В тот день, когда мир был к нему суров, ангел показал «ОК»

— Вау, хённим, да вы поете просто супер!

— Эй, какой еще «хённим»? Зови меня «босс».

— Ой, точно. Виноват. У вас потрясающий голос, босс.

— То-то же.

Ким Хо Джон по кличке Гальчи («Сабля») поправил новичка и самодовольно принял похвалу, хотя на самом деле пел совсем другой человек. Пока эти двое шептались, к ним вальяжно подсел еще один здоровяк.

— Наш босс — золотой человек. Он мастер на все руки: хоть в драке, хоть в пении.

— Еще бы! «Красный тигр Силлим-дона» — это вам не шутки.

— Да уж. Он такой популярный, что стоит ему выйти на улицу, как девчонки сразу...

— Ой, да ладно вам.

Док Хо, вкладывавший в песню всю душу, саркастично усмехнулся, услышав за спиной этот неприкрытый подхалимаж. Собрались в караоке, а вместо того чтобы петь, соревнуются, кто изящнее лизнет начальству.

— Хо Джон, До Джин. Хватит доставать парня.

— Да бросьте, босс, когда это мы его доставали? Эй, я тебя обижал?

— Никак нет!

— Вот и захлопнитесь. Просто пойте.

Впрочем, в их словах была не только лесть, но и искреннее уважение. Док Хо это знал, а потому просто сменил тему. Если их не остановить, сейчас подтянутся остальные и начнут наперебой травить байки о его былых «подвигах».

— Я выйду, подышу воздухом.

— Я с вами...

— Не надо. Пейте спокойно.

Док Хо жестом остановил своего зама, Хе Джин Ука, и в одиночестве покинул здание. В лицо ударил резкий холод — верный признак приближающейся зимы.

«Уличные выступления, значит?»

Прохлада немного протрезвила его. Взгляд Док Хо упал на молодого парня с гитарой. Перед ним лежал открытый чехол для пожертвований. Играл он простенько, но приятно, да и голос был неплох. Прохожие изредка останавливались послушать или кидали мелочь.

«А ведь я когда-то тоже о таком мечтал».

Пытаясь сбежать от нищеты и насилия, он в итоге стал бандитом. Но в юности он грезил о сцене. Если бы не угрюмая рожа, из-за которой он вечно влипал в драки, и если бы не его кулаки, которыми он приглянулся банде... возможно, сейчас он был бы тем самым бедным музыкантом, что пишет песни в каморке и поет на тротуаре.

«С такой физиономией без божественного таланта ловить в шоу-бизнесе было бы нечего. Так бы и прожил в безвестности».

Жизнь рано научила его реализму. Подчиненные и девицы в клубах могли сколько угодно нахваливать его голос, но Док Хо знал: поет он не лучше обычного любителя. Максимум, на что он мог рассчитывать — судьба неприкаянного романтика. А вот драться у него получалось отлично, это было его призванием, и на этом поприще он преуспел.

«Сейчас дела банды легализованы, мордобоем заниматься приходится редко. Может, и вправду пойти поучиться вокалу? Записать альбом в наше время не так уж сложно, если не метить в поп-звезды».

Было бы забавно подарить боссу и парням по настоящему CD с записью. Времени на хобби, не связанное с кровопролитием, теперь хватало.

Пока Док Хо размышлял о своем тихом и светлом будущем, до его уха донесся жалобный писк. Присмотревшись, он заметил в подворотне облезлого котенка, который тщетно звал мать.

— Это что, проволока у него на шее? Слыхал я, что по улицам бродят всякие психи, мучающие животных.

— Мяу...

— Потерпи, мелкий. Сейчас я тебя выпутаю.

— Мяу, мяу!

— Да не вертись ты...

Пока Док Хо пытался освободить бедолагу, из глубины переулка послышались грубые выкрики. Какой-то подонок прижал к стене женщину. Док Хо тяжело вздохнул. Всегда найдутся идиоты, считающие, что силу можно применять к тем, кто слабее.

— А ну, завязывай.

