танцевальный номер, сложной хореографии там нет — артист обычно просто стоит с ручным микрофоном, так что двигается только одна рука.

Песня была простой и понятной, но лица судей выражали полное замешательство.

— Э-э…

— Ну, можно сказать, это было… очень мощно…

— Немного напоминает строевую подготовку… А, пожалуйста, вырежьте это при монтаже.

Танцы И Чжина и правда смахивали на армейские упражнения. В отличие от плавного оригинала, его движения были до предела точными и резкими. Если выключить музыку, в этом наряде он смотрелся бы даже неплохо. В этом определенно… что-то было.

— Не вижу в этом никакой «милоты»… Но с таким роковым вайбом очарование ему всё равно не идет.

— А по мне, если сделать эту хореографию чуть сексуальнее, будет круто. Давно мне не хотелось лично кого-то поучить. К тому же его наглость — это огромный плюс.

— Народ, да не смотрите вы только на перформанс, слушайте песню. Даже если танцы хромают, он отлично передает ту самую «прыгучесть» мелодии.

— О? А ведь верно. Эту песню легко напеть, но трудно спеть по-настоящему хорошо.

Судьи, чье внимание поначалу было приковано лишь к внешности и странным танцам, теперь прислушались к тому, как стабильно он поет в движении, и их глаза загорелись. И Чжин еще не был готовым артистом, но в нем определенно чувствовалась «звездность», способная зацепить публику. А для артиста это важнее всего.

— Мне любопытно, какое шокирующее шоу Мун И Чжин покажет нам в основном конкурсе.

На замечание Хэ Джуна двое других судей согласно кивнули. Это был участник, который, пусть и не обладал идеальным вокалом, знал, как заставить сердца биться чаще и приковать к себе взгляды. Даже если он не метил в победители, для зрителей он точно станет интересным персонажем.

— …Пожалуйста, прими моё трепещущее сердце!

Допев последнюю строчку, И Чжин высоко вскинул руку с микрофоном. Результат был очевиден — проход в следующий тур.

---

— Поверить не могу, что эта стратегия сработала. Удивительно.

Когда И Чжин вернулся домой со значком участника «Show of Show», кот, лениво валявшийся в гостиной, был впечатлен. Кот оставался дома с тех пор, как И Чжина выписали, — было бы странно, если бы за ним повсюду таскалось животное. Мать И Чжина, страдавшая алкоголизмом, и равнодушная экономка не стали возражать против притащенного в дом кота.

— Это шоу не для того, чтобы выбрать самого талантливого. С внешностью Мун И Чжина и таким уровнем вокала шансы были вполне приличными.

И Чжин ответил спокойно, как будто всё шло по плану. Даже если конкуренция была жесткой и он едва прошел, рекомендация от официального лица давала огромное преимущество. Кот моргнул, глядя на его невозмутимый вид.

— Мун И Чжин, но зачем тогда нужно было выглядеть так нелепо?

— Потому что так было нужно.

По правде говоря, даже без этого безумного стиля миловидное личико И Чжина сработало бы. Подросток, поющий трот, — уже отличная фишка для продаж. Однако И Чжин пошел дальше, потому что…

— Извини, И Чжин? Тут секретарь Пэк пришла, хочет тебя видеть…

— Да. Сейчас спущусь.

…именно ради этой встречи всё и затевалось.

— Мой «агнец» пришел?

— Присмотреть за котом?

— Не надо. Оставь его в комнате. Я скоро вернусь.

Игнорируя недоумевающего кота, И Чжин поднялся с кровати и вышел. Когда он миновал лестницу и подошел к входной двери, высокая фигура секретаря Пэк встретила его холодным взглядом.

— Мун И Чжин, садись в машину.

И Чжин проигнорировал её неприкрытый упрек и сел в черный автомобиль. Любого другого такая поездка без объяснений заставила бы понервничать, но И Чжин, который знал семейную историю «Мун И Чжина» и сам всё это спланировал, сохранял отстраненность.

«Думал, это займет пару дней, а она вызвала меня сразу после прослушивания. Какая нетерпеливая».

И тот факт, что она прислала именно секретаря Пэк, говорил о том, что она либо ничего не боится, либо действует напролом. И Чжин анализировал характер «оппонента». Эта встреча была ключевой для того, чтобы он мог спокойно жить под именем Мун И Чжина.

---

— Я привела его.

— Заходи.

Когда они прибыли на место, секретарь Пэк негромко постучала, и голос изнутри разрешил войти. И Чжин спокойно переступил порог. Женщина внутри была занята бумагами и даже не подняла головы.

«Скучные психологические игры. Ну, на настоящего Мун И Чжина это бы сработало».

Робкий мальчик, привыкший оглядываться на других, растерялся бы, если бы его вызвали и начали игнорировать. Но И Чжин не был тем мальчиком, поэтому он просто уселся на диван. Только тогда женщина, притворявшаяся, что не замечает его, впервые подняла взгляд.

— Я не разрешала тебе садиться.

— Вы выглядите занятой. А я рос хрупким ребенком, ноги начинают болеть, если долго стою. Я не буду вам мешать, продолжайте работать. А я пока сделаю себе кофе.

— …Ты куда наглее, чем было в отчетах.

Когда И Чжин, пожав плечами, ответил с уверенностью, женщина отодвинула документы. Её стратегия «открытого игнорирования» провалилась. Попытка перехватить инициативу не удалась.

— Ты хоть знаешь, кто я?

— У вас на столе написано. Исполнительный директор Saehye Group, Джу Ён Со.

— Ха, не паясничай…

— Или мне называть вас тетей?

— …

И Чжин выдал ленивую улыбку, глядя на ошеломленную Ён Со. Джу У Джин, глава Saehae Electronics — основы всей Saehye Group — был отцом Мун И Чжина. Сам И Чжин был незаконнорожденным сыном, о существовании которого отец, возможно, даже не подозревал. Но знал он об этом или нет, Джу Ён Со была Мун И Чжину родной тетей по крови.

«Она куда способнее этого бездельника».

В отличие от Джу У Джина, которого называли «у тигра родился пес», потому что он вел себя безрассудно, полагаясь лишь на происхождение, Джу Ён Со считалась надеждой семьи. Она упорно шла к успеху. Сейчас она возглавляла Saehae Logistics только потому, что её отец, верящий в наследование по мужской линии, не давал ей занять более высокую должность. Но то, что она, женщина, смогла получить крупную дочернюю компанию, а не была сослана в какой-нибудь фонд искусств или отельный бизнес, было результатом её тяжкого труда.

«И она достаточно сообразительна, чтобы мгновенно вычислить бастарда своего брата, как только почувствовала, что планы Председателя меняются».

У неё повсюду были свои глаза и уши, чтобы поймать брата на любой ошибке. Её нетерпеливость можно было принять за решительность, что само по себе неплохо.

— Не знала, что ты в курсе. И как давно ты знаешь о своей принадлежности к крови Saehye?

— Разве это важно? Моя фамилия всё еще Мун.

— Это…!

— Не волнуйтесь. Мне правда не интересна Saehye. Или вы, захватившая Saehae Logistics своими руками, боитесь, что какой-то пацан обставит вас просто потому, что он старший внук?

— …

Глаза Ён Со расширились — он попал в точку. Джу Дон Хо, председатель группы Saehye, был из тех людей, кто скорее сделает преемником старшего внука, чем успешную дочь, если увидит в нем потенциал. Наверное, поэтому Ён Со и следила за Мун И Чжином и его матерью — чтобы предотвратить подобную «катастрофу». Раз уж она не могла прибегнуть к «самому простому методу», слежка была лучшим вариантом.

— Именно поэтому я показал вам всё это. Что мне даром не нужно наследство корпорации.

— О чем ты?

— Вам наверняка уже прислали видео. То, как я выглядел на прослушивании. Внук, который идет в артисты, чтобы стать «клоуном», может восприниматься просто как «молодой и глупый». Но есть предел тому, что позволяют взрослые, верно? Будет неловко официально представлять внука, который красит глаза черным, носит странные шмотки и обвешан всякой ерундой.

— Ты хочешь сказать, что это было послание для меня?

— Я думал, новости дойдут до вас первой, так как председатель слишком занят, чтобы лично следить за мной.

В отличие от прежнего Мун И Чжина, этот И Чжин благодаря своим снам глубже понимал историю семьи. Сложив это с теми слухами о Saehye Group, что он слышал, пока выполнял грязную работу в роли «Чан Док Хо», ему было нетрудно вычислить карту отношений и мысли членов семьи Джу.

«Джу Ён Со наверняка хотела, чтобы я жил как можно тише и незаметнее. Или чтобы просто сгинул в результате несчастного случая или самоубийства».

Мать Мун И Чжина, тонущая в алкоголе и прошлом, и сам робкий мальчик не представляли угрозы для Ён Со. Но они были занозой в глазу. И что произойдет, если этот тихий племянник вдруг вылезет на кастинг и начнет творить нечто невообразимое? И Чжин предвидел, что она попытается связаться с ним, чтобы прощупать почву, и не ошибся.

— Ха, ты умен, но к переговорам у тебя таланта нет. Карта теряет силу, если ты раскрываешь её первым.

— Не думаю. Для успешного человека прошлое, где он нелепо одевался, — это неловкое воспоминание. Но если репутация этого человека становится ценной, это превращается в забавный эпизод. Ошибка, которую можно исправить, типичный бунтарский период.

И Чжин беззаботно улыбнулся и пожал плечами. Прошлое успешных людей легко героизируется. Чем знаменитее он станет, тем больше Председатель Джу захочет признать его внуком и использовать его славу. Конечно, всё изменится, если его путь уйдет слишком далеко от образа «бизнесмена».

— Я стану тем самым «клоуном», который окончательно испортит имидж старшего внука Saehye Group.

Не имидж Мун И Чжина, а именно образ наследника. Чтобы он никогда не смог построить карьеру в корпорации.

— Я буду развлекаться по полной, чтобы у председателя даже мысли не возникло о другом.

— Ты так складно звонишь, и это весь твой план? При том, что мой брат безрассуден и некомпетентен, отец всё равно поставил его во главе Saehae Electronics…

— И окружил своими людьми в совете директоров, чтобы сделать из него марионетку. Хоть председатель и верит в право первенства, это не значит, что он полностью доверяет бестолковому ребенку. С другой стороны, вы, тетя, реально правите в Saehae Logistics.

— Не думаешь, что было бы чище просто убить тебя?

Видимо, устав от перепалки, Ён Со скривила губы и в упор посмотрела на И Чжина. Несмотря на едва уловимую жажду убийства в её взгляде, И Чжин даже не вздрогнул. Он лучезарно улыбнулся.

— Вы не сможете меня убить.

— !

— Потому что если вы убьете меня и сместите своего непутевого брата, чтобы занять трон, вы получите лишь разочарование и презрение от отца, который ценит семью и гармонию.

— Ты…!

Карта, которая была на руках у И Чжина, никогда не была его собственной. У бессильного школьника, которого довели до попытки самоубийства, не было козырей против бизнес-магната. Он рассчитывал на саму Джу Ён Со, которая «уважала отца и жаждала его признания».

— То, чего вы хотите, тетя, — это не просто власть в Saehye, а законный трон, переданный вам после того, как отец признает ваши заслуги.

Несмотря на патриархальность и веру в первородство, председатель был отцом, который любил дочь и признавал её талант. Единственной претензией Ён Со к отцу было то, что он не мог махнуть рукой на старшего сына и что он присматривал за незаконным внуком…

— Я просто покупаю вам время. Время, чтобы председатель пересмотрел мои перспективы, и время, чтобы вы окончательно утвердились в его глазах. А признание вам придется заслужить своими навыками.

— И как мне верить, что ты будешь и дальше разыгрывать этот цирк? Ты еще молод, но когда повзрослеешь, тебе захочется доли в Saehye.

— Не знаю… Быть президентом Saehye… Моя мечта — стать певцом мирового уровня, так что пост президента кажется мелковатым. И к тому же невероятно скучным.

В ответ на её сомнения И Чжин раскрыл свою истинную цель. Мечту «Мун И Чжина» или, скорее, то сожаление, которое осталось у самого И Чжина из жизни «Док Хо». С помощью кота перед ним открылась возможность её осуществить, и он не собирался вязнуть в ментально выматывающей и нудной жизни чеболя.

— Ха, ха-ха. Ты ведь серьезно, да?

Ён Со, до этого саркастичная и напряженная, издала сухой смешок. Посмотрев на И Чжина еще мгновение, она медленно улыбнулась.

— А ты интересный.