Интерлюдия - Монолог Богини земли

Моей первой любовью была женщиной, которую я увидела по телевизору.

Она играла главную мужскую роль в одном театральном коллективе, и стоило мне её увидеть, как она мгновенно пронзила моё сердце. Для меня она выглядела точно так же, как принц из сказки.

Но я знала с самого начала, что эта любовь никогда не станет взаимной.

Она была взрослой, известной личностью — и, кроме того, была того же пола.

Пока я придумывала оправдания, почему это невозможно, объект моего восхищения внезапно вышла замуж. Когда я видела её последний раз, она больше не казалась ослепительным принцем — теперь передо мной стояла прекрасная принцесса. Эта перемена наполнила мою душу тихой грустью, и моя первая любовь завершилась.

Некоторое время я вообще не могла влюбляться.

Просто никого вокруг не было, кто бы привлекал моё внимание. Я не чувствовала романтического интереса ни к мальчикам, ни к девочкам, и дни продолжали идти своим чередом.

Когда я поступила в среднюю школу, я стала ненавидеть мальчиков.

Причина крылась в их взглядах. Я осознавала, что моё тело развиваетя быстрее сверстниц, и это усугубляло ситуацию. То, как мальчики смотрели на меня, казалось таким откровенным, неприятным, что вызывало мурашки по коже.

Тогда я задумалась: ведь я думала, что люблю девочек, разве нет? Может, я ошибаюсь?

Однако даже когда я смотрела на одноклассниц или старшеклассниц, ничего не шевельнулось в моей душе. Даже увидев прекрасных женщин вроде неё, я не испытывала тех чувств. Однажды ночью я дрожала от страха, опасаясь, что, возможно, неспособна любить кого-то вообще.

Действительно ли та первая любовь была настоящей любовью? Или всего лишь восхищением?

Однажды судьба решила вмешаться.

Всё началось со слуха.

— Эй, кажется, в соседнюю среднюю школу перевелась девушка-красавица, похожая на принца!

Девушка-принц — слух, от которого невозможно было удержаться. Тем не менее, я сомневалась, сможет ли кто-нибудь сравниться с той первой потрясшей меня эмоцией, испытанной при встрече с ней.

Без особых ожиданий я отправилась в соседнюю школу — и там встретилась с ней.

Электрический ток пробежал сквозь меня.

Передо мной шло воплощение моих мечтаний. Выше большинства мальчишек, стройная фигура, безупречные черты лица — она была живым образом принца, о котором я мечтала всю жизнь. Нет, ещё лучше — настоящим принцем.

Я сразу же влюбилась.

Поскольку опыта любви у меня не было, я обратилась за советом к подруге. Следуя её рекомендациям, я решила действовать осторожно.

Тем временем я тайком собирала информацию. Её звали Ширануи Цубаса-тян. Она была умной, спортивной и, как выяснилось позже, собиралась поступать в Высшую школу Химегасаки. Поэтому я засела за учебники и тоже решила поступить туда.

Получив известие о зачислении, я узнала, что она прошла экзамены успешно. Возможно, боги действительно слышат молитвы — благодаря чистой удаче мы оказались в одном классе.

Я скрывала свои чувства и постепенно сближалась с ней.

И Цубаса-тян... оказалась идеальной и внешне, и внутренне. Её непринуждённая доброта, вещи, заставляющие учащённо биться сердце, редкие, но далеко не чрезмерные прикосновения — в ней не было никаких изъянов. Это был именно тот идеальный принц, о котором я грезила.

Мы стали друзьями. Через год я гордо называла её своей лучшей подругой.

Затем однажды летом второго курса...

По дороге домой после дня, проведённого у бассейна, я больше не смогла держать всё внутри себя. Я выплеснула наружу всё накопившееся чувство.

— Прости... Мисудзу, я не смогу ответить тебе взаимностью.

Мир потемнел.

Это стало моим первым разочарованием, и оно ударило гораздо сильнее, чем я предполагала. У меня пропало всякое желание жить, остаток летних каникул я провела, затворившись в комнате. Я никому не могла рассказать правду. Ведь дело было не только в разбитом сердце — если бы узнали, что предмет моей привязанности — девочка, мои родители и друзья могли бы посмотреть на меня иначе.

Начало нового семестра не вернуло прежнего положения вещей.

Стоило мне начать отдаляться, как другие девушки, восхищавшиеся Цубасой-тян, начали приближаться к ней. Мне показалось, будто моё место рядом с ней исчезло в одно мгновение.

— Сенпай, с вами всё в порядке?

Та, кто заговорила со мной, пока я сидела, погружённая в печальные мысли, была Канбара Аяне-тян.

Она училась на первом курсе и ходила в ту же среднюю школу, что и я — фактически, младшая подруга из нашего кружка. Немного неуклюжая, но неизменно весёлая и общительная. Всегда считала её очаровательной.

Почувствовав упадок сил, я уклончиво ответила, что у меня проблемы.

— Тогда почему бы вам не поговорить с моим братом?

— …Юма-кун?

— Да! Мой брат прекрасно даёт советы. Уже помог многим людям. Тихий парень, но я им горжусь!

Меня охватил ступор.

Камбара Юма-кун — мой друг со средней школы и одноклассник по академии Химегасаки. Раньше он часто выслушивал мои жалобы. Именно благодаря ему я вообще подружилась с Цубасой-тян.

Он единственный парень, которого я могла назвать другом. В отличие от остальных парней, он никогда не смотрел на меня похабно и оценивающе. Казалось, он всегда понимал мои чувства.

Раз уж обратиться больше было не к кому, я решилась последовать совету Аяне-тян и доверить свою тайну Юме-куну.

Напрягла мышцы, приготовившись услышать смех, издевки или хуже того — разоблачение.

— Ничего странного тут нет. Мы живём в эпоху, когда ценится разнообразие, верно? Парням позволительно восторгаться красивыми мужчинами. А если речь идёт о таком человеке, как Ширануи — красивой девушке подобного типа, — то я тебя прекрасно понимаю.

Он понял.

После этого Юма-кун естественно предложил помощь в возобновлении общения с Цубасой-тян.

Оказалось, он сумел убедить её, и вскоре связался со мной, сказав, что назначил нам встречу. От души поблагодарив его, я направилась туда.

— Извини, раньше наговорила глупостей. Наверное, сильно удивила тебя?

— Ещё бы, честно говоря, шокирована была.

— Знаешь, я…

Можно было бы представить всё произошедшее простой ошибкой, однако я предпочла высказать ей истинные чувства.

— Ясно… Честно признаюсь, сомневаюсь, что когда-нибудь смогу ответить тебе взаимностью.

— …Да, я догадываюсь.

— Но независимо от этого — хотела бы снова стать твоей подругой, Мисудзу. Согласишься?

Эти слова вызвали такую радость, что хотелось плакать. Без колебаний кивнула головой.

Таким образом, мы помирились.

Друзья — самое лучшее, что есть в жизни.

Я хотела поддерживать хорошие отношения и с Юмой-куном — и конечно, обязана выразить благодарность и его сестре, какую бы форму благодарности она ни приняла.

Они — мои спасители. Буду благодарна им до конца жизни.

После примирения каждый день стал светлее. Простое возвращение к прошлому маршруту ощущалось словно прогулка по залитой светом тропинке.

Чувства к Цубасе-тян усилились многократно, но я повторяла себе, что нельзя торопиться. Теперь надо сделать всё правильно.

Однажды днём, поблагодарив Юму-куна за всё, я пошла в класс, намереваясь пригласить Цубасу-тян провести вместе время. Однако её там не оказалось.

Подумала отправить сообщение, но поскольку планов у нас не было, не хотелось показаться навязчивой.

— Ладно, пойду одна домой.

Именно тогда я заметила её.

Цубаса-тян.

Собралась позвать её, но она вошла в пустую аудиторию.

Любопытствуя, я тихо приблизилась и заглянула внутрь. Внутри Цубаса-тян оживлённо беседовала с Юмой-куном.

Во мне закипело чёрное чувство.

Я тряхнула головой, пытаясь прогнать мерзкие мысли.

Ненавижу собственную ревность. Их разговор я расслышать не могла, но наверняка он касался того же, что делала сама, — выражения благодарности за восстановление наших дружеских связей.

Они оба совершенно не интересуются противоположным полом.

Цубаса-тян совсем равнодушна к парням. Как-то раз, проводя ночь вместе, мы говорили о симпатиях, и она сказала, что среди парней ей никто не нравился. До сих пор она ни разу не испытывали к ним симпатии.

Юма-кун, похоже, тоже особо не увлекается девушками.

Я знаю, что тело у меня женственное, но в отличие от прочих ребят, Юма-кун никогда не бросал на меня постыдные взгляды. Благодаря этому я чувствовала себя спокойно рядом с ним — это позволило стать его приятелем изначально.

Тут нечего бояться.

Так я убеждала саму себя.

— Стойте-ка, а не сидят ли они чересчур близко?

Пара расположилась бок о бок, практически соприкоснувшись столами, улыбаясь и разговаривая.

Очень сложно было удержаться и не влезть в разговор, но я заставляла себя сохранять спокойствие. Всё нормально. Цубаса-тян парни не интересны. Никакого шанса, что они станут —

— !!!

Вот тут я увидела нечто невероятное.

Выражение лица Цубасы-тян... изменилось на лицо девочки, охваченной любовными переживаниями.

Щеки покраснели, глаза сверкали неподдельной нежностью.

Принц верхом на белом коне превращался в хрупкую, смущённую принцессу.

— …Юма-кун. Не мог бы ты объяснить такое положение вещей?