— Ты еще кт... Угх!

Док Хо, прижимая к себе спасенного кота, подошел к парочке. Голос его звучал спокойно, но угрожающе. Нападавший, уже открывший было рот, чтобы огрызнуться, вдруг икнул и побледнел. Перед ним выросла двухметровая стена из мышц. С такой внешностью, как у Док Хо, лишних слов не требовалось — агрессор моментально сдулся.

— Да нет, это мы просто...

— Эй! Что тут происходит?!

— Ничего...

— Помогите! Он мне угрожал!

В самый неподходящий момент в переулок заглянул патрульный. Луч фонаря разрезал темноту. Док Хо хотел было велеть копу проваливать, чтобы не плодить лишнюю бумажную волокиту, но подонок среагировал первым, ткнув пальцем в Док Хо.

Офицер, окинув взглядом суровую физиономию «Красного тигра», явно не принял его за добропорядочного гражданина. Он медленно двинулся вперед, рука легла на кобуру.

— Мы с девушкой просто гуляли, а этот тип набросился на нас... Верно же?

— А? Ой... Ну...

Поняв, что закон на его стороне, парень больно схватил женщину за руку, ища поддержки. Та испуганно перевела взгляд с сожителя на Док Хо и виновато опустила голову. Она промолчала, но это молчание было красноречивее слов.

Док Хо горько усмехнулся. Дожил. Главарь серьезной группировки оказался втянут в дешевую постановку.

«Что ж, вот мне и урок: не лезь не в свое дело».

Он прекрасно понимал, почему она молчит. Свой кулак ближе к телу, а закон далеко. Женщина боялась того, что этот подонок сделает с ней дома, больше, чем того, что случится с незнакомым прохожим.

«Если они скажут, что это семейная ссора, полиция просто вынесет предупреждение. Она не решилась быть смелой, потому что знала цену этой смелости».

Единственным ее протестом было то, что она не стала активно поддакивать лжецу. Док Хо за свою жизнь видел сотни таких людей — тех, кто выбирает привычное рабство вместо опасной свободы. Ему было знакомо это чувство, но на душе все равно остался неприятный осадок.

— Так, выходим на свет. Мужчина, ваши документы.

Док Хо лишь покачал головой. Полицейский уже все для себя решил: парень с лицом убийцы не может быть жертвой. Пытаясь избежать ненужных проблем, Док Хо выдавил из себя самую миролюбивую улыбку, на которую был способен.

— Офицер, произошло недоразумение. Позвольте, я объясню...

Ситуация и впрямь была комичной: босс мафии оправдывается перед сержантом. Всё это закончилось бы парой часов в участке и шутками в кругу своих, если бы в этот момент на тротуар внезапно не вылетела машина.

Удар был страшный. Прямое столкновение.

— А-а-а-а! Помогите!

— Она сама погнала! Педаль заклинило!

Водитель выскочил из салона, что-то крича о технической неисправности. Док Хо, превозмогая боль, попытался осмотреться. Полицейский лежал без сознания, отброшенный ударом. Парочка чудом уцелела. Вдалеке собиралась толпа, а к нему уже бежали его люди, привлеченные шумом.

«А я ведь только нашел себе хобби...»

За дела он не переживал — бизнес легален, парни устроены. Его смерть ничего не разрушит. Не было никого, с кем он хотел бы попрощаться. Жалел он лишь об одном: о тех музыкальных магазинах, мимо которых проходил годами, разглядывая инструменты в витринах. Всегда хотел зайти, но стеснялся.

«Чего я боялся? Глупо-то как».

На пороге смерти чувства, которые он так долго подавлял, вырвались наружу. Плевать на деньги, плевать на славу. Он просто хотел петь.

— ...Я думал, мне конец.

Док Хо, закрывший глаза с чувством глубокого сожаления, теперь озадаченно почесал затылок. В нос ударил запах антисептика, а перед глазами поплыл белый потолок. Каким-то чудом он остался жив.

«Меня столько раз резали, и ничего. Но выжить после лобового столкновения с машиной — это уже слишком».

Видно, кличку «Красный тигр» пора менять на «Бессмертный». Радуясь спасению, Док Хо решил размять затекшее тело. И тут он замер.

— Что за... Почему у меня руки тонкие, как у девчонки? И кожа какая-то бледная?

Голос тоже изменился. Это был мужской голос, но удивительно чистый, звонкий и мелодичный. В панике он соскочил с кровати и, шатаясь от головокружения, бросился к зеркалу в санузле.

— ...Это еще кто такой?

Из зеркала на него смотрел щуплый юноша с копной волос и таким же ошарашенным выражением лица.

— Я сплю?

— Это не сон.

Док Хо ощупал лицо, пытаясь убедиться в реальности происходящего. Высокий, почти детский голос прервал его мысли. Он обернулся и увидел белоснежного кота с глазами разного цвета, который невозмутимо помахивал хвостом.

— Не бойся, Чан Док Хо. Я — посланник Бога, и отныне я — свет, который укажет тебе путь...

— Говорящий кот. Точно сплю.

— Это не сон! Я — вестник небес!

Док Хо устало потер переносицу. Кот обиженно зашипел. Движения животного были настолько естественными, что Док Хо, волоча за собой капельницу, просто поплелся обратно на кровать. Он ведь спас котенка перед смертью, вот тот и привиделся в бреду. Лучший способ проснуться — это снова уснуть.

— Чан Док Хо, не смей меня игнорировать! Игнорировать меня — значит проявлять неуважение к телу бедного ребенка, в которое ты вселился!

— Погоди. Допустим, это не сон. Но почему я выгляжу вот так?

— Я хотел спасти тебя целиком, но твои органы превратились в кашу! Но не печалься. Тело этого юного агнца опустело, и я смог перенести твою душу сюда.

Несмотря на абсурдность ситуации, Док Хо прислушался. Сюжет был занятный. Говорящий кот, переселение душ... Он и не подозревал, что у него такая бурная фантазия.

«Может, мне стоило сказки писать?»

Кот вещал о том, что прежний владелец тела совершил тяжкий грех самоубийства, но благодаря тому, что Док Хо за свою жизнь совершил немало добрых дел (скрытых под маской бандита), мальчику позволили уйти на перерождение, а Док Хо — занять его место. История напоминала безумный коктейль из христианства и буддизма.

— И этому ребенку тоже дали шанс исполнить его мечту.

— Ну, это славно.

— Само собой. Но чтобы мечта стала реальностью, тебе придется приложить усилия.

Док Хо кивнул, машинально поглаживая болтливое животное. Он был уверен: стоит ему открыть глаза, как всё это исчезнет. Но кот гордо вскинул голову и провозгласил:

— Эти усилия — цена твоей новой жизни. Иными словами, теперь ты должен стать лучшим певцом в мире, как того желал этот мальчик!

— О как. У парня были амбиции. Это хорошо.

Док Хо довольно хмыкнул, найдя хоть один плюс в этом тщедушном теле. Кот, естественно, пришел в ярость от его спокойствия.

— Да нет же, это ТЫ должен им стать!

— Простите... Ой, больной, вы очнулись? И откуда здесь кот?

— О нет! Воительница в белом! Чан Док Хо, живо скажи ей, что я твой!

— Как он громко мяукает. Это ваш кот? Больной, в палату с животными нельзя. Даже если у вас частная палата...

Пока кот пытался качать права, в дверях появилась медсестра. Она была удивлена тем, что пациент пришел в себя, но еще больше ее возмутило присутствие четвероногого гостя. Пока кот распинался о своем высоком статусе, медсестра начала отчитывать Док Хо, который слышал в словах кота лишь настойчивое мяуканье.

Глядя на них, Док Хо ущипнул себя за бедро. Несильно, но мягкая, лишенная мышц плоть отозвалась резкой болью.

— Значит, всё-таки не сон...

То, что он принимал за видение, оказалось реальностью. И только в этот момент Чан Док Хо по-настоящему осознал: он действительно умер